Бумажный человечек складывает мою жизнь.

Мы начали снимать клип. Многое поначалу не получалось. Естественно, мне приходилось все останавливать и объяснять что не так. Не так было почти все. -Ребят, я вам говорю, вы входите, Чез закрывает дверь. Затем Брэд, ты садишься вот сюда, - я показал на диван. – Роб садиться рядом. Разваливается на этом диване и смотрит вон туда, - я показал на дальний угол комнаты. – В камеру ни в коем случае не смотри. Это нам просто не нужно. Так, Дэйв, к тебе пока нет претензий. Джо, двигайся рвано. Башкой тряси и «бросай» руки. Майк и Чез, пока что просто тоже молодцы. Ребята очередной раз вышли из комнаты за дверь. -Камера, мотор, поехали, – проорал я. Вот ребятки вошли в комнату. Ура, пока что все идет так, как я хочу. -Снято, – крикнул я через несколько секунд. Это действие мы сняли. Теперь я должен снять соседнюю комнату. Там мы включили лампы с помощниками. Комната была синей. Все было каким-то ненормальным. Стены исписаны словами из песни. О, да. Вот это паранойя. За сегодня мы почти ничего не сняли. Честер решил повыебываться. Решил с разбегу прыгнуть через весь ковер сразу. Как вы думаете, перепрыгнул он или нет? Да, он перепрыгнул. В один прыжок. Но потом упал на задницу. И вот тогда, даже я, привыкший к мату… короче, Честер решил поорать трех, а то и четырехэтажным матом. Уши тех, кто слышал ЭТО, заворачивались в трубочки. Спать мы ложиться не решили. Джо нам решил рассказать страшилки. - Одна девочка, лет девятнадцати, жила одна в доме со своей собакой. И вот, в одно утро девочка как всегда свесила руку с постели. И кто-то начал облизывать ей пальцы. Девочка подумала, что это ее собачка, и решила продолжить спать. Когда девочка проснулась через несколько часов, она пошла в ванную, чтобы умыться. Включив свет в ванной, девочка увидела, что ее маленькая собачка убита. И теперь висит прибитая к стене гвоздем. А на зеркале написано кровью «Мне понравился вкус твоих пальцев», – Джо сидел и улыбался, как чеширский кот, а все остальные, кроме меня, сидели, тряслись и посматривали в темные углы комнаты. -И это страшилка? – под конец истории я зевал. – Скукотища. И даже не правдоподобно. -Ну тогда сам расскажи нам страшилку, – Хан решил по выделываться, типа он самый крутой. -Ладно, расскажу, но потом не жалуйся, что штанишки обмочил, – хихикнул я. – Я расскажу вам про ад, пожалуй. Я был в аду много раз. И уж я-то точно знаю, что в аду ужасно. Хотя нет. Не то слово. Там пиздец. Я сел посередине круга. Все уставились на меня. Немного отвлекусь и скажу, что у меня дурацкая привычка. Когда я что-то рассказываю, я не слежу за собой. И часто я показываю то, о чем рассказываю. Так и в этот раз было. Я отвлекся на рассказ и не заметил, что все стены комнаты исчезли, и появился ад. Все было как в 7D фильме. Фигуры двигались, даже норовили схватить нас, но они - всего лишь иллюзия. -Ад, это самое ужасное место в мире, которое я знаю. И в котором я был не раз. В начале пути, душа должна открыть огромные ворота ада. Всякая душа с начала думает, что это не ад, а рай. Но зайдя за ворота, она понимает, что она в аду. Но пути обратно нету. Сразу же становятся слышны вой адских псов и стоны других душ. Рванув обратно, душа замечает, что ворот больше нету. Главный закон ада – если не ты, то тебя. Если душа будет идти вперед, то она может наткнуться либо на адских псов, либо на крепость. Псы утащат душу к королю ада. К Кроули. У него душа будет либо сожрана псами, либо отправиться в «костер». Душа в этом костре будет жариться много лет, пока Кроули ее не выпустит. А в аду душу ждут ловушки. Войдя, видно длинный коридор. Душа идет вперед. Пройдя немного, душа начинает слышать «спаси нас». Многие проходят вперед, не желая слышать стоны. И тогда выход отдаляется. Если решишь помочь, душа открывает клетку. Оттуда вылезает любое чудовище. Это может быть все что угодно. Много душ остается в клетке. Если же душа переборола страх перед этим чудовищем, то она проходит дальше. Опять идет душа по коридору. Теперь слышно «отойди от меня». Естественно, обойти или вернуться назад нельзя. Эту душу хватает другая душа, которая жаждет жрачки или убийств. Если каким-то образом, душа выжила, игра продолжается. Теперь игра на выживание начинается. Это мое любимое место. Сзади бегут гончие, а впереди коридор. Везде слышится «беги, не оборачивайся», «ты или тебя». Если душа обернется, она ослепнет и ее сразу же съедают гончие. Если душа останавливается, то она принимает бой. Собаки превращаются в такие же души. Далее бой на кулаках. Если душа выиграла, то она идет в последнюю дверь. Опять слышится «ты или тебя». Рядом с душой появляется демон. -Ты или тебя? – спрашивает демон. Если «ты», то душа становиться мучителем. Если «тебя», то душа становиться мучеником. Сам я не понял, что случилось, потому что у ребят были сужены глаза от шока, да и они все тряслись. -Да что здесь за нахер происходит? – Майк, отойдя от шока, посмотрел на меня. -А что-то не так? – сказал я вслух, но про себя думал «я спалился». -Да что ты такое? – Чез ткнул меня в плечо. -Я вообще-то человек, как и вы, – сердце бешено билось. Я давно так не волновался из-за какой-то херни. Я посмотрел на время. Было 1:33 ночи. -Я в туалет, потом все ложатся спать, – я выбежал из комнаты и помчался в туалет. Естественно, я не заметил Шиноду, который пошел за мной. Зайдя в туалет, который был большим (несколько кабинок), я хотел успокоиться, но Майк прижал меня спиной к стенке. -Что ты за хуйня? Человек не может описывать ад так, чтобы вокруг и вправду был ад! Да и ты не следишь за своим язычком. Ты сказал «в котором я был не раз». Ты был в аду, плюс те иероглифы на записке. Ты… ты…чертов демон! – Шинода хотел ударить меня в нос, но я просто наклонил голову, тем самым уклоняясь. -Я ангел. Всего лишь ангел. Эх, люди вправду стали догадливее. Но вдобавок стали они и жестокими, – Майк отпустил меня, и мы теперь стояли в шаге друг от друга. – Я ищу себе…друзей, что ли. Не знаю, как это назвать. Думаю, ты не хочешь меня больше видеть. Да и знать, похоже, тоже не хочешь…я уйду. Хорошо? – я хотел было уйти, но Шинода преградил путь. -Рассказывай дальше. Ты отсюда никуда не выйдешь, пока не расскажешь о себе все. Потому что ты в группе, и тебя никто никуда не вышвырнет, – Шинизл сложил руки на груди и пристально посмотрел на меня. -Что ты хочешь знать? -Все. Кто ты, почему ты здесь, сколько лет на самом деле. -Ну, мне больше 4 миллионов лет, я высший ангел. Все силы нужно восстанавливать. Здесь я, потому что ищу своих людей. Они должны быть ангелами, как и я. Вроде все, что ты должен знать. -Если так, то почему ты решил, что мы тебя примем? – Майк до этого момента был решительным, а сейчас он был растерян. -Голоса. Ваши голоса я хочу слышать рядом всю свою оставшуюся жизнь. В прошлый раз я ошибся, выбрав женщину. И это будет мой первый опят с парнями. Меня тянет к вам. И я не хочу больше ошибаться. Я хочу просто любви. Я никому не нужен. Даже своим братьям. Они вечно хотят меня с моего места спихнуть, просто-напросто убив меня. Слезы сами потекли из глаз…да-а-а…какой же я тряпкой стал. Отодвинув Майка от двери, я ее открыл и уже вышел, но Шинода меня затащил обратно в туалет и обнял. За мои слова в тысячном году этой эры, меня бы подвергли пыткам, но сейчас начало двухтысячных. Теперь люди стали более непредсказуемыми. И вот сейчас Майк стоял, опираясь об стену, обнимая меня и пытаясь успокоить, думал. О чем он думал, я не знаю. Но его сердце билось то медленно, словно нашло ответ, то с бешеной скоростью, будто принадлежало человеку, у которого проблемы с сердцем, который пробежал кросс в тысячу метров. Я не знаю, сколько мы так простояли, но когда мы вернулись в комнату, все ребята уже спали.