Мародёры вечны - I. В мире волшебства.

Алый паровоз «Хогвартс-экспресс» издал прощальный гудок и тронулся сквозь заснеженные земли на север. Я, поуютнее закутавшись в плед, уплетала шоколадных лягушек, которых мы с Деми два дня назад купили в Косом переулке вместе с новыми наборами перьев, свитками пергамента и слухачом. Это был своеобразный подарок Рии для меня на Рождество. - В Хогсмиде их не купить – вещица больно редкая и не из дешёвых, - объясняла подруга, когда мы, улизнув от строгого взгляда миссис Миллер, направлялись к магазину волшебных аксессуаров. – А тут – все дороги открыты. Когда мы зашли в этот внешне ничем не примечательный магазинчик, у меня невольно зарябило в глазах: такого большого количества с одной стороны знакомых, а с другой – явно волшебных предметов до этого момента я ещё нигде не видела. В результате, Рия (даже не интересуясь мом мнением) купила шикарную пару слухачей золотистого цвета поледней марки, а заодно к ним и два диска с её горячо любимыми «Расколом» и «Гиппогрифами». - Самый крутой у «Раскола» в этом альбоме трек №16, - информировала она меня всю дорогу до ресторана, где мы договорились встретиться с миссис Миллер и Аполлоном, как только всё купим к школе. – Будешь слушать и млеть. А у «Гиппогрифов»… Так, подожди, какой это альбом?.. – она на минуту выхватила из пакета, что я держала в руках, красивую коробочку в сине-розовой обёртке. – Три первых альбома в одном, какая удача! Значит, слушай абсолютно всё, а потом поделишься впечатлениями! Я лишь радостно кивнула, мысленно придумывая, чтобы такого купить самой Деми. Диски отпадали, так как повторяться в подарках я не любила, а это значит… Я коварно усмехнулась и, схватив подругу за локоть, потащила её в сторону магазина ювелирных украшений, в отделе которого в Хогсмиде я два года назад купила ЛиЛу подвеску с антилопой. Там должно было быть что-то подходящее для Рии, но следовало быть осторожной: уж слишком хорошо я помнила, как подруга негодующе косилась на громоздкие ожерелья ручной работы из драгоценных камней, которые ей подарила мать на Рождество. Заметив, в какую сторону я её завлекаю, Деми тут же начала упираться ногами в землю. - Ты сбрендила, свихнулась, спятила? Какой вариант из трёх выбираешь? – шипела она, разве что только не царапаясь, как кошка. – У меня дома дофига цацек, сдалось мне ещё что-то?! Брось эту затею, кому говорят! Но моя идея уже во всю окрылила меня и я, не обращая внимания на негодование Рии, влетела в ювелирную лавку. - Здравствуйте, милые леди, - улыбнулась нам пожилая дама, стоящая около витрины с кольцами. – Чем могу вам помочь? - Ничем! – Деми предприняла очередную неудачную попытку к бегству, но я её вновь удержала подле себя. Мой взгляд хаотично шарил по витрине с браслетами, натыкаясь на тонкие обручи из золота, изящные цепочки жемчуга, роскошные ошейники с вкраплениями сапфиров, пока… Я почувствовала громадный прилив вдохновения, когда увидела на одинокой розово-кремовой подушечке красивую серебристую цепочку с тремя брелками-кулонами, имеющих вид микрофона, скрипичного ключа и наушников. Недолго размышляя, я указала женщине на это маленькое произведение искусства: - Можно, пожалуйста, мне этот очаровательный браслет. - Этот? – на лице женщины жирным шрифтом было написано несказанное удивление. – Мисс, он серебряный, драгоценных камней там нет, да и вообще… - Мне нужен именно он, - мягко перебила её я, по-прежнему продолжая указывать на скромную цепочку, лежащую вдали от всех. Женщина устало вздохнула, осознав, что переубедить меня невозможно. - Как пожелаете, мисс, - сказала она, открывая витрину и доставая оттуда заветное украшение. – С вас два галлеона и семь сиклей. Упаковку брать будете? - Конечно, буду, - кивнула я, только сейчас заметив, что Деми перестала вырываться. Готова спорить, её взгляд в тот момент был прикован к моему подарку, уже скрывшемуся в синей бархатной коробочке с золотистой лентой. - Тогда ещё три сикля и того, - продавщица озадаченно нахмурила лоб, по видимому считая в уме. – Два галлеона и десять сиклей. - Отлично! – вышло даже дешевле, чем я сперва рассчитывала. Извлеча из кармана три больших золотых монеты, я положила их перед продавщицей, а секунду спустя получила семь серебряных. - Спасибо вам большое, - искренне поблагодарила женщину я, убирая коробочку в пакет к Рие и покидая магазин. – Мы ещё придём! - Конечно, - жизнерадостно улыбнулась продавщица. – Обязательно заходите: к лету у нас будет множество новинок. Оторвавшись от воспоминаний, я не без гордости покосилась на правое запястье Рии, на котором серебряным очерком сверкал мой подарок. - Quelle nouvelle!* - внезапно проговорила Деми себе под нос. - Qui aurait dit cela? Et Khooulmz sait étonner.** Скажи честно, ты знала? – с лёгкостью перейдя с французского на английский осведомилась у меня она. – Ну, что Хоулмз… - Я не имела ни малейшего понятия, - поспешила заверить я подругу. – Он нам – ну, по крайней мере, в общей компании – ни разу об этом не говорил. - И как я сама не додумалась? – продолжая говорить больше с самой собой, чем со мной, нахмурилась Деметрия. - Voici moi la sotte!*** - выругалась она. – Хоулмз же одна из богатейших семей Дании, славившаяся своей чистокровностью на протяжении сотен поколений. Они что-то вроде Малфоев на иностранный манер. - Джо разве из Дании? – несказанно удивилась я. – Но он говорит без акцента, да и учиться в Хогвартсе, а не в Дурмстранге. - На твои вопросы можно легко получить ответ, - Рия в мгновение ока подлетела к своему чемодану и начала с усердием там рыться. – Куда же я её дела? Может, вообще дома оставила? Ан-нет, здесь! И подруга извлекла на свет громадный том в ярко-сиреневой обложке. В ответ на мой вопросительный взгляд, Деми не стала ехидничать и поспешила объяснить: - Природная знать Европы. Что-то вроде новейшего и расширенного переиздания. Так, сейчас найдём нашего обожаемого принца крови… - и с важным видом зашуршав страницами, как ёж в газетах, Деметрия склонилась над книгой. – Хартман, Хейккинен, Хорьковы… А, вот и Хоулмз! – чуть прокашлявшись, девочка начала чтение. – «Хоулмз – древний чистокровный род, живущий уже четыре века на территории Дании. Среди Европейского мира славиться своей чистокровностью и блестящей репутацией: за всю историю существования рода не зафиксировано браков с полукровками и маглами, а также рождение сквибов и предателей крови. Девиз семьи: «L'honnêteté prédomine le défaut»****. Существует примерно с 1470 года. Состоит в родстве с такими влиятельными семействами Европы, как Блэки, Россы (Британия), Вебер, Шталь и Пфефер (Германия), Шуваловы и Федотовы (Россия), Легранд (Франция), а также с Брабандер, Георге и Леско. . На сегодняшний момент имеет двух наследников: старшего - Гейба Демиана Хоулмз и младшего – Джошуа Люциана Эдмунта Хоулмз. Однако, в связи с тем, что господин Гейб болен уже в течении нескольких лет Драконьей Оспой, официальным наследником был признан господин Джошуа, сын погибших в 2008 году Сабеллы Яник Хоулмз и Макейа Паррис Хоулмз…» Ну, а дальше нам не интересно, - забежав глазами вперёд, подытожила Деми и захлопнула книгу. – Теперь мне понятно, как он оказался у мадам Шерри. Этому Гейбу, наверное, младший брат, волей судьбы оказавшийся более пригодным для титула главы рода, словно бельмо на глазу, вот он и отослал его куда подальше под благовидным предлогом. - А что такое Драконья Оспа? – осторожно поинтересовалась я. Рия выпучила на меня свои орехового оттенка глаза. - Ты на Истории Магии совсем спишь или как? Драконья Оспа – одно из страшнейших и самых тяжёлых магических заболеваний, обычно поражает волшебника в юном возрасте. В средние века оно скашивало добрую половину магического населения Европы, а в XVII веке Ганхильда из Горсмура изобрела противоядие, однако действует оно далеко не во всех случаях. Маги уже пожилые, как правило, плохо переносят эту болезнь и чаще всего умирают. Скорее всего, брат Хоулмза исцелиться-то исцелился, раз жив до сих пор, однако здоровье после этой болезни у него значительно ухудшилось, - Деми, желая себя чем-то занять, принялась складывать салфетку, лежащую на столике и кем-то забытую с прошлой поездки, в какую-то фигуру. – Уж не знаю, какие у него там осложнения, но получается, в конечном счёте, одно из двух: или мистер Гейб Хоулмз не в состоянии дать здоровое потомство, или он просто отсрочил пагубное действие оспы и через некоторое время всё равно должен умереть. - Бедный Джо, - невольно вырвалось у меня. – Ему дела своей семейки наверняка до лампочки, а тут вон как получается… - Ну, не скажи, - Деметрия нахмурилась, продолжая свёртывать бумагу на разный манер. – Что на уме у Хоулмза знает только он сам. Скорее всего, ему сложившаяся ситуация даже на руку: после смерти родителей его фактически содержат родственники, которые после наступления совершеннолетия могут предъявить претензии. А так: все, в какой-то мере, в выигрыше. - Джо никогда бы не стал желать другому смерти или чего-то плохого! – возмутилась я. Деми некрасиво усмехнулась, в раз сделавшейся похожей на члена Слизерина. - Ты слишком добра к нему и не можешь судить объективно, так как он является твоим другом, - безапелляционно заявила она, уставившись мне прямо в глаза. – Давай рассуждать логически: он ни разу вам не говорил о своём происхождении. Это раз. Два – сомневаюсь, что он особо делиться своими мыслями. Идеями - да, мыслями и рассуждениями – навряд ли. Три случается, когда он пытается восстановить справедливость. Совершая поступки благородные (как ему кажется), он очень жесток. И не говори только, что ты этого не замечала. Твой друг отличный психолог и если задели в первую очередь его какие-то моральные принципы и устои, то он незамедлительно нанесёт ответный удар. И он будет бить невероятно зло, с оттяжкой и по самому больному. - Сдаётся мне, ты тоже можешь быть не до конца объективной, - невольно улыбнулась я, припоминая прошлый год и причёску-одуванчик, коей Джо одарил Рию. Деми лишь кивнула: - Не спорю, но смотри сама: каким бы ни был Хоулмз хорошим другом, однако он очень гордый, мстительный и закрытый человек, сам себе на уме. Ничего не хочу сказать, но от таких людей лучше бы держаться подальше: кто знает, что им взбредёт в голову? - Следуя твоей логике, и от меня нужно держаться подальше, - я устало прикрыла глаза, восстанавливая спокойствие. - Ты – немножечко другое, - тщательно подбирая слова, медленно проговорила подруга. – Ты не очень-то проявляешь свои эмоции и тоже злишься, когда кто-либо не отвечает твоим требованиям. Однако от тебя не исходит никакой агрессии по отношению к окружающим тебя людям: ты готова мириться с существованием врагов, более спокойно относишься к тому, что у тебя не всё получается… Короче, воспринимаешь мир таким, какой он есть. И, пытаясь изменить его, ты отталкиваешься от реальности, - Деми перевела дыхание после этой тирады, а через минуту продолжила свой монолог. – Хоулмз же максималист в плохом смысле. Он не привык мириться с любой несправедливостью и с любым негативом, который только попадётся ему на пути; он идёт напролом, может очень сильно обидеть кого-то и не обратить на это особого внимания… Не удивлюсь, если на распределении шляпа в первую очередь предлагала ему либо Слизерин, либо Рэйвенкло. - Ну, и в Слизерине нормальные люди имеются, - философски пожала печами я. Деми застонала, пробормотав под нос что-то на французском и явно не лестное. В её руках уже вместо салфетки билась красивая небольшая птичка, норовящая улететь на свободу. Заметив мой недоумённый взгляд, подруга улыбнулась: - Волшебная бумага. Что из неё не сделаешь, то оживает и, в последствии, живёт своей жизнью. Вот, смотри! И она разжала руки. Птичка тут же взвилась под потолок, описала пару кругов над багажными полками, сделала мёртвую петлю над моей головой и на полной скорости понеслась к двери в купе. Я невольно закрыла глаза, представляя себе, как хрупкое бумажное тельце со всего размаха врезается в деревянную панель, однако… Никакого звука удара не последовало. С замиранием сердца разлепив глаза, я увидела стоящего на пороге купе Джошуа, который с живым любопытством изучал творение Рии, которое теперь держал за левое крыло. - Tu te rappelleras le soleil voici et le rayon*****, - удивлённо выдала Деми, и протянула руку. – Верни её пожалуйста, ты делаешь ей больно. Джо равнодушно передёрнул плечами и выпустил птичку. Та, описав в воздухе изящный пирует, приземлилась на руку Рии и застыла. - Привет, - поздоровалась я, не желая создавать неловкую паузу. - Привет! – Джо криво усмехнулся уголком рта. – Можно присесть? - Да, конечно, - с готовностью кивнула я, пододвигаясь к окну и игнорируя холодный взгляд Деметрии. - Ну, говори, – подруга дождалась, пока Джошуа поудобнее устроиться, и задумчиво склонила голову на бок. – Ты ведь не просто так посидеть пришёл. - А ты вечно видишь во всём только плохое? – он опасно прищурился. - Я пытаюсь предвидеть развитие ситуации, чтобы потом её контролировать, - не поддалась на провокацию Рия. - Звучит довольно занудно, - фыркнул Джо и переключил своё внимание на мою персону. – В общем, Мак, я давно усвоил: в разговоре и в отношении тебя всегда нужно применять только правду, так что не сердись на меня, если я сейчас скажу что-то обидное. - Где-то я уже подобное слышала, - я послала Деми красноречивый взгляд, на который подруга ответила невинным выражением лица. - Короче, - продолжил Джо, с трудом сдерживая улыбку. – Я не знаю, какое мнение обо мне у тебя сложилось после банкета, но я бы не хотел терять такого друга, как ты. Поэтому считаю нужным всё рассказать самому. - А ребята в курсе, что ты?.. – Джошуа понял суть моего вопроса, раньше полного озвучивания, и перебил меня, отрицательно покачав головой. - Только Джеймс… Хотя и он не знает даже половины всей картины, - друг поморщился. – Я не умею так мастерски рассказывать истории, как Остин, однако попытаюсь. Вся эта свистопляска началась, когда меня ещё на свете не было. Старший брат моего отца скончался во время Второй Войны с Волан-де-Мортом, оставив наследником своего единственного сына. Однако в середине первого десятилетия двадцать первого века по территории северной Европы прокатилась целая волна Драконьей Оспы, которая породила настоящую эпидемию. Конечно, до таких крупных потерь, как в средние века, не дошло, но для нашего рода случилось кое-что непоправимое: единственный наследник оказался болен. Долгое время брата не могли вылечить, а когда целителям из Киргизии удалось-таки подобрать антидот, результат длительной болезни оказался крайне плачевен: иммунитет Гейба оказался до того ослаблен, что он мог едва передвигаться самостоятельно. Через некоторое время, он, благодаря своему ослиному упрямству, сумел подняться на ноги, нормально передвигаться и поступить на обучение в Дурмстранг, который закончил с отличием два года назад, - Джо остановился, задумавшись. – Все думали, кошмар канул в небытие, брату нашли невесту из престижной семьи Италии… На этом месте Деми невольно передёрнулась. Видимо, мадам Миллер до того переусердствовала с поисками перспективного жениха для дочери, что сама мысль о свадьбе вызывала у Рии колоссальное отвращение. С другой стороны, мне было очень жаль свободолюбивую натуру подруги, ведь, как ни крути, а личности, метящие на звание её потенциального супруга, были далеки от идеала. Тому же Блейку, по-моему, давно пришла пора сломать его античный нос. - А через год всё пошло прахом! – Джошуа с неимоверной досадой стукнул кулаком по своей ноге. – Оказалось, что Гейб… ну, не может… того… - Дать здоровое потомство? – с долей ехидства уточнила Деми, откровенно забавляясь чуть покрасневшим лицом Джо. Тот, проигнорировав издёвку, лишь благодарно кивнул, подтверждая наши недавние догадки. - Тогда в семье воцарился самый настоящий хаос, все ломали голову, как быть, и тут-таки вспомнили обо мне, - до неприличия красивое лицо друга вновь испортила его кривая полу-улыбка. – Мои родители умерли, когда мне только исполнилось четыре, и тётушка – мама Гейба – не нашла ничего лучше, чем отправить меня на попечение мадам Шерри. В то время брату активно искали лекарство, и его персона была естественно гораздо важнее моей. Домой я возвращался лишь на летние каникулы, потом также ездил в Хогвартс, только с той разницей, что теперь у меня было куда податься, - в обычно ледяных голубых глазах полыхнула тёплая искорка. – Джеймс, конечно, не полез бы прямо с вопросами, но держать его и мистера Поттера в неведенье стало бы верхом неблагодарности. Поэтому я всё им рассказал… в общих чертах. А с полтора года назад меня оповестили, что я теперь официально являюсь наследником Рода Хоулмз. Я чудом уговорил тётушку, теперь абсолютно наплевавшую на несчастного Гейба, оставить меня доучиваться в Хогвартсе и дать мне право самому выбирать невесту… Лицо Деметрии исказилось гримасой садиста-маньяка, увидавшего очередную жертву. - Она согласилась, при условии, что за мной будет присматривать мадам Шерри, - Джо откинул с лица тёмные чуть вьющиеся пряди. – Я вздохнул спокойно. Сначала думал, как рассказать, сама понимаешь, Мак, история не из коротких и радужных, а потом решил, что это того не стоит. «По сути, ничего не изменилось», - успокоил себя я и продолжил жить дальше. На Рождество я отправился к мадам Шерри, которая была столь любезна, позвать меня на грандиозное торжество в поместье одной из чистокровных семей высшего света, - он отвесил элегантный поклон в сторону Деми. – Я уже приготовился к одному из самых скучнейших вечеров в своей жизни, как встретил человека, которого никак не мог увидеть в данном обществе, - теперь мне достался ироничный кивок головой. – А теперь твоя очередь, Мак. - В смысле? – я невольно нахмурилась. - Может, расскажешь, как ты оказалась наследницей великой прорицательницы - Гризельды Вантчез? Всё оставшееся время поездки ушло на то, чтобы рассказать Джошуа про мои приключения, что начались благодаря профессору Трелони год назад. Я также, как и Джо понимала: когда тебя прижали к стенке – нет смысла лукавить, поэтому, несмотря на протестующий взгляд Рии, сидящей напротив, рассказала другу абсолютно всё. Так что, когда мы выгружали свои чемоданы на платформу, Джошуа знал всё, что творилось со мной на протяжении последнего года. - Не мне тебе говорить: «И ты это скрывала?», - ошарашенно хмыкнул он, помогая забраться мне (Деми он в этом плане удачно продинамил) вовнутрь кареты. – Оставлю эту фразу Джеймсу с Роксаной. Но теперь стало ясно, с чего ты вдруг подалась на занятия прорицанием. И тот случай в начале года, - он сложил руки за голову и весело подмигнул мне. – Никому я ничего не скажу, не волнуйся. Хотя и не одобряю сокрытие подобной информации. - То же самое могу сказать тебе, - беззлобно фыркнула я. - И, наконец, последний вопрос: неужели ты пойдёшь на свидание с Алексом? - Да, мне тоже, кстати, интересно, - Деми коварно кинула меня в самый ответственный момент и теперь изучала моё лицо, как ценитель искусства – музейный экспонат. - Это вообще не ваше дело, - мучительно краснея, пробормотала я себе под нос, стараясь не замечать тихого хихиканья со стороны этих двоих.