Ice Dream

Это были худшие выходные в его жизни! Съёмка едва не накрылась медным тазом из-за не желающей сходить с лица кислой мины. За остаток недели не было и случая, чтобы он не испытал угрызений совести при даже случайно брошенном на соседку взгляде. И о чём он только думал! Ведь даже к чувствам признающихся без всякой надежды девушек всегда был предельно внимателен и старался облечь отказ в такие слова, чтобы не обидеть своих поклонниц. Девушки ведь существа с тонкой душевной организацией, к ним особый подход нужен. И мстительные, если уж их задеть. А тут втянул ни о чём не подозревающую Фуюму в глупый спор, о котором она ни сном ни духом. Да было бы из-за чего! Просто повыпендриваться захотелось. И задний ход этому делу так просто не дать — слово, как говорится, не воробей. Хотя, если принять всерьёз расхожую шутку из гуляющих в соцсетях в последнее время, ничто не воробей кроме воробья. Украсть чей-то первый поцелуй! Он и сам не мог объяснить, откуда он знает, что именно первый, но был уверен, что не ошибся. На одну только юбку посмотреть — сплошное уныние. На негласный статус «в активном поиске» или «ищу приключений» совсем не похоже, скорее уж на «ухожу в монастырь»! И косметикой совсем не пользуется, даже гигиенической помадой, хотя следовало бы поберечь такие красивые губки. И украшений никаких. Вон, у Таюнэ все пальцы в кольцах, Татебаяши носит кожаный браслет, даже на тренировках с ним не расстаётся, говорит, девушка подарила, у Нобутаки серьги золотые, да даже у него одна имеется. А черноглазая соседка предпочла всему этому великолепию чёрные часы с квадратным циферблатом и широким кожаным браслетом. Обычно их не было видно, и она всегда отгибала рукав жакета, чтобы посмотреть, который час. Но часы эти совершенно дурацкие — гигантские, она же в них выглядит, как закованная в тяжёлую трубу! На её тонкое запястье изящные золотые часики нужны, а не это уродство. Что за вкус? Нет, парней Фуюма не чуралась и букой не была: вон, с этим очкариком из D как мило беседует иногда, или тот же Хиросе (этот Хиросе!.. Именно их с Татебаяши пристальное внимание не оставляет ни малейших шансов спустить всё на тормозах!), спросивший что-то там про прошедшее время, получил настолько развёрнутый ответ, что, кажется, и Фудзивара-сенсей не смог бы объяснить проще и понятнее. Но это другое, а вот его внимание её явно напрягает. Стоит лишь чуток крутануть регулятор обаяния в сторону увеличения — шире улыбнуться, задержать на две секунды дольше положенного взгляд или сделать самый невинный комплимент, — как она сразу словно отгораживается, дистанцируется, хотя продолжает смотреть в глаза и недовольства не выказывает. А, ладно! В конце концов, до Нового года ещё куча времени, за такой срок всякое может произойти. Вдруг она в него влюбится, например? Вот так просто, сама, без всяких особых усилий с его стороны. Или он не обаяшка? Золотистый взгляд вспыхнул озорными искорками. Нет, так просто сдаваться, покорно признавая своё поражение ещё до начала битвы, он однозначно не собирается! - Доброе утро, соседушка! - Здравствуй, Кисэ-кун. Юме выложила на стол учебник, тетрадь и пенал и села. Локти блондина переселились на её парту. - Как прошли выходные? - Как обычно. - А как — обычно? - ...тебе не всё равно? - серьёзный чёрный взгляд проникал куда-то в самую глубь, побуждая совесть вгрызаться в сердце с новой силой. Но на то и профессиональная лыба, чтобы окружающие ничего не заметили. - Ну ладно, ладно, сдаюсь! - руки подняты в соответствующем жесте. - Тогда давай я тебе расскажу про свои. Я был на съёмках для нового каталога одежды... Сказать честно, Юме не интересовали ни постоянно меняющаяся мода, ни недалёкие болтливые модели, но она была воспитанной девочкой, неконфликтной к тому же, и некоторые этим бессовестно пользовались, приседая на уши. Однако же такое положение дел нравилось далеко не всем в классе. Уже на второй где-то минуте монолога Кисэ к нему подошли поздороваться Химе и Ко. - Рада видеть тебя, Кисэ-кун! - накручивая на палец локон, поприветствовала его Мио, совершенно проигнорировав Фуюму. Она хотела, чтобы эти слова прозвучали тягуче-томно, но нотки капризного высокомерия всё испортили. - Очаровашка, Кисэ-сама, привет! - Привет! - Приветик всем! - Ой! Я такая неловкая! - в притворном ужасе вскрикнула Мио: на пол полетели учебник и тетрадь Юме — весьма прозрачный намёк «деревне», что эти воркования ей не нравятся. Но поднять их девушка не успела: нагнувшись, она обнаружила, что у соседа скорость реакции получше её будет. Возвращая поднятое на место, парень от души приложился макушкой об уголок её парты. - Ай! - Ах, бедняжка! Тебе не больно? - засуетилась блондинка. - Это всё из-за тебя! - обвинительный тон в сторону Юме. - Вообще-то, если бы ты их не уронила, ничего бы не случилось, разве нет? - потирая ушибленное место, сказал Кисэ. Он мог бы — он это умел — обернуть всё в шутку, но сейчас и взгляд его и голос были абсолютно серьёзны. Шишка будет, конечно, но он всё равно был рад, что всё так обернулось. Во-первых, этот маленький инцидент обнажил перед ним ещё одну проблему, что посерьёзнее слежки парней из баскетбольного будет: если всё его внимание будет доставаться Фуюме, фанатки разозлятся, а зло вымещать будут на ней, и это нужно учесть. Так её подставлять было бы верхом подлости. А во-вторых, может и к лучшему? Какая женщина не пожалеет пострадавшего за неё героя и не проникнется к нему симпатией? Химе опешила — он её ещё и защищает! — но ничего другого сказать не смогла, кроме как возмутиться, подняв кверху и без того вздёрнутый носик и надув губки: - Вообще-то мог бы и не поднимать. Она сложила руки на груди и удалилась восвояси. Ни слова извинений или оправданий вроде «я не хотела». Впрочем, их никто и не ждал. Молчавшая доселе Юме подала голос. Звучал он обеспокоенно. - Сильно ударился? Может, тебе в медпункт? - Сильно! - Кисэ закрыл лицо руками и уже через мгновение поднял голову, сделав хитрые-хитрые глаза. - Но если ты меня пожалеешь: подуешь, погладишь и поцелуешь, то сразу всё пройдёт! Борясь с желанием закатить глаза и наставить на блондинистой макушке ещё одну шишку увесистым словарём, девушка лишь достала из кармана рюкзачка связку ключей и, отделив самый большой, легонько прижала к шишке пострадавшего со словами: - Нужно приложить что-нибудь холодное. Он взялся было за ключ сам, но едва слегка коснулся её пальцев, как Юме отдёрнула руку. - И всё? А поцеловать? - размазывал по щекам несуществующие слёзы, наблюдая за её реакцией. - Сам же предлагаю, даже ни на какие ухищрения идти не надо! (Уж он-то точно знает, о чём говорит!) Будет потом, чем прихвастнуть перед подружками! - Нашёл чем хвастать, - укоризненно посмотрела брюнетка, отбирая ключи и возвращая их на место, вполне обоснованно решив, что раз на болтливости это не сказалось, значит, всё не так уж серьёзно. Одарив её очаровательной улыбкой напоследок, парень отвернулся и всё же расслышал её тихое «спасибо», мгновенно расцветшее удовлетворённой улыбкой на его лице. Ну вот! Вот и подход найден. В игре всё-таки важна стратегия, нельзя так просто носиться по полю, выбрасывая силы впустую: всё, как в баскетболе. К слову, о баскетболе... Это ведь тоже хорошая возможность! - А ты уже в какой-нибудь клуб записалась, соседушка? - снова повернулся он. - Нет, а что? - Но уже к чему-то склоняешься? - Тот клуб, в котором я хотела бы состоять, закрыли, к сожалению, - объясняла ему девушка, бессмысленно листая словарь. - Правда? - сочувственно протянул блондин, сделав брови домиком. - И какой это? - Астрономии. - О! - оживился Кисэ. - «Луна в Козероге, сегодня у вас счастливый день, вы на первом месте, а талисман дня — англо-японский словарь...» - сымпровизировал он, вдруг ни с того ни с сего вспомнив закидоны Мидоримы-чи, и засмеялся. Юме смешно не было: о чём вообще можно разговаривать с человеком, который астрономии от астрологии отличить не в состоянии? Вторая в отличие от первой всегда воспринималась ей как псевдонаука, но тут уж, как говорится, у каждого свои тараканы... - А может вступишь к нам, в баскетбольный? - Она решила, что нахальный парень издевается над её ростом, и гневно сверкнула глазами, отчего он сразу понял свою ошибку и поправился: - Менеджером, менеджером! - Извини, Кисэ-кун, но я человек от спорта далёкий. - В самом деле? Жаль! - Искренне огорчился он и тут же оговорился: - Но, может, и к лучшему... - Это почему же? - не сдержала любопытства Юме. - Да капитан у нас — зверь. Перед ним все на цыпочках ходят, даже третьегодки. Поколачивает нас частенько, на заслуги и звания не смотрит. Мне так вообще больше всех достаётся! - обиженный тон и ма-а-аленькое приукрашивание действительности (А что? Все так делают!) были призваны растопить сердце Ice Dream, ведь незаметная игра на жалости тут далеко не последнее дело. Ах, искусство манипуляции... Уж чего-чего, а тут ему равных не было, многолетняя практика. - Нет! - решительно сказал он, ввернув следом незаметный комплимент. - Тебе, такой маленькой и хрупкой, там делать нечего! - В самом деле? На тонкую лесть она не обратила никакого внимания, но услышать такое о Касамацу Юме никак не ожидала: не после проникновенного рассказа Акари-семпай, и теперь терялась в догадках, кто же из них прав, мысленно склоняясь всё-таки на сторону Химицу — та его одноклассница, а Кисе тот ещё лис, да и в команде без году неделя, так что вряд ли его словам можно верить. На самом интересном месте их прервал звонок. *** Перед тем, как подняться на крышу, Юме спустилась на первый этаж, чтобы купить себе булочку и что-нибудь попить: обеда она не приготовила, потому что было попросту не из чего. Остававшийся последним помидор стал украшением омлета, а огурцом она хрустела в ожидании его приготовления. Вечером надо будет съездить в магазин с папой и затарить холодильник. Протолкавшись половину перемены в очереди в буфет и урвав дынную булочку (на самом деле она взяла первое, что попалось под руку, просто чтобы взять уже хоть что-то и побыстрее уйти), Юме съела её без особого удовольствия и вернулась в класс. Одноклассники уже перезнакомились и обедали, разбиваясь на кучки. Кто-то оставался в классе, другие выходили на улицу, благо, погода установилась сухая и тёплая, очень даже располагающая к трапезе на свежем воздухе. Тут и там слышались разговоры и смех, Фуюма скучала одна: девчонки её игнорируют, не к парням же в компанию набиваться? Натолкнувшись взглядом на стоящего в дверях класса Тору, девушка поприветствовала его кивком, проходя мимо. Тонкие брови вопросительно приподнялись, во взгляде светилась такая надежда, что Юме на какой-то миг стало жаль его — она лишь покачала головой в ответ. С глубоким вздохом Ямамура-кун поправил очки на носу, опустил голову и исчез в кабинете, ссутулясь ещё сильнее. «Поскорее бы уже объявилась эта Мацуда! Некоторые Нового года так не ждут, как он её!» *** Обычно для закупок отводилось утро субботы: в выходной и планы согласовать проще и народу в магазине в такое время меньше. Но теперь началась школа, через субботу Юме учится, да и Ринтаро-сан чаще стал уезжать в связи с открытием летнего турнира, вот график и сбился. Ходя с отцом по супермаркету и заполняя толкаемую им тележку продуктами, думала Юме совсем не о еде. Изредка они перебрасывались репликами, обсуждая, что именно купить или на каком из предложенных товаров ассортимента остановить свой выбор, шутливо препирались из-за рыбы, которую Юме любила, а Ринтаро-сан не очень, предпочитая ей свинину, потому что говядину с детства терпеть не мог. И то и другое предполагалось запекать или тушить с уже лежащими в тележке овощами. Это самый простой способ приготовления, так сказать, для ленивых — покидал всё на противень или в кастрюлю, посолил, приправами засыпал, включил и забыл минут на тридцать-сорок, а потом сразу можно приступать. Не надо заглядывать под крышку каждые пять минут, следить, чтобы ничего не убежало и не пригорело, перемешивать и бесконечно пробовать и чахнуть над посудиной в ожидании: «ещё рано...», «ещё нет... », «ещё чуть-чуть...», «почти!», «вот оно!!!» Тьфу! Остановившись возле витрины с молочными продуктами, они снова разошлись во мнениях: Юме брала свои любимые йогурты, Ринтаро-сан выбирал сыр. - Давай вот этот возьмём? Его так активно рекламируют с последнее время! «Мягкий ореховый вкус...» - процитировал мужчина, наблюдая из-за стёкол очков за реакцией дочери, пребывающей в данный момент с ним в магазине, но в какой-то отстранённости от происходящего. - Давай попробуем, - согласилась с ним Юме, каким-то чудесным образом умудряющаяся сегодня даже при погружении в свои мысли не терять нити разговора. - Хотя вообще-то я слышала, он не очень хорошо плавится, поэтому для горячих бутербродов это не самый идеальный вариант. - Нет, плохо плавятся мягкие белые сыры и твёрдые сорта. А с этим всё должно быть в полном... - Пап, - внезапно перебила его девушка, - как быть, когда встречаешь два противоречивых, нет, даже два совершенно противоположных, мнения? Кому верить? Ринтаро-сан надолго замолчал. Ох, неспроста эти вопросы! И сдаётся ему, что сыр тут вовсе ни при чём. - Ну... - задумчиво протянул он наконец, - попробовать самой и составить собственное? - Значит, завтра у нас будут горячие бутерброды, - слабо улыбнулась Юме, забирая у отца сыр и кидая его в тележку. *** Вторник не принёс с собой никаких численных изменений в составе класса, чему Юме огорчилась. Большую перемену ей снова придётся коротать в одиночестве. Дожить бы до неё ещё! Любопытство и обеспокоенность в глазах то и дело поворачивающегося соседа её утомили: от его мельтешений скоро голова кружиться будет. Глаза слезились и упорно не хотели видеть того, что написано на доске, а сосредоточиться на объяснениях учителя не было никакой возможности — монотонный размеренный голос только сильнее убаюкивал, заставляя клевать носом и с силой щипать себя за мочки ушей, чтобы не уснуть. Она не староста, конечно, всего лишь помощник, но пасть так низко позволить себе просто не может! Не надо было до полночи пялиться в любимую энциклопедию, рассматривая фото небесных тел и созвездий — Юме едва не проспала. По этой же причине сегодня ей снова пришлось обойтись без бенто. Деньги у неё были, но, заглянув в буфет, девушка обнаружила там такое же столпотворение, и есть ей (на самом деле повторять вчерашний подвиг, конечно же, но это сейчас неважно) сразу же перехотелось. Крыша ждёт! Тёплая и солнечная погода, какая бывает поздней весной и ранней осенью, радовала её гораздо больше собственно лета: Юме никогда не любила эту изнуряющую жару. Пожалуй, стоило задобрить желудок хотя бы водой. Облегчив автомат на первом этаже ровно на одну бутылку, Юме отправилась на своё любимое место, размышляя о том, что стоит брать воду из дома, чтобы не покупать каждый раз и не тратить на это деньги. Тогда исполнение её мечты приблизится ещё на немного. Поднимаясь, на площадке между этажами она услышала знакомые голоса. - Всё! Я ушёл! - было сказано голосом Кисэ. - Эй! Куда? Завтра же товарищеская игра... «Куда это он собрался? Ещё два урока! Прогуливать решил в самом начале учебного года?» - Я знаю, Касамацу-семпай! Тренер мне сказал. Он же меня, кстати, и отпустил! Очень нужно! - Меня не волнует! - голоса приближались, накалялись страсти. - То, что Сейрин команда среднего уровня, ещё не означает, что можно пренебрегать подготовкой и не приходить на тренировки! «Сейрин? Они играют с Сейрин? Завтра?» - Да ничего страшного не случится. Со мной вы точно выиграете. - Кисэ! - продержавшийся и так уже слишком долго и окончательно потерявший терпение Касамацу отправил его в фееричный полёт вниз по лестнице, прямо навстречу поднимающейся Юме. Не заметил он её или просто не подумал о последствиях, выпуская пар... Чей-то испуганный вскрик. Шум. Испуганные глаза Кисэ. Как в замедленной съёмке: он был уверен, что сшибёт её, падая прямо сверху. И всё будет в порядке с ним, но не с ней. Зажмурился... Но столкновения не произошло. Пролетев ещё несколько неуклюже-больших шагов и отчаянно размахивая руками в попытке уцепиться за перила, он едва не пробороздил носом площадку, выставив вперёд руки, поклявшись при этом про себя, что больше никогда не будет держать их в карманах. Девушка сама не поняла, как увернулась. Она не думала об этом, не производила в уме расчёт времени и траектории движения, это просто так называемая мышечная память: многочасовые тренировки, многократные повторения, а потом в твоё тело словно вселяется кто-то, дёргающий в нужный момент за соответствующие рычаги уже без твоего участия, и оно послушно отвечает, выполняя необходимые действия. Вот и сейчас она просто прокрутилась вокруг своей оси, уходя от столкновения и поднимаясь при этом на ступеньку. А тогда не смогла... В голове вертелся вопрос: неужели Кисэ говорил о капитане правду? Она застыла, не в силах пошевелиться. Перед глазами была другая лестница. И другой семпай — Ясуда-сан, разъярённая своим глупым проигрышем и блестящим выступлением Юме. Наверное, это должна была быть просто пощёчина, как всегда, но они стояли на самом краю... Нет, ни раскаиваться в своих действиях, ни тем более извиняться за них Касамацу не собирался. Ничего же с ней не случилось, а с Кисэ и подавно всё в порядке. И так бы просто развернулся и ушёл, если бы... Капитан баскетбольного клуба опешил. Он, конечно, знал, что девушки от него не в восторге. Но такой паники ему ещё не приходилось видеть: мелкая дрожь и чёрные глаза, как блюдца, только взгляд как будто отсутствующий, смотрящий куда-то сквозь него. Он настолько испугал её? Касамацу растерялся. Спустившись бегом на несколько ступенек, он остановился, совершенно не зная, что делать дальше. Извиняться? Утешать? Что? Схватил девчонку повыше локтя и слегка потряс. Несколько бесконечно долгих мгновений они простояли так, глядя друг на друга, пока она не тряхнула головой, словно очнувшись, и не вырвалась из захвата. Обхватив голову руками, она убежала вверх по лестнице. Переглядывались школьники, ставшие свидетелями этого происшествия, оглядывались на семпая. Кто-то облегчённо выдохнул: не придётся звать врача, всё обошлось вроде. Поднявшийся с пола Кисэ увидел лишь её спину и прыгающий в такт торопливым шагам хвостик. Бутылка с водой катилась вниз по ступеням, падая с глухим стуком, прямо ему в руки. - Что это было? - обалдело спросил он, поднимая воду и непонимающе качая головой. - А я знаю? - спускающийся капитан был не менее удивлён. Они думали, что поняли друг друга, но на самом деле говорили о разных вещах: блондин имел ввиду «как ей удалось увернуться?», Касамацу подразумевал испуганный взгляд. В тот момент он был настолько поглощён именно этим, что ему даже мысли в голову не пришло, что вообще-то подобной ловкостью обладает далеко не любая девушка. Как и желанием убраться с дороги падающего прямо на тебя красавчика: в лучших традициях жанра этти, девчонки обычно становятся в присутствии симпатичных мальчиков просто дико неуклюжи — роняют всё что можно и нельзя, оступаются, спотыкаются, ломают каблуки, подворачивают ноги, падают в обмороки — и всё для того, чтобы желанный объект обратил на неё своё драгоценное внимание. Тут же ещё и фактор вины мог сыграть свою немаленькую роль, давая ей больше шансов. Но она ими не воспользовалась. Кисэ хотел знать, но не столько почему, сколько как. А вопросы без ответов он не любил. - Это же её? Пойду поищу... - но удовольствия удовлетворить своё любопытство немедленно его лишили и бутылку забрали. - Ты, кажется, собирался уходить. - Но семпай... Пререкается, значит, и правда в полном порядке. - Кисэ! - рявкнул Касамацу, замахиваясь и отвешивая кохаю подзатыльник. Хуже бабы, ей-богу, семь пятниц на неделе: то «я ушёл», то «я остаюсь». Как же этот идиотизм его бесит! - Исчезни уже! И только попробуй мне завтра проиграть! Ладно. В конце концов, Фуюма никуда от него не денется. Самое время навестить Куроко-чи.