Мерлин: Возвращение короля

      В комнате Артура было лишь одно окно, но большое, от пола до потолка. Обычно оно было закрыто темно-коричневыми шторами, потому что так нравилось королю, но сейчас, когда его не было, шторы были раздвинуты.       Гвиневра, скрестив руки и облокотившись об стену рядом с идеально чистыми стеклами, смотрела куда-то вдаль.       Дом Пендрагонов был почти в десять раз больше ее собственного и это утомляло ее.       Утер позаботился о том, чтобы в его новом замке все было обустроено в лучших традициях нового дизайнерского течения. Огромные комнаты не смотря на имеющуюся в них мебель, казались пустыми, холодными, напрочь лишенными уюта. Большие картины, изящные скульптуры, роскошные ковры будто бы напоминали что она чужая. Гвен против своей воли сравнивала этот особняк с замком Камелота. Вроде бы кроме внушающих размеров ничего общего не было, но чувства были те же. В замке, по крайней мере, всегда было оживленно. Постоянные гости, банкеты и турниры оживляли мрачные стены. В глазах королевы появились не прошенные слезы. Не смотря на все то, что она пережила в Камелоте, она скучала по нему. Со временем память стерла все плохое, оставив лишь приятные воспоминания, от этого стало только хуже. Возвращаясь туда, она понимала, что была счастлива. Хотя это длилось недолго…       В новом пристанище Пендрагонов почти не было гостей. Особенно в последние месяцы, когда на плечи Артура легли непомерные заботы о компании, доме, о ней и о чем-то еще. Слуг в доме тоже не было. Кончено, иногда приходили уборщицы, водитель, но это происходило не так часто.       Наверное, Утер не доверял посторонним, или просто боялся, что кто-то узнает о его скелетах в шкафу.       Сколько бы она не старалась, не могла сказать наш дом, наша комната.       Комната Артура…       Кровать Артура…       Окно Артура…       Жизнь Артура.

***

      Был уже вечер, когда король Артур и его спутники добрались до дома. В наступившей тишине были слышны лишь их шаги, рев проезжавших мимо машин и легкое дуновение ветерка, заставившего листья дрожать. По сравнению с тем, как оживленно все было в машине, Мерлин почувствовал какое-то еле ощутимое волнение. Он прекрасно понимал, что все мысли Артура сейчас заполнены Гвен, и хоть она должна быть в безопасности, волшебник знал, Пендрагон не успокоится пока не убедится в этом сам. Однако его все еще волновало происходящее. Не что-то определенное, скорее уж сама ситуация, ситуации. Безучастно наблюдая, как король открывает дверь, он ощутил как на его плечо опустилась чья-то рука.       — Что? — он вопросительно повернулся к Мордреду.       — Ты в порядке? — друид воспринял молчание Мерлина, как ответ. — Прости, идиотский вопрос.       — Я в порядке, — ответил волшебник, слегка улыбаясь.       Артур открыл дверь, заходя внутрь. У него возникло ощущение, будто бы он вернулся домой с какого-то длинного путешествия, будто прошел не день, а месяц.       За ним в дом вошли и Мерлин с Мордредом. Со второго этаже до них донесся скрип двери, затем хлопок, кто-то спускался к ним быстрыми шагами. На лестничном проеме показалось длинное, зеленое платье, и у короля перехватило дыхание. Однако уже через секунду оно сменилось банальным разочарованием. Это была Фрея.       — Мерлин! — глаза Фреи просветлели, когда она заметила волшебника и бывшего возлюбленного. От Мордреда она слышала, где находится Мерлин, что он жив, относительно здоров, но лишь увидев все собственными глазами она испытала облегчение.       Волшебник не успел произнести приветственных слов, когда она уже кинулась на него с обьятиями.       — Рад видеть тебя, — знакомый запах Фреи навел воспоминания о утерянном прошлом. Пусть это лишь прошлое, далекое и маленькое воспоминание, оно приятно согрело сердце волшебника. Сзади послышался кашель Мордреда.       — А меня обнять не хочешь? — девушка сразу же отпустила Мерлина. В глазах ее появился недобрый блеск, на смену искренней радости пришла злость. Мордред все еще ухмылялся, когда Фрея изо всех сил ударила его по лицу. Рука друида машинально схватилась на покрасневшую щеку. — За что?!       — За то, что исчез не сказав ни слова, — и прежде чем, он успел возразить, она обхватив его за шею, яростно впилась в губы. Улыбнувшись, Мордред страстно прижал ее к себе, положив свои руки на ее талию.       — Кхе-кхе, — Артур попытался привлечь к себе внимание, но безрезультатно. — Кхе-кхе!       Парочка уставилась на него: Мордред с недоумением, Фрея весьма раздраженно.       — Здравствуй, Артур, — холодно поздоровалась девушка.       — Давно не заходила, — от ее взгляда где-то внутри похолодало. Она уже давно вела себя довольно странно по отношению к нему, и теперь он, кажется, начал догадываться в чем дело. «Мерлин. Конечно. Она злиться из-за того, что я его… арестовал».       — Может хватит смотреть на меня, как на какого-то узурпатора? — раздраженно спросил он.       — Я только начала, — Мерлин подумал, что раньше не замечал за ней такой стойкости и уверенности. Неужели тот же человек, с той же душой, с тем же телом, может так сильно измениться пусть и за немалый срок? Или все дело в ее бойфренде?       Между тем Артур и Фрея сверлили друг друга глазами пока маг наконец не напомнил королю о своей королеве:       — Не хочешь убедиться, что с Гвен все хорошо?       — Да, так и сделаю, — с королевским благородством поправив воротник на рубашке, Артур направился на второй этаж.       Наблюдая за тем, как эти двое держаться за руки, бросая друг на друга голодные взгляды, Великий Эмрис вдруг ощутил себя третьим лишним.       — Знаете, я все понимаю и буду не против если вы тоже… поднимитесь на второй этаж.       — Спасибо, ты настоящий друг, — преувеличенно растроганно произнес Мордред, уводя за собой Фрею.       — После мы обязательно все обсудим и придумаем план действий, — пообещала она уже с лестничного проема.       Ухмыльнувшись, Мерлин проводил их взглядом, пока они не скрылись с глаз.       В активных диалогах легко отталкивать не прошенные мысли, но затем они мстят еще большей навязчивостью, атакуя мощной волной сомнений.       Эмрис не мог забыть ее голос, то как она его обыскивала, как прикасалась. Он пытался отгонять все мысли о ней, но хоть одна маленькая картинка постоянно резала его изнутри. К своему удивлению, он признал, что не так уж и отчаянно он пытается отогнать грустные мысли. В каком-то смысли ему это даже нравилось. Вспоминать о ней, о том, какого было быть рядом, вместе с ней, засыпать на одной кровати, зная, что где-то всего в нескольких сантиметрах находится ее обнаженное тело, слегка влажные губы. Он был уверен, что может остановить себя, не думать о ней, но просто не хотел этого. Мерлину было легче признать, что он извращенец, получавший наслаждение от боли и страданий, чем забыть, стать безразличным.       «Не сейчас, еще несколько минут, — твердил он себе. — Вскоре мне все равно придется возненавидеть ее, но попозже… Я хочу любить еще несколько минут».

***

      Гвен знала, что Артур уже пришел, слышала, как открылась входная дверь, его шаги, но дверь открылась настолько резко, что это заставило ее слегка испугаться. В дверях, конечно, стоял ее любимый. У нее возникло странное ощущение, будто бы он возвратился к ней с какого-то турнира или похода. Гвен давно не чувствовала такого. Столько столетий прошло, а чувства оставались прежними. Спустя столько лет, когда король возвращался, королева, не задавая никаких вопросов просто бросалась в его обьятия. Лишь когда его руки нежно, но крепко обнимали его, когда она ощущала запах его волос, она успокаивалась, убеждалась в том, что он действительно вернулся. Он жив.       Почему-то на этот раз он был слегка холодным, хотя обнимал с той же силой, так же крепко. Она отодвинулась от него, смотря прямо в глаза. Он смотрел с той же уверенностью, королевской гордыней. Гвен стало страшно. Она уже сто раз прокручивала в голове этот момент. Она точно знала, что должна ему сказать, чтобы Артур поверил, но сердце билось слишком быстро, волнение не давало ей возможности мыслить здраво, все смешалось.       — Где ты был? — выдавила она из себя, не в силах больше терпеть молчание. Она сразу же пожалела об этом, глаза Артура потемнели от злости.       — Где Я был? — переспросил он. — Ты так шутишь?       — Артур я…       — Где ТЫ была, Гвен?       — Я же говорила, я ходила на…       — Собеседование, — закончил за нее Артур, — Которое длилось всю ночь.       — Тебе надо успокоиться, — сказала Гвен, хотя спокойствия она в первую очередь пожелала бы именно себе.       — Успокоится значит, — поддразнивая, повторил он. — Как я сам не догадался?! Когда мне позвонила это сумасшедшая ведьма, я просто должен был успокоиться, а я, идиот, кинулся неизвестно куда, чтобы спасти свою прекрасную принцессу!       — Не ори на меня!       — Точно, — резко переходя на шепот, Артур продолжал говорить в той же манере. — Надо успокоиться. Ведь все это время ты была в безопасности. Верно?       — Тебе было бы легче, если бы мне действительно грозила опасность?       — Да, — разговор происходил слишком быстро, так что и ответ последовал практически сразу.       — В этом весь ТЫ! Всегда все должно быть так, как сказал великий король Артур, все должны подчиняться его проказам, и просить разрешения для каждого шага! Я устала от этого.       — Думаешь мне легко? — опять переходя на крик, он сократил дистанцию между ними. — Думаешь, мне нравится ревновать тебя к каждому столбу?! Но, черт, ты сама меня провоцируешь!       До этого Гвен лишь думала о том, как оправдаться, а сейчас ей просто хотелось сказать правду. Она чувствовала себя виноватой только от мысли, что должна солгать ему, но сейчас единственным ее чувством была злость, вызванная необоснованными обвинениями. В глубине души она очень долго чувствовала себя виноватой, но сейчас все вдруг переменилось. Гвиневра задавалась вопросом: в чем же она все же виновата? В поцелуе, совершенном против ее воли? Когда она это поняла, желание оправдываться, обьясняться сразу пропало.       — Артур, я действительно была не на собеседовании. Я соврала тебе, — к ее удивлению голос зазвучал слишком спокойно.       — Тогда где же?       — Я не скажу, — Пендрагон нахмурился, поджав губы, и девушка добавила. — Ты не поймешь. Не сейчас.       — Отличное обьяснение, — пытаясь найти ответ где-то на ней, он осмотрел ее целиком. — За эти два дня я слишком часто слышал эти слова.       Пендрагон, взяв с собой куртку, направился к двери. Гиневра ожидала громкого хлопка, но он ушел без шума.

***

      Добираться до комнаты оказалось сложнее, чем они думали. Коридор был слегка узковатым, и они постоянно ударялись об стены. У самой двери Фрея прижала его ко стене, крепко сжав темные волосы партнера. Мордред с привычной полуулыбкой на лице опустил голову так, чтобы губами коснуться ее груди через тоненькое платье. Так, где он облизнул ее, осталось мокрое пятно. Затем положение изменилось. Неожиданным рывком, он повернул Фрею так, что теперь она была прижата к стенке, да еще и лицом. Сам он начал растягивать молнию на платье и лифчик под ним, прижимаясь к ней всем телом. Она тихо стонала, не в силах сдерживаться.       — Может для начала зайдем внутрь? — предложила она прерывающимся дыханием.       — Всегда хотел сделать это именно в коридоре Утера, — не останавливая ласки, сказал Мордред, расстегивая уже свою молнию.       — Мордред! — она возмущенно повернулась к нему. Их глаза встретились, обоюдное желание сжигало их. Он вцепился в ее губы, страстно, требовательно.       Кое-как нащупав дверную ручку, Фрея открыла дверь, в знакомую комнату любовника. Отцепившись от него, она шагнула внутрь, маня к себе жестами, взглядом, полным желания. Платье скользило с ее белоснежных плеч, обнажая маленькую, но красивую грудь. В эти моменты Мордред вспоминал, кем на самом деле является его девушка. Эти длинные черные волосы, изящные, гибкие движения…       — Моя маленькая пантерочка, — усмехнулся он, быстро стягивая с себя джинсы.       — Ты такой медленный, — недовольно пробурчала «пантерочка», устраиваясь на его кровати. После этих слов он стал двигаться еще медленнее, дразня ее. Она решила закрыть глаза, и ждать свою жертву. Она слышала его шаги, то, как он остановился, и замерла, ожидая.       Мордред не торопился, наслаждаясь ее телом. Даже когда она закрыла глаза, он чувствовал желание девушки. Он поднялся на кровать, подкрадываясь к ней, словно тигр, облизывая разные части тела, принюхиваясь. Этот запах опьянял его, и медлить больше не хотелось. Он снова поцеловал ее, на этот раз нежнее, крепко обхватив за шею. Ее руки ласкали его спину, царапали, поднимаясь к волосам. Фрея обожала его волосы, такие мягкие, черные.       Кровать слегка скрипела из-за коротких толчков. Их тела уже ничто не разделяло, но им этого было мало.       Мордред, уже на взводе, вошел в нее, и она вскрикнула. Ему очень хотелось, чтобы ее голос не умолкал, он продолжал двигаться, шепотом произнося ее имя.       Вскоре, оба обессиленно лежали на боку, всматриваясь в лицо напротив.       Мордред сложил под головой руку, слегка закрыв глаза. Довольная улыбка распространилась на его лице. Привстав, Фрея с интересом рассматривала его черты, особенно приятно было смотреть на длинные ресницы брюнета. Непроизвольно, она тоже улыбнулась.       — Мне не нравится просыпаться без тебя, — сказала она.       — Мммм, — сонно промурчал друид.       — Иногда мне кажется, что мы слишком счастливы, — внезапно серьезным голосом произнесла она.       — Что? — усмехнулся Мордред, приоткрыв глаза.       — Мне всего твердили, что за каждую счастливую минуту, надо платить.       — Платить? И чем же?       — Не знаю, но мне страшно, — она отвела взгляд.       Из пантеры она неожиданно превратилась в маленького котенка, и Мордред, повинуясь сиюминутному порыву, обнял ее, нежно, защищая.       — Фрея, я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось.       — Знаю, — уверенно прошептала она, лаская его надежные руки. — Я не за себя боюсь.       — А за кого же? Мне следует ревновать? — играя, злился он.       — Мордред, я серьезно. Я волнуюсь за тебя.       — За меня? Что может случится с таким, как я? — беспечно поинтересовался друид.       — Тебя что-то мучает, — не обращая внимания на его шутки, она продолжала говорить серьезно. — И ты что-то скрываешь.       В тишине она слышала его ровное дыхание.       — Я люблю тебя, Фрея, — произнес он.       — Я люблю тебя, Мордред.       — Не смотря на то, что случится в будущем, помни это. Я не знаю как долго мы будем счастливы, но давай наслаждаться каждой минутой.

***

      — Ты куда? — Мерлин с недоумением наблюдал за королем. Все в нем выдавало крайнюю степень раздражения, начиная с быстрой походки, заканчивая хмурым выражением лица.       — В компанию. Остались незавершенные дела.       — Уже темно, может завтра закончишь? — предложил волшебник.       — Нет, мне звонили уже сотню раз, не знаю что у них там произошло в мое отсутствие, но должно быть, это важно.       Нависла неловкая пауза.       — Что делать мне? — решился спросил маг.       — В смысле?       — Ты мне веришь, или мне снова сесть в свою камеру? — слова прозвучали резче, чем Мерлин того хотел.