Мерлин: Возвращение короля

      Даже после самой долгой ночи всегда наступает утро. Солнце всегда восходит на востоке, обрывая красивые, счастливые сновидения. Каждый раз приходится, борясь с собой, вставать с кровати и погружаться в реальность. Однако, как только ночь снова врывается в нашу комнату, мы забываем об этом, все кажется прекрасным и бесконечным, мы снова счастливы.       Они лежали до полудня, ночь была долгой. Его рука находилась на ее обнаженной груди, она спокойно лежала, повернувшись к нему спиной. Он очень внимательно рассматривал веснушки на ее спине, пока не запомнил местонахождение каждой. Она зашевелилась.       — Доброе утро, — мягко произнес Уильям Пендрагон.       Она повернулась к нему и, закусив губу, уставилась прямо в его глаза. Пендрагона это возбудило, и он метнулся к ней пытаясь поцеловать.       — Нет, — она отстранила от себя его губы и встала с кровати.       — Карен… — соблазнительно произнес он.       — Мы же уже все решили, — она начала одеваться.       — Это ты решила, — Уильям разозлился. — Думаешь, я так просто отпущу тебя? И это после того, что ты мне рассказала?       Он встал, схватил ее за руку, разворачивая к себе.       — Все кончено, — смотря ему прямо в глаза, спокойно, даже безразлично, произнесла она. — Мы оба заняты.       — Я же говорил, что разведусь…       — Но не я! — зашипела Карен, отстраняя от себя руки любовника.- Ты же его друг, так что должен знать, на что он способен.       — Я защищу тебя!       — Виктор Горлуа никогда не позволит мне развестись. К тому же у меня есть дочь, — в который раз напомнила она об этом ему. — Маргаузе всего семь, как думаешь, кому достанется опека, если узнают, что ее мать спала с лучшим другом своего мужа?       Уильям присел на кровать.       — Это не справедливо, — произнес он. — По крайней мере, я заслуживаю знать правду.       — Я же сказала…       — Ты на третьем месяце, я могу быть отцом.       — Нет.       — Откуда ты знаешь? — крикнул он.       — Он не твой, — медленно, разжевывая каждое слово, отчеканила Карен.       Пендрагон внимательно посмотрел на нее. Он не верил ей. В ее глазах он отчетливо видел сожаление, мольбу, может, даже любовь. Однако он просто ушел, забрав все, что могло оставить следы того, что это вообще случилось.       Потом он часто задумывался, что бы случилось, если бы он остался, попытался бы убедить ее сказать правду. На эти вопросы он так и не смог ответить. Его жена, как оказалось, тоже была беременна, и этот факт заставил его изменить свое отношение к ней.       С самого начала, по крайней мере для него, это был обыкновенный брак по расчету. Дело было вовсе не в деньгах, их у Пендрагонов было полно. Все было зарыто намного глубже, хотя, в то время, просто и даже банально. Так случается постоянно. Два могучих клана соединяются ради общей цели. В этом случае — уничтожение магии. Он никогда не клялся в верности, мог не возвращаться домой неделями, но она терпела. В каком-то смысле ее это устраивало. У всех есть собственные секреты, а их легче хранить отдельно.       Но она забеременела. Каким-то образом это заставило Уильяма вспомнить о ней, думать о ней, как о своей жене и матери своего наследника. Неожиданно он начал уделять ей больше внимания, проводил с ней ночи, даже был нежен. Он знала о его изменах, в какой-то момент решила уйти, бросить его, но события решили разворачиваться по-другому. Сначала, когда он пытался быть с ней ласковым, она не подпускала его близко, старалась сохранять дистанцию, старательно скрывала правду о себе, но затем сдалась. Он умел расслаблять, пленять, внушать доверие, обезоруживать. Она привязывалась к нему. Ирэн понимала, что это скорее уж любовь к наследнику внутри нее нежили к ней, но была рада и этому.       Дни сменяли друг друга, пока не прошло семь месяцев. Она ощутила себя любимой, по крайней мере, ей казалось, что это любовь.       Ирэн Венаторес привыкла скрываться. Это логично, когда ее семья, весь ее род веками истребляет магических существ, ведьм и колдунов, и вдруг этот дар она находит в себе. Годами она пыталась казаться обычной и спокойной, не протестовала, когда ее выдавали замуж за еще одного ненавистника ведьм, не устраивала скандалов, когда он ей изменял.       Иногда в ее голове возникали сумасшедшие мысли: «А что если я расскажу ему? Может он все поймет? Я же его жена, он ведь не сможет меня убить? Я ношу его ребенка, в конце концов». Их всегда заглушал голос реальности: «Это же Уильям Пендрагон. От него можно ждать чего угодно… разве что магию он никогда не признает».       Колдуна может заметить лишь еще один колдун.       Гай — семейный врач этого дома, к тому же единственный колдун, которого Уильям не испепелил, зная о нем правду. Он работал еще у отца Пендрагона, который относился к магии не с такой ненавистью, и доверял своему давнему работнику. К тому же, если ты решил бороться против магии, то будь готов к тому, что тебя будут проклинать и травить. А кто может спасти от проклятий и магических ядов? Только другой колдун.       Именно Гай осматривал Ирэн во время беременности, и со временем он раскусил ее, а затем пообещал унести ее секрет в могилу.       Уильям верил Гайу, но не доверял.       Однажды, в темнице, под домом Пендрагонов, появились сразу семь фигур. Все они были в черных плащах и находились по ту сторону решетки.       — Что вы собираетесь с ними делать? — приподняв бровь, спросил Гай у шефа.       — Хочу познакомиться поближе, — неприятно улыбнулся Уильям.       Гай знал, что они умрут в любом случае, но не знал, почему они заперты.       — Боюсь, я не совсем понимаю…       — Что из себя представляет магия? — прервал его Уильям.- Возможно ли, что это всего лишь какое-то лишнее ДНК, или отклонение в молекулярной цепочке? Может лишняя извилина в мозгу или… Это может оказаться чем угодно!       Его воодушевленная речь насторожила врача.       — Вы собираетесь проводить над ними эксперименты?       — Ничего личного, — Пендрагон посмотрел в глаза старого лекаря. — Разве у тебя есть причины для возражения? Ты же завязал с магией.       — Да, — коротко кивнул Гай.

***

      — Мы не можем все так оставить, — Ирэн выжидающе уставилась на Гайа после того, как он ей все поведал.       — Да, но нам нужно быть осторожными, — ответил тот.       — Если бы он просто убил их…       — Да, — прервал ее Гай. — Я не уверен, что правильно поступил, рассказав тебе обо всем.       — Один ты не справишься. К тому же я слишком долго бездействовала.       — Да, но ребенок…       — Не будь параноиком — легкомысленно возразила она. — Нам всего лишь нужно открыть темницу.       — Я не прощу себе, если что-то пройдет не так.       Что-то все же пошло не так. Их поймали, Уильям узнал, что она ведьма, а Гай предал его, лгал ему, прикрывая ее все это время.       Гай и Ирэн были помещены в темницу вместе с остальными магами и ожидали решения Пендрагона. У Ирэн начались преждевременные роды. С помощью Гая она родила мальчика, и, возможно, лишь благодаря этому все остались живы. Уильям давно бы убил их, если бы не его наследник. Простить предателей он так и не смог, как бы Ирэн не уверяла его в своей любви, он оказался непреклонен и запер ее подальше ото всех, там, где никто и никогда не должен был найти ее до самой смерти.       Гая он просто прогнал прочь из своего дома. Когда дело казалось магии, он забывал обо всем: о друзьях, о чувствах, о любви, о милосердии. Все это было неважно перед огромной пропастью, наполненной его ненавистью к магии. Почему он так ненавидел магию? Кто знает…       Убить он ее не смог, но придумал нечто, куда более жестокое, чем банальное убийство. Он отнял у нее сына, заставил провести в мучительных догадках о нем целых восемнадцать лет.       Восемнадцать лет ее существование заполнялось лишь сомнением, страхом, одиночеством, и лишь мысли об Артуре не давали ей сдаться и сойти с ума, лишь надежда, что когда-нибудь они встретятся, давала ей силы. А еще ей хотелось хотя бы еще раз посмотреть в его глаза и узнать ответ на долго мучивший ее вопрос:       — Лишь на миг, хотя бы секунду, ты любил меня?