От ненависти до любви...целая история

Сразу прошу прощения за излишнюю откровенность, друзья :) Ludovico Einaudi – In Un'Altra Vita ___ - Ну что, ребятки. Вот наши планы на день, - разглагольствует весёлая непонятно почему Сью, сидя за рулём своей компактной красненькой «рено». К сожалению, сейчас я не разделяю бодрости парикмахера. А что же я делаю? Просто сижу на заднем сидении машины и протяжно зеваю. Рядом со мной сидит растрёпанная Мелиса. Она, кажется, вообще спит. - Во-первых: мы отсидим два долгих, утомительных часа на конференции. Съёмки теперь будут ночные, так что нас с вами ждёт много нового. Бр-р-р. Даже боюсь себе представить. Ночь и мрачный, таинственный особняк. Жуть. - А во-вторых: после конференции мы и ещё несколько человек из съёмочной группы пойдём гулять в парк аттракционов! Помнишь, Мэгги, мы говорили об этом на концерте? - Да, помню. Это конечно всё здорово, но я лучше вернусь в отель. Погода пасмурная, ветер холодный, настроение кислое. Набор «Унылая девушка». Применять желательно сидя в одеяле, с кружкой горячего какао в руках и с очередной серией любимого сериальчика перед глазами. - А что мы такие грустные, а? – голубые глаза Сью изучают нас с Мелисой в зеркале заднего вида, - Так. Мэгги, не киснуть. Мелиса! Девушка вздрагивает и открывает глаза: - Да, да я здесь… - Мелиса, не спать! Рыжеволосая сладко потягивается и вздыхает: - Я и не сплю. Смотрю на заспанное лицо Мелисы и внутренне улыбаюсь. Благодаря представлению Тома, девушка уже и думать забыла про свой разрыв с парнем. Всё утро она закидывала меня вопросами о наших с Хиддлстоном отношениях, но я стойко молчала, пообещав рассказать ей всё чуть позже. Мне ещё самой не ясно, что именно происходит между нами двумя. Всё решит сегодняшний день. Каков будет взгляд актёра после событий вчерашнего вечера? Да и посмотрит ли он на меня? - Мэ-эги! Что я говорила про грусть? Я невинно смотрю на Сью и выдавливаю из себя какую-никакую улыбку: - Извини, я просто задумалась. Проходит ещё полчаса, в лобовое стекло начинают врезаться маленькие капельки скромного дождика, и мы, наконец, подъезжаем к месту назначения. - Вот это да! – восклицает Мелиса, когда мы обе выходим из машины. Прямо перед нами вырастает символ города Торонто - Си-Эн Тауэр. Это огромнейшее сооружение, высотой где-то под 550 метров, вызывает и на моём лице шокированное выражение. Вау! - Что встали? Вперёд! – поторапливает нас парикмахер, и нам с Мелисой приходится закрыть рты и проследовать за Сью внутрь. На входе она показывает пропуск двум мужчинам, а затем мы пересекаем огромный холл, влево по коридору и дальше к лифтам. - Ох, я кое-что читала о них, - шепчет мне на ухо Мелиса, пока мы ждём кабинку, - эти штуки движутся со скоростью 22 километра в час. Представляешь?! Ничего себе! Это круто! С виду обычный лифт, одна из стен металлическая, с прикреплённым на ней поручнем, а две других – зеркальные. Сью нажимает на одну из светящихся синим цветом кнопок, и, меньше чем за минуту, мы и ещё пару человек попадаем на самый верхний этаж башни. Когда мы выходим в коридор, моё бедное сердечко бьётся где-то в районе пяток, и я, мягко говоря, чувствую себя не очень. - Кажется, меня укачало, - страдальчески шепчет облокотившаяся на меня Мелиса, и я мягко смеюсь. - Идёмте, - Сью, как ни в чём не бывало, уверенными шагами следует дальше, и мы спешим догнать её. За широкой стеклянной дверью нас встречает огромный ресторан. Помещение кругообразное, его внешняя стена – это одно сплошное смотровое стекло, но за ним почти ничего не видно из-за пасмурной и туманной погоды. Сью ведёт нас дальше, в вип комнату, забронированную специально для нашего совещания. За огромным столом, который занимает центр светлого, очень уютного помещения, уже сидят больше десяти человек. Среди них я замечаю Гильермо, устроившегося в центре стола, и сидящую рядом с ним Сару, которая тут же зовёт меня и приветливо улыбается. - Здравствуй, Мэгги! Как выходные? – щебечет она, усаживая меня и Мелису подле себя, - хорошо отдохнула? - Да, всё просто замечательно. Спасибо, - вежливо отвечаю я и здороваюсь с режиссёром. Он по-доброму улыбается мне, а потом, переведя взгляд на двери, начинает приветствовать вошедших актёров. Я тут же оборачиваюсь и нахожу среди них Тома… О, Боже мой! Помогите! Я как можно сильнее вжимаюсь в свой стул, изо всех сил пытаюсь стать невидимкой, пока Хиддлстон здоровается возле дверей с несколькими людьми. Вы только взгляните на него! Он надел мою любимую чёрную футболку с V-образным вырезом, такие же чёрные брюки, просто ВАУ! как обтягивающие его аппетитную часть тела, и слегка приподнял рукава тёмно-синего пиджака. А когда мой жадный взгляд падает на его ещё влажные после душа шоколадные волосы, я давлюсь собственным глотком такого спасительного воздуха. Идеальный! - Что ты говоришь? – наклонившись ко мне поближе, спрашивает Сара, и я вздрагиваю. Неужели, я сказала это вслух? - Я говорю, что помещение просто идеальное! Так…уютно. Стоун горячо соглашается со мной и принимается рассказывать многочисленные факты о Си-Эн Тауэре, но, если честно, я почти не слушаю её. Краем глаза я наблюдаю за тем, как Том заканчивает оживлённо болтать у входа, после уверенным шагом направляется к Гильермо, крепко пожимает ему руку, говорит ещё пару слов своим бархатным голосом, а затем… Садится прямо напротив меня! Застрелиться можно! Он так близко! Я почти ощущаю его сладкий запах! Недышать! Недышать! Недышать! Мне плохо! - И так, господа, приступим, - обращается ко всем собравшимся режиссёр, и я начинаю суетиться, хватаюсь за сумку, но тут же роняю её на пол, чем и зарабатываю всеобщее внимание. Все смотрят в мою сторону. Все, кроме него. Том сосредоточенно пялится в свою записную книжку, и старательно отрицает моё присутствие. От этого мне становится ещё хуже. Я глотаю подступивший горький комок обиды и, отыскав, наконец, свой блокнот и милую ручку голубого цвета с перьями на конце, мысленно посылаю Хиддлстона куда подальше и сосредотачиваюсь на работе. Мне наплевать на этого мужчину! Гильермо сосредоточенно и во всех подробностях расписывает нам предстоящий график работы, все нюансы ночной съёмки и её расписание. Мне наплевать на то, как соблазнительно Том поглаживает свою ручку указательным пальцем… Далее режиссёр описывает нам предстоящие сцены, их постановку, и то, что он хочет получить в итоге. Я вовсе не считаю, сколько раз за последние тридцать минут Хиддлстон успел облизнуть свои чувственные губы… Не считаю… Нет… Пять… Когда Гильермо проговаривает работу стилистов, какого эффекта он хочет добиться в использовании грима, то я усердно, и даже слишком сосредоточенно начинаю записывать. При этом пёрышки на моей ручке резво летают из стороны в сторону, и когда я поднимаю взгляд от исписанных мною двух страниц, то замечаю взгляд Тома, который с интересом изучает ручку в моей руке. Да, вот такая она причудливая. Имеешь что-то против? Я жду, когда актёр посмотрит в моё лицо, чтобы ответить ему колючим взглядом, но он, конечно же, этого не делает. Всё его внимание снова переключается к режиссёру, и он сосредоточенно слушает его обращение к актёрам. Важная для меня часть совещания закончена. Остаётся только пялится в окно на бледные тучи за окном и мечтать убраться из этого места в свой уютный номер, где можно будет по полной использовать набор «Унылой девчонки» и предаться грустной грусти. Хочется хныкать и в одеялко. Начинается самая скучная часть собрания – правила безопасности. Все заметно расслабляются, половина присутствующих и вовсе перестают слушать. Стыдно признать, но я одна из них. Начинаю рассеянно рисовать в блокноте. В уголке страницы появляются замысловатые узоры, которые постепенно становятся расплывчатыми, а потом и вовсе преобразуются в летающую тарелку, парящую над ветвистым дубом, затем… Затем что-то касается моей голени. Я слегка вздрагиваю, но не подаю этому значения, пока это ЧТО-ТО не начинает двигаться вверх по моей ноге. Ручка в моей ладони замирает, тело напрягается, и я пускаю осторожный взгляд на человека, сидящего напротив меня. Господь Всемогущий! Его глубокие, почти тёмно-серые глаза неотрывно смотрят в мои, и от этого острого взгляда я вся плавлюсь и начинаю гореть, будто бы стул подо мной вовсе не предмет мебели, а раскалённая горелка. Спокойно, девочка, просто расслабься и подожди немного… Его нога движется к моему колену, и, учитывая то, что на мне юбка, я тут же непроизвольно свожу ноги, чем и вызываю эту самодовольную улыбку на его лице. Ох, это игривое выражение! Том незаметно для всех поводит бровями, как бы делая мне вызов, и будь я трижды проклята, если не приму его! Он убирает ногу. Снова это сладкое чувство! Я до смерти испугалась, что потеряла власть над этим горячим мужчиной, но вот он, сидит за столом напротив меня, в комнате, переполненной посторонними людьми, и с явным нетерпением ждёт моих дальнейших действий. Хочешь поиграть, плохой мальчик Томми? Хорошо, мамочка Мэгги не против. Я незаметно высвобождаю свою правую стопу из туфли и медленно движусь вперёд, до тех пор, пока не касаюсь его голени. Том пытается скрыть широкую улыбку и хватается за свою ручку, будто бы хочет записать что-то, но, на самом деле, он просто пытается заглянуть под стол. Ха! Для большего удобства, я ёрзаю на стуле и, быстро приняв нужное положение, продвигаю свою стопу выше, к самому колену, скользя по мягким брюкам, как по маслу. Ноги актёра покоятся одна на другой, и, когда понимание этого приходит ко мне, то тут же появляются и шаловливые мысли. А что если?... Я вновь смотрю на Хиддлстона, он так же жадно смотрит на меня, и, сексуально прикусив нижнюю губу, я незаметно для всех соединяю два указательных пальца вместе, а затем повожу бровями и медленно развожу пальцы врозь, одновременно слегка надавливаю стопой на его колено, чтобы он понял мой намёк. «Раздвинь ножки, Томас» Его челюсть напрягается так, будто он хочет зарычать на меня, но, несмотря ни на что, мужчина послушно выполняет мою просьбу, мучительно медленно раздвигая ноги. Ох, вы шутите! Неужели это всё для меня?! Я чувствую, как мои щёчки покрываются алым румянцем, и как по всему напряжённому телу бегут мурашки, когда моя стопа приходит в движение. Я так медленно, как только возможно скольжу по внутренней стороне его бедра, и, конечно же, не могу оторвать глаз от его слегка порозовевшего лица. Том старается выглядеть более расслабленным, чем является на самом деле, но я-то вижу, как крепко он сжимает ладони в кулаки, и как аппетитно бугрятся вены на его шее. Ох, так бы и накинулась на него сейчас! Как бы сильно я не хотела остановить это безумие, я не в состоянии сделать этого. Моя нахальная стопа движется дальше по бедру, ещё дальше и… Я внутренне пищу во весь голос, когда натыкаюсь на ошеломительно твёрдую эрекцию Тома! Он хочет меня, он готов для меня, он мой! Чёрт, я сейчас упаду в обморок от переизбытка чувств! - Ну, на этом всё, друзья, - заканчивает Гильермо и, стукнув по столу стопкой бумаг, поднимается на ноги. Я молниеносно одёргиваю стопу от моего Тома и ныряю ею в туфлю. Мои ноги чудесным образом превратились в желе, всё тело покрылось легкой испариной, а про зону между ног я вообще молчу! Так что мне требуется минутка, прежде чем я могу твёрдо стоять на ногах и двигаться, не опираясь при этом на стол. Метнув взгляд в сторону Хиддлстона, я замечаю, что он тоже мнётся на своём месте, пытаясь сделать свою «проблему» как можно более незаметной. Ох…я…неожиданно я начинаю припоминать наши прошлые разговоры, и не только их. Помнится, Том подтверждал мои слова о том, что у него не было секса уже месяц. А ведь возможно и больше… Так каково ему сейчас? Даже я, Я, получившая такой феерический оргазм от него совсем недавно, чувствую щемящую боль желания! Боюсь подумать, что ощущает этот горячий, чувственный мужчина! Нет! Так больше продолжаться не может! Агент Мэгги Адамсон. Вы готовы к заданию? Да, сэр! Сделайте это как можно быстрее и профессиональнее! Есть, сэр! Приступайте! Одной большой кучкой мы все неспешно продвигаемся к лифтам. Я подмечаю, что их всего три. Отлично! Том идёт неподалёку от меня, попутно болтая с кем-то. Я должна вернуть его внимание. Цепляю на своё лицо маску невинности и проскальзываю мимо людей, продвигаясь как можно ближе к Тому, пока окончательно не оказываюсь по левую сторону от него. Он заметно напрягается и теряет нить разговора со своим собеседником. Да! Первая часть плана выполнена! Мы идём в самом конце толпы, и когда первая часть людей начинает заполнять две кабинки, я незаметно касаюсь руки Хиддлстона, и когда он смотрит на меня, одними губами говорю ему: - Останься. Мои искрящиеся зелёные глаза умоляют его довериться мне, и ему требуется всего лишь секунда, чтобы осмыслить происходящее и слегка кивнуть мне в ответ. В момент, когда первая кабинка уезжает вниз, а вторая ждёт только нас, я удивлённо разглядываю стоящих плотно друг к другу людей и, пожав плечами, невинно говорю: - Что ж, придётся ехать в другом лифте. Стоит отдать должное Хиддлстону. Он будто бы собирается ступить в переполненный лифт, но потом смотрит на меня и задумчиво изрекает: - Да, думаю, так будет лучше. Встретимся внизу, ребята! Несколько человек из толпы откликаются на его реплику, и только потом лифт уезжает. Настала самая вкусная часть плана! Я вся в нетерпении! - Умм, Мистер Хиддлстон, вы решили поехать со мной? – мурлычу я и нажимаю кнопку, - или, может быть, мне следует называть вас Томас? Даже не дождавшись того, чтобы створки лифта закрылись, Том прижимает меня к металлической стене кабинки и страстно рычит в мои губы: - Какая же ты дрянная девчонка, Мэгги Адамсон! Он наклоняется и берёт мои губы, жёстко, безоговорочно! Его тело прижимает меня к металлическому поручню так сильно, что я почти сливаюсь с ним воедино. Его зубы прикусывают мою нижнюю губу, и я полностью открываюсь ему, пускаю его сладкий язык в свой рот, мягко стону в его губы, когда вкус Тома, такой знакомый, такой сладкий, взрывается на кончике моего языка. Животом чувствую, как Том снова твердеет, и сама таю от нашего поцелуя, становлюсь влажной для него, для моего Томаса! Больше нельзя медлить! Я мягко отталкиваю его горячее тело и быстро нажимаю на кнопку «стоп». Лифт замирает где-то на середине пути. - Что…? Я не позволяю ему одуматься. Толкаю его к стене и целомудренно целую в губы. - Такой сладкий, - шепчу я и, испустив протяжный стон в мои приоткрытые губы, Том пробует вернуть меня к стене, но я отталкиваю его руки. - Нет, позволь мне порулить. В серых глазах появляются бесята, но, когда я касаюсь кончикам языка его бешено пульсирующей венки, а после уверенно опускаюсь на колени перед ним, лицо Тома приобретает откровенно шокированное выражение. - Чёрт побери, Мэгги! Что ты делаешь?! Приняв удобное положение, я сладко мурлычу ему в ответ: - Я собираюсь тебе отсосать, Том. Не шевелись. Его красивые глаза округляются. - ЧТО? Я мягко ухмыляюсь и легонько касаюсь его живота сквозь материал футболки, попутно поясняя: - Отсосать, Том. Ну, то есть сделать минет, попробовать Чупа-чупс, впустить за щёчку, или как это у вас там называется… Если это вообще возможно, выражение его лица становится ещё более шокированным. - Грёбанный стыд, Адамсон! Я знаю значение слова «отсосать», но не здесь же! Я сдерживаю себя, чтобы не засмеяться. Только не в этой ситуации, Мэгги. Не слишком подходящее время для смеха, ты не считаешь? Но позабавиться чуть-чуть можно! - Тебя смущает лифт? Хорошо, - я делаю вид, будто собираюсь встать на ноги, - Если ты и дальше собрался ходить с каменным стояком в штанах, то я не буду настаивать. - НЕТ, СТОЙ! – выражение лица Тома тут же меняется на почти хищное, и он тихо добавляет, - Сделай это… Я снова ухмыляюсь: - Ага, значит всё-таки… - Просто закрой рот и сделай это! – рявкает он. Ах, чёрт! Просто грех не позабавиться над этим взвинченным до предела мужчиной! - Том, ты точно знаешь, что такое минет? Не думаю, что я смогу сделать это с закрытым ртом… - МЭГГИ! Богом прошу! - Хорошо, хорошо, - хихикаю я и берусь за его футболку, - только не смей ворчать на меня во время процесса. Мои зубы достаточно острые, и я не отвечаю за свои поступки… Но мужчина уже не слышит меня. Он готов. Ни на секунду не отпуская его тяжёлый взгляд, я тяну за края его чёрной футболки, и она медленно скользит по напряжённому прессу мужчины. Он часто дышит, его грудная клетка ритмично опадает и поднимается в такт его ускоренному сердцебиению, а я же спокойна, как никогда. Я главная, я владею им, я «королева», и не важно, что стою на коленях перед ним. Этот момент умопомрачительно волнительный! Мужчина превратился в одну туго-натянутую струнку, и я с огромным удовольствием сыграю на нём пару страстных аккордов. Мои тёплые руки бесстыдно забираются под футболку, и я нежно провожу ими по рельефным мышцам и по дорожке волос на них. Какой же он аппетитный! Мне нестерпимо хочется попробовать его на вкус, поглотить. Что я сейчас и сделаю… Слегка царапаю его кожу ноготками, и вижу, как Том резко выдыхает сквозь плотно сжатые зубы. - Мэгги, пожалуйста… Не надо этих пыток, - и, заглянув в мои горящие озорным блеском глаза, Том шепчет, - дотронься до меня… Я сладко улыбаюсь ему и убираю руки, только лишь для того, чтобы схватиться за металлическую пряжку его кожаного ремня. Игриво прикусив губу, я проворно справляюсь с ней. Звук податливой металлической пряжки эхом отдаётся о стены лифта. И этот звук воистину прекрасен! Опускаю бегунок молнии, припускаю брюки до бёдер мужчины и касаюсь, наконец, его напряжённого члена поверх тонкой ткани нижнего белья. Голова Тома откидывается назад, он издаёт что-то похожее на первобытный рык и немедленно зарывается рукой в мои волосы, безмолвно прося о большем. И кто я такая, чтобы не отзываться на его просьбу? За брюками следует и нижнее бельё, и я непроизвольно ахаю, когда напряжённый, и большой, нет, даже ОГРОМНЫЙ член мужчины ложится в мою ладонь. Чёрт! Я так хочу его! Желание острой молнией проносится через всё моё тело и отдаётся щемящей болью в животе и между ног. Ну почему мы не в номере?! - Ты такой огромный, - шепчу я, нежно поглаживая всю его длину, - я даже не уверенна, что смогу полностью принять тебя… Том снова испускает стон, больше похожий на рык и хрипло шепчет в ответ: - Мы обязательно проверим это, Мэгги. А сейчас… попробуй меня. С удовольствием! Слегка приподняв его член, касаюсь языком его основания и медленно скольжу выше, к самой головке, но не уделяю ей внимания. Не сейчас. - Ох, чёрт! Мэгги! – хрипит Том, но не закрывает глаз. Я повторяю всё снова. Скольжу к головке и затем, заглянув прямо в его искрящиеся лавой глаза, беру его член в рот. Умм! Теперь я знаю, каков он на вкус! Чувствую себя королевой! - Не останавливайся, я прошу тебя! Беру его ещё больше, скольжу по всей длине языком, одной рукой поглаживаю его основание, другой опираюсь о его напряжённое бедро. Так чувственно, так прекрасно! Я с лёгкостью могу пристраститься к этому. Боковым зрением замечаю наше отражение в зеркалах лифта. Один только взгляд на эту страстную картину, и я уже готова умолять взять меня прямо здесь, в этом чёртовом лифте! Но у нас, к сожалению, слишком мало времени. Медленно выпускаю член из горячего плена моего рта, но тут же беру его обратно. Том плотно сжимает глаза, его рука в моих волосах замирает, и я, кажется, догадываюсь, что с ним происходит. Выпустив его член изо рта, но не переставая поглаживать, я хрипло обращаюсь к мужчине: - Том, умоляю тебя, не сдерживайся, - прошу я, и Том открывает глаза, - возьми всё, что хочешь! Пожалуйста! Ты заслужил это! После горячо сказанных мною слов, я отчётливо могу видеть в его глазах ярко вспыхнувшее пламя безумства. В подтверждении этому, его рука, до этого неподвижно лежавшая в моих волосах, теперь сжимает их в жёсткой хватке. Но, чёрт побери, как же мне нравится такой Том! - Хорошо, Мэгги. Это будет быстро, - говорит он и слегка подаётся бёдрами, вторгаясь членом в мой рот. Неожиданно для себя, я издаю стон, и Том резко выходит из меня. - Тебе это нравится, не так ли? – мурлычет он, поглаживая свободной рукой мою зардевшуюся щёку. - Да… Ты даже не представляешь, как! Том рычит сквозь стиснутые зубы и медленно погружается в мой рот почти до конца, но когда в моих глазах проступают слёзы, он тут же подаётся обратно, и теперь медленно движется, установив приемлемый для нас обоих ритм. Я плотно обхватываю его член губами и почти мученически стону, когда Том обводит контур моих припухших губ, не переставая вторгаться в мой рот. После того, как я втягиваю щёки, Том и вовсе теряется во мне, незаметно ускоряет ритм и усиливает хватку в моих волосах. - Так хорошо, Мэгги! Просто нестерпимо хорошо! О, да! Как же он прав! Я получаю безграничное удовольствие, наблюдая за тем, как он изредка запрокидывает голову, как протяжно стонет после каждого моего щелчка языком по его ставшему ещё больше члену. Это волшебно – владеть им, управлять его удовольствием, вынуждать покориться ласкам! Он! Мой! В какой-то момент я чувствую, как напрягаются его бёдра под моими ладонями, какими беспорядочными становятся толчки его члена в мой рот, и, окончательно потерявшись во мне и в ощущениях, Том стонет: - Мэгги, детка… Я… Я кончаю… Да, пожалуйста! Я желала этого даже больше, чем он! Хочу получить его полностью! Я начинаю сосать ещё усерднее прежнего и, наконец, чувствую, как напрягается его член на моём языке. Испустив протяжный стон истинного блаженства, Томас бурно кончает в мой рот, и я тут же глотаю, заворожённо наблюдая за его исказившимся в безграничном удовольствии лицом. Теперь ты мой! Осторожно и очень медленно, я облизываю всю его длину, очищаю, забираю всё до последнего, и только после того, как дыхание Тома окончательно выравнивается, я заботливо привожу его в порядок, возвращаю нижнее бельё и брюки на прежнее место, даже старательно застёгиваю кожаный ремень. И всё это время широко улыбаюсь. - Чему это вы так радуетесь, Мисс Адамсон, - расслабленный и определённо довольный тон Хиддлстона делает мою улыбку ещё шире. - Просто удовлетворила моего мужчину, ничего такого, - пожимаю плечами я и нажимаю на кнопку, приводя лифт в движение. Том ухмыляется, и так же заботливо поправив мою юбку, прижимается к моей спине и мягко шепчет в шею: - Твоего мужчину? – я лишь сладко вздыхаю, и Том приглушённо смеётся, - Ты как всегда права, дорогая. Его губы оставляют смачный поцелуй под ушком, за секунду снова распалив меня, и после бархатный голос мужчины добавляет: - Это было просто умопомрачительно. Не забудь напомнить мне, чтобы я отблагодарил тебя чуть позже… Я улыбаюсь ему: - Поверь мне, я не забуду. И в этот момент створки лифта открываются. Я – самодовольно улыбающаяся девушка, и Том – расслабленный, теперь свободно шагающий мужчина, оба мы выходим из лифта и движемся по направлению к выходу. Там нас уже ждёт небольшая группа людей, собравшихся посетить парк аттракционов. Она тут же окружает нас, задавая многочисленные вопросы, интересуясь тем, где мы были всё это время. Мы оба не моргнув глазом говорим, что лифт застрял, и что потребовалось некоторое время, чтобы он снова пришёл в движение. И, только когда все удовлетворены нашей ложью, мы с Томом смотрим друг на друга, и в этот момент в серых и зелёных глазах проскальзывает кое-что. А именно - наш общий маленький секрет. Хотя, если хорошенько вспомнить, то не такой уж он и маленький, а даже наоборот! От этой мысли я начинаю приглушённо хихикать, отделяясь от Хиддлстона и следуя за Мелисой в красную машину Сью. Какой же сегодня хороший день для посещения парка! К чёрту набор «Унылой девушки»! Я настроена веселиться и дальше!