От ненависти до любви...целая история

Остаток рабочего дня был отражением вчерашнего. Прогулка к поляне, съёмка, подбадривающая беседа Сары, обратный путь к трейлерам. Мне даже удалось вздремнуть, сидя на корнях уже знакомого дерева. Солнце, хвала небесам, припекало несильно, наносить грим второй раз просто не было смысла. Так что рабочий день прошёл почти без происшествий, конечно, не считая милого разговора с «добросердечным» мужчиной. По крайне мере, мне так казалось, когда я перешагивала через очередную ветку на обратном пути. Смешно, не правда ли? Как я, неудачница из неудачниц, могла подумать, что второй день пройдёт гладко, идеально, без малейшей «шероховатости»? Долгое и протяжное ХА! - Мэгги! Мэгги, постой! Моя нога, готовая встать на ступеньку трейлера, чтобы войти внутрь, зависает в воздухе. Я оборачиваюсь. Сью бодро шагает ко мне, её раскрасневшиеся щёки выдают крайнюю степень волнения. Ну вот, неужели что-то случилось? - Можно тебя на секундочку? - Да, конечно. Она почему-то берёт меня под локоть и отводит на небольшое расстояние от трейлера, при этом, не переставая оглядываться на серебристую махину. - Послушай, здесь такое дело… Её маленькие глазки нерешительно, с толикой предосторожности смотрят в моё лицо. Мне начинает казаться, что сейчас Сью раскроет самый наисекретнейший секрет всего человечества. Любопытство незамедлительно высовывает носик и начинает внимательно слушать. - Мэгги, - решительно начинает Сью, - я с нашим водителем, то есть с Джошом, ну, в общем, мы… Она одёргивает себя, пухленькое лицо становится пунцово-красным. Так-так. - Короче говоря, я решила пригласить его пойти вместе со мной на концерт… - Вау, это здорово! – вспоминая те пылкие взгляды, которыми они обменивались во время поездки, я действительно радуюсь за них обоих. - Да, здорово, - Сью смущённо улыбается, а я же не перестаю удивляться. Никогда бы не подумала, что эта пухленькая, иногда строгая женщина такая скромница. - Но дело вот в чём, - она снова оглядывается, - я собралась поговорить с ним во время обратного пути… Я киваю. - Обратного пути до города… Я вновь киваю. - …Наедине. Третий кивок обрывается на полпути. Глаза непроизвольно пялятся на дорогу, вьющуюся между лесистыми холмами. Как наедине? Мне…Пешком? - Нет-нет, ты не беспокойся на счёт этого! – Сью мягко смеётся над моим «слегка» шокированным взглядом. – До города тебя подбросят, я договорилась. Я выдыхаю. - С этого и надо было начинать, Сью. Она опять смеётся и похлопывает меня по плечу. А я же… Я покрываюсь безобразными мурашками, испугавшись теперь совсем по другому поводу. Предчувствие. Гадкое, раздражающее, взявшееся из неоткуда предчувствие. Почему-то вспоминаю про то, что хотела повеситься утром в уборной. Хм…что это? Сожаление о несовершенном? - Кто же проявил такое милосердие и согласился подбросить меня до отеля? Мир вокруг меня замер и затих, ярко-красные губы Сью зависли при произношении заглавной буквы «Т». Помните, когда я шла обратно к трейлеру? У меня ещё были такие глупенькие мысли в голове. Что-то похожее на «Какой чудесный день сегодня!». Так вот. Мой совет: никогда не радуйтесь раньше времени и никогда не тешьте себя бессмысленными надеждами. Если вы Неудачник с заглавной буквы, то вы и останетесь им, несмотря ни на что. Ставлю себя в пример… - Том. Воздух тут же покидает лёгкие. Всего лишь обычное мужское имя. Но эффект…! - Т-том? - Да. Он такой милый, когда дело касается каких-либо просьб. У меня дёргается глаз, или мне кажется? - Ах, вот значит как…Ну…Я пошла…Тогда. - Да-да, конечно. На деревянных ногах я выдвигаюсь в путь, но окрик Сью вынуждает меня обернуться. - Мэгги, пожелай мне удачи! Её кулак символически поднимается в воздух, и я делаю то же самое. - Удачи! По пути к машине, совесть отчитывает меня за это слово, бубня дерзким голосом мне в самую душу: «Ведь не Сью удачи пожелала, а себе!». Да, себе! Всё-таки не в библиотеку иду, а в самое опасное на данный момент место. Удача мне нужна ещё больше, чем Сью. Она просто поговорит с Джошом. Он похож на хитрого, переулочного маньяка-извращенца? Я знаю, что вы ответите. А вот Том ещё как похож. Нет! я не боюсь изнасилования, говоря маньяк. Каким бы ни был Том, он не посмеет. Да даже если и посмеет…Запретные мысли, Мэгги Адамсон! Но его язвительные фразы, хитрый прищур глаз и эти мимолётные движения языка, увлажняющего губы – всё это будет пострашнее изнасилования. Мне действительно не по себе. Я оглядываюсь по сторонам, рассматриваю собирающуюся в обратную дорогу съёмочную группу и беззвучно, но жалобно шепчу: - Спасите. За трейлером стоит припаркованная машина цвета летней ночи. Я бы подивилась таким привлекательным цветом, если бы не гадко ухмыляющийся мужчина, стоящий рядом с пассажирский дверью. Том конечно же веселится. Спорю на всё что угодно, Хиддлстон был только рад выполнить милую просьбу Сью. Одного взгляда на его хихикающую физиономию достаточно, чтобы удостовериться в этом. Я крепко сжимаю руки в кулаки и уверенно иду к машине. Прохладный ветерок колышет мои собранные в конский хвост волосы, рассыпая их по плечам, прохладные порывы забираются под рубашку, и она надувается, словно парус. Это злит меня ещё сильнее, и я приглаживаю тонкую просвечивающуюся ткань. Том перестаёт смеяться. Он лениво оглядывает меня, задерживает взгляд на уровне груди только на одну секунду. Но я всё вижу, грязный извращенец! Ага, и тебе очень льстит этот заинтересованный взгляд, да? Заткнись! - Может быть мы уже отправимся в путь. Или же ещё постреляем друг в друга взглядами? Хиддлстон морщит лоб и задумчиво открывает пассажирскую дверь. Я быстро сажусь в машину и, хотя вокруг стоит гул выезжающих со стоянки трейлеров, всё же слышу резкий вздох актёра. «- Ты чудесно пахнешь!» Не смей даже думать об этом, Мэгги! Чтобы отвлечься, я откидываюсь на спинку сидения и созерцаю высокого мужчину одетого в идеально выглаженную голубую рубашку через лобовое стекло. Том обходит автомобиль, открывает дверь и садится рядом со мной. Салон тут же заполняется запахом цитрусовых, щекочет ноздри и забирается под рубашку, оставляя на коже мелкие пупырышки. Я сглатываю. Нужно было сесть на заднее сидение! Он слишком близко. В тот момент, когда я глубоко вздыхаю, в попытке восстановить сбивчивое дыхание, Том неожиданно наклоняется ко мне, и я визжу. - Эй, ты чего? Я просто хочу пристегнуть тебя. И правда. Одна его рука опирается на сидение в миллиметре от моего плеча, другая же тянется к ремню безопасности. Но чёрт бы его побрал! Кончик моего носа утыкается прямо в треугольник его идеальной шелковистой кожи, открытый по причине пары расстёгнутых пуговиц голубой рубашки. Я широко открываю глаза и, как могу, вжимаюсь в сидение. Опасность! Опасность! Опасность! Вспотевшие ладони впиваются в обивку. Я хочу грозно крикнуть, с силой толкнуть его и выйти из машины. Но ещё больше мне хочется послать всё к чёрту, схватить полы рубашки и коснуться губами его груди, шеи, слегка покрытого щетиной подбородка, жадно вдыхая этот сладкий, манящий запах. Мой резкий вздох заставляют кончики голубой ткани слегка шелохнуться, что создаёт ощущение, будто они приглашают меня приблизиться. Держись, Мэгги! Не поддавайся на провокации этого сексуального мужчины! Ты сильнее своих желаний! Словно ничего и не случилось, Том оттягивает ремень и, пристегнув моё трясущееся тело, уходит восвояси. Ну а я пытаюсь скрутить свои развинтившиеся болтики, призывая на помощь все небесные силы. - Надеюсь, у вас есть права, - язвительно говорю я, но дрожащие губы предательски смазывают каждое слово. Ухмылка Тома становится ещё шире. Изящные пальцы поворачивают ключ зажигания, голубые глаза хитро смотрят в моё лицо. - Я не такой плохой, как ты думаешь. Хочется сказать: «Так переубеди меня в этом!», но я молчу. Мало ли, к чему приведёт такая фраза. От одной только мысли становится не по себе. Какое-то время Том молча ведёт машину. Мимо пробегает похолодевший к приближающемуся вечеру лес. Солнечные блики напоследок гладят колкие, пахнущие зимой ели, щекотят покрывшуюся росой траву, серебрят асфальт. Один тёплый луч заползает в быстродвижущийся по дороге автомобиль и попадает на мою рубашку, при этом подсвечивая её изнутри. Моя ставшая чувствительно кожа чувствует на себе прикосновение взгляда серо-голубых глаз актёра, любующегося моей золотистой от солнечного света фигурой, но я стараюсь не обращать на это внимания, настойчиво продолжая смотреть в окно на засыпающий загородный пейзаж Торонто. Но это длится не долго, ведь рядом со мной едет тот самый Хиддлстон. - Расскажи во всех подробностях, Мэгги. Я в недоумении смотрю на почему-то нахмурившегося водителя. - Про что? О чём вы? Том злобно смотрит на меня, намекая о моём вежливом обращении к его персоне, но потом вновь сосредотачивается на дороге. - Я о твоей «великолепной» встрече. Причину моего ужасного свидания ты почти что угадала, а причину твоего замечательного свидания я, к сожалению, не могу никак разгадать. Вот и прошу меня просветить. Мне хватает секунды, чтобы подобрать слова. - Зачем вам это? Может быть уже закроем тему «Плохое-хорошее»? Том пропускает всё мимо ушей. Слишком настойчивый тип! - Я бы с удовольствием послушал. Уверен, история получилась бы весьма увлекательной. Да, Мэгги? Он опять смотрит на меня, яркие смешинки украшают и без того замечательные серо-голубые глаза. Вот гад! На сто процентов уверен, что свидание было мучительным, что моя голова была забита только им одним, что я готова была придушить его за это. Но самое плохо то, что так оно и было. И Том это прекрасно знает! Моё терпение подходит к концу, и я, круто повернувшись на сидении, резко говорю: - Мистер Хиддлстон, вам не кажется, что вы начинаете наглеть? Он только ухмыляется, ничуть не испугавшись моего, как мне кажется, грозного вида, и опускает руку на переключатель скоростей. Его слегка охрипший голос повергает меня в полнейший шок. - Наглеть? Не думаю. По-настоящему я обнаглею, только если остановлю машину на обочине, поставлю её на ручник и сделаю с вами всё то, что посчитаю нужным. Я обнаглею, если кину вас на заднее сидение, навалюсь сверху и осуществлю все свои желания, мисс Адамсон. И если я это сделаю, то, после, вы будете собирать пуговицы вашей миленькой прозрачной рубашки по всему салону. Вот что такое наглость. Когда я задаю вам свои обычные вопросы, это всего лишь любопытство и не более того. Я судорожно пытаюсь сглотнуть. Всё моё тело покрывается сладким томлением, дыхание учащается, и я вынуждена прикусить губу, чтобы каждый новый вздох не был таким громким, как последний. Невольно мой взгляд падает на его руки, крепко сжимающие руль, пробегает по выступившим нежно-голубым венам, перескакивает на тонкие длинные пальцы, и я вся плавлюсь, чувствуя себя клубничным мороженным, по ошибке попавшим под горячие солнечные лучи. Да, без сомнения, порвать мою рубашку ему не составило бы ни малейшего труда. «Ты действительно хочешь это сделать?» Ответом на мой невысказанный вопрос являются выступившие на скулах желваки и долгий пронзительный взгляд уже потемневших глаз, уставившихся на меня в стекле заднего вида. О Боже! Он видит мою возню! Я быстро отворачиваюсь к окну, плотнее свожу ноги и приказываю себе сосредоточится на появившимся за окном пригороде Торонто. Уже почти приехали. Держись, Мэгги, держись. Но хищный серый волк решил выжать из меня все соки. - Значит, не расскажешь? - Нет! – помедлив, я тихо бурчу себе под нос, - Вы ужасный человек! - Я сейчас остановлю машину, Мэгги! – рявкает он. Сердце пропускает удар, ещё один и гулко ударяется о рёбра. В голове мутнеет. «…И сделаешь всё то, что сказал ранее. Ох, пожалуйста!» Заткнись же! Мне жарко. Руки так и тянутся отстегнуть ремень безопасности, встать с сидения и…и выпрыгнуть из машины на полном ходу. Всё лучше, чем ехать рядом с эти настойчиво-притягательным мужчиной. Если он ещё что-нибудь скажет, то я самолично остановлю эту чёртову машину, кину его на заднее сидение и «осуществлю все свои желания». А потом буду наблюдать за тем, как его красивые пальцы собирают пуговицы голубой рубашки, разлетевшиеся по салону. Некстати вспоминается предложение Лили о лечении ненависти через постель. Теперь эта идея кажется мне не такой уж и безрассудной, каковой она являлась этим беззаботным утром. Спустя ещё десять мучительных минут, мы подъезжаем к отелю. Том тормозит, а я же судорожно хватаюсь за ремень безопасности. Но руки актёра опережают мои, его пальцы закрывают замок, не давая мне выбраться на свободу. Я вздрагиваю. - Мэгги, послушай… Ну что ещё? Поднимаю на него боязливый взгляд ярко-зелёных глаз и нахожу милое, поддёрнутые нежностью голубые глаза. Последний раз это выражение лица я видела в гримёрке, в первый день, тогда Том точно также хотел мне что-то сказать, но момент испортил Люк. Сейчас есть шанс узнать, что было бы тогда. Я пытаюсь сосредоточится, но что-то, виднеющееся позади Тома, мешает этому. Быстро смотрю и нахожу глазами ходящего взад и вперёд золотоволосого парня в ярко-зелёной футболке, которая и привлекла моё внимание. Том собирается продолжить, но я нечаянно перебиваю его: - Люк? Актёр хмурится и оборачивается. Позабыв о таинственном моменте, я пользуюсь ситуацией, дёргаю пояс безопасности и выскальзываю из машины. - Люк! – кричу я тоном, похожим на «Спасите, здесь волк, он сейчас съест меня!»