Сердце пирата

Эту легенду каждый должен знать. Её слагали наши с вами предки. Далёкой осенью, когда леса кружатся в хороводе ярких красок, пришёл великий праздник. И звался он Святой Охотой. Ведь именно единожды в год проходил здесь одинокий путник. Плащ его расшит был серебром, а в руках держал он лук костяной. Стрелы лунным светом светились в ночи, а днём золотом искрились. Лицо и руки Охотника магическими знаками покрыты были. И вот однажды увидели путника в серебряном плаще на опушке леса. Взяли мужчины луки резные, да стрел побольше и отправились на охоту в золотой лес. День сменяет ночь. Нет вестей. И тогда ночью, когда на небе загораются звёзды в чёрных локонах ночной богини, решила девушка лесное озеро навестить. Спряталась красавица под вуалью неба ночного, и убежала из дома родного. Тихонько крадется по лесу, но услышал Охотник шаги её. Интересно стало богу, и обратился он в духа бестелесного. Залез Охотник на дерево и стал наблюдать за девой у озера. Сняла красавица обувь и опустила белые ножки в воду. Сидит и поёт тихонько. Слушал бог охотничьего дела, и сердце его разгоралось всё больше и больше. Спрыгнул он с ветки, да напугал он избранницу. Убежала красавица, словно лань пугливая. Но забыла девушка у лесного озера ботиночки свои нарядные и вернулась ночью следующей. - Как имя твоё?- спросил бог охоты. Девушка вздрогнула и только глаза хотела поднять, как увидела плащ серебром подшитый. Опустила она взор испугано и отходить стала. Ведь если хоть словом с Охотником перемолвишься, птицей станешь, а если в глаза посмотришь то и вовсе зайцем обернёшься. - Не отдам я тебе ботиночки, пока имя мне своё не скажешь,- ветром зашелестел его голос у неё в волосах. Упрямой оказалась его избранница и ушла босиком. Да вот только обуви у неё другой и не было. Три раза звёзды восходили над землёй и трижды девушка в лес уходила. Но не дарил ветер Охотнику имя красавицы, а потому и он хранил её ботиночки. Десятая ночь наступает. И решает дева открыть хитрому богу имя своё. Ведь больно по камушкам за водой ходить и крапиву собирать. А ежели птицей она станет, то не беда. - Как имя твоё, Совушка?- спрашивал он всякий раз, когда она приходила. - Йордэн, - прошептала дева. Ветер донёс до Охотника и встал он перед избранницей. Подняла она глаза зелёные и посмотрела на него. Улыбнулся Охотник и вернул ей ботиночки. Птичкой забилось сердце у красавицы. Понравился ей Охотник. И теперь стала девушка каждую ночь к богу бегать. Цвела их любовь под сенью золотого леса. Дарил он обещания ей, что увезёт в Великий Лес, да пришло время прощаться. Проводила она его до речки, но шептались ветра, шелестели деревья, что-то страшное храня. Решила дева проследить за Охотником до речки быстрой. И увидела она то, чего сердце боялось. Печаль и горечь засохшим цветом осенних цветов легли на тёмные косы. Зачаровала Охотника сестрица. Обнимала любимого, слова добрые ему шептала. Заплакала Йордэн, и увидел её Охотник. Кинулась девушка в лес. Бежала по тропинкам звериным, пряталась за валунами. Но не отставал бог охоты. Обессиленная от погони дева около мохнатой ёлочке присела. Обняла её и запела песнь печальную о судьбе своей горькой. Пожалела её ёлочка пушистая и обняла колючими иголочками. И увидел Охотник, как любовь его деревом диким становится. Кожа мягкая корой тёмной поросла. Руки тонкие ветвями обратились. Зелен цвет глаз к иголочкам перешёл. Серьги крупные в шишки превратились. Плачет Йордэн, но слёзы смолой по коре текут. Печаль великая Охотника настигла. Обнял он свою избранницу, погладил по коре шероховатой и ушёл. Каждую осень теперь приходит бог охоты в лес золотой. Ждёт Охотник, когда любимая простит его и вновь человеком станет. Да только, как известно всем, не простила Йордэн любимого. До сих пор стоит ёлочка, которую бог охоты полюбил когда-то под сенью золотой листвы. 29 мая. Остров Арн. - Сюда!- рявкнул капитан на бледную девушку с лазурными волосами. Грубо придерживая её за предплечье, он бесцеремонно втолкнул девицу в тёмную каюту. - Нацу, блондинку пока пришвартуй у себя,- Редфокс загородил собой вход в каюту, чтобы мелкая даже и не думала улизнуть. - А эту куда?- темноволосый разбойник с серьгой в правом ухе кивком указал на Локсар. - К себе забирай. Вечером найдём им более подходящее место. Думаю, не стоит напоминать о замках,- устало потирая виски, капитан подождал, пока все разбредутся по своим делам. Не обращая внимания на мокрую аристократочку за спиной, он с размаху захлопнул дверь. Но та скрипнула и отворилась. Зло ругнувшись, Редфокс остервенело пнул треклятую дверь. По ту сторону послышалось недовольное шипение и что-то с лязгом упало на пол. Защёлкивая дверь на замок капитан с интересом прислушался и ему явно померещилось, хотя как знать… Не может же интеллигентная леди так бранится на трёх языках. - Эй, Отморозок! Какого хрена эта дверь скрипит как старая карга?- закипал капитан. Слишком много всякого дерьма свалилось в последнее время на плечи разбойника. И сейчас даже собственный корабль решил поелозить на его нервах. Проклятые двери. - А какого хрена ты ворчишь как старая карга?- передразнил Редфокса Грей. Квартирмейстер как раз проходил мимо, беззаботно высвистывая детскую песенку. Песня о русалке и Северном короле. Гажил помнил только несколько строк и то потому что Грей, порядком напившись, любил распевать эту сказку. Когда у него спрашивали о значении песни, то он отмалчивался. - Ща за борт полетишь, альбатрос пучеглазый! - гаркнул Редфокс, пряча железный ключ в потайной карман. Брюнет обернулся и увидел всю команду в сборе. Они выжидающе стояли на палубе, изредка перебрасываясь парой фраз друг с другом. - В чем проблема?- после секундного молчания, поинтересовался капитан. Из толпы вышел Дреяр. Разбойник с напускным безразличием выковыривал грязь из под ногтей острым кинжалом. Кто-то кашлянул в кулак, поторапливая светловолосого мужчину. Не отвлекаясь от своего занятия, пират со шрамом на лице громко озвучил вопрос, который не давал покоя многим на корабле. - Что дальше, капитан? – поморщившись на последнем слове, Лаксус вопросительно посмотрел на Редфокса. Толпа зароптала,- Засядем на мель? Будем ждать, пока истечёт время? М-м? Или же наш бравый капитан так боится? А если капитан трус, то может он уже… не капитан? - О, продолжай, не стесняйся. На минутку притворимся, что у нас демократия! Давай же. Мне интересно!- оскалился Редфокс, скрестив руки на груди. - Капитан, ну, в самом деле! У нас ведь семьи на суше. А деньги на деревьях не растут,- выкрикнул кто-то из толпы. Дреяр промолчал. - Сейчас самый прибыльный сезон! - Я слышал, корабли из Красных Песков повезут ценный груз на Север! - Илиане отправят кораблём верховную жрицу! Говорят, она себе под титьки два мешка золотом набивает, а меж ног вообще рубины прячет! Может, запустим руку в её декольте, а капитан?- мужчины раскатисто рассмеялись, не без удовольствия представив и камни, и деньги, и декольте. - А я б туда не только руку бы запустил!- усмехнулся парень с красной повязкой. - Кретин! Илианка не дура. Зубами бы щёлкнула, клацнула, перекусила, да улыбнулась бы потом! И прямая дорожка тебе в евнухи, мальчишка,- ворчал седой старик, показательно щёлкая зубами. Вся команда разом передёрнулась. - Это всё, конечно, замечательно, господа! Но с горластыми девками на судне не повоюешь,- вмешался Редфокс. - Ну, так скинем их на Остров! Там искать никто не будет,- предложил Дреяр. - А потом найдём их в борделе с приплодом у юбки!- раздраженно фыркнул капитан,- Дамочки останутся на корабле. Это уже точно. Если проблем не будет, то начнём сезон охоты на мелкую рыбёшку. И поплывём мы…,- Редфокс с отческой любовью взглянул на синие волны,-… на северо-запад к Птичьему острову! Команда осталась довольна выбором их капитана. Ведь издавна всем известно, что с приходом лета ледяной покров, что сковывает путь к Западному материку, теряет прочность и, в конце концов, исчезает. Торговцы с Востока знают об этом и никогда не упускают выгодно сбыть товар на другую землю. И на подступах летнего времени трюмы торговых кораблей заполняют разнообразным товаром. Первый рейс всегда выгоден. А где выгода там и они.

***

А тем временем в каюте затевался побег. Миниатюрная девушка нервно ходила по комнате, часто останавливаясь чтобы порыться в пиратских бумагах, документах, картах. Она всё время пугливо вздрагивала. Но ничего определенного она не находила. Не было ни писем с планом похищения, ни пометок на карте. Единственное что вызывало подозрение это совершенно безумная палитра жанров на книжной полке. Изредка там мелькала классика Севера и один томик Восточного издания. Много книг о приключениях. Пару раз она проводила пальчиком по толстым руководствам о свойствах металла и ковке стальных изделий. Не единожды находила пленница пыльную хронику ушедших веков. Но вот чего она не ожидала увидеть так это целое собрание эротических рассказов. С жирными разводами и весьма потрепанные экземпляры хорошенько были упрятаны за стопкой книг по ботанике. Недовольно качая головой, МакГарден взяла одну из книг и тихонько прочла название: - “ Что под юбкой у монашки? Дьявол или Бог?”,- Леви с сомнениями покосилась на книгу в своих руках,- Мужчины… И потом они что-то твердят о своей исключительности и образованности… МакГарден насторожилась. На палубе стало шумно. Слышался звонкий топот, злобный смех пиратов и шипение волн. Отбросив книгу, Леви бросилась к круглому оконцу. Её волновала эта резкая перемена жизни на корабле. Девушка резко открыла окно. Её губы невольно тронула тень улыбки. Ветер игривым зверьком пробежался по плечам и зарылся в лазурь волос. Заправив выбившиеся прядки за ушко, Леви, обеспокоено выглянула из-за окна. Корабль менял курс. И неизвестно куда они направлялись. - Чёрт!- ругнулась в сердцах девушка, пнув несчастный стул,- В бездну! Всё это в бездну! Она не любила устраивать прилюдные драмы, но теперь, когда она одна, душа желала свободы. Шум волн топил в себе её угрозы и проклятия. Она словно дикая кошка металась по каюте, изредка точа коготки об пиратские вещицы. Злости её не было предела. Она горела в собственной ярости. Казалось ещё немного и шлейф её платья полетит пеплом вслед за хозяйкой. Всю жизнь она считала себя другой, не такой как эти глупые вертихвостки при дворе. Тех гусынь интересовали лишь дворцовые интриги, мода и ядовитые речи. Они как цепко держались за свои места, так и ловко ускользали от ответственности. И Леви было гадко от того что она поступила как эти пугливые кокетки. Она бежала из храма при первой же возможности. Знала, кто там и бежала. Ах, а ещё этот разбойник! Его наглый и язвительный тон, будто она девка с рынка. А это чёртово словечко, которым он её назвал. - Мелкая! – рявкнула девушка,- Мелкое тут только достоинство этого грубияна! Отбросив стеснения из-за двусмысленности фразы, Леви стукнула кулачком по рабочему столу. И неожиданно отдёрнула руку, когда флакон с чернилами опрокинулся, и пальцев её коснулась холодная синька. Прижав к груди испачканную ладонь, МакГарден печально вздохнула. Ярость утихла так же быстро как и началась. Леви МакГарден присела на самый чистый стул и устремила одинокий взгляд на море.

***

- Выпусти меня! Выпусти! Чёртов разбойник!- светловолосая аристократка неистово колотила кулачками по широкой спине пирата. Этот дурак возомнил себя джентльменом и решил донести её до темницы, беззаботно перебросив через плечо. Но вот беда! Многочисленные юбки девушки так сильно лезли в лицо, что бывалый пират шатался, будто выпил три бутылки рома. Кружева, шёлк, ещё какая-то гадость всё время попадали в рот и зацеплялись за волосы. Отплёвываясь от ткани, пират виновато стискивал зубы, когда девушка обо что-то ударялась. Бам! Девушка ударилась головой об косяк. Дзынь! Они задели поварские котелки. Плюх! Красавица нечаянно опрокинула ведёрко с водой. Ба-бах! Разбойник споткнулся об ведро. - Сними свои юбки, женщина!- зло зарычал пират, громко чихнув из-за колючей оборки на ткани. У девушки даже не нашлось колкого ответа на столь бесстыдное предложение. Залившись румянцем, кареглазая задохнулась от возмущения. - А вот мы и пришли,- довольно провозгласил мужчина. Толкнув ногой дверь, пират хотел было сделать шаг, но позади раздалось злобное шипение. - Поставь меня на место!- разбойник невольно развернулся, и тут раздалось его неловкое “ой”. Девушка опять задела дверной косяк. И опять головой. Виновато прищурившись, мужчина, не медля, сбросил аристократку на жёсткую кровать. - Располагайся. Ну, я пошёл,- даже не взглянув на пленницу, пират пошёл на выход. Ему было неловко находиться вместе с ней в комнате. - Стой…- позвала его девушка,- Почему мы? - Так нужно,- не оборачиваясь, бросил пират напоследок,- Я не буду тебя запирать, а ты не станешь сбегать. Хорошо? - А как же Леви и Джувия?- её голос задрожал, предвещая ещё больший океан слёз. Но ответом ей был лишь хлопок двери. Он давно ушёл. Она же до сих пор так и лежала на жёсткой кровати. После того как она сидя спала в промокшей темнице ей хотелось отдохнуть. Ноги до ужаса закоченели, и хотелось спать. Подтянув к себе тёплое одеяло, девушка укрылась с головой. Плевать, что она кутается в пиратское одеяло с таким трепетом. Одеяло, кстати, пахло чем-то терпким и сладковатым. Хартфилия не могла точно определить, что могло иметь такой аромат. Или кто… С опаской закрыв глаза, Люси тихо радовалась теплу в своём маленьком коконе из одеяла.

***

Его до чёртиков бесило, что какая-то напудренная пигалица сейчас дрыхнет на его кровати. Она ещё и мокрая! Сырости ему и так хватало с излишком, а тут эта мокрая кошка. Хлебнув травяной настойки из бутылька, он скривился от горького привкуса лекарства. Отплёвываясь от вонючей настойки, он незаметно для лекаря достал флягу с виски. Пока врачеватель возился в своей траве, мужчина уже попивал крепкий напиток. Повеяло теплом. - Ну как настойка? Рука ещё болит?- мужчина с татуировкой на лице уже как две недели пытался избавить квартирмейстера от ноющей боли в руке. Но пока ничто не помогало и это беспокоило судового врача. Ведь он не так искусен во врачебных делах и не может оказать должной помощи пациенту. Единственный выход - это искать помощи на суше. Но сейчас не самое подходящее время чтобы мелькать на земле. Правда, был ещё один вариант… - Как обычно. Ты же сам знаешь,- запивая свою безнадёжность выпивкой, темноволосый пират пошевелил пальцами левой руки. Каждое движение больной рукой заставляло его стискивать зубы. Наверное, к его сожалению это была не яркая и острая вспышка боли. То была неторопливая, тягучая отрава, что текла по его венам. - Оставь корабль и плыви на сушу. Сколько нужно наших встреч чтобы ты понял, что долго не протянешь?- оперевшись жилистыми руками о стол, лекарь, не мигая, смотрел на больного. Его собеседник нервно улыбнулся и убрал руку со стола. - Уже нет дороги назад. Корабль не может лишиться своего квартирмейстера в такой час. Да и капитан будет против,- мрачные мысли пирата чёрной мантией окутывали его облик. Он знал, что будет дальше и уже смирился с неизбежным. - Конечно, не понравится. Но ещё больше ему не понравится, если твою голову повесят на пику. А если зараза распространится дальше запястья? Что тогда?- врачеватель волновался и по ярому его энтузиазму можно было догадаться, что перед ним сидел его друг. Темноволосый пират с серьгой в ухе отрицательно покачал головой. - Сам ведь знаешь, так, зачем ещё понапрасну нагонять туч? – ворчал разбойник, изредка промывая горло выпивкой. Врачеватель вздохнул, искоса бросив взгляд на инструменты под кожаным полотном. Острые ножи блестели. - Зачем мы тогда ждём? Может, покончим с этим прямо сейчас?- мужчина серьёзно уставился на квартирмейстера. - Мой друг… дай же помечтать. Глядишь, и завтра ко мне приплывёт русалка с лекарством ото всех моих болезней,- с глупой улыбкой деревенского дурачка сказал пират, но глаза его оставались такими же холодными. - Русалок не существует. Всего-навсего детские байки, мой добрый друг. Оплот воображения пьяных моряков и мечты писателей,- бубнил себе под нос лекарь. - Мне пора,- квартирмейстер встал, поправив свою треуголку. - Мы ещё не закончили!- возразил его друг, преграждая ему путь. - Я закончил. И давно,- оттолкнув его, темноволосый разбойник пошёл на выход. С хмурым видом Грей шёл по палубе. Жизнь на судне кипела в то время как его судьбу сковал холод неминуемой беды. Казалось он уже одной ногой в могиле, и лишь чудо могло вырвать его из цепких когтей смерти. Сейчас ему хотелось насладиться всеми красками жизни. Напиться бы до безумия, да так чтобы звёзды плясали пред ногами! А обворожительная красотка ждала бы его в постели. Она бы пахла персиками и весело смеялась над его шутками. Золотые мечты. Жаль, что он не знает, как пахнут персики. Он даже и не заметил, как добрался до своей каюты. Прекрасно помня день, когда его переселили сюда, мужчина горько усмехнулся. Тут воняло. Как он не старался избавиться, но до сих пор можно было уловить лёгкий аромат женских духов. Бывший владелец этих великолепных апартаментов решил привезти невесте в подарок всякие женские штучки. И среди этого хлама была большая, нет, даже огромная банка с вонючей водицей. Как уверял торговец у светских дам сейчас такая “вонючка” пользовалась популярность. Почему “вонючка”? Да потому что даже потная подмышка лесоруба по сравнению с этим благоухает весенними цветами. А против женских причуд не пройдёшь просто так. И как можно уже догадаться банка разбилась, и каюта провоняла насквозь. Потом этого матроса убили. Девка крепкой рукой и тяжёлым топориком отправила женишка на тот свет. И комнатку передали квартирмейстеру. Да только воняет здесь до сих пор. Отперев дверь, Грей вошёл в комнату и увидел русалку. Водный дух покоился на его кровати. Спокойная и тихая, словно тёмные воды ламбужки в лесной чащобе. Синие волны обрамляли бледное личико чудесного создания. Кожа белая подобно первому снегу. Глаза… он не видел их, но почему-то был уверен, что они не менее прекрасны. Он с лёгкостью мог бы представить, как эта водяная расчёсывает свои волны, распевая дивные песни. Но реальность была сурова. Лицо духа покрывали багровые следы кулаков, розовые губы потрескались и на подбородке виднелась засохшая кровь. Тонкие запястья опоясывали лиловые пятна. - Мужчины жестоки бывают порой. И нет тому оправданий. Рассыпится пеплом любовь на двоих. Сотрёт он её очертанья. Но, может, вернётся когда-нибудь вновь? Нет… никогда не вернётся любовь,- продекламировал пират, опираясь о дверной косяк. Он, кажется, видел её недавно, когда Дреяр тащил её на руках. Но тогда он лишь скользнул взглядом по непримечательной фигурке. Сейчас же он мог рассмотреть пленницу внимательней. И только морской бог знает, что было у него на уме. С непроницаемым лицом разбойник подошёл прямо к кровати. Его тёмные глаза придирчиво зацепились на фигурке аристократки. Она до сих пор не пришла в чувства. И он начал подозревать в чём дело. Ворча себе под нос что-то о бабских глупостях, он достал острый нож. Недолго церемонясь, Грей подцепил острым концом лиф платья и комнату заполнил звук рвущейся ткани. Скучающе он отодвинул белую ткань и лифа и многозначительно приподнял бровь. Корсеты. Ох, сколько он их повидал. А сколько раз он высвобождал дамочек из этих капканов при помощи одного лишь ножа. Но почему-то именно этот ему захотелось снимать бережно и аккуратно. Отложив нож, пират наклонился к русалке и, слегка помедлив, коснулся плотной ткани корсета. Неторопливо он пробежался пальцами по кружевной оборке. Когда рука коснулась кончика шнурка, он потянул за него. Бантик распался. Бережно он начал расшнуровывать её оковы. И вот последняя пара колечек на корсете и она свободна. Дыхание девушки больше не походило на порхание крыльев птицы. Теперь кислорода было достаточно. И квартирмейстер невольно залюбовался её минутной свободой. Щёки чудного создания порозовели. И, возможно, это его пьяные грёзы, но девица улыбнулась.

***

- Что думается, капитан?- Нацу подошёл к высокому мужчине. Он одиноко стоял у штурвала, вглядываясь вдаль. - Ничего хорошего. Надеюсь, ты запер блондинку?- между делом поинтересовался Редфокс. - Значит Птичий остров?- перевёл тему Драгнил, не желая отвечать на вопрос. - Пойдём по старому маршруту. А то и глядишь и судьба будет к нам благосклонна,- просто ответил Гажил. Сейчас он не нуждался в компании. Хотелось насладиться этой красотой в одиночку. Ничто не могло заменить чувство гордости, когда твой корабль рассекает морские волны. А та мощь, с которой ветер наполняет паруса! Ни одна красавица в мире не способна так обласкать сердце и душу капитана как палуба полная жизни. Скрип канатов, запах дерева, пороха и соли - всё это вдыхало в пирата такую радость и гордость, что и не передать словом. И если бы у него спросили готов ли он поплатиться жизнью за этот корабль. Пожалуй, он бы сказал бы “да”.