Холодный разум, горячее сердце. Часть 2

Майкрофт прошел в квартиру брата. Трудно это сказать, но все же нужно. Самую большую ложь, нужно прикрыть еще одной ложью. Потом будет время рассказать всю правду. Шерлока только недавно выписали из больницы, где он пробыл месяц, этот месяц для Майкрофта стал временем передышки, временем, когда можно строить далеко идущие планы. – С чем пожаловал, братец мой? – Шерлок сидел в своем кресле, перебирая струны своей скрипки. – Поедем со мной, мой дорогой брат, – Майкрофт подошел к брату. – Зачем это еще? – недовольно спросил Шерлок. – Потому что это важно. Ее больше нет, – Майкрофт вздохнул. – Кого нет? – Шерлок поднял глаза на брата. – О ком ты сейчас говоришь? – Я говорю об Элизабет, – Шерлок замер, не сразу понимая смысл сказанного. – Сегодня ее нашли заколотой в своей же студии. – Ты сейчас намеренно врешь, – возразил младший Холмс. – Поезжай со мной в Братс и убедись во всем сам, – вспылил Майкрофт, а ведь Бэсс его предупреждала, говорила, что именно так все и будет. – Ты ведь хочешь убить все сомненья? В Бартс они ехали молча. Шерлок обдумывал то, что ему сказал Майкрофт. Он не хотел в это верить, но Майкрофт редко ошибается, хотя Шерлок помнил, как Ирэн Адлер всех обвела вокруг пальца, инсценировав свою смерть. Шерлок молча посмотрел на тело. Молли сказала, что знает эту женщину, что видела ее в его квартире на Рождество, а потом еще раз в больнице. Что-то похолодело внутри, щемящее чувство охватило его, которое отпустило сразу же, когда на правом плече он не увидел родинку в форме трилистника. Это не Бэсс. Это была не она. Тогда что же все это значит? Детектив посмотрел на своего брата, потом на труп неизвестной девушки, которую Майкрофт выдавал за Элизабет Морган. Майкрофт. Зачем ему все это? Что он задумал? То, что это мог провернуть такую комбинацию, у Шерлока не осталось сомнений. Он сам знал, как Майкрофт может устраивать подобные спектакли. Испытал лично на себе. Только сегодня утром они с Бэсс вместе пили кофе. Она была какой-то грустной вчера, страной очень, непонятной. Плакала почти всю ночь, объясняя все тем, что очень переживала за него, что очень рада, что с ним все в порядке. Все это можно было списать на эмоции, сантименты, но... Неужели она все знала? Ну конечно, она знала, какую роль будет играть. Какой же он дурак, раз сразу же ничего не понял. Она опять его ловко обманула. Он всегда ей говорил, что она не умеет скрывать свои эмоции, но все же она была потрясающей актрисой. Конечно, балерины должны играть свою роль, а Бэсс Морган пока играла только роли, придуманные его братом. Правильно, что он ей сказал, чтобы она не радовалась раньше времени, что избавилась от Майкрофта. Может, это тоже был своеобразный стратегический ход, может, все было очередной игрой? И Элизабет ничем не лучше Ирэн Адлер? Хотя обе заслуживают восхищения. Две потрясающие авантюристки, и почему его тянет на таких. «Тебе нравятся такие, как Ирэн». «У меня патологическая болезнь любить не тех, кого надо». «Это у меня патологическая болезнь, – подумал Шерлок, бросая краткий взгляд на брата. – Сначала Ирэн, а потом ты, Элизабет». – Две ножевые раны, – проговорила Молли. – Печень и сердце. Смерть была быстрая, мгновенная, наступившая от второго удара. Нож очень тонкий, – Шерлок показал Молли жестом, чтобы она помолчала. – Это она, – сказал Шерлок, подыгрывая брату, и вышел из морга. Нужно срочно покурить, сделать вид, что это никак его не беспокоит и не трогает. Пусть все думают, что ему опять все равно. Нужно искать правду. Где же ты, Бэсс? Где ты, Элизабет Морган?

***

Дублин. Два месяца спустя. Дублин зацвел, легкий зеленый дымок окутал столицу, воздух стал невесомым, а солнце так грело, что совсем не хотелось ничего делать. Весна пришла в столицу Ирландии неожиданно, завладев улицами и площадями, умами и сердцами. Буйным цветом в апреле зацвели тюльпаны. Туманная зеленая дымка охватила город. В воздухе было сладкое предвкушение любви и надежды. На зеленых лужайках парков можно было увидеть целующих и обнимающихся влюбленных. Как легко было дышать и ощущать на себе таинственную атмосферу этого города. Но легко дышать, когда ты свободен, а она была не свободна. Опять. Она влюбилась в Ирландию еще тогда, когда приехала сначала в Белфаст, а потом Антрим. В Северной Ирландии она пробыла недолго и снова вернулась в Англию. Она бы и сейчас вернулась в Лондон, но пока было нельзя. Все считали ее мертвой. Она сама и не поняла толком, как пошла на эту авантюру Майкрофта. Элизабет решилась быстро, наверное, он прав, что она азартна, что склона к авантюризму, что безрассудна. Много лет назад она совершала многие поступки ради своих амбиций, сейчас же ради людей, которых она любила. Так было нужно, внушала она себе. Да, Майкрофт, как всегда, нашел нужные слова, чтобы добиться своего. Когда он предложил ей поехать в Дублин, она сказала, что нужно спросить это у Шерлока, потому что теперь он ответственен за нее. Но Майкрофт не хотел ничего об этом слушать. Он рассказал ей своей гениальный план, который привел ее в дикий ужас. Бэсс не хотела оставлять всех, она не хотела расставаться с Шерлоком и Виктором, Али и Сэм, Лондоном и своей студией. Она не хотела ничего этого терять. Но Майкрофт получил свое в конечном итоге. Он всегда имел на нее какое-то странное влияние, умел находить нужные слова, чтобы она послушалась. Бэсс, как непослушный ребенок, пыталась бунтовать, но потом, она все равно соглашалась на все его авантюры. Понятно, почему Шерлок так прохладно относился к брату: не хотел испытывать на себе контроля брата. Шерлоку хватило сил и ума, чтобы избавиться от его влияния, а она так и осталась послушной ученицей, какой была до зачисления в Ковент-Гарден. Этой чертой ее характера и пользовался Майкрофт всегда. Порой она ненавидела его за это. Целый месяц, пока он готовил ее отъезд в Дублин, она старалась вести себя, как ни в чем не бывало. Она старалась делать вид, что ничего не происходит с ней. Только в последнюю ночь ей показалось, что она выдала себя. Это было всего лишь минута сомненья. В тот вечер она приехала на Бейкер-стрит, чтобы увидеть Шерлока, которого недавно выписали из больницы. Для этого вечера она надела воздушное платье цвета мяты. Оно было полупрозрачное, но оставляющее пространство для мужского воображения. Элизабет открыла дверь, нашла Шерлока в своем кресле у камина. – Добрый вечер, мой любимый, – она весело засмеялась, скидывая туфли и пальто. – Как ты? – Жду нового дела, – ответил Шерлок, взяв ее за руку и притягивая к себе. – Настоящая скука. – Скучаешь, – отметила она. – Я тоже соскучилась, только по тебе. – Я знаю. Твой пульс об этом сказал, – он поднес ее руку к своим губам. – Низкий, словно сердце остановится... – Ага, – согласилась она, приникая к его губам. Они виделись весь этот месяц, что он лежал в больнице, но сегодня была особенная ночь. Это была последняя ночь перед новым расставанием. Шерлок подхватил ее на руки, унося в спальню. Той ночью она решила попрощаться с ним, чтобы заполнить его губы, наполнить себя любовью надолго. Ведь кто знает, что произойдет с ней в Дублине, и когда она сможет вернуться в Лондон. Будущее снова было неопределенным. После сладкой любви всегда горько пробовать плод нелюбви. Она знала эту истину уже давно. Никто не смог так зажечь ее сердце и душу, только Шерлок. Только его странная любовь заставила ее жить полной жизнью. В ту ночь с полными глазами слез она прижалась к крепкому плечу Шерлока, он ласково провел по ее волосам, прошептав: – Не плачь, все будет хорошо, – ее губы легко коснулись его плеча. – Прошу тебя, не плачь. Никогда не понимал, что вызывает твои слезы. – Иногда люди плачут от счастья. Я ведь могла тебя потерять, понимаешь? – прошептала она. – Твои слезы порой заводят меня в тупик. Что я должен думать: что ты безумно счастлива, как ты любишь говорить, или все же это что-то совсем другое? – Шерлок еще крепче прижал ее к себе. – Не забивай себе этим голову, – тихо произнесла она. – Это ни к чему тебя не приведет. Дедукция тебе здесь не поможет. Сейчас... Сердце женщины подобно бушующему глубокому океану тайн. – Кто это сказал? – он шлепнул пальцем ее по носу. – Это было в фильме «Титаник», – ответила она. – Банальная сентиментальность, – заключил он. – Ты не видел этот фильм, когда он вышел, я была ребенком, с тех пор его смотрю, рыдая. Элизабет вздохнула, чувствуя, как колотится ее сердце. Слезы все текли по щекам, ее пальцы сжали его плечи, словно прося помощи. Она хваталась за него, как за спасительный круг, в надежде, что только с ним она выдержит бурю. Он обнял ее, притягивая ее голову к своей груди, гладя темную голову, вдыхая аромат ее духов. Ему хотелось высушить ее слезы. Да, он не привык ни о ком заботиться, но теперь ему хотелось заботиться о ней – о Бэсс Морган. – Шерлок, – выдохнула она с болью, вспоминая, что завтра этого больше не будет. – Тихо. Все уже в прошлом. Почему женщины так близко все принимают? – его шепот обжигал ее, она трепетала. – Потому что женщины живут сердцем, а не головой. Научись, тоже жить сердцем... Поэтому тебе кажется, что мы все с другой планеты... – Может, сожалеешь, что вновь связалась со мной? – подколол ее Шерлок. – В любви нет сожалений, Шерлок. – она расстегнула молнию на спине. – Это было в фильме «История любви». Все лишнее отлетело в сторону, сейчас между ними ничто не стояло, сейчас была только любовь. Он взял ее лицо, как чашу, мягко целуя в губы. Это был глубокий нежный поцелуй, дарящий надежду на счастье. Его пальцы ласково скользили по изгибам ее тела. Она толкнула его на подушки, вспоминая ту волшебную ночь, их первую ночь, когда он позволял ей все. Элизабет хотела, чтобы он помнил ее губы, ее пальцы, чтобы его память навсегда сохранила эти мгновенья, чтобы она навсегда поселилась в его чертогах разума. Бэсс обняла его, боясь навсегда отпустить от себя. Она снова заплакала, и он подумал, что это от того счастья, о котором она постоянно твердила, и которого он совсем не понимал. Ах, если бы он знал, что завтра все изменится. Она провалилась в бездну чувств вместе с ним, они оба оказались где-то за пределами человеческого сознания, не постигая, где они оба находятся. После они лежали в объятьях друг друга, ощущая размеренное дыханье на своих щеках. Шерлок гладил ее шелковые волосы, не понимая, почему она сегодня плачет. Она часто была непоследовательна в своих поступках. Бэсс эмоциональна и импульсивна, это часто и было причиной почти всех ее поступков. – Ты какая-то сегодня другая. – Какая? – спросила она. – Грустная. Что-то случилось сегодня? Тебе угрожают? – она явно была не с ним, находясь рядом с ним, ее разум и душа были где-то далеко. – Нет, – Элизабет посмотрела в его стальные пронзительные глаза. – С каких пор ты стал понимать людей? – С недавних пор. После того, как с тобой связался, – проронил он. – Тебе плохо? – Мне хорошо с тобой, – ответил он, пряча свои чувства глубоко внутри себя. – Понятно, – он крепче прижал ее к себе, целуя в губы. – Ты слишком много думаешь. Знаешь же, как я к тому отношусь... – Это тебя раздражает? – спросила она. – Нет, – она подняла ее глаза. – В чем дело, Бэсс? У тебя сейчас слишком много мыслей в голове. Порой тебя выдают твои эмоции. – Ничего, – она снова прижалась к нему. – Ничего, Шерлок. Все хорошо. Все очень хорошо... Утром она, поцеловав его в щеку, ушла. А вечером ему сообщили, что ее нашли заколотой в студии. Когда Шерлок был в морге, она была уже в Дублине. Ее смертью Майкрофт намеревался отвлечь Карен Ротс от нее и поймать ее в Лондоне, пока та считает, что преимущество на своей стороне. Это и случилось. Также Майрофт хотел смертью Бэсс запутать Шерлока, чтобы он не путал все карты. Старший Холмс думал, что брат будет расследовать убийство балерины и зайдет в тупик в итоге, и не сразу же поймет, что она жива. В Дублине у Бэсс была своя роль. Карен Ротс назвала пару имен, осталось выявить остальных. За два месяца Элизабет кое-что успела выяснить. Целью лорда Арчера было присоединение шести северных графств Ирландии к Ирландской Республике, чтобы совершить давнюю мечту пламенных революционеров. ИРА снова дала о себе знать. Когда в обществе есть такие настроения, легко поднять бунт и проводить политику откровенно английскую. Вот что Гленн Миллер и другие делали в Лондоне: искали сторонников в парламенте и среди бизнесменов. Всегда есть те, кто готов нагреть руки на чужих бедах и войне. Элизабет мерила шагами комнату. Она жила в роскошном номере самой дорогой гостиницы города – «Шелбурне». Эти два месяца она жила под другим именем. Бэсс называлась некой Каролиной О’Минс, выдавая себя за ирландку. Для этого она покрасила волосы в золотистый рыжий цвет и точно стала походить на истинную жительницу страны. В Дублине она сразу же смогла втереться в доверие лорда Арчера. Старый донжуан сразу же обратил на нее внимание и начал за ней ухаживать. Бэсс умела растворяться в обществе. Она была как хамелеон, всегда принимая нужную окраску. Поэтому дело пошло намного быстрее, чем думал Майкрофт. – Месяца четыре все это займет, – ответил на ее вопрос тогда Майкрофт. – А что потом? Я заявлюсь, как ни в чем не бывало в Лондоне? Ты как себе это представляешь? – сыпала вопросами Элизабет. – Что в этом такого? Это предоставь мне. Ты вернешься, и в этот раз я тебя оставлю в покое, – Майкрофт улыбнулся. – А твой брат? Он ведь будет меня искать, потому что поймет, что ты провел его вокруг пальца, – предположила Бэсс – Он не будет тебя искать. В прошлый же раз не искал тебя, – заметил Майкрофт. – В этот раз все по-другому, Майкрофт. Тогда, как он выразился, я была его экспериментом, а сейчас он сказал, что любит меня, – Элизабет пристально посмотрела на начальника, следя, как меняется выражение его лица. – Он это сказал? – уточнил Майкрофт. – Правда сказал или это в твоих фантазиях, потому что тебе очень хочется, чтобы это было так? – Правда сказал, – Элизабет кивнула. – Я удивлен. Все же ты его впутала. Теперь самое главное, чтобы он не наломал дров из-за тебя. Оставь его мне, – Майкрофт отпил виски. – Лучше бы ты сказал, что я уехала на Мальдивы с каким-нибудь богачом, так было бы проще, – Бэсс подошла к окну, смотря на улицу. – Ты бы добился того, что хочешь. Он бы совсем разочаровался бы в сантиментах, и тогда ничто не мешало бы ему работать. – Но ты ведь этого не хочешь? Ты ведь все сделала, чтобы он тебя не забыл за эти четыре года, – едко заметил Майкрофт. – Так что ты не хочешь его отпускать от себя. Так ведь, Бэсс? – она ничего не ответила на это. – Конечно, ты хочешь «убить» меня, потому что Шерлок не позволит тебе, отправить меня в Дублин. Вот и ответ на все мои вопросы. Ты давно уже знаешь, что он испытывает ко мне чувства, – Бэсс отпила вина, которое ей налил Майкрофт. – Давно знаешь, еще раньше него догадался, что происходит с ним тоже, что и с тобой. – У меня нет к тебе никаких привязанностей, – заметил Майкрофт. – Вот сейчас ты мне лжешь. Ты, наверное, забываешь, что общаешься с бывшей ночной бабочкой, которая очень хорошо изучила мужчин и знает почти все скрытые желания и мечты. Я сильно на нее похожа? На твою бывшую жену? – она замолчала, видя, как Майкрофт сдерживает рвущийся наружу гнев. Бэсс решила сменить тему разговора. – То есть, если я не провалю архиважную миссию, ты мне позволишь зажить мещанской жизнью? – Элизабет улыбнулась. – Позволю. Это в последний раз, – пообещал Майкрофт. – Веры тебе все равно нет. Может, мне женить твоего брата на себе? – Элизабет засмеялась, заметив, как Майкрофт чуть не поперхнулся. – Кто сказал, что твой развод это пример всех браков. Ладно, твой брат всего и так боится. Удивительно, что он сказал эти слова, потому что я хотела это услышать, в благодарность мне. Позаботься о Викторе, – попросила она. – Он с Али – это все, что у меня осталось. Бэсс улыбнулась, но Майкрофт почувствовал, что улыбка была ее какой-то грустной. Да, сейчас она должна забыть обо всех сантиментах. Майкрофт отправлял ее в Дублин с плохим предчувствием. – Мисс О’Минс, – постучали в дверь, – за вами приехал лорд Арчер. – Я сейчас... Она в последний раз посмотрела в зеркало, перекрестилась, что никогда до этого не делала, и вышла в коридор.

***

Шерлок не был на этих псевдо-похоронах. Он знал, что Бэсс жива. Его не интересовало, как она «погибла». Лестрейд и Джон даже недоумевали, почему столь непонятное дело он не расследует. Шерлока волновало совершено другое. Его мучил один вопрос: где сейчас находится Бэсс. Он решил навестить Ирэн и узнать, что знает она. Шерлок знал, что авантюризм свойственен им обеим. Ирэн уже делала такое, поэтому Элизабет могла попросить у нее помощи, тем более они давно дружили. Странно... Шерлок совсем не понимал этой дружбы. Доминатка и балерина – уже странное сочетание. У них разница в возрасте, воспитание, в пристрастиях и, конечно же, совершено разный взгляд на жизнь, но они все же давно общались. Ирэн была опечалена, хотя она могла просто сыграть эмоции, но все же Шерлок понял, что она не врет и ничего не знает. Ирэн грустно улыбнулась, когда он сказал, что Бэсс жива. – Думаете, что она провернула то же самое, что и я когда-то? – спросила Ирэн. – Не думаю, а знаю. Это была не она. Как говорится, дьявол кроется в деталях, – ответил Шерлок. – Я ничего не знаю, мы виделись недели две назад, – Ирэн замерла, прищурилась. – Хотя постойте. Она была такой грустной, я все спрашивала Бэсс, что происходит, но она лишь отвечала, что волнуется за вас, мистер Холмс. – Мне она сказала то же самое, – произнес Шерлок. – Что ж, мне пора. – До свиданья, мистер Холмс. Вы изменились, – Шерлок непонимающе посмотрел на Ирэн. – С чего бы это? – едко сказал Шерлок. – Тогда зачем вам ее искать? – ее алые губ сложились в улыбку. – До свиданья, мисс Адлер, – и он покинул ее. Ирэн ничего не знала. Аллегра тоже, да и вряд ли столь щекотливое дело Элизабет рассказала племяннице, которая даже не умеет держать язык за зубами порой. Аллегре не было сейчас дела до него. Ей скоро должно было исполниться семнадцать, но она не могла стать наследницей и отвечать Виктора. Для Шерлока было откровением, что теперь Майкрофт занимается всеми делами Бэсс. С чего бы ему заниматься делами его бывшей сотрудницы? Причина, заключающаяся в Викторе, не подходила. Нет, за всем этим крылось нечто другое. Майкрофт точно был причастен к исчезновению Бэсс. Шерлок приехал в студию Элизабет. Занятия там не остановились. Без Бэсс эта студия казалось пустой. Холмс прошел в ее кабинет. Она была здесь перед тем, как пропала. Должно же быть что-то. Какая-то незначительная деталь, которая выдаст и Майкрофта, и Бэсс. Шерлок открывал шкафы, смотря все ее документ. Взгляд упал на ее ноутбук. Он был закрыт, но из него торчал край желтой бумаги. Шерлок потянул за угол листа. «Рейс AF 5123 Лондон – Дублин. 20:05». Зачем ей было записывать самолет в Дублин. Молли сказала, что смерть наступила в девять. Самолет же был в восемь. Ее ученицы сказали, что Бэсс отпустила всех на час раньше, сказав, что Виктор заболел и ей нужно ехать домой. Значит, за этот час она успела уехать в аэропорт. Шерлок осмотрелся. Шкаф был не до конца закрыт. Холмс открыл дверцу, увидев на вешалке ее платье и пальто, в кармане была записка от Майкрофта. «Все должно произойти завтра. План «Луна»». Вот оно. Вот они и выдали себя. Бэсс была в Дублине. Только, что она там делала? Что хотел от нее Майкрофт? Это еще предстояло узнать Шерлоку.