Холодный разум, горячее сердце. Часть 2

– Всем доброе утро, – Бэсс просто влетела в студию. Нельзя опаздывать, нельзя терять ни минуты перед последней репетицией. – И вам доброе утро, мисс Морган, – ответили хором девочки. – Девочки, присмотрите пока за Виктором, пока я готовлюсь к занятию, – бросила Элизабет, входя в свой маленький кабинет. Она стала просматривать почту, чеки, документы. Потом быстро переоделась в тренировочную пачку. Бэсс вышла ко всем, видя милую сердцу картину. Ее ученицы любили те дни, когда она приводила своего трехлетнего сына с собой. В такие дни семилетние девочки окружали его в круг, пытаясь занять его руки на время, найти ему задание на целое длинное занятие. Элизабет улыбнулась, она похлопала в ладоши, призывая всех встать по своим местам. Репетиция, как всегда, прошла весело. Бэсс никогда никому не давала халтурить, она всегда заставляла своих учениц прилагать максимум усилий, чтобы добиться поставленной цели. Сегодня поставленной целью был концерт для родителей. Элизабет уже четыре года руководила балетной школой. Она занималась с юными балеринами, другие же преподавательницы с более старшими, поздними вечерами так же преподавали танцы для взрослых. Эту идею ей предложила одна из хореографов, позаимствовав ее из фильма «Давайте потанцуем». Дела в школе шли успешно. Четыре года тому назад, приземлившись в Нью-Йорке, Бэсс совсем не предполагала, что дела так хорошо пойдут. Она жила в огромной квартире на Манхеттене с великолепным видом на парк. Здесь же у нее была престижная балетная школа. Бэсс часто бывала в нью-йоркском свете, общалась со многим влиятельными людьми. При этом всем она шпионила для британских служб. – Девочки, на сегодня все. Встретимся завтра, – Элизабет снова хлопнула в ладоши. – Виктор, пошли. Нам нужно Али забрать, мы хотели прогуляться по магазинам. – Опять! – воскликнул мальчик. – Мама, вы только недавно там были. – Ну, дорогой мой, Али нужно купить платье на вечеринку, – ответила Элизабет, беря сына за руку. – Хорошо, – пробурчал Виктор. – Вот и прекрасно, – Элизабет улыбнулась. Бэсс любила сына с первых минут, как только она узнала, что беременна. Хоть поначалу ей показалось, что все снова рухнуло. Много лет назад в Эдинбурге ей сказали, что детей у нее никогда не будет, поэтому такую новость она восприняла, как чудо. Хотя все же была минута паники. Бэсс позвонила Майкрофту Холмсу, своему начальнику. Он выслушал ее спокойно, сказал, что это никак не помешает ее деятельности. Он единственный знал, кто отец ее ребенка – его брат, детектив Шерлок Холмс, единственный мужчина, которого Бэсс любила и которого она оставила четыре года назад. Виктор Эдвард, названый в честь ее деда, был очень похож на Шерлока. Каждый раз, смотря на него, Бэсс видела его в сыне. Тот же пристальный взгляд, правда, зеленых глаз. Те же темные кудри, бледная кожа. Тот же ум, хотя тяга к прекрасному, наверное, была у Виктора из-за матери. Жизнь Элизабет в последние года была непроста. Когда-то она сияла в Ковент-Гардене, на один день стала прима-балериной. Но в один день все оборвалось. Ее семью безжалостно убили. В ту ночь Элизабет потеряла все: свои мечты, жениха и любовь, отца, владельца судостроительной компании, тетю. Все думали, что и она погибла в пожаре в Киттери-Холле. Ей удалось бежать. Изменив документы, она уехала в Эдинбург. Затем за полтора года она сменила множество городов, пока в поезде из Бристоля не встретила Ирэн Адлер – доминантку и авантюристку. Ирэн очень помогла ей по жизни. Элизабет Морган превратилась тогда в дорогую ночную бабочку, которая только выходила с мужчинами в свет. Бэсс стала собирать информацию, мечтая отомстить своим обидчикам. Три года ей понадобилось, чтобы утопить империю Тернера, который так безжалостно разобрался с ее семьей. Но все пошло не так, как она задумывала. В дело вмешались сантименты. Она повстречала Шерлока Холмса, когда обыскивала кабинет своего врага. Он тоже вел дело Тернера, она же считала, что ему не следует вмешиваться. Но их тянуло друг к другу. Элизабет влюбилась, впервые и по-настоящему. Она знала, что детектив совсем не простой человек, что ему совершенно чужды сантименты, но она поверила, что сможет завоевать его, открыть ему целый мир чувств. Это произошло лишь на короткий миг. Так счастлива она не была еще никогда. Но у всего есть свой конец. Все снова смешалось. Ее искали, как шантажистку, Шерлок же хотел ее защитить. Теперь-то она это понимала, но тогда ей казалось, что он просто хочет, чтобы она отдала ему компромат на Тернера, что играет с ней в чувства. Да, тогда она ошиблась, но сейчас у нее не осталось времени для сожалений. После возвращения, а вернее, воскрешения ее бывшего жениха все пошло наперекосяк. Ей стали угрожать. У Бэсс не осталось выхода, как отдать все, что у нее было на Тернера, Шерлоку Холмсу. Мистера Тернера убил Роберт Стюарт, ее жених, предавший Морганов когда-то. Элизабет думала, что теперь ее точно арестуют, как шантажистку, но ее отпустили, отправили в Нью-Йорк. Так преступница стала шпионкой. Элизабет пришлось уехать из Лондона, оставить любовь, выбрать между тюрьмой и свободой – Нью-Йорк. После рождения Виктора она с головой окунулась в новую работу. Бэсс подружилась с сыном Тернера, Томом, и его женой. Она узнавала все секреты, пересылая данные Майкрофту. Месяц назад дело завершилось, остатки империи Тернера разоблачили. Ее жизнь стала другой за эти четыре года. У нее был сын, новая помощница, Сэм, и племянница – любимая Аллегра. Дженни, ее милая светловолосая голубоглазая помощница, два года тому назад вышла замуж за юриста. Бэсс устроила им красивую свадьбу, желая им долгого счастья. Дженни заслужила этого, за последние пять лет, что она сопровождала свою хозяйку, некогда известную в лондонский кругах, как мадмуазель Флёр, Дженни многое повидала. Вместо Дженни появилась Саманта – молодая американка, которая просто поразила Бэсс своим стойким характером. – Мама, – Виктор дернул Элизабет за рукав бежевой парки. Они вышли из такси. У магазина их ждала Аллегра. Ей было уже почти шестнадцать. Она училась в престижной школе, мечтала стать дизайнером. У Али был безупречный вкус, на который даже сама Бэсс полагалась. Она была так похожа на Нору. Такая же высокая, с темными блестящими волосами, голубыми пронзительными глазами. При упоминании имени сестры Бэсс дрогнула. Элеонору убили где-то в Южной Америке. Сестры до этого не виделись пятнадцать лет. Судьба раскидала их. Нора после смерти их матери влюбилась не в того человека, сбежала с ним, а он оказался наемным убийцей. После смерти мужа Элеонора осталась одна с дочкой в Штатах, и ей пришлось стать самой киллером. Нору считали лучшим стрелком в Англии, поэтому как стоило ей появиться в Лондоне, на нее начали охоту. Элизабет помогла ей сбежать из больницы после взрыва в ресторане, но это ничего не дало. Нора все равно погибла. Аллегра подняла глаза на свою тетю, широко улыбнулась. Ей было двенадцать, когда ее жизнь круто изменилась. В тот день к ней приехали в пансионат гости, Али подумала, что вернулась мать, но вместо нее в приемной ждала молодая женщина. Элизабет и Аллегра сразу же подружились. Вместе они прогуливались по магазинам и музеям, гуляли по городу, ходили на балет и оперу, знали почти все рестораны, а летом уезжали на пляж, где они снимали домик на берегу океана. Аллегра, только увидев своего брата, влюбилась в него. Они прекрасно ладили. Так они и жили вчетвером. – Давно ждешь? – спросил Виктор, кидаясь к сестре. – Нет, всего семь минут, – ответила Али. По магазинам они бродили недолго. Аллегра не была избалованной, конечно, она могла получить все, что пожелает, но она не считала нужным беспокоить тетю своими капризами. Домой они вернулись после ужина в любимом ресторане. Их встретила Сэм. Она была высокой, красила темные волосы в блонд, правда, это выдавала смуглая кожа и карие глаза. – Как прошел день? – поинтересовалась Саманта. – Очень хорошо, – весело ответила Элизабет, беря в руки стопку почты. Раздался звонок, Сэм пошла открывать. Элизабет даже не представляла, кто пришел сегодня в гости. В Лондоне она никогда никого не принимала у себя в квартире на Холланд-стрит, здесь же в огромной квартире на Манхеттене было все по-другому. В гостиную кто-то прошел. Бэсс подняла глаза, увидев перед собой мужчину в дорогом костюме тройке. Он был темноволосым, кареглазым, ему было больше сорока, и по его виду можно подумать, что он занимает должность в дорогой компании. Перед ней стоял Майкрофт Холмс. – Здравствуй, Майкрофт, – поприветствовала его Бэсс. – Добрый вечер, Элизабет, – он сел на бежевый диван. – Давно мы уже не виделись, – заметила Элизабет. Она изменилась, подумал Майкрофт. Ей недавно исполнилось тридцать. За эти четыре года она стала другой, хотя в ее голубо-зеленых глазах по-прежнему можно было увидеть чистоту. Бэсс была все такой же худой, казалась такой же хрупкой, но Майкрофт знал, что это далеко не так. Она подстриглась, как Натали Портман в фильме «Леон», что безумно ей шло. Это придавало ей взрослости. Сегодня она была облачена в ярко-зеленые брюки, прозрачную белую блузку. Все ее домашние сразу же ушли, зная, что к ней пришел важный человек. – Ты нужна мне в Лондоне, – начал Майкрофт. Она подала ему чашку с чаем. – О, новый бизнесмен, угрожающий спокойствию Англии, – ехидно заметила Элизабет. – Я дам тебе время на сборы, а потом на то, чтобы ты устроила свою жизнь в Лондоне, – Майкрофт сделал глоток, пристально смотря на Бэсс. – Мне здесь хорошо, – заключила она, елейно улыбаясь. – Понятно, дело в Шерлоке, – Майкрофт тоже улыбнулся. – Прошло четыре года, он уже и имени твоего не помнит. – Зато я помню все. Напомнить тебе, что он отец моего сына, – Элизабет поднялась, стала ходить по комнате. – Я это помню. Ради Бога, Элизабет, тебе придется вернуться в Лондон! Хочешь ты этого или нет! – Майкрофт ударил ладонью по столу. – Ради этого ты приехал сюда? Мне очень хорошо здесь. У меня своя студия, у Али здесь друзья, меня принимают в местном обществе. Зачем мне все менять, Майкрофт? – она обернулась к нему. – Опять хочешь шантажировать меня тюрьмой? – Нет, – Майкрофт покачал головой. – Я думаю, что ты и сама хочешь вернуться в Лондон. – Может быть, – Элизабет наклонила голову набок, странно смотря на Майкрофта. – И что мне нужно будет делать? – Гленн Миллер – владелец авиазавода, недавно стал рваться в политику. Хотелось бы узнать о его планах, – Майкрофт положил на стол папку. – Просто узнать о планах и связях? Мог бы послать кого-нибудь другого, – иронично произнесла Бэсс. – Для этой работы есть ты. Та, кого никто никогда не заподозрит, ведь за четыре года никто тебя не заподозрил, – Майкрофт встал, подходя к каминной полке, смотря на фотографии. – Сколько ты мне дашь времени на сборы? – Бэсс улыбнулась. – Две недели тебе хватит, – сказал Майкрофт. – Я тебе присмотрел место в Лондоне, откроешь там свою школу. – Я смогу жить в Киттери-Холле и своей квартире? Смогу жить так, как я хочу? Али ты найдешь хорошую школу? – на Майкрофта посыпались вопросы. – Да, Элизабет. Для того, чтобы твоя работа не была впустую, нужно создать тебе антураж, – он бросил краткий взгляд на нее. – Ты меня слушаешь? – Слушаю, – отозвалась она. – Что ж, я поеду в Лондон, если мои условия будут выполнены. – Я уже купил тебе билет. Буду ждать, – Майкрофт вложил ей в руки билеты. – Не хочешь увидеть Виктора? – спросила она. – Нет, мне уже пора, – Элизабет улыбнулась. – До скорой встречи. – До скорой встречи, Майкрофт. После того, как он ушел, все домочадцы вышли к Бэсс. Аллегра грустно посмотрела на тетю. Она не хотела уезжать. Девушка давно догадывалась, что все эти редкие визиты этого важного человека не просто так. Элизабет не давала вразумительного ответа, как и не назвала имя отца Виктора. Только сегодня Аллегра услышала имя. Шерлок. Довольно странное и старомодное имя. Этот человек был братом этого важного господина. Чтобы все это могло значить? – Мы уезжаем? – вдруг спросила Али. – Да? – Да. Мы уезжаем в Лондон, – Элизабет улыбнулась. – Там у меня есть квартира. Киттери-Холл будем открывать по пятницам для посетителей, чтобы содержать замок. Я открою студию. Тебя, Али, отдадим в хорошую школу. Я соскучилась по Лондону. – Я там никогда не была, – Аллегра старалась придать голосу веселости. – Все будет хорошо, – Элизабет обняла сына и племянницу. – Там ведь живет он? – Бэсс нахмурилась от этого вопроса Али. – Да, – прошептала она.

***

Первое время Шерлок делал вид, что ничего не произошло. Он все так же брался за новые дела, чтобы занять голову, но иногда ему казалось, что Джон прав. Он один, рядом с ним только друзья. Женщина, которая была ему не безразлична уехала в Нью-Йорк. Он мог бы поехать к ней, но она сама приняла такое решение. Элизабет сбежала от него. Первый год он думал, что она правильно поступила: избавила от мук совести, злости на самого себя за то, что он не понимает, что с ним происходит. Он предполагал, что на следующий год он забудет о ее ней, но этого не произошло. Нет, он не забыл ее, потому что все четыре года она напоминала о своем существовании. Первая ее телеграмма пришла через два месяца после ее отъезда. Это была простая открытка. Фотография Бэсс в балетной пачке. Тогда-то он и узнал, что она переехала в Нью-Йорк. Вторая пришла через месяц, это была очередная фотография Бэсс, только уже на фоне Статуи Свободы. Эти открытки приходили каждый месяц. Первых полтора года она почему-то присылала свои портреты на фоне города. Камера, как всегда, передавала ее чарующую улыбку, загадочный взгляд. Только благодаря фотографиям он не забыл этот взгляд и улыбку. Потом снова стали приходить фотографии в балетной пачке. Бэсс изменилась, как показалось Шерлоку. Она подстриглась, в ее взгляде появилась настоящая уверенность, сила. Каждая ее новая простая подпись ставила Шерлока в тупик. Она не позволяла ему забыть о себе, каждый месяц напоминая. После двух лет телеграмм от Элизабет, Шерлок стал каждый месяц третьего числа ждать от нее вестей. Прошло четыре года. Он ее так и не забыл. Не смог ее забыть. – Шерлок, – Джон прошел в гостиную. Шерлок разочарованно посмотрел на друга. Уже вечер, почтальона так и не было. Бэсс не присылала вестей уже два месяца. Может быть, она забыла или вышла уже замуж, влюбилась, как она говорила, до потери пульса? Джон сел в кресло, смотря на друга. – Новых дел нет, – отозвался Шерлок, пресекая вопрос Джона. – Раньше бы ты сходил с ума от отсутствия дела. Понятно, в чем дело. От нее снова не пришла телеграмма, – в голубых глазах Джона появилось беспокойство, он провел ладонями по светлым волосам. Снова посмотрел на детектива. – Дело не в этом... – А я говорил тебе, что одиночество – не самый лучший друг, – спокойно сказал Джон. – Мог бы поехать к ней... – С чего бы это?! – возразил Шерлок. – Зачем мне это нужно?! – Ты ее любишь, хоть никогда это никому не скажешь. Эти четыре года ты только и стараешься заняться работой, играешь вечерами на скрипке, ходишь в Бартс порой чуть ли не просто так, – сделал вывод Джон. – Ничего я ее не люблю, – сказал громко Шерлок. – С чего ты это взял? – Потому что ты ее открыток, как подарка, ждешь. Хранишь их все. Думаешь, что я ничего не понимаю? – Джон устало вздохнул. – Да, ты ничего не понимаешь. Сантименты вредны моему мозгу, – отмахнулся Шерлок. – Так что ее отъезд был очень кстати. – Черт с тобой, – Джон встал. – Я пойду. Шерлок ничего не ответил. Джон вышел на улицу, увидел черную машину Майкрофта. Как же он надоел со своей конспирацией и игрой в важного человека. Джон сел в машину, его привезли в «Диоген». Майкрофт уже терпеливо его ждал. Доктор Ватсон сел в кресло напротив Холмса. Он ничего не понимал. Может, Шерлок опять не хотел брать какое-то важное дело брата, и Майкрофт решил действовать на брата через друга. – Что за игры? – спросил Джон. – Мне нужно поговорить с вами, Джон, на весьма деликатную тему, – начал Майкрофт. – Она вернулась... – Кто она? – переспросил Джон. – Элизабет Морган, она уже как полтора месяца в Лондоне, – Майкрофт налил себе виски. – Я хочу знать, как Шерлок относится к ней. – Трудно сказать, он говорит, что она ему безразлична, – Джон внимательно посмотрел на Холмса. – Я думаю, что это не так. Она тоже говорит, что ей все равно, но это явно не так, – Джон удивленно присвистнул. – Вы ее видели, – уточнил Джон, – так ведь? – Да, видел. Мы общались эти годы, потому что я сам отправил ее в Нью-Йорк, – Майкрофт отпил виски. – Она что, на вас работает? – Джон уже ничего толком не понимал. – Да, – согласился Майкрофт. – Но это должно остаться между нами. Но речь не об этом. Я не смог сказать Шерлоку это за столько лет, она молчит тоже. – Что вы ему не сказали? – У нее есть сын, – это прозвучало, как гром среди ясного неба. – Ему уже больше трех лет. – Подождите... так это... – Джон был удивлен еще больше. У Шерлока был сын... Это уже невероятно звучит... – Это правда, – Майкрофт поставил стакан с виски на стол. – Вы хотите, чтобы я ему это сказал? – Джон встал с кресла. – Не сейчас, Джон. Всему свое время, – изрек Майкрофт.