«Н» как «Наследственность»

Трагедия «Утро понедельника», третий день июля. Япония, Намимори. Район Синдзи-ку, дом Савада. Этим утром Тсунаеши подскочила от грохота и раздавшегося после тихого стука в дверь ее комнаты. Сонно потерев глаза и зевнув, она узрела, что на часах половина седьмого, и вспомнила, что сегодня пришкольное построение. - Войдите… Голос со сна был хриплым, и Савада чуть прокашлялась, после чего душераздирающе зевнула и потянулась. И именно в эту секунду дверь отворилась, и в образовавшемся проеме показался бросивший на нее внимательный взгляд Реборн. - Вставать пора, Савада Тсунаеши, - в голосе его еще сквозило сомнение в том, что она – Савада. Наверное, потому что девушка часто пропадала допоздна, а мать временами словно бы о ней забывала. – Твой брат уже проснулся. - А, так это он сейчас с лестницы скатился? – усмехнулась необъявленная принцесса Вонголы. Молодой человек раскрыл дверь пошире и облокотился спиной на косяк, поправляя любимую шляпу, которую не снимал даже в доме. - Ну, ты же скатилась с лестницы вчера. По его вине, между прочим, - он приподнял в усмешке уголки губ, так и не оторвав от нее какого-то очень по-взрослому задумчивого взгляда для человека, который выглядит на двадцать лет. – И почему мне кажется, что тебе его совсем не жаль? Савада поднялась с кровати и поплелась к шкафу, периодически еще продолжая позевывать. - А с чего бы это мне должно быть его жаль? – она громыхнула дверцей, достала вешалку со своей школьной формой и тут только обернулась к ожидающему ответа собеседнику. – Хотя да, мне его жаль… - она задумчиво нахмурила брови. – Но я сама с удовольствием врезала бы ему. Так почему я должна мешать тебе его воспитывать? - Что-то я тебя не понимаю, - вздохнул Аркобалено. Тсунаеши вперила в него неожиданно серьезный и зоркий взгляд. - А тебе и не надо. А теперь выйди пожалуйста – мне переодеться надо, а то ведь опоздаю. Не хочу получать выговор от Хибари-сана. Киллер хмыкнул, но все-таки вышел, тихо притворив за собой дверь. - Поторопись, иначе я съем твой завтрак, - послышалось из коридора. Савада фыркнула и спрятала пылающее лицо в школьной блузке, на минуту уткнувшись носом в ее легкую прохладную ткань. Аркобалено хоть и был домашним учителем исключительно Сейджи, всю последнюю неделю будил ее в школу подобным образом и иногда даже позволял себе перекидываться с ней понимающими взглядами и колкими репликами. И Тсунаеши не могла пока толком понять, боялась она этого или каждый раз с нетерпением ожидала. Собственно, никакого толком амплуа у нее не было, кроме как ежедневно строить из себя ничего не знающую девчонку, так что она особо и не скрывалась, делая что-либо, а если уходила к Мукуро и ребятам, то точно знала, что киллер сможет хотя бы подслушать их разговор только если очень и очень захочет. Реборн же к ней пока что подобного интереса не проявлял, так что девушка не слишком и волновалась. Приведя себя в порядок и прошествовав на кухню, Тсунаеши привычно кивнула матери, которая, что совершенно неудивительно, в этот раз проигнорировала ее, и по своему обыкновению полезла в холодильник. Сидящий уже за столом Реборн перевел на нее недоуменный взгляд. - Почему бы тебе не позавтракать со всеми, Савада Тсунаеши? – девушка поморщилась. - А ты видишь, что стол сервирован еще и на меня? – она постаралась невозмутимо усмехнуться и столкнулась взглядом со взглядом жутко недовольного миром брата. – Доброе утро, Сейджи, - это было сказано скорее по привычке, он никогда ей не отвечал. Однако в этот раз все было как-то иначе. - Доброе, - сквозь зубы процедил парень, заставив сестру вскинуть ошеломленно брови. Савада оглядела кухню подозрительным взглядом и наткнулась на Реборна, кривящего губы в насмешке. Тут все и стало ясно. Девушка покачала головой и поспешила ретироваться. Уж лучше она дождется обеденного перерыва, чтобы поесть либо с Хибари, либо с ребятами и Мукуро. Может быть, к ним даже присоединятся девчонки. Хотя Киоко и Хару от нее за эти два года порядочно отдалились… Или это она отдалилась от них. Это уже не суть важно. Тсунаеши тряхнула вьющимися рыже-каштановыми прядками, попутно отбрасывая этим жестом челку с лица, и выскользнула за дверь, чувствуя, как зудит между лопаток от пронзительного любопытного взгляда. Надо было спешить. Час пополудни того же дня. Италия, Рим. Основная штаб-квартира семьи Вонгола. Тимотео Вонгола блуждал утомленным взглядом по стенам своего кабинета, изредка спотыкаясь им о рамы портретов, гарды мечей и кромки широких щитов. Внешний советник опаздывал непозволительно сильно даже для него. Когда Девятый дон уже почти потерял терпение, дверь бесшумно открылась, и в проем проскользнул удивительно просто для своих габаритов высокий мускулистый мужчина с пшеничной шевелюрой и небольшой щегольской пшеничной же бородкой. - Дон Вонгола, мое почтение, - чуть улыбнулся мужчина и, притворив за собой дверь, прошествовал к пустующему креслу, мягко опускаясь на его сиденье. - Рад видеть тебя, Емицу, - кивнул в знак ответного приветствия старик. – Что хорошего ты можешь мне доложить о своем сыне? Улыбка на секунду застыла у Савады на губах, превращаясь в мертвую маску, а потом Внешний советник заговорил. Видимо, он полагал, что свидетелей у их разговора нет, потому излагал ситуацию привычными ему словами, немного лениво даже растягивая гласные, что, впрочем, было не так заметно. - Сейджи тренируется с большой охотой, дон Тимотео. Недавно я связывался с ним, и он сказал, что почтет за честь стать Десятым главой Вонголы. У него большие задатки – я знаю, ведь в детстве я каждый приезд сам тренировался с ним. Уверен, он не растерял свои навыки, а только улучшил их к приезду Реборна, ведь пост главы – это очень и очень ответственный чин, особенно если учесть наше положение в мире. Тон мужчины был удивительно спокойным, плавным и обволакивающим. Доверительным. Тимотео слушал, не перебивая и только изредка чуть кивая. Слова Емицу в корне отличались от слов Реборна, ужасно недовольного учеником и его навыками. А еще – его совершенно посторонними мыслями о карьере кинорежиссера. Но Тимотео слушал, машинально вспоминая слова своего друга и радуясь тому, что тот ни на минуту не зазевался. «А вы знаете, что у Савады Емицу кроме сына еще есть дочь? Куда более подходящая, к слову, как на пост Десятой главы Вонголы, так и на пост Арабеллы совета Единодушия».