Ice Dream

Самая длинная глава на данный момент. Сто двадцатому плюсику посвящается. Не бечено.

Вместо эпиграфа: «Что теперь в королевстве творится! Перевернуто все вверх ногами...» heddara , «Как смешалось все в сказочном мире!»

Рекомендовано к прочтению! (https://ficbook.net/readfic/3098649) - Мацуда-сан, Вы как всегда великолепны! Эх, будь я постарше!.. - сверкнул улыбкой Морияма, принимая из её рук плошку, заполненную рисом со вкусным мясным подливом. Юме дала бы голову на отсечение, это карри в сто, нет, в тысячу раз вкуснее той отравы, что будут вынужденно есть на завтрак, обед и ужин несчастные страдальцы из команды Сейрин. И никаких протеиновых порошков и химически синтезированных витаминов из блестящих пакетов с надписью «Monster»! Такеучи-сенсей сказал, что при таком усиленном питании для восстановления сил вполне можно обойтись Покари. Это был комплимент. - Шутни-ик, - весело пригрозила главному ловеласу Кайджо Нагиса. - Тёщей, только тёщей! И лишних булочек нет, всё учтено. - Кицунэ-сан, точно ни одной лишней? - обратился он к стоящей рядом первогодке, выдающей тарелки с нарезанными фруктами. - Увы, Морияма-семпай. - Между прочим, Лис-кун, раз у тебя уже есть Кицунэ, чего ты так активно ко мне в зятья набиваешься? - обиженно поддела Нагиса, услышав его обращение. Касамацу, стоящий следом в очереди, чуть не двинул ему пока ещё пустым подносом по затылку: опять эта тема с оборотнями всплыла — раз, и второе — ну никак он без этих своих закидонов не может. В лёгкую сопротивлялись этому ходячему обаянию только мелкая и её староста. Та в первый же день на попытки Мориямы пофлиртовать с ней недовольно поджала губы, посмотрев на него поверх очков, и вежливо, но твёрдо остудила пыл воодушевлённого таким количеством прекрасных дам парня: «Приберегите свои льстивые речи для кого-нибудь другого, пожалуйста. Я на эти лживые комплименты не поведусь, так что не тратьте слов напрасно». А ведь вообще-то она симпатичная! Но такая строгая... - Горячий чай или холодный морс? - этот вопрос она задавала всем, кто подходил к ней сейчас, но только Накамуре пожелала по обыкновению приятного аппетита. Касамацу под её серьёзным взглядом робел даже сильнее, чем когда встречался глазами с мелкой. Если бы Икэ не носила очки, он бы подумал, что она носит линзы такого жутковатого цвета, но по всему выходит, что это природная пигментация радужки. Пришедший раньше Кисэ с огромным интересом наблюдал за происходящим со стороны. А не Икэ ли интересует капитана? Покраснел-то, ками-сама! Может, он его провёл и наврал с три короба, лишь бы отвести от себя подозрения? Интересно, а Морияма-семпай так увлёкся пикировкой с Мацудой-сан, что не заметил её слов, или только сделал вид, что не заметил? Первогодка склонялся ко второму — бровка-то вон как дёрнулась. Тут он вспомнил себя в начале учебного года и прокряхтел что-то вроде «кхе-кхе»: задетое самолюбие, Морияма-семпай? Только не вздумайте заключать пари на нашу старосту, это, знаете ли, до добра не доводит. - Ох, Мацуда-сан... Уверяю Вас, с этой Кицунэ нас роднит исключительно лисье братство, - подмигнул девушке парень. Юме улыбнулась в ответ и спрятала взгляд за чёлкой. Уж она-то знала, что он говорит правду. - Ей на самом деле пятьсот лет! - понизив голос до заговорщического шёпота, сообщил он. - Так что я, молодой и неопытный, не смею даже смотреть в её сторону. - Смотри мне, Лис-кун. Узнаю, что на сторону поглядываешь, хвостик оторву и пущу на воротник, - ласково пропела Нагиса с милой улыбкой. - Как можно? Я ведь Ваших дочерей даже не видел ни разу! - Память у тебя короткая в отличие от языка... - буркнул Юкио и прикрикнул погромче: - Шевелись давай, балабол! - Не сердитесь на него, Капитан-кун, - ласково улыбнулась ему Нагиса. - Кушать надо в хорошем расположении духа, иначе кусок в горло не полезет, а если и полезет, то пользы не принесёт. И мама ему то же самое всегда говорит. - Птичка моя, что ты о Лисе думаешь? - спросила она потом, когда они остались на кухне вдвоём. Эцуко-семпай сегодня с командой, Маи-чан собирала грязную посуду по столам и приносила стопки тарелок и стаканов ей в мойку, Кёко ушла в кладовку. Юме в резиновых перчатках бродилась по локоть в горячей воде. - Вы верно его описали: болтун, шутник и тот ещё хитрый лис. Язык у него медовый. К счастью, Морияма-семпай не плохой человек, поэтому стрел в душе не держит. - Ясно. Слушай, Хана мне категорически запретила об этом даже думать, но я хочу приглядеть ей парня. Может, посоветуешь кого? Мне так показалось, ты с ребятами хорошо ладишь. Чем ещё объяснить, что все остальные провели на площадке по одному дню, а Юме отсутствовала на кухне в понедельник и снова отправится к ним в пятницу? - Не уверена, что это хорошая идея. - Почему? Спортивные мальчики, высокие, подтянутые... Нагиса в известной степени лукавила. Уж кому как не ей знать, что Хана такого вмешательства в жизни не потерпит! Даже маленькая спокойная с виду Юме ей вон какой отпор дала за подстроенное свидание, а уж её взрывная дочурка устроит им всеобщий апокалипсис. Можно не сомневаться, плохо будет всем, и ей как матери в первую очередь, так что она не собирается лезть на рожон и портить отношения с дочерью. Только что же делать, если та молчит как пленный партизан и ни в какую не желает слышать ни задаваемых в попытках выяснить, что же тогда всё-таки случилось между Ханой, Аякой и этим Ямамурой, что она потом так начудила в Токио, робких вопросов, ни намёков, что пора уже отряхнуться и двигаться дальше. И ведь она старается вроде стать сильнее, совладать со своими мыслями, но получается у неё из рук вон плохо. И никакое метание ножей не помогает. Может быть, Юме что-то знает? По глазам видно — знает. - Боюсь, ни на кого из них Хана даже не взглянет, - покачала головой та. - Что ж так? Красавцы как на подбор! - А то, что она глаза в другом месте забыла, - бесцеремонно подключилась к разговору появившаяся неожиданно Маи-чан. Начала она не слышала, но тут и без лишних слов всё понятно. - Тебе-то откуда знать? - резко повернулась к ней Юме. - Да только слепой не заметит, что она с Ямамуры глаз не сводит! - хмыкнула она, пододвинув подругу и утопив очередную стопку тарелок в заполненной водой раковине. Вычищать их от остатков еды необходимости не было — ни рисинки не оставалось. Разве что было среди парней двое чудиков, которые морковку выковыривали и отодвигали на край тарелки. Наверное, мамы их не учили, что кушать овощи полезно. - Что, правда так заметно? - А то! Стоит мне к нему подойти, у неё аж искры из глаз летят. - Как ты сказала, Белочка моя? Ямамура? Который в очках? - Ага, Тору, - разговорилась та. Вот кого хлебом не корми, только дай о мальчиках поболтать. Находка для шпиона! - Учится в нашей параллели. Он хороший парень, странноватый только. Симпатичный, тут ничего не скажу, но вот причёску ему я бы сменила! - со знанием дела произнесла Сакура и многозначительно покосилась в сторону Юме: - Кстати, очки он больше не носит. Кое-кто уговорил его сменить их на линзы — они с Фуюмой друзья. И ему идёт, Ваша дочь не отрицает. - Значит, первая любовь не ржавеет... - вздохнула Нагиса, странно взглянув на подругу своей младшенькой. Она немного завидовала: с Юме Хана посчитала возможным поделиться, а с мамой нет. В любом случае, её стратегия принесла плоды: выяснила. И даже не знает теперь, радоваться этому или как. От Ханы можно было ожидать чего-то подобного: мечтательная, романтичная, всё ещё верящая в сказки, хоть и строит из себя порой желчную, умудрённую опытом старуху. - Чего? - очередь Маи-чан удивляться. - Того, - осадила её Юме. - Она его любит аж с младшей школы. Он её, кстати, тоже. Только это секрет, имей ввиду! Проболтаешься Хане, она с меня голову снимет. - Глупая, нельзя давать такие карты в руки посторонним. А вдруг я тебя шантажировать начну? - Попробуй! - усмехнулась брюнетка, сдувая мешающую чёлку и опуская очередную вымытую тарелку в соседнюю раковину, чтобы потом ополоснуть. - Думаешь, на тебя управы не найдётся? - Ой, не пугай! - Ты первая начала. И вообще, хватит тут языком чесать! Тащи посуду, перемоем поскорее, скоро ужин начинать готовить. - Ты не знаешь, почему они поссорились? - тихо спросила Нагиса, когда Сакура соизволила удалиться с кухни. У них есть буквально две минуты. - Знаю. Если в двух словах: его одноклассница, влюблённая так же по уши и так же с детства, вздумала прибрать его к рукам и удалила её контакты из его мобильника, свалив всё на старшего брата Тору. - Ками... - присела от неожиданности Нагиса. - С которым Аяка?.. Юме кивнула. - И Хана смертельно обиделась. - Могла же сама позвонить! - Могла, - вздохнула девушка. - Жалко смотреть, как они оба страдают. Тору из-за этого с братом рассорился. И Кавамуру тоже совесть замучила. Вот же кашу заварили! - А он ведь к нам приходил, - задумчиво сказала женщина, теребя край передника. - Аяка как-то проговорилась: «Посмеет ещё раз прийти — на порог не пускай!» Я тогда подумала, что за брата извиниться. - Жаль, что Хана об этом не знает. Он ведь наверняка её номер хотел спросить или адрес. - Знает. Я ей рассказала всё, что знала. - А она что? - замерла в волнении Юме. - Что-что, в отчаянии, но храбрится. Корит себя, конечно, но никогда в этом не сознается. Ох, Цветочек... - Не кисните, народ! - с очередной порцией грязной посуды появилась Маи-чан. - Развели панихиду. Помирим мы наших голубков! - Как? Она слышать об этом ничего не хочет, я уже столько раз пыталась... - Давайте создадим штаб, созовём военный совет, разработаем стратегию и устроим неожиданную контратаку. Что нам всегда Ватанабэ-сенсей говорит? Императору советники не для украшения за столом нужны, так? - Так! - воодушевилась Нагиса. - Давайте поделимся соображениями и набросаем план. Атакуем со всем сторон, никуда они не денутся! - Ладно. Кстати, о Тору... И только Юме собиралась рассказать им, что они надумали вместе с Ямамурой... - Мацуда-сан, ревизия показала, что нам в подарок от Вашего знакомого фермера достался лишний ящик морковки, - с порога огласила результаты проделанной работы Кёко. - Что мы с ней делать будем? Придётся военный совет отложить. То есть созывать его по другому поводу. - Никаких идей, - честно признала Юме, оглядываясь на старосту. Та пожала плечами. - Морковный мусс... - неуверенно произнесла Нагиса. - Но это слишком долго и... - Муторно, - подсказала появившаяся на пороге третьегодка. - И вообще, здесь им не ресторан, чтобы такие штуки выделывать. Избалуете совсем! Как насчёт морковного пирога? Знаю отличный рецептик. Простой и очень вкусный, к ужину как раз. - Совушка-сан, молодец, что пришла! Садись, покушай! Пирог, говоришь... Хорошо, только как же мы без тебя справимся? - Юме, поменяемся? - вопросительно взглянула на неё та. - Там первая партия полотенец уже стирается, надо ещё форму загрузить. И вот, - Терада поспешно сунула в руки первогодке жестяную банку с порошком для приготовления Покари, словно боясь, что та откажется, - они с утра уже всё выдули. Даже дополнительно разводить пришлось. - С удовольствием! - не стала увиливать Юме, временно отставляя банку в сторону и поправляя перчатки. - Но рецепт пирога Вы мне потом запишите, Эцуко-семпай. - Договорились! Сакура, поможешь Юме домыть посуду? Кёко, мы с тобой займёмся пирогом. Нужно почистить и натереть на крупной тёрке найденную морковку! - Что, всю? - Пойдём, я посмотрю, сколько её там. А что у нас на ужин планируется, Мацуда-сан? Темпура? Я как раз о ней мечтала сегодня. - Совушка, поешь сначала! - Ничего, я в процессе. Да уж, кухня — её стихия. Настоящий су-шеф! *** Каждый уважающий себя спортсмен должен иметь собственную бутылку для воды, это закон. И причина тому не только в удобстве, гигиене или желании подчеркнуть индивидуальность, но также в экономии и ответственном отношении к природе — зачем создавать горы пластикового мусора, затрачивая кучу денег сначала на его покупку, а потом ещё на переработку? Юме высыпала необходимое количество порошка Покари в пятилитровую бутыль с водой, плотно завинтила крышку и отправилась в прачечную. Там она закинула во вторую машинку благоухающую утренним потом форму, засыпала порошок, потыкала кнопочки, села на стул, опустила принесённую бутыль на пол и принялась катать ногами, чтобы взболтать содержимое. Можно было и потрясти, конечно, но таких бутылей нужно приготовить минимум четыре: одну — слабо разведённого Покари, две — нормальной концентрации и одну — сильной, а так же принести две баклашки чистой воды, и у неё нет ни малейшего желания нарастить себе бицепсы, превращаясь из гимнастки в бодибилдера. «Фу! - сморщилась девушка, представляя эту гору взбугрившегося мяса. - Надо ещё не забыть льда туда кинуть хотя бы по несколько кубиков». - Соседушка, ты почему здесь? - показалась в проёме двери светлая макушка. - Могу задать тебе тот же вопрос. Юме посмотрела на часы: середина послеобеденного отдыха, а это означает, что избавиться от его компании будет непросто. И о чём он думает вообще? Припёрся сюда неизвестно зачем. Она его не боялась, но что будет, если их увидят наедине в такой смущающей обстановке? Это вам не с капитаном на крыше сидеть. - Хотел спросить Тераду-семпай, что у нас на ужин, - расплылся в улыбке он, часто кивая головой. Всё с ним ясно. - Темпура. - Мясная? Рыбная? Овощная? - Ассорти. - Вкуснота! А главное, при таких тренировках можно есть и не бояться, что форму потеряешь. - Тебе и без того не грозило, - снизошла до комплимента Юме. - Это всё? - А можно я тут с тобой посижу? - напрямую спросил Кисэ, склонив голову к левому плечу. - Можно, - тяжело вздохнула она, смирившись со своей участью. Оставалось лишь надеяться, что истинная причина его просьбы заключалась в желании отдохнуть немного в относительной тишине, нарушаемой лишь тихим шуршанием белья в барабане, и прохладе выложенного плиткой не только по полу, но и по стенам помещения. - Как продвигаются наши дела? - Потихоньку. Морияма-семпай и Кобори-семпай уже дали добро, с остальными планирую поговорить сегодня, раз уж выдалась такая возможность. - Ясно. Хорошо. - Ага, - Юме подкатила бутыль ближе к стулу, используя её как подставку для ног, положила ладони на сидение и спрятала пальцы под бёдрами. Ей хотелось покусать губы, но сделать это помешал вишнёвый бальзам, съедать который, по крайней мере сознательно, девушка решительно не желала. Несколько минут они молчали. - Ю-чи, я хочу что-нибудь для тебя сделать! - вдруг выпалил Кисэ, почесав репку. Она подозрительно покосилась на него: - В каком смысле? - В благодарность, конечно же! Ю-чи, это ведь ты Мацуду-сан уговорила. И помогаешь мне с подарком. И вообще! Ю-чи, я для тебя!.. - А если звезду с неба попрошу, достанешь? - весело прищурилась она, принимая правила игры и кокетливо поведя плечиком. Луну он ей уже предлагал. - Достану! - вскочил с места парень, пылая энергией. - Тише-тише, я пошутила. На кой она мне? Разве что вместо брошки, - плечи её опустились. - Звёзды, которые мы видим в ночном небе, могут оказаться лишь пучком света, который потоком летит через триллионы световых лет, тогда как самого светила давно уже нет. Погасло или взорвалось. Переводилось это на человеческий язык, если он правильно понял, «прошла любовь, завяли помидоры, ботинки жмут, и нам не по пути, я удираю от тебя через заборы...» Кисэ был готов его придушить, этот седьмой номер Сейрин, за одни только грустные нотки в её голосе. Всё-таки есть польза от генеральных уборок в клубной комнате! Нет, совать свой нос в это дело и играть в детектива, проводя собственное расследование, он не планировал: раз Ю-чи сказала, что это дело прошлое, значит, так оно и есть. В самом деле, она сейчас тут, возится с ними, хотя когда-то на приглашение стать менеджером клуба он получил решительный и недвусмысленный отказ. Выходит, ситуация изменилась. Однако, когда в руки ему попал прошлогодний номер баскетбольного ежемесячника со статьёй о тогдашнем составе молодой токийской команды, Кисэ не смог отказать себе в удовольствии его полистать и очень удачно наткнулся на фотку их тогдашнего центрового. Ну, что сказать... Впечатлил. Упоминание соседки, что они вместе лежали в больнице, объяснило, почему в этом сезоне на площадке его не было — травма, стало быть. «А если бы был, то отрыв в счёте был бы намного больше», - заметила Ю-чи после их дружеского матча, и теперь Кисэ был склонен в это верить. Она вообще не замечена в склонности преувеличивать и привирать, в отличие от некоторых. Известный своей феноменальной памятью Мидорима-чи, которому он позвонил, отчаявшись вспомнить этого парня самостоятельно, её слова только подтвердил, хмыкнув мимоходом: «Вы с Такао сговорились, что ли?» - Добудь мне лучше кубок Межшкольных, - прервала его мысли соседка, поднимаясь с места на призывную трель стиральной машины. - Ну нет, Ю-чи, это не то. Это я и так собираюсь сделать! Я хочу для тебя! - Ладно, я поняла, - Юме подтащила к себе глубокий таз, чтобы выгрузить в него чистые полотенца. Футболкам стираться ещё минут тридцать. - Я подумаю. А в зале сейчас никого? - Наверняка, - кивнул он. - Ребята налопались от пуза на зависть остальным клубам и отдыхают, кто в теньке, кто кровать придавил. Но вполне может быть, что там сейчас волейболисты зависли, я расписание тренировок не смотрел. - Ясно. Ничего, это приятная усталость. Бери бутыль, неси в зал, куда-нибудь в укромное место поставь, а пустые мне на кухню принесёшь, хорошо? - Это и есть твоя просьба? - разочарованно вздохнул Кисэ, играючи подхватывая обозначенную ёмкость, будто та совсем ничего не весила. - Не мой калибр! Вот звезду с неба — это по мне. Юме не покидало противное предчувствие, что вот-вот вернётся прежний самоуверенный, ослепляющий всех своим обаянием и хвастающийся на каждом шагу Кисэ. Видимо, надоело ему быть серьёзным. - Это аперитив, - успокоила она. - Моей фантазии нужен разгон, я с места в карьер в таких делах не соображаю. Он же не знает, что провокационный вопрос, на который ему тогда пришлось отвечать в полной посетителей школьной библиотеке, был не результатом спонтанного творчества, а хорошо продуманным тактическим ходом. - Я понял, Ю-чи. Придумай мне что-нибудь этакое! *** - Ю-кун, ты зачем плишра? - Мы с Терадой-семпай поменялись, она нужна Мацуде-сан. - Вкусняшку готовят? - Ага. - Отрично! Плидётся-как-средует-посталаться! Послеобеденная тренировка была в самом разгаре. Касамацу был счастлив, и причин тому было несколько: первое — толпы поклонниц Кисэ не донимали их во время тренировок, поэтому ребята усердно занимались, не отвлекаясь на посторонний шум. Изначально этого никто не планировал, но активный поиск помощников среди учениц школы принёс с собой вот такой маленький бонус — девчонки отказывались, ссылаясь на занятость, так что ни одной совесть не позволила потом прийти просто повизжать. Вторая причина проистекала из первой и заключалась в том, что тренировки были эффективными, а парни — старательными. Основной их задачей было повысить выносливость и усилить физические показатели — скорость, силу толчков при прыжках, точность бросков. Особенно это слабенького второго состава касалось. Теперь не стыдно будет принимать гостей для тренировочного матча в субботу! Ребята подтянулись, окрепли, лучше сработались. А у первого четвертьфинал в воскресенье. Кисэ из кожи вон лезет, так его воодушевила перспектива встречи с академией Тоо, да и остальные стараются изо всех сил. Наконец-то можно вздохнуть спокойно: у народа пробудилась ответственность, так что нет необходимости их постоянно шпынять. Или он рано расслабился? - Араки, команды «помри» не было, глиста ты обморочная! Ещё три круга! Третье — кухня превзошла все его ожидания. Первые два дня он дёргался, регулярно туда наведывался, проверял, что и как, напоминал о времени, но уже в среду ослабил вожжи, убедившись, что механизм отлажен и работает как часы. Мацуда-сан прекрасно справлялась с их беспокойным хозяйством и умудрялась при этом не терять обаяния. Смешно смотреть, как тренер демонстративно зажимает нос, проходя мимо, чтобы не расчихаться от её духов, а взглядом пылесосит обтянутые модными брючками ягодицы. Одни шутливые пикировки с Мориямой чего стоят: он ей слово, она ему десять. Тот и рад стараться, такая бесценная практика в словесный извращениях. Всё-таки женщина постарше — это тебе не ровесницы. И готовит — пальчики оближешь! Нет, конечно же дело не в том, что мелкая по какой-то причине вне графика находится с командой, а не на кухне. Это, кстати, официально четвёртая, но на самом деле первая причина радости капитана, в чём он ни за что не сознался бы даже с ножом у горла. Он дал себе слово приглядывать за ней и был доволен, что вот она, под боком. Все остальные по дню с ними пробыли, а она в понедельник, сегодня и теперь ещё в пятницу. От Юме был толк, вот честно! Только подумаешь, что неплохо было бы водички, она тут как тут. Чувствуешь, что пот глаза заливает и майка уже насквозь, а она уже чистую форму принесла и полотенца. И за растяжкой следит, подсказывает первогодкам, что и как. И тренер ей не препятствует! Юкио видел, как тот подозвал её к себе и о чём-то расспрашивал. Самого разговора парень не слышал, но когда у толстяка Такеучи чуть не отвалилась челюсть, а потом он уважительно закивал, понял, что мелкая девчонка не простая. Наверное, тренер знаком с Фуюмой-саном, по крайней мере, слышал о нём. Но она и сама не промах, дельные вещи ребятам говорит... На самом деле Такеучи-сенсей аккуратно, в истинно японском стиле зондировал почву насчёт Мацуды-сан. А что, всё вполне логично — она пригласила, к ней и вопросы. Зал по его велению был разделен на две половины сеткой, там и там шли тренировочные матчи. Теперь менеджер может и отдохнуть немного. Захотят пить, сами нальют, не переломятся, так он сказал. - Ты же сегодня должна быть на кухне. - Терада-семпай печёт пирог к чаю, а я уж тут как-нибудь. - Какой? - Морковный. - Почему именно морковный? - Знакомый Мацуды-сан нам лишний ящик корнеплодов подарил. При упоминании о том самом фермере тренер недовольно поёжился. - А что на ужин, Фуюма-кун? - Темпура. - Мясная? Рыбная? - Ассорти. Разборчивые все, куда деваться! Хоть меню вывешивай на доске объявлений. Можно подумать, подадут им что-то другое, так они есть не станут. Ага. Неужели Такеучи-сенсей решил поужинать с командой? - Собираетесь остаться? Я тогда пойду скажу, чтобы на Вас тоже рассчитывали. - Нет, я домой, - остановил её коротким жестом тренер. - Вам и так о целой ораве заботиться приходится. Во сколько обычно заканчивается работа на кухне? - Она никогда не заканчивается, - улыбнулась Юме. - Мацуда-сан уходит около семи, как всю посуду приберём и меню на завтра согласуем, а мы дальше гоношимся: то овощи почистить с вечера, чтобы завтра меньше работы, то рис промыть-замочить нужно... - Что ж она так задерживается-то? Пусть раньше домой уходит. Ещё мне не хватало, чтобы недовольный муж жалобу в департамент образования на нас накатал! - Не будет жалоб, - вздохнула Юме. - Вот как? - крякнул он, но любопытство своё усмирил. Девушка сразу догадалась, что эти вопросы не с потолка взялись. Пообщаешься с Маи-чан и начнёшь видеть романтические вздохи даже там, где их нет. С другой стороны, а что? Можно подумать, интересуются противоположным полом и влюбляются только школьники. Химе послушать, так после тридцати уже можно списывать в утиль и отправлять на принудительную кремацию после расстрела. Всё, молодость ушла, жизнь кончена, осталось лишь красиво умереть. Ками, какая глупость... Да хоть папу с Хотару взять. Вдвойне смешно было бы узнать, что её мамочка вышла замуж за какого-нибудь американца. Честное слово, Юме даже на поздравительную открытку денег не пожалела бы ради такого случая! Тренер — мужчина неухоженный, конечно, но это не грех. Если бы она сочиняла шутливые объявления от его имени, то так и написала бы: «Отдамся в заботливые руки!» А уж какой может быть забота Мацуды-сан, Юме испытала на себе. Так что вполне вероятно, что они двое просто созданы друг для друга и их встреча не случайна. Личность самой Юме его тоже интересовала. - Спортивный врач Фуюма случайно не твой родственник? - Случайно родственник. - Дядя? Ну да, похожи они, как макрель с ананасом. - Папа. - Серьёзно? - он задумчиво почесал щетинистый подбородок. - Мы знакомы, так сказать, шапочно, но что-то я никогда не слышал, что у него есть дочь... - Ну так я до недавнего времени с мамой жила и под другой фамилией. - Вот как. Любишь баскетбол? - Не особо. - Спортом занимаешься? Видно, что соображаешь. - Сейчас нет, но вообще-то я мастер спорта... - «международного класса», в который раз мысленно закончила эту фразу Юме. - По художественной гимнастике. - Так это о тебе слухи в учительской ходили в начале года? - встрепенулся, насколько это позволяла масса его тела, тренер. - Ну дела... Поговаривали, «проблемную девчонку» никто не хотел брать в свой класс. Фудзивара согласился только потому, что у неё английский неплох, а для него этот показатель очень важен. Не нарадуется теперь, небось, что пригрел такое милое создание. - Наверное, - пожала плечами Юме, но уточнять не стала, примерно представляя их содержание. - Вы не говорите ребятам, ладно? - Могила! - прокряхтел толстяк, сложив сцепленные в замок руки на животе. - Ну раз так, тогда я спокоен. Приглядывай за парнями. - Слушаюсь! - по-военному откозыряла ему девушка. - Разрешите идти? - Топай. Передай Мацуде-сан, что обед был очень вкусный. - Передам, - обернулась она. - А на ужин всё-таки не останетесь? - Меня и так на строгую диету посадить пора. - Полчаса на растяжку, прибираемся и можете быть свободны! - скомандовал капитан по окончании вечерней тренировки, выстроив народ в две шеренги. Парни разбрелись по залу: кто-то в кружочек объединился небольшой компанией, кто-то сам по себе. - Фуюма-сан! - позвал её Накамура, подняв руку повыше. Для всех она была «-кун» — предположительно с подачи вице-капитана, слегка видоизменившего фамильярное обращение Хиро-семпая, а для него так и осталась «-сан». - Воды, Накамура-семпай? В четвёртой пятилитровке плескалось на донышке, придётся, наверное, ещё развести. - Нет. Скажи Кисэ-куну, пожалуйста, что у него шнурок почти развязался. Юме пригляделась — и вправду, бантик совсем слабенький, но просьба, согласитесь, довольно странная, если ты стоишь всего в полутора метрах и можешь сказать об этом сам. Непонимающий взгляд, адресованный второгодке, заставил того нервно сглотнуть и пояснить скороговоркой: - Ну не могу я сам, я стесняюсь! Не хватало ей второго Хиро-семпая. - Я поняла. Передам, не волнуйтесь! Спинку ровнее, а то не те мышцы тянутся, - поправила она. - Араки-кун, ты что делаешь? - в ужасе прикрикнула Юме, наблюдая, как тот резкими толчками пытается помочь своему другу лечь грудью на пол при широко разведённых в стороны ногах. - Ты же ему позвоночник сломаешь! Нельзя так! Она подошла к ним и отстранила парня. - Не лезь! - вспылил он. - Ара, тише! - вступился Шинояма, понимая, что взгляды всех в этом зале сейчас прикованы к ним, сразу же нахмурившего брови капитана и ещё не ушедшего тренера в том числе. И ясновидящим быть не надо, чтобы понимать, что она тут на особом положении: лишнее слово, и по шее прилетит не один раз. - Пусть скажет. - Ну валяй! - сложил руки на груди Араки. - Нежнее надо быть, Араки-кун, как в первый раз с девушкой. Мне что ли тебя учить? - поддела Юме. Все, кто это слышал, заржали. Она не раз улавливала краем уха обрывки разговоров, да и Рёта-чан ей жаловался смехом, как тот вечно хорохорится: по его рассказам счёт оприходованных девчонок давно на десятки пошёл. Интересно, знает ли Араки Бокуто, что ребята его прозвали за глаза Бокки*? Такие рассказы, как ей говорил со смехом папа, разумнее всего делить на шестнадцать. За мороженым вчера вечером Сакура поделилась, как принесла в клубную комнату чистые полотенца, а там: «... и на столе, и на полу, а потом ещё на кровати!» Кисэ, когда они поняли, что в помещении девушка, пояснил с кривой улыбкой: «M&m`s рассыпал. Большую пачку. Потом весь вечер собирал — и на столе, и на полу...» Хохотали они с девчонками так, что их через комнату слышно было. Благо, почти все уже по домам разъехались. - Не делай резких движений. Упираешься ладонями по обе стороны, - Юме устроила свои на спине Шиноямы, а не на плечах, - командуешь медленный выдох и тихонечко опускаешься своим весом. - В отрыве от контекста происходящего звучало это как выдержки из тренинга какого-нибудь доморощенного сексолога для несовместимых парочек. Народ оценил, согнувшись пополам. - Можно ногой поддавить, но не коленом упираться, а всей поверхностью голени. Тянуться должны внутренние мышцы бедра и спинные мышцы. Есть? - вопрос был обращён к Шинояме. - Ага, - ответил парень, пытаясь сдержать хихикание, - но слабо. - Это потому что во мне веса мало, - улыбнулась она ему и встала, делая приглашающий жест: - Без тебя не обойтись, Араки-кун. Попробуешь ещё раз? - Ара, ты теперь меня смущаешь! - не выдержал Шинояма. - Иди ты!.. - психанул тот. - Фую-чи, а мне помоги, а, Фую-чи! - Чего тебе? - недовольно спросила она. - Всё на зеро, да, Кисэ? - осклабился Араки. Юме сделала вид, что не поняла смысла этой фразы, а от друга ему прилетело в бок с громким шёпотом: - Ара, заткнись, сделай милость! Нельзя забывать, что многие из первогодок были тогда в раздевалке и слышали неразумные слова её соседа. Девушка огляделась по сторонам: они смотрят. Неприятное чувство — будто в окружении стаи гиен, которые только и ждут, когда ты ослабишь бдительность, чтобы напасть и разорвать в клочья... Тут же закралось нехорошее подозрение: а чего это Кисэ был таким милым сегодня? Неужели Араки-кун прав, и атаки возобновились? Причём на виду у всех. Даже Накамура свою благодарность выразил более уместным образом — не одна же она команде помогает! Но в прачечной ведь больше никого не было... Юме стало стыдно за плохие мысли об однокласснике, но сбрасывать такую возможность со счетов тоже нельзя. Она уже раскаивалась, имея неосторожность подпустить его ближе, неужели ей снова предстоит испытать это горькое разочарование? - Тянитесь как следует, - громко урезонил их Кобори-семпай, приходя ей на помощь, пока этого не сделал совсем другим образом тихонечко пышущий гневом в уголочке Касамацу. Слава ками, он вовремя успел вмешаться, пока стрелка ещё не достигла красной зоны! - А то завтра будете, как некоторые. - Монах мне точно спину сломал, - ныл Кисэ. - Фую-чи, покажи ему, как надо. - Я пошёл лучше Татэ помогу! - плюнул тот на чёрную неблагодарность. - У него вообще всё болит, ни сесть ни встать. - Почему? - подняла свои бровки Юме. - Потому что лениться не надо было вчера, Фую-чи. Торопился на сеанс связи со своей ненаглядной, понадеялся на горячую ванну, тянуться не стал как следует, сегодня деревянный весь. - У-у-у... - «Так это о нём речь шла?» - Сочувствую. Хиросе-кун, ты уж с ним поаккуратнее. Сбегайте потом до аптеки, янтарной кислоты в таблетках купите. Пару штук вечером, а потом с утреца после еды, должно помочь. - Да-да, Ко-чан, будь нежнее! - хохотнул Татебаяши. - А мне, Фую-чи? - слава ками, сосед хорошо помнил, что на людях называть её Ю-чи категорически запрещено, иначе схлопотал бы по хребтине. - А тебе надо шнурок завязать, - она незаметно кивнула Накамуре-семпаю. - И язык заодно. Разумеется, Юме не забыла поручения Кисэ. С задачей своей она справилась блестяще, капитан и не заметил, что у него под самым носом кипят шпионские страсти. Полотенца, форма, прохладный напиток... Там спросила, там на ушко шепнула. Стартовый состав идею совместного празднования и подарка одобрил и поддержал со всем старанием. Ребята не жмотились, и хотя львиная доля вложений принадлежала Кисэ, собранных денег всё равно не хватало — смысл покупать электрогитару без усилителя, даже самого простенького? И чехол бы сразу хорошо. Всё должно быть красиво. - Ничего же страшного, если я тоже в этом поучаствую? Хоть я и не часть экипажа, но какое-то отношение к команде всё-таки имею,- утешала она расстроенного соседа, прикидывая, что за счёт целой недели в лагере ей удалось сэкономить больше половины оставленных папой на время его отсутствия денег. Если что, то и копилку разбить не грех. Только за новой потом нужно идти в другой магазин, чтобы владельцы лавки не приняли её за копилочного маньяка. Когда все уже ушли на ужин, «забыв» повеление капитана, Кисэ остался с ней в зале, чтобы помочь с уборкой. Ну и не только. - А вкусный тортик нам Мацуда-сан испечёт, она уже согласилась, - добавила Юме. - Всё будет хорошо! Вообще-то и родителей подключить было бы неплохо, вот только ему об этом знать не обязательно. - Когда ты так говоришь, точно будет, - со вздохом согласился он, катя впереди себя в кладовую корзину с мячами. - Иди кушай, я сама тут управлюсь. - Вот уж нет! Помнишь, ты мне помогала зал мыть, когда меня в наказание оставляли одного этим заниматься? И даже не знала, за что, а мне за дело было! - после слов Араки у него сердце биться едва не перестало. Он впился взглядом в лицо соседки и почти физически ощущал движения всех её невесёлых мыслей и терзания. Честное слово, дело не в пари! Но разве его словам можно теперь верить? Кисэ не считал, что может скупить свою вину перед ней, но искренне надеялся, что хорошими поступками заслужит доверие Ю-чи. Это единственное, что было для него по-настоящему важно теперь. - Моя очередь! - А если капитан тебе голову оторвёт за нарушение распорядка? Свободное время объявлялось после «спасибо за ужин», но не раньше. - Ты обещала приделать её обратно, - просиял блондин, нагибаясь по пути за очередным мячиком. - Кстати, вполне возможно, что завтра утром она будет лежать в этой корзине среди мячей. Ты уж не поленись, загляни, ладно? - Но ты же голодным останешься! - всерьёз беспокоилась Юме, пропустив очередную шпильку в адрес Касамацу мимо ушей. - Я уже пошептался с Мацудой-сан, она мою порцию в коробочку положит. Заберу и потом съем. - Потом придётся делиться с соседями по комнате. - Не придётся. Я собираюсь подождать, когда они уснут, и захомячить ужин, спрятавшись под одеялом. - А вдруг мимо рта пронесёшь? Крошки в постели тебя не смущают? - Я же не свин какой-нибудь! - возмутился Кисэ, и они дружно расхохотались, в красках представив возможную причину избыточного веса тренера Такеучи. Напряжение сразу спало, это почувствовали они оба. - Ю-чи, ты мне веришь? - и после этих слов она явственно ощутила тёплую волну внутри, смывающую все сомнения и отрицательные эмоции. Такое с ней было однажды во время занятий с психологом, Минако-сенсей сказала, что это хороший знак. И правда — после этого её отношения с папой стали выстраиваться легче. - Верю, - потупилась она. - Прости. Ей ли не знать, каким внимательным он может быть и какие неожиданные выводы делает обычно из своих случайных наблюдений? Он всё понял и приложил немало усилий, чтобы успокоить её, хотя мог бы этого и не делать. Кисэ часто задавал ей этот вопрос: «Ты мне веришь?» Не в меня, а мне. Юме понимала, что такая его постановка далеко не случайна. Если сравнение будет уместным, в её понимании это как верить «в Бога» и «Богу» — совсем не одно и то же: существование высших сил, как бы не разнились представления людей о них в разных частях света, признают почти все, кроме разве что совсем закоренелых атеистов, но многие ли по-настоящему верят в обещанные защиту, поддержку и помощь? А сами полагаются на себя или на удачу. В то, что стоит придерживаться божественных советов в повседневной жизни? Какая религия не учит, что нужно любить ближних и саму жизнь. Складывается впечатление, что в современном мире такие люди становятся исчезающим видом. Боги превращаются в бесполезные красивые фигурки на алтарях. Так что, вполне возможно, те, кто утверждает, что проблемы общества кроются именно в этом, всё-таки правы. Люди утратили связь с духовным и этого духовного в них остаётся всё меньше. Оно постепенно вымывается, вытесняется из сознания, заменяется поклонением новым богам — деньгам, развлечениям, беспорядочному сексу — эталону современной «успешной жизни». И при этом счастливых людей становится всё меньше, а статистика суицидов неуклонно растёт. Случайность? Вопрос Кисэ подразумевал: возможны ли между нами настоящие — дружеские или ещё какие при этом не уточнялось — отношения. Готова ли она увидеть в нём личность со своими хорошими и плохими, что неизбежно, сторонами, а не просто «гордость семьи», «хорошего ученика», «успешную модель» или «аса баскетбольной команды». Готова? «А разве не понятно?» - Ты ни в чём не виновата, - мягко улыбнулся ей сосед. - А можно тебя кое о чём попросить? «Вот зараза хитрая! Сердце растопил своими льстивыми словами и сразу напрягать! Вообще-то это я должна придумать, что у тебя попросить!» - мысленно ворчала она, в глубине души осознавая, что на самом деле всё совсем не так. Он не пытается манипулировать ей сейчас, это она сопротивляется своему же желанию стать ему ближе. - Ну валяй! Кисэ без труда узнал в её тоне Араки и расхохотался, стирая с глаз проступившие слёзы: - Похоже, Ю-чи! Ты копируешь лучше меня! - Ну чего хотел? Он протянул ей мячик. - Покажи что-нибудь из своих умений. Мне просто интересно. - Проверяешь, не соврала ли я насчёт мастера спорта? - Нет, ну как можно! - развёл руками он. - Я же сам фотографии видел и новости читал. - Ну мало ли... - она забралась на высокую сцену и взяла предложенный мяч. - Как ты понимаешь, я без разминки и в не очень подходящей одежде. - Ну и что! - взгляд Кисэ горел, как бывает только у детей, вешающих полосатый носок над камином и искренне собирающихся не спать всю ночь, чтобы застукать приносящего подарки Санту, — ожиданием чуда. - Ладно, - смилостивилась Юме. Она несколько раз подкинула мяч вверх, прикидывая его тяжесть и время полёта, сделала пару наклонов, и... Несколько замысловатых шагов и поворотов, Юме снова отправила мяч к потолку, завела ногу назад и подняла почти до вертикального шпагата, сильно прогнувшись в спине. Мяч упал точно в «лунку». Гибкости самого Кисэ хватило бы максимум на «ласточку». Потом она опустила корпус вперёд, так что вместе с вытянутой назад ножкой он образовал почти идеально прямую линию, и мяч скатился, у шеи соскользнув на пол, но поймать его девушка не успела. - Ну вот, - расстроилась она, подбирая дерзкий рыжий шар. - Минус куча баллов за потерю снаряда. И ушиб позвоночника в придачу. Этот мяч весит тонну! Ну как? - Ю-чи... Спасибо, Ю-чи! - в его глазах блестели слёзы. - Рёта-чан, ты чего? Вот уж не ожидала она, что он так расчувствуется! Юме бросила мяч, подошла к самому краю сцены и растерянно уставилась на соседа. Он не смел даже надеяться, но она тоже словно слышала его мысли, эта кицунэ, которой пятьсот лет — и ей не было необходимости сотрясать воздух бесполезными, ничего не значащими словами. Она разделила с ним больше чем тайну — целый период своей жизни, от которого отказывалась прежде, и он почувствовал себя так, словно находился рядом с ней всё это время. Только сейчас ему стали понятны и близки чувства Куроко-чи, ведь он тоже просил их верить в него, доверять ему и играть вместе с ним, чтобы сделать его сильнее. С такой же просьбой он обращался к Юме. Только ей он может позволить смотреть на него сверху вниз, потому что она забралась куда выше, чем школьная сцена, и речь сейчас не о спортивных достижениях. Кисэ понимал, что эта девушка куда сильнее многих. Несмотря на непростую судьбу, она не растеряла хороших качеств и старается смотреть в будущее с оптимизмом. Всё, что ему оставалось — верить, что когда-нибудь он её догонит и встанет рядом. Только станет ли она ждать? - Кисэ, ты где застрял?! - послышалось с улицы. Юме быстро приблизилась к нему, звонко хлопнула в ладоши — для звука — и вертанула его макушку, запустив пальцы в светлые волосы: - Да не три ты глаза, балда! На свет повернись, я посмотрю, что у тебя там! - Что у вас тут происходит? - в дверях зала часто моргающий Кисэ увидел недовольного капитана. - Кисэ-куну соринка в глаз попала, - лихо отрапортовала Юме, оперативно ухватив соседа за подбородок и на секунду незаметно приложив большой палец к его губам, призывая к молчанию. Всё-таки общение с ним на неё плохо влияет — соврала и не поморщилась. Раньше бы уже извелась вся, покраснев, как маков цвет, а сейчас смотрит подходящему ближе нии-сану прямо в глаза и ничего. Ужас! - Наверх смотри! - скомандовала она однокласснику. Касамацу недоверчиво покосился на как ему показалось мило ворковавшую парочку, но промолчал: вроде ничего криминального, глаза у Кисэ и впрямь красные и на мокром месте. Поди ресница лишняя вывалилась да и застряла, они у него вон какие длинные, прям девчачьи. - Жить будет? - хмуро поинтересовался он, от волнения засунув руки в карманы шорт. Держать клокочущие внутри чувства при себе было нестерпимо трудно. Хотелось... Сам виноват. Не фиг было поддаваться болтливому настроению Кисэ! Воскресный матч, билеты на который блондину случайно перепали в обмен на билеты в театр кабуки, они смотрели вместе с капитаном. А с кем ещё ему было туда идти? Не с Юме же. Эта идея посетила Кисэ неожиданно во время спонтанной субботней тренировки, когда он застал капитана в зале, и Касамацу-семпай ожидаемо ответил согласием: кому же не хочется посмотреть на игру профессионалов. Вот только вёл он себя, как — прости его, соседушка, за это сравнение! — форменная Золушка: каждые пять минут доставал свою раскладушку и смотрел на время, а на вопрос «Касамацу-семпай, Вы куда-то торопитесь?» неизменно отвечал: «Нет-нет, всё в порядке». Кое-как удалось его разговорить. Колоться капитан ни в какую не хотел, но куда ему против признанного мастера разговорного жанра! - У Вас, наверное, девушка появилась? - подначивал Кисэ. Вот уж верно говорят, нужно как следует взбесить человека, чтобы услышать правду, потому что придумывать ложь в таком случае у него просто нет ни сил, ни времени. - Умри, болтун! - А что такого? Ведёте Вы себя очень подозрительно! Нет бы за игрой смотреть и учиться, а Вы в телефон пялитесь всё время! - Не твоё дело! - Моё! У нас Лига чемпионов на носу! Я Вас как капитана, а Вы... - Нету у меня никакой девушки! - Ой, да ладно! Касамацу-семпай, Вы мне врёте. По глазам вижу. Ага-ага, покраснел! Ну скажите мне, кто она, а? Ну скажи-и-и-ите! Я же теперь ни пить ни есть не смогу, пока не узнаю! Это же событие века! Это надо отметить. У Касамацу-семпая появилась девушка!!! Мои молитвы были услышаны! Идёмте в кафе, я угощаю... В общем, пришлось пожертвовать своим несчастным затылком, чтобы узнать, что у капитана скоро появится сводная сестра, которая как раз сегодня ушла гулять со своими друзьями. Ками, эту девушку ожидают серьёзные испытания! Кисэ ей искренне сочувствовал — рука у капитана тяжёлая — и в то же время немного завидовал. Из-за своей глупости Юкио был связан по рукам и ногам: стоит разворчаться на него сейчас, бросаясь на защиту мелкой от призрачной угрозы, и этот крендель сходу поймёт, что Юме и есть его имото. Не надо обманываться его глуповатым видом, под овечьей шкуркой притаился тот ещё хищник. Куда ни кинь — всюду клин. - Куда ж он денется, - ответила Юме. Она легонько подула для вида Кисэ на лицо и отпустила его подбородок. - Ну как? Тот игру поддержал — поморгал как следует и огласил: - Фую-чи, ты моя спасительница! Что бы я без тебя делал? - Окосел бы, конечно же, и прощай модельная карьера! - насмешливо ответила она, подбирая мяч и спрыгивая вниз. - А теперь иди ужинать. - Нет, я всё-таки... - Солнышко ты наше, Мацуда-сан тебя потеряла. Живо топай в столовую, а то устрою кровавый закат, - пообещал ему Юкио, мотнув головой в сторону выхода. - Касамацу-семпай, я всё понял! Меня уже нет. А Вы? С окончания тренировки прошло минут пятнадцать: руки помыть, дойти до столовой, потом обратно... Короче, туда-сюда, поесть капитан точно не успел, но намерения составить компанию кохаю не выказал. Да ещё и соврал! По сценарию сейчас должен прозвучать раскат сильного грома, а потом небеса со свистом рухнут на землю. Почему ничего не происходит? - А я... - Идите отсюда оба! - прикрикнула Юме, сопровождая свои слова соответствующим «подметательным» жестом и прикидывая заодно в уме, что ей за это может быть. - Мешаете только! Я одна уже давно бы тут всё убрала, так нет же, то одно им, то другое... Я тоже отдыхать поскорее хочу пойти, а мне ещё стиркой заниматься и на кухню потом идти девочкам помогать. - Но Фую-чи... - Исчезли. - Ладно, я быстренько поем и вернусь! Подожди меня! - не сдался Кисэ. - Пустые бутыли захватите, - попросила она. - Я потом помою. Капитан смерил его тяжёлым взглядом, но так ничего и не сказал. Остаться ли, вернуться ли — всё будет выглядеть подозрительно. *** - Как ты думаешь, Юме, почему я здесь? Неожиданный вопрос Эцуко-семпай застал её врасплох. Первогодка шла из прачечной. До того момента как надо будет развешивать форму у неё есть примерно полчаса. Кисэ прискакал минут через пятнадцать после своего ухода, оперативно покидав в себя ужин, наговорив кучу комплиментов морковному пирогу и избегая смотреть в сторону капитана. Вместе они быстро убрали зал, а потом вернулись на кухню, где шла вечерняя уборка и обсуждение меню на завтра. Под строгим взглядом недовольной его присутствием третьегодки он устроился в уголочке и вёл себя тихо: предложений не выдвигал, вопросов не задавал и происходящее никак не комментировал. В общем, превратился в призрака, которого могла видеть только Юме. Она как следует выполоскала бутыли, заново наполнила их водой и развела Покари, чтобы завтра Кёко могла поспать на полчасика подольше. Вряд ли у неё это получится, но всё-таки. Одно её безмерно радовало: завтрак было решено подать для разнообразия европейский, так что никаких приготовлений с вечера делать не нужно, можно было дожидаться окончания стирки и ползти в душ. Зато завтрашнее утро обещало быть весёлым — они будут жарить коллективную гигантскую яичницу, сосиски, блинчики и оладушки, делать сэндвичи, и всё это нужно успеть до девяти утра. Терада, собрав в хвостик влажные ещё волосы и запахнув на груди тоненький трикотажный кардиган, служивший защитой не от вечерней прохлады, а скорее от комаров, стояла в общем холле у открытой двери, ведущей на большой балкон, и наблюдала, как на площадке внизу Кобори-семпай отрабатывает с Хиросе-куном приёмы защиты. Юме тихонько подошла и встала рядом. Их возня немного напоминала, как Кагами-кун опекал чернокожего студента во время игры с Шинкио: её одноклассник, широко разведя руки, пытался не дать пройти стучащему мячом центровому. Тот периодически прерывал атаки, что-то объясняя и то и дело поправляя положение его рук. Они никому не мешали здесь — окна жилых комнат выходят на другую сторону. - По просьбе Вашей подруги, я полагаю. - Мимо, - устало вздохнула та, повернувшись к ней, и снова вернулась к наблюдению. - Касахара думает, конечно, что мне, как и ей, нужен этот смазливый блондинчик, - скривилась она и продолжила тихо: - Ничего подобного. Я здесь из-за него. - Кобори-семпай? - расширились глаза Юме. - Нда... Неожиданный приступ откровенности, объяснений которому девушка не находила, её мягко говоря удивил. - Саму бесит. - Почему? - а казалось, что больше удивляться уже нечему. Нет, она поняла бы такую реакцию, если бы центровой был плохим парнем, влюбляться в которого не следовало. Или, напротив, он был бы слишком хорош для такой простой девушки, как Эцуко-семпай. Да уж, в любви ничего просто не бывает. Юме было интересно выслушать всё, что скажет ей третьегодка, если только она захочет пойти дальше: как ведут себя в таких случаях взрослые? Разница в два года невелика, конечно, но является всё-таки существенной — во внутреннем состоянии и ощущениях: у неё есть ещё целых три лета беззаботной школьной жизни, а они уже стоят на пороге другого этапа, и уже совсем скоро дверь распахнётся и их выпнут туда, не спрашивая разрешения и не считаясь с желаниями. Какой будет она сама через два года? - Кандидатура вызывает сомнения? - Нет, что ты! Кобори хороший парень. - А он вообще-то об этом знает? - осторожно поинтересовалась первогодка, поглядывая вниз. - Ты издеваешься? - бросила на неё недовольный взгляд Эцуко-семпай: Юме с Мацудой-младшей водится, не отсюда ли неуважение к старшим? - Он меня даже не замечает. - Не слышала, чтобы он с кем-то встречался. - Он и не встречается. Просто Кобори по уши в баскетболе, к тому же ему нравятся женственные девушки, мягкие, а обо мне такого не скажешь. Мы с тобой одной крови, - она выразительно посмотрела на бриджи и кеды Юме и опять отвернулась. - И вообще сейчас не до любви: третий год, нужно об университете думать, а тут такое... Да уж, это серьёзная причина для недовольства собой. У Эцуко были все основания для беспокойства о будущем, потому что путь свой она наметила уже давно и относилась к нему совершенно серьёзно. Доподлинно известно, что ресторанный бизнес Касахара Андо-сан с Терадой Горо-саном, приходящимся ей прадедушкой, начинали вместе. Прогорали и начинали всё сначала несколько раз, но никогда не отчаивались и не ссорились. Кошка пробежала между их с Касуми дедами. В каждой семье существовала своя версия случившегося: то ли Терада проиграл свою половину компаньону в карты и вынужден был заплатить долг чести, то ли подписал дарственную в крепком подпитии, что свидетельствует о мошенничестве со стороны Касахары, то ли просто не сумел удачно выдать замуж дочь, чтобы получить от зятя инвестиции, но факт остаётся фактом — на данный момент ресторан принадлежит Касахаре, на каждом углу трубящем о своих званиях и достижениях, а реальное управление заведением лежит на плечах её отца. Годы идут. Сколько ещё будет продолжаться такая несправедливость? Разумеется, Эцуко подружилась, если это можно так назвать, с Касуми, считая, что врагов лучше держать поближе. Она единственная горячо поддерживала наследницу ресторана в её бунтарском желании быть журналистом, чем заслужила её доверие. И кулинарный клуб, и фанклуб Кисэ — лишь эпизоды в тщательно спланированной многоходовке, результатом которой должно стать восстановление справедливости. Хотя нет, пусть семья Касахары ещё и компенсацию за долгие годы заплатит! Задача минимум — вернуть половину, максимум — прибрать к рукам всё. Касуми этот ресторан триста лет не нужен, а она среди поставщиков, поваров, кастрюль, сковородок и соусников чувствует себя как рыба в воде. Каждому своё. - И Касахара мне не подруга, - тихо сказала она, не отрывая взгляда от площадки. Юме не стала переспрашивать. Она примерно догадывалась, что Химе Макаронине такая же подруга — тусуются вроде вместе, но эту незримую границу между социальными классами нарушать запрещено с обеих сторон, и ни обучение в одной школе, ни одинаковая форма стереть её не способны. Любая вылазка за грозит болезненным щелчком по носу. - Удивлена, небось, что я об этом заговорила? Эцуко поёжилась — с влажных волос на спину капала вода, и ей стало холодно, но уходить девушка не хотела. Когда ещё выдастся случай вот так понаблюдать за предметом своих тайных воздыханий. На тренировки она не ходила принципиально, а учатся они в разных классах. За все три года только два семестра проучились вместе — в конце первого и в середине второго. - Есть немного, - честно призналась Юме. Она же не Кобори-семпай с его покер-фэйсом. Кстати, нет никаких оснований утверждать, что он не замечает Тераду-семпай. Может быть как раз замечает, просто окружающим не видно. Уж чего-чего, а шифроваться он умеет! Это вам не Киёши-семпай, у которого душа нараспашку и на лице всё написано. - Ходят слухи, ты такая же неудачница в любовных делах, как и я... Проследить цепочку было нетрудно, вариантов всего два: Хана — Мацуда-сан — Эцуко-семпай, или же в середине списка должна появиться Маи-чан. Исток у этих слухов в любом случае один. Не Кисэ же ей рассказал! И рассердиться на подругу имеешь полное право, но что-то совсем не хочется... Видимо, этот факт и вправду перестал быть её сокровищем, которое Юме прежде ревниво оберегала. - Значит, мы и в самом деле одной крови, - улыбнулась она, пожав плечами. А что тут ещё скажешь? - Отшил? - Нет. Я не нашла в себе смелости признаться, а потом это потеряло всякий смысл. - Заприметил другую? - Давно уже влюблён в другую, - поправилась Юме. - Так что смысла в этом не было с самого начала — меня реально в упор не замечали. Это даже смешно: он на целый сантиметр выше Кобори-семпая. Представьте меня рядом! - невесело усмехнулась она и добавила тихо: - У Вас хотя бы есть шанс. Не повторяйте моих ошибок. Как говорит Хаякава-семпай, лучше сделать, чем потом жалеть о несделанном, и я с ним согласна: попытка повышает шансы в два раза — пятьдесят на пятьдесят вместо стопроцентного провала. Как-то так... - Думаешь? - Уверена. Как только влюблюсь снова, то сразу признаюсь, и будь что будет! Лучше пусть отошьёт и баста, чем так мучиться. Никому не пожелаю. - Это верно, - вздохнула Эцуко. - Ладно, беги. Извини, что задержала. - Ничего. Иногда бывает полезно выговориться, по себе знаю. - Просто захотелось, чтобы хоть кто-то знал истинную причину, - она вернулась к самому началу их разговора. - Для меня это важно. Юме кивнула. Она действительно понимала: однажды и эта любовь, если только не перерастёт во что-то настоящее, и эти славные дни растворятся в бесконечной череде будней, и даже если все будут думать иначе, они двое будут хранить тайну о пребывании Терады-семпай в спортивном лагере баскетбольного клуба. - Кстати, насчёт того художника. Минако спросила учителей, друзей по школе искусств и на форуме - никто этой подписи не признал. - Ясно. Жаль. - Ты погоди расстраиваться. Тут сам рисунок бы показать, конечно, но раз ты такая скрытная... Может, там какие-то другие зацепки есть. Сестрёнка сказала, если он в манга-стиле выполнен, то искать надо совсем в другом месте. - Вот как? Спасибо за заботу, Эцуко-семпай. Вы мне очень помогли. - Юме, ты далеко? - окликнула её Маи-чан. Только из душа и намылилась уходить. - Куда собралась на ночь глядя? - Пойду воздухом подышу. Кисэ был слегка в шоке. Неожиданное сообщение в чате оторвало его от фильма, без сожалений брошенного на самом интересном месте. Зал они убрали, Покари приготовили — он сам лично все бутыли перетряс, и Ю-чи отправила его отдыхать. Без разговоров, так и сказала. Иногда она становится такой же несносно несговорчивой и ворчливой, как капитан. Принимая во внимание периодичность таких явлений, связано это... Ну, вы поняли. А сейчас возьми и вызвони его! Стемнело уже, что там у неё стряслось? Польстить бы себе, но на свидание под луной это никак не тянет. - Ю-чи, что случилось? - Я придумала! - радостно возвестила она, махая соседу зажатым в руке телефоном. Слабый свет стоящих вдоль школьного забора фонарей выхватывал из темноты маленькую фигурку. Одежду она сменила, но это снова были бриджи и футболка, а ведь платья ей так идут. - Что придумала? - Просьбу! - А-а-а... - многозначительно протянул он. - Луну всё-таки надумала? Иначе чего бы ты до вечера тянула. - Да далась она тебе! Хочу, чтобы ты меня на ручках поносил. - Чего? - Кисэ так обалдел, что резко стопорнулся. - Идём-идём! - она потянула его за рукав накинутой в спешке олимпийки. После горячей ванны простыть дважды два, а этого категорически нельзя допустить. - Куда? - не срастались файлы, хоть убей! - Хочу попробовать на турнике повисеть, - объясняла она на ходу. - Врачи говорили, что выпадение сустава возможно при поднятых вверх руках, поэтому подпрыгивать, чтобы резко дать нагрузку, я боюсь. Честно сказать, я и отжиматься-то долгое время не решалась. Ты меня подсадишь? Можно и в зале на стенке повисеть, но страшно, что кто-то зайдёт и спалит. Последний осмотр показал, что тренировки можно возобновить в прежнем объёме, вот мне и захотелось попробовать... - А это точно не опасно? - Надеюсь, что нет. - Может быть всё-таки до завтра подождём? Тамаки-сенсей тебе хоть помощь окажет, если что. - Да ничего не будет, я осторожно, правда. Со стороны послушать, она девственника бессовестно уламывает на секс. Что за день сегодня такой? Сплошные двусмысленности. - Касамацу-семпай меня точно убьёт! - сокрушался Кисэ. - Тебя тут вообще не было, если что. - То есть как — не было? - Никак не было, - они дошли до турника, и Юме протянула ему свой телефон на хранение. - Ты пробегал мимо и меня не заметил. Ну что? И как он мог теперь отказать ей? Обещал — выполняй. Парень положил раскладушку в карман, осторожно обхватил её за талию и приподнял над землёй. - Ага, есть! - сказала Юме, уцепившись. - Теперь отойди. Недолго повисев и осторожно подтянувшись пару раз, она сделала уголок, а потом подтянулась и залезла на перекладину, устроившись на ней, как на насесте. - Ты повисеть хотела, а не посидеть, - поддел Кисэ. - Хотела, - подтвердила она. - Всё равно страшновато, знаешь ли. - А я что говорил! - За тебя, не за себя, - рассмеялась она, весело болтая ногами. - Хотя просто повисеть тоже хорошо — позвоночник вытягивается, всё на место встаёт. Глядишь, и вырасту ещё на пару сантиметров. - Купи лучше туфли на высоком каблуке и платье. - Вот уж в этом случае меня точно ожидает госпитализация с переломами всех конечностей, - продолжала веселиться Юме. Она согнула ноги в коленях, съехала назад и повисла вниз головой: - Смотри, Рёта-чан, я летучая мышь! - Ты чего творишь? - увидеть такие акробатические этюды без страховки он точно не был готов. - Сядь нормально, пока меня инфаркт не хватил! Ругается, а про себя удивляется: это точно Ю-чи? Ему, да и никому, наверное, ещё не приходилось видеть, чтобы она так дурачилась. - Как в сказке? - То есть? - Умерли в один день, - пошутила она, цепляясь руками за перекладину и возвращаясь наверх. Пресс у неё что надо! - Очень смешно, - недовольно буркнул Кисэ. По понятным причинам эта тема ему вообще не нравилась. - А как ты собираешься спускаться? - Спрыгну, конечно же. - Что, прям оттуда? Не смей! - Ладно, посижу тут, пока ты не будешь морально готов. - Юме... - и замолчал. - Что? - прошло довольно много времени, а свой вопрос Кисэ так и не задал. Он стоял, опустив голову. - А что, если мы вдруг проиграем? - хоть он и выделялся светлым пятном на тёмном фоне, выражение лица не давало ей никаких подсказок, чтобы догадаться о причинах его беспокойства. - Ты же никогда не проигрываешь, - удивилась Юме. - Говорит мне та, кто видел матч с Сейрин, - улыбнулся он одними уголками губ. Такой возможности нельзя исключать, Аоминэ-чи как-никак. - И всё-таки? - Даже если... Это ещё не конец, ты же знаешь. - И ты не будешь считать меня неудачником? Мимолётный позорный эпизод из жизни в средней школе давно пора забыть, а он из головы всё никак не выходит. Эх, будь Кицунэ-чи и в самом деле его девушкой, она ни за что бы так не поступила! И такие, как Хайзаки, не то что не в её вкусе — вообще не люди. С другой стороны, будь Кицунэ-чи его девушкой, о флирте на стороне, даже самом безобидном, можно сразу забыть... - Не набивай себе цену, Рёта-чан, - услышал он смешок и тут же вскинул голову. - Успех измеряется не только спортивными достижениями, тебе это не хуже меня известно, не так ли? - Так, Ю-чи. От тебя другого ответа я и не ожидал. Ей плевать на звания и заслуги, его деньги, престиж и модельную карьеру. Иначе она давно бы уже воспользовалась своим привилегированным положением и захомутала его, чтобы похвастаться перед подружками. Интересно, что сказала бы Мацуда, знай она об истинных последствиях её проделки? Ведь если бы не она, не болтали бы они сейчас вот так. Всё-таки немного похоже на свидание. И цирк вместо парка развлечений. Юме опять превратилась в летучую мышь, а Кисэ подошёл ближе. Поцелуй спайдермена так сюда и просился, но не судьба — его голова оказалась на уровне её оголённого живота, потому что футболка задралась. Нет, пытаться поцеловать её снова он не рискнул бы, но почему бы не посмотреть, что она будет делать в такой ситуации. - Что я вижу! - Отойди, извращенец! - возмутилась она, пытаясь отпихнуть его. - Если я сейчас свалюсь и сверну себе шею, это точно будет твоя вина! - Тогда я пошёл от греха подальше, - в шутку развернулся он, ступая в темноту, и услышал вдруг, как она приземлилась. Удар о землю и шорох гравия. - Ю-чи! Всё обошлось: ухватилась за перекладину покрепче, проскользнула ногами под ней, вытянулась и просто разжала пальцы. А Кисэ испугался, что свалилась мешком. - Рёта-чан, моя настоящая просьба... - она не успела договорить, как он подлетел к ней в два шага и прижал к себе, уткнувшись носом в чёрную макушку. - Напугала, балда! - Никогда не уходи так, - глухо пробубнила она ему куда-то в грудь. - Не предавай меня, прошу. - Клянусь! Именно так — не «обещаю», а «клянусь». Её часто предавали в прошлом, но он не собирается так поступать, и она должна знать об этом. Сколько они так простояли, Юме не знала. Сосед по всем признакам пребывал в таком шоке, что пропустил неловкий момент, когда она потихоньку начала высвобождаться из его объятий. Он так не хотел её отпускать, или это мышцы рук не слушаются? В кармане Кисэ запел её телефон. - Рёта-чан, - позвала она. - А? Да... - он порылся и достал уже умолкшую раскладушку. - Вот. Кто там? - Маи-чан, - вздохнула с облегчением Юме. Слава ками, это не папа и не семпай, иначе можно готовиться к розыску через интерпол. - Пора спать, а то не встанешь завтра. - Ю-чи, я... - Я знаю, - они встретились глазами. - Не надо объяснять. Идём. Он подчинился, хотя на самом деле хотелось продлить эти мгновения ещё немножечко. Его олимпийка, хранившая тепло тела, уютно устроилась на её плечах. Они почти дошли до кампуса, но войти не успели. В этот раз Кисэ сориентировался быстрее: экстремальные ситуации — то что надо, чтобы быстренько прийти в себя. Он схватил одноклассницу за плечи и утянул за угол. На площадке разгорались нешуточные страсти. Кобори-семпай уже ушёл. Хиросе-кун болезненно воспринимал своё отставание от остальных и потому продолжал тренироваться один. Некоторые считали это поводом для шуток: двое второгодок стояли на балконе и отпускали в его адрес язвительные фразы. - Глянь-глянь, из кожи вон лезет! - Ага! Монах, ты никак задался целью в основной состав пробиться? Да ты амбициозный парень! - Забей, дураку ведь понятно, что ничего у тебя не выйдет. Хиросе молчал. Ему было что ответить, но связываться с семпаями не хотелось. Нет, он не боялся последствий, но не хотел доставлять лишних проблем капитану, а тому придётся понервничать, если он сейчас поднимется и порасквасит носы этим двум павлинам накануне матчей. А второгодки всё не унимаются. - Старайся лучше! Раз-два, раз-два! Как же быть? - Хиросе, ты почему ещё не дома? Завтра уснёшь во время пробежки, - вышла из дверей Маи-чан. Вообще-то она пошла искать загулявшуюся Юме, но не смогла пройти мимо после того, что услышала. - Тренируюсь вот... - Ага, ага! Тренируется! - вновь послышалось сверху. - Зажми-ка уши на минуточку, - попросила она, повернувшись к нему. Тот непонимающе уставился на Маино и выполнить просьбу не спешил. - Зажми! - повторила она. Хиросе нехотя повиновался, всё ещё не понимая, зачем ей это понадобилось. Он видел, как девчонка задрала голову, возмущённо что-то говоря второгодкам, слышал звуки её голоса, но всё сливалось, так что разобрать ничего было нельзя. Любопытство взяло верх — парень слегка ослабил давление ладоней на ушные раковины и глаза у него стали круглыми. В не меньшем шоке пребывали и переглядывающиеся за углом Кисэ с Юме. Как только Маи-чан открыла рот, он тут же закрыл соседке уши, и как та не пыталась освободиться, рук не отнимал: отборный четырёхэтажный мат не для нежных девичьих ушек, но Маино-то какова! Он был готов биться об заклад, что второгодки такого не ожидали, как и сам Хиросе, и он, кстати, тоже. Девчушка-простушка Маино, которая за всё время появилась в штанах лишь однажды, чтобы заподозрить в ней такие замашки. Будь то школьная форма или легкомысленный сарафанчик, она умела подбирать одежду и аксессуары так, чтобы подчеркнуть свою женственность, и активно эксплуатировала популярный фетиш zettai ryouiki**, настоящая миленькая японочка... Умело же она скрывалась! Юме, в отличие от него, догадывалась, откуда всё это взялось — Маи-чан упоминала, что живёт в районе порта. Как ни крути, контингент там проживает понятно какой. Она бы многое отдала, чтобы посмотреть на лицо Хиросе-куна сейчас. Они с Рыжиком хоть и цапаются постоянно, но какое суровое мужское сердце не растает, когда на твою защиту трогательно бросается маленькая Белочка, яростно распушив хвостик? Юме была уверена, он не устоит. - #### ### ####, ясно? #### ### ####!!! Он старается больше всех вас вместе взятых, так что #### ### #####! И вообще, #### #####!!! - Слышь, ты! - попытался возразить один из шутников, но очередная порция нецензурной ругани заткнула ему рот без всякой возможности открыть его снова. Маино не сдерживалась — высказала всё, что она думает о таких людях вообще и о них двоих в частности. - ##########################################!!!!!!!! Понимая, что на шум могут сбежаться остальные, парни решили ретироваться подобру-поздорову: ну его, этого Монаха, вместе с этой ненормальной! Изумление на лице Хиросе ясно дало понять, что просьбу её он проигнорировал. Ну и дурак! - Что смотришь, как в первый раз увидел? - напустилась на него Маино. Терять ей больше нечего, но девушка ни о чём не жалела. - Да я... - Чего молчишь, как язык засунул в... одно место? Таким шакалам всегда нужно давать отпор, чтобы они не думали, что они самые умные! Они сами боятся, поэтому по одному не ходят никогда, крысы позорные! Только стаей нападают и только на одного. Я этих тварей за версту чую! - Да не боюсь я! - наконец вернулся дар речи. - Тогда почему промолчал? - Я тебя просил заступаться? Ты только всё испортила, дура! Теперь надо мной все ржать будут! - Не будут, - хмуро ответила она, отводя взгляд в сторону и этим признавая, что в чём-то он прав. - Павлины, мать их! А перья повыдергай, как сказал один умный человек, под ними обычная куричья жопа! Если и будут, - вскинулась Сакура, которую даже его сросшиеся на переносице брови совсем не пугали, - то недолго, обещаю. - Почему? - тупо уставился Хиросе. - Я им языки повырываю. Это нечестно! Сами не делают ни хрена, только жрут на халяву, и ещё смеют пасть открывать? Короче, я пошла, - вдруг резко оборвала разговор она, разворачиваясь. Глупо, конечно, надеяться, что он её остановит и скажет спасибо, но в глубине души ей очень этого хотелось. Эх, соображает Хиросе всё-таки медленно! На переваривание произошедшего уйдёт неизвестно сколько времени, так что зря она на что-то надеется. Впрочем, дверь ведь можно и не захлопывать со всей силы, а оставить приоткрытой: пусть войдёт, когда соберётся с мыслями. - Кстати, вот ещё что, раз уж ты мне на глаза попался... Вот, - она протянула ему визитку. Конечно, вот все прям так сразу и подумали, что она карточки пачками с собой носит на всякий случай. - Что это? - Адрес и телефон салона, в котором работает моя мама, - вспыхнула девчонка. Того, что она прямо над ним живёт, Сакура решила не упоминать. - Зачем ещё? Кисэ с Юме снова переглянулись. Он скосил глаза и дёрнул головой в сторону площадки, соседка согласно покивала и улыбнулась: кажется, там что-то намечается. Однако сами они находились в щекотливом положении — появляться вместе нельзя, прятаться тут тоже ненадёжно. Вдруг Маино решит продолжить поиски или снова позвонит? Будет очень неловко, когда мелодия раздастся за углом. Кисэ, помня беззвучные переговоры Ю-чи с Хаякавой, решил повторить этот опыт: пошевелил пальцами, изображая идущего человечка, а потом показал что-то похожее на поднятие штанги. Юме сразу поняла — иди к турнику. Она снова кивнула и, уже уходя, услышала бег трусцой и насмешливое: - Монах, не ломайся! Бери, пока дают! Маино-сан из тебя хоть человека сделает, а то сейчас ты больше на жертву пьяного парикмахера похож! И в самом деле, с момента появления на его затылке фигурных полос прошёл уже месяц, волосы отросли и теперь было похоже, будто стригли его садовыми ножницами при свете керосинки. Ясное дело, Маино не могла на это спокойно смотреть. - Кисэ, иди куда шёл! - огрызнулся Хиросе. - Я ж тебе добра желаю, балда! - не обиделся тот. - Видел, как Маино Фуюме чёлку красиво подстригла? Значит соображает! А уж мама, наверное, и вовсе профессионал! Может, и меня пригласишь за компанию? - Чтобы потом стилисты из Токио вопили на каждом углу, что какая-то деревенщина испортила их работу? Уж увольте! - не слышал бы он её собственными ушами, ни за что не поверил бы, что такие перевоплощения возможны! - Кстати, ты Фуюму случайно не видел? - Видел. Она возле турника чего-то копошилась. Видимо, захотела ещё подрасти. - Ладно, пойду поищу её. Завтра вставать ни свет ни заря, а ей чего-то прогуляться вздумалось... - Не надо никуда ходить. Уже и потянуться нельзя, панику подняли! - неожиданно вырулила из-за угла Юме с олимпийкой соседа в руках. Бедного Кисэ чуть удар не хватил. Ой, дурак! Вот на таких мелочах люди обычно и палятся! - У меня, между прочим, спина болит от напряжения. Попробовали бы вы постоять полдня у раковины! На, держи, растеряша, - и ни один мускул на лице не дрогнул, как и днём. - Раздеваешься на ходу, так хоть запоминай, где вещи оставляешь! Как бы труселя твои не обнаружить где-нибудь в неожиданном месте, чтобы потом они меня в ночных кошмарах не преследовали! - Ой, спасибо, Фую-чи! - расплылся в улыбке он, занеся руку за голову и ероша затылок. Колючая, будто не её обнимал недавно. - «Спасибом» тут не отделаешься, - вставила Маино. - Завтра после обеда чтоб мороженое принёс! А что? На улице жара, от печки жара. Не принесёт же он одну порцию, чтобы поставить её в неловкое положение! Покари - https://ru.wikipedia.org/wiki/Pocari_Sweat *Bokki (яп.) — стояк. **zettai ryouiki (юбка и чулки) — полоска голой кожи между резинкой чулка и краем юбки.