***
Возмущенный вскрик огласил двор. Виной тому был неведомый снаряд, запущенный кем-то из хулиганов прямиком в затылок мирно играющей девочке. Она тут же поднялась на ноги и обернулась, пытаясь понять, кто решил так злобно подшутить над ней. Виновник был обнаружен по злорадному смеху: он прятался на дереве. В руках его была рогатка, которой он и воспользовался для того, чтобы обратить на себя внимание, а на голове - пиратская треуголка. - Зачем ты стреляешь в меня? - обиженно спросила девочка, важно скрестив руки на груди. Мальчишка ничего не ответил ей и продолжил смеяться. И как с таким вообще можно было о чем-либо разговаривать? - Спустись оттуда сейчас же! - потребовала Франсуаза, топнув ножкой. Даже с расстояния она понимала, что хулиган точно младше ее. Так почему же он не слушается? - Вот еще! - пират взял в руки деревянный меч и демонстративно взмахнул им. - Пираты не боятся девчонок! - он встал на ветку, хохоча и размахивая своим оружием. - Ты же упадешь! - ахнула девочка. Каким бы глупым и непослушным ни был хулиган, все равно нельзя было допустить, чтобы он свалился с этого дерева. Высота была внушительной. - Я?! Спорим, что я смогу стоять без рук? - хулиган убрал руку, которой он придерживался за ствол дерева, и поднял ее повыше, показывая свое превосходство. - Теперь точно упадет... - тихо, так, чтобы не слышал мальчишка, пробубнила Франсуаза и закрыла глаза, чтобы не видеть этого. - Что ты сказала?! Да я сейчас... Карамба!!! В следующую секунду раздался скрип покачнувшейся ветки, а затем - звук падения чего-то тяжелого на землю и злобное шипение. Не нужно было открывать глаза, чтобы понять, что опасения Франсуазы, к сожалению, сбылись. - Уже можно открывать глаза? Ты ведь ничего не сломал? - робко спросила она. - Все из-за тебя, ты, жалкий спрут! - выругался пират. Ему было слишком больно, чтобы сдерживать поток ругани. - Я тебя предупреждала, - напомнила девочка и убрала руки с лица. - Ушибся? Где ты живешь? - Не нужна мне твоя помощь, сухопутная крыса! - отмахнулся он и попытался встать. Вышло у него не очень хорошо: его ноги подкашивались, а сам он крупно дрожал. Однако упрямство не позволяло принять помощь, тем более, от девчонки. - А я думаю, что нужна, - заявила Франсуаза и бесстрашно подошла к пирату, протягивая руки. Даже пиратское упрямство может дать трещину. Так случилось и с Артуром в тот день: он позволил довести себя до дома, правда, то и дело порываясь идти самостоятельно. А потом оказалось, что он просто вывихнул ногу, и пришлось сидеть дома какое-то время, завистливо наблюдая из окна за тем, как резвятся другие мальчишки. Однозначно, это послужило для маленького пирата хорошим уроком...***
- Я навещала его каждый день, и мы постепенно подружились, - проговорила Франсуаза. - А когда ему можно было снова гулять, он продолжил хулиганить, но больше никогда не обижал меня. - Между прочим, я защищал тебя от других хулиганов! - добавил Артур, возмущенный тем, что супруга то и дело забывает важные факты. - Да и стал спокойнее. Это даже мои родители заметили! - Хорошо-хорошо, - сквозь хихиканье подтвердила женщина. - Но вел ты себя все равно безобразно. - Да ну тебя, - беззлобно фыркнул Артур и склонился над документами, не желая спорить об этом. Стыдно было признавать перед собственными детьми, что сам он был даже хуже. - Дети, а теперь давайте поцелуем папу и пойдем готовить обед! - предложила Франсуаза. - А на кухне я расскажу еще что-нибудь. Близнецы в один голос воскликнули радостное "ура" и бросились к папе, облепив его с двух сторон. Каждый дотянулся до папиной щеки, быстро чмокнув, а затем они убежали на кухню. Им не терпелось послушать и другие интересные истории. - Ох уж эти твои французские традиции с постоянными поцелуями, - проворчал Артур, делая вид, что ему такие проявления любви совсем не нравятся. - Не притворяйся, я-то знаю, как ты это любишь, - проворковала Франсуаза и подошла к нему, чтобы тоже поцеловать. На этот раз в лоб, так по-теплому! - А теперь работай, милый. Я прослежу, чтобы мальчики тебе не мешали. Женщина улыбнулась напоследок и удалилась, закрыв за собой дверь. Улыбался и Артур: все-таки, у него была замечательная семья...