Готов ко всему!

      Семен усиленно делал вид, что прогуливается, пытаясь обнаружить слежку за нужным ему подъездом. Двор был малолюден, и, кроме играющей в песочнице малышни и присматривающих за ними мамочек, больше никого подозрительного не обнаруживалось. Конечно не исключалась вероятность наблюдения из окна соседнего дома, но тут уже ничего не попишешь. «Да вроде нет никого. Так что вперед!» — решил парень и направился ко входу. Поднявшись на третий этаж, он посмотрел на счетчики нужной ему квартиры. Не двигаются. Семен приник ухом к двери и прислушался. Шума движения или разговоров не наблюдалось. Ладно, входим!       Достав экспроприированные ключи Ярослава, псевдопионер тихо открыл дверь и прокрался внутрь. К счастью, внутри никого не оказалось, да и сам Ярик говорил, что про его убежище мало кто знает. Но паранойя уже давно стала для Семена привычной и нередко полезной спутницей.       Найдя нужный шкаф, парень открыл его и, выкинув лежащие там вещи на пол, вынул фальш-панель, обнажив массивную дверцу небольшого сейфа. Все, как и говорил пленник.       Вставив нужный ключ в сейф, псевдопионер повернул его, после чего, аккуратно вращая наборные диски, выставил нужную комбинацию и крутанул рукоятку сейфового замка. Негромко щелкнуло, и дверца открылась. Внутри лежало несколько аккуратных пачек долларов, разных по толщине и любовно разобраных по цифровому номиналу. «Хорошо быть сынком босса — все у тебя есть. А парень-то денежкам счет явно любит вести. И это правильно, нам же лучше.» — одобрительно подумал Семен, выгребая все подчистую.       Выйдя наружу, он привычно попетлял среди дворов, сбрасывая возможный «хвост», после чего снова сел в «Волгу» и направился по адресу пребывания отца Ярослава, основной «работой» которого было возглавление одной из самых крупных бандитских группировок этого города. — Хорошо устроились… — пробормотал Семен, внимательно рассматривая место дислокации вражеской группировки со старого высокого клена, надежно укрытый густой листвой. Частный жилой сектор, двухэтажный элитный дом с большой дворовой площадью, окруженный высоким каменным забором с заостренными металлическими кольями наверху. Двое въездных ворот, стоянка с несколькими разномастными автомобилями. И куча братков с такой уголовной наружностью, что пробу негде поставить. Некоторые прохаживались по какому-то своему маршруту, явно находясь в роли патрульных. Недвусмысленно оттопыренные куртки намекали на спрятанное оружие. Остальные кучковались либо в стоящей в углу двора курилке, либо тусовались на стоянке. Было видно, что настрой у бандюганов весьма нервозный и возбужденный, наиболее вероятной причиной которого была резня, устроенная Семеном. — И даже собачки есть. — скривился псевдопионер, заметив двух бегающих доберманов.       И что делать? Штурмовать этот офис бандитизма в одиночку? С такими масштабами Семен еще не сталкивался — обычно приходилось действовать быстро, придумывая способы устранения противников и спасения очередной девушки на ходу (или, в большинстве случаев, на бегу), — а тут даже есть время все спланировать и продумать. Правда, количество целей для уничтожения приводит в уныние, слишком уж их много. А может, ну это все? Снять квартиру где-нибудь подальше, деньги же есть, перевезти туда Алису, дождаться, когда ее ломка сойдет на нет, а потом просто покинуть город. И гори оно все синим пламенем! Есть же вероятность, что его очередная «миссия» заключается в избавлении девушки от наркотической зависимости, а не в уничтожении бандитской группировки. Очень, ну очень заманчивая идея! Но нет уверенности, что это сработает. У этих тварей длинные руки, сейчас они просто в замешательстве, думая, что появились конкуренты или кто-то нанял киллеров, но если все утихомирится и начнется спокойный разбор ситуации, то нет гарантии, что их не найдут. Ту же Зою Федоровну «расспросить» своими методами догадаются. Может, убрать ее? Подлая мысль совершенно спокойно возникла в мозгу. Тут Семен не сдержался и врезал себе по челюсти. Тварь! Какой же ты тварью стал, хренов спасатель! Человек тебе помог, приютил, вопросов лишних не задает, а ты! Да пошло оно все нахрен! Чтоб спасти двух, нужно убить пару-тройку десятков? Да запросто! Если пуп не надорвешь! Хотя, по логике, надо «просто» убрать ключевые фигуры, вроде отца Ярика, заодно подсократив по возможности количество помощников и шестерок. А остальные уже вряд ли вспомнят о девушке, с которой все началось, занятые дележом власти. И как этого товарища выцепить? Он же наверняка теперь без охраны никуда не выйдет, в свете-то последних событий. А оберегать бренную тушку босса будут явно не тупые «быки», способные махать кулаками и «наезжать», а хоть как-то подкованные в этом деле люди. Хм… А что, если… Кстати, интересная идея. Если дело выгорит, то возьмем на вооружение. Но для успешного выполнения задуманного необходимо раскрутить торговца оружием на нужные штуковины.       Псевдопионер гулко стукнул по двери контрольно-пропускного пункта нужной ему военной части, где, по словам Ярика, доблестно нес службу завскладом вооружения некий товарищ старший прапорщик Василий Алексеевич Боронной, который, ввиду хаоса и творящегося беззакония девяностых, втихую приторговывал этим самым вооружением.       Лязгнул засов, дверь распахнулась, и из КПП выглянул дежурный «срочник». — Да? — Здравствуйте, мне бы Василия Алексеевича увидеть. — попросил Семен. — По очень-очень важному делу.       Срочник тоскливо посмотрел куда-то поверх головы парня и тяжело вздохнул. — Закурить есть? — спросил он с надеждой. — Увы. — Семен сожалеюще развел руками. — Жалко… — снова горестно вздохнул солдат и крикнул внутрь. — Саня! Звякни в роту, скажи к Бороне пришли. Кто? А я откуда знаю? Сказали важно. Подожди здесь. — обратился солдат уже к Семену. — Если не занят, то скоро подойдет. — Спасибо!       Минут через десять Семен узрел приснопамятного старшего прапорщика уже вживую. Был он пузат, коренаст и носил огромнейшие смоляные усы с серебристой проседью. Чуть не лопающаяся по швам военная форма, начищенные до блеска туфли и гигантская фуражка, на которой мог приземлится небольшой вертолет, завершали образ. Он с интересом посмотрел на ожидающего подростка. — И какое же у тебя ко мне «важное» дело, а, малой? — буркнул он. — Я человек занятой, а тебя вообще первый раз вижу, так что давай быстрее. Что ты там хотел? — Давайте отойдем. Уж поверьте, ваше драгоценное время будет потрачено не зря. — усмехнулся Семен. — Ну смотри, парниша, я, если что, шуток не понимаю. — расплылся в зловещей усмешке прапорщик, сверля его подозрительным взглядом.       Они отошли от КПП, подойдя к зарослям каких-то кустов. — Ну? — требовательно уставился на спутника прапор. — Знающие люди намекнули мне, что у вас, как у заведующего целым складом очень нужных и полезных в хозяйстве приспособлений, можно прикупить очень интересующие меня вещи. — Ха-ха-ха! Очень смешно! И какие это тебя вещи интересуют, а, малой? Пластмассовые пистолетики-автоматики? Ожерелье из гильз? Здесь тебе не игрушечный магазин.       Семен поморщился. В таких ситуациях его внешний вид семнадцатилетнего подростка только мешал. Ладно, ход конем! — Я думаю, вот это вам все лучше объяснит. — парень обезоруживающе улыбнулся и протянул прапору заранее припасенный конверт. Тот скептически сжал губы, но конверт взял и открыл. Встретившись взглядом с Бенджамином Франклином, смотревшим на него с пяти купюр, военный преобразился. Куда-то пропал толстый, расслабленный, ленивый мужик, на его месте возник холодный и расчетливый торговец, готовый в свою выгоду вцепиться, как бульдог. — И что же ты, паря, хочешь получить за такую маленькую сумму? — насмешливо прищуренные глазки впились в «клиента» с неподдельным интересом. — Да ладно вам, дядя, — осклабился в ответ Семен. — Тарифы ваши я знаю, денег тут вполне прилично, не надо театральщину разводить. И это не вся сумма, не бойтесь. Даже заплачу сверх, так как я клиент малознакомый и непроверенный. Конечно, если вы согласитесь со мной работать и достанете нужные «вещички». — Ну хорошо, давай обговорим, что тебе надо и смогу ли я помочь. Хотя с «клиентом» такого возраста мне еще работать не приходилось. А кто, говоришь, меня порекомендовал, напомни пожалуйста, а то я что-то подзабыл? — Я же говорил — знающие люди. — Ну, это ничего не объясняет… А конкретно-то кто? — Тебе нужны деньги или имена? — холодно ответил Семен, жестко переходя на «ты». — Спокойно, паря, спокойно, — торговец оружием поднял руки в примиряющем жесте. — Не пугай ежика голой жопой. Не надо агрессии. Ты прав, мне очень интересно, кто растрезвонил про мой маленький бизнес незнакомому сопляку без протекции. Все же предпочтительнее работать с проверенными людьми, а не с непонятно кем и откуда. Чувствую, пованивает проблемами. Но в наши тяжелые времена лишняя копеечка никогда не помешает, и поэтому я рискну и пойду тебе навстречу. Так что интересует-то? — Патроны для ТТ, штук двести. Еще штук десять магазинов для него же. Две кобуры. — Найдется. Дальше? — Калаш, желательно укороченный, но можно и простой. И патронов к нему. Рожков шесть где-то. — Когда надо? — Как можно скорее. — Нет. Минимум недели через три. Надо по своим каналам доставать, а это дело небыстрое. И вообще, все оружие надо заранее заказывать, это не магазин — пришел, взял и купил. Разве что «макарычей» могу пару штук подкинуть, их как грязи. — Тогда отпадает. Гранаты имеются? РГД или «эфки», можно те и те. Только сразу, не через «цать» дней. — «Эфок» штуки четыре найдем, РГД сейчас нет — товар ходовой. — Маловато будет. — Семен включил «хомячный» режим. — Газовые? — «Дрейфы сгодятся? Штуки три вроде были. Эксклюзивный товар. — Беру. Еще пару-тройку, а лучше четверочку шашек дымовых… И противогаз, естественно. — Размер? — прапор достал блокнот и быстро набрасывал список. — Нулевой. — Парень задумался. — Так, еще бинокль и… Хм… — Вот слушаю я вот тебя, пацан, и немного ох.ваю — ты что там устраивать собрался со всеми этими хреновинами? — Дядя, ты опять за свое? На охоту я, на охоту, б.ть, иду. — огрызнулся Семен. — Тогда, если на этой твоей ‚охоте‘ дичь будет отстреливаться, я бы посоветовал тебе бронежилет. — Дельная мысль. Давай. Так… Ладно, хватит. Когда это все будет? — Завтра вечером. Часам к девяти. — Устраивает. Цена вопроса?       Прапор озвучил сумму. Семен равнодушно кивнул — средства, ‚полученные‘ от Ярика, это позволяли. — Место обмена? — Около старого кладбища, с левой стороны от ворот, там еще небольшая часовня разрушенная, увидишь. — Отлично. До встречи, Василий Алексеевич. — Семен протянул руку на прощание. Военный хмыкнул и ответил на рукопожатие, в шутку сжав ладонь подростка посильнее. Вернее, попытался сжать — пальцы странного заказчика, казалось, были выточены из дерева, и ответная хватка едва не расплющила ему кости. Прапор побагровел и едва не заорал от боли, но сдержался. — Я надеюсь, что вы меня не подведете. — паренек разжал руку и ушел прочь. ‚Да что это за хрен моржовый?‘ — изумленно подумал прапор, растирая ноющую ладонь.

***

      Дверь в подвал отворилась, щелкнул выключатель, залив помещение тусклым светом. Привязанный Ярик поднял голову, в безумной надежде, что его нашли, и без разницы кто — свои или милиция, или просто какой человек. Но нет — явился его мучитель, это чудовище в образе человека. Ярослав вспомнил, как после допроса эта тварь спокойно и деловито расчленила тело Лысого и, рассовав по мешкам, вынесла его наружу, как какой-то мусор. Человека снова замутило от воспоминаний, но туго забитый кляп во рту не позволил желчи выйти наружу.       Страшный подросток кинул на пол звякнувшую сумку и подошел к пленнику. Проверил путы, намотанные таким образом, чтоб и не вырваться, но и чтоб току крови не мешали. Вытащив кляп, он ткнул ему в лицо открытой бутылкой с водой. — Пей! — жестко приказал он.       Человек быстро приник к горлышку и шумно начал пить, кося испуганным глазом. Когда воду убрали, он быстро спросил: — Ты сказал, что не убьешь меня? Когда ты меня отпустишь? Я же все рассказал. — Что-то я не припоминаю про ‚отпущу‘. — равнодушный голос заставил Ярика похолодеть. — Но… Да. Отпущу. К папочке. Он будет рад. Правда, недолго. — Что? Но мхм-вв-вхрр… — кляп вновь занял привычное место.

***

      Итак, как сделать, чтобы человек выполнял твои приказы беспрекословно, ни на секунду не сомневаясь? Один из способов, как бы это фантастически не звучало — это зомбирование личности. Семену уже приходилось применять на людях что-то вроде глубокого гипноза, это сильно помогало в тех случаях, когда для выполнения миссии вариант ‚Есть человек — есть проблема, нет человека — нет проблемы!‘ был не самым лучшим выбором. Например, нередкими были случаи, когда девушек изводили и избивали собственные родители, имевшие проблемы с алкоголем или психические нарушения, постепенно доводя их до самоубийства. И как поступить? Убрать мешающий фактор по-тихому? Оставить семью без кормильца или матери, добавив к тому же сильный психологический шок? Если бы Семена не выдергивало обратно в лагерь в самый неподходящий момент, то можно было бы отправить болезного родственника на принудительное кодирование, лечение или еще что придумать, но время, время… И выход нашелся. Как всегда спасла ‚волшебная‘ библиотека, охотно предоставившая Семену огроменную стопку книг по наиболее быстрому и эффективному контролю человеческого сознания с подробным описанием методов воздействия. Семен уже привык, что в книгах, появляющихся в лагере, иногда содержится на первый взгляд полная чушь, написанная обкуренным наркоманом, но эта чушь работала еще ого-го как! Но вернемся к работе с психикой. Самым лучшим способом оказалась ‚привязка‘ инстинкта самосохранения подопытного на объект охраны (то бишь дочь). После этого человек становился эдаким ‚защитником‘ и делал все возможное, лишь бы его дочурке было хорошо, иначе же в голове начинал звенеть тревожный звоночек, что вот-вот будет очень плохо, а может он даже в скором времени откинет копыта. Методом проб и ошибок, Семен разработал некоторый свод правил, которым должен был следовать ‚защитник‘. Об ‚ошибках‘ ему со смаком рассказывал Пионер, красочно описывая, как очередное неудачно загипнотизированное ‚творение‘, после отправления Семена обратно в лагерь, убивало какого-нибудь ‚бойфренда‘ дочери, только за то, что он довел ее до слез. В итоге ‚зомбирование‘ отнимало довольно много времени и сил, но оно того стоило.       Теперь же перед Семеном стояла задача сделать из Ярика послушную ‚куклу‘, которая бы без раздумий рассталась с жизнью, если бы этого потребовал приказ ‚кукловода‘. То есть необходимо было работать немного по-другому, полностью уничтожив инстинкт самосохранения, и возвести преданность подопытного к ‚хозяину‘ до абсолюта. ‚Интересный опыт, очень интересный… В принципе, так как ‚кукла‘ будет ‚заточена‘ под одну определенную и очень простую задачу, то особых проблем возникнуть не должно.“ — подумал Семен и вытащил из сумки пачку гвоздей-сороковок. Следом появился обычный молоток и моток проволоки. — Извини, парень, но работать будем грубо и с тем что есть. — обратился Семен к пленному. Одна из ключевых моментов зомбирования — жертва должна слышать твой голос и видеть твоё лицо, запечатлевая его в своей памяти. — Так что будет больно… Очень больно. — Взгляд псевдопионера впивается в выпученные глаза резко белеющего Ярослава. — Но нам это как раз и нужно. И-ии раз!       Вызвав в памяти нужную болевую акупунктурную схему, он приставил гвоздь к нужной точке и ударил. Бандит протяжно замычал и судорожно задергался. Семен хладнокровно повторил действие, но уже на другой точке. — И-ии два!       Дело пошло!

***

Уставший, но довольный проделанной работой, Семен вернулся в квартиру Зои Федоровны часа в три ночи. Заглянув в спальню, он увидел старушку, дремавшую при слабом свете ночника в кресле, и свернувшуюся калачиком на кровати Алису. Девушка не была связана, лежала спокойно, лишь тяжело дышала. Семен нахмурился и тихо подошел к Зое Федоровне. Легонько тронув ее за плечо и дождавшись пробуждения, раздраженно прошептал: — Бабуля, ну ежкин кот, зачем вы ее развязали? Сбежит еще, и ищи ее потом! Не дай бог уколется, и все лечение насмарку пойдет! — Ты мне не ругайси тут! — так же шепотом ответила бабка, строго погрозив пальцем. — Она сейчас слабее котенка, еле ноги волочит. А ей в туалет чуть ли не каждые два часа надо. Зараза-то эта наркоманская выходит. И не бойся, она мне слово дала, что не сбежит. — Да наркоманам верить вообще нельзя! — возмутился Семен. — А ну цыц! — цыкнула старушка. — Девонька одна была, вот сама и не смогла с этой отравы соскочить. А сейчас ей помогают, поддерживают, так что справится. Она сама этого хочет. — Ну, воля ваша. — сдался Семен. — Вас подменить? — Не надо, все равно я сплю мало. Иди уже, ложись, вижу же, что устал. — Все, ухожу.

***

      Сидя на крыше разрушенной часовни, псевдопионер осматривал местность на предмет возможной засады. В принципе, место для встречи было неплохое, хорошо просматривалось, так что незаметно к нему никто не подберется. Наметив несколько возможных путей отхода, Семен принялся ждать.       Без десяти минут назначенного времени к часовне подкатил военный УАЗик. С пассажирского сиденья выбрался прапор, глянул на часы и, достав из нагрудного кармана пачку дешевых сигарет, закурил. Семен, оглядев еще раз напоследок окрестности, спустился вниз.

***

— Привез? — голос незаметно подкравшегося клиента заставил прапора вздрогнуть. „Вот ведь проныра какой!“ — неприязненно подумал военный, щелчком отправляя недокуренную сигарету в полет. — Привез-привез, не парься! — прапор махнул в сторону УАЗика, и оттуда выскочил ефрейтор с внушительной сумкой. — Пошли внутрь. — Старший прапорщик ткнул пальцем в сторону часовни и направился к ней. Войдя в здание, он взял у сержанта сумку и лично передал подростку. — Проверяй!       Клиент переворошил привезенное, скрупулезно пересчитал коробки с патронами, магазины, гранаты и дымовые шашки, проверил противогаз, даже нацепил бронежилет, проверяя, как тот сидит, и вроде остался доволен. — Плата. — коротко сказал он.       Прапор взял протянутый пухлый конверт, вскрыл и демонстративно пересчитал деньги. Все было в порядке, даже немного больше оговоренной суммы. Закончив, он расплылся в улыбке: — Приятно было с тобой работать, парниша. Все тип-топ и без обмана. Если еще что понадобится, ты знаешь, где меня найти. — Обязательно. — Ну, бывай. Руку пожимать не буду, ученый уже. — До встречи. — парень подождал, пока военные выйдут, и выскочил через выбитое окно, проворно вскарабкался на невысокую кладбищенскую стену и спрыгнул вниз.

***

      Пошатывающаяся от слабости Алиса вышла из туалета и медленно отправилась в спальню. Основной пик ломки прошел, мыщцы и суставы стало крутить меньше, но чудовищная слабость осталась. — Привет, рыжая. — В коридоре стоял этот… „пионер“. — Сам привет. — буркнула в ответ Двачевская. — Дай пройти. — Пожалуйста. — „Пионер“ посторонился, освобождая дорогу. — Я вижу, тебе уже намного лучше. — Вашими стараниями, товарищ „незнамо-и-не-говорящий кто.“ — съязвила Алиса, опираясь на стенку. Она была очень благодарна этому странному пареньку, стремительно ворвавшемуся в ее жизнь и вырвавшему её из цепких когтей наркотика, но привычная вредность заставляла ерничать. — А вообще спасибо бабе Зое, это она меня выходила. — Да, Зоя Федоровна действительно золотой человек. — серьезно сказал „пионер“. — Ладно, сейчас о другом. Я… Мне надо уйти по делам. И может получиться, что я уже не вернусь. Поэтому, если так выйдет, когда выздоровеешь полностью, уезжай из этого города, хотя бы на пару лет, пока все не успокоится. Не возвращайся в свою квартиру жить, разве что одежду забери. Я врезал новый замок, ключи отдал бабе Зое. Денег она тебе даст, я оставил. Только особо не транжирь сильно. И… береги себя. — улыбнулся он и, вдруг протянув руку, взъерошил ее растрепанные волосы. — Ну все, надеюсь, еще увидимся. — Эй! Ты чего?! Как это можешь не вернуться? — возмущенно крикнула почему-то покрасневшая девушка. — Почему? Да стой ты! Ответь! Зараза! — ругнулась она вслед хлопнувшей двери. — Алисонька. — Выглянула Зоя Федоровна с кухни. — Иди ложись, я тебе сейчас бульончику принесу. — Баб Зой, а вы знаете, куда этот гаврик ушел? — Не знаю, дитятко, не знаю. — вздохнула старушка. — Сказал только, что опасно шибко будет, а что, куда и зачем, не объяснил. — Вот ведь засранец. — буркнула рыжая. — Партизан хренов. И вообще, что это я за него переживаю? — задумчиво сказала она. — Странно…

***

      Спустившись в подвал, Семен открыл дверь и подошел к Ярославу. Выдернул обвязанные проволокой гвозди, которые были воткнуты в тело, создавая непонятный узор. Связанный даже не пошевелился. Псевдопионер разрезал путы и негромко скомандовал: — Встань. Надень куртку и свитер.       Освобожденный Ярослав медленно поднялся с кресла, протопал к сваленной в центре комнаты одежде и принялся одеваться. Натянув безразмерный свитер и накинув сверху куртку, он замер на месте. Семен нахлобучил на него сверху кепку с длинным козырьком, чтобы хоть чуть-чуть спрятать лицо со странно пустыми, блеклыми глазами. — Иди за мной.       Кукловод и марионетка вышли из подъезда и подошли к черной „Волге“. — Садись на заднее сидение. — приказал Семен своему странному спутнику. Тот послушно выполнил требование.       Усевшись на место водителя, псевдопионер посмотрел на часы. Полпятого. Пока доедешь до нужного места, как раз пять будет. Время, когда основные бандитские массы покинут „гнездо“ и займутся своими темными делишками. Надеюсь, босс останется, а то придется День „Х“ переносить. Ну, в нашем деле без удачи никуда. Поехали!       Прочно закрепив „лимонку“ на заднее сиденье автомобиля, как можно ближе к бензобаку, псевдпионер с помощью плоскогубцев принялся затягивать на кольце чеки четыре тонкие стальные проволоки, тянущиеся от дверных ручек автомобиля и проложенных таким образом, чтобы не было заметно снаружи. Теперь, если кто-то попытается открыть любую дверь машины, его ждет приличный „Бум!“ с очень возможным летальным исходом. Бросив на заднее сидение „случайно забытый“ кошелек с демонстративно торчащими из него кончиков купюр „зеленых“ для приманки, Семен вылез наружу через опущенное окно со стороны водителя. Достав мощный армейский бинокль, он принялся рассматривать особняк. Народу в это время действительно поубавилось, стоянка полупустая. Тэ-ээкс, а вот и серебристый „мэрс“ главы этих упырей. Скорее всего, он на месте. Ну что, пора устроить родственникам горячее воссоединение. — Слушать меня. — при звуках знакомого голоса, неподвижно стоявший рядом с автомобилем, Ярослав уставился в лицо говорившему. — Цель — то здание. — рука указывает на особняк. Зомбированный смотрит на указанный дом где-то секунды две, словно фотографируя, а потом опять переводит взгляд на говорившего. — Маршрут движения: вдоль домов, двигаться максимально не привлекая внимания, сценарий „С перепою“. При подходе к главным воротам на расстояние пяти или менее метров активировать сценарий „Катарсис“. Выполнять!       Зомбированный человек поднял воротник куртки, максимально надвинул кепку на глаза и, сильно ссутулившись, молча направился в сторону цели. — Ну-сс, посмотрим что из этого выйдет. — пробормотал псевдопионер, снова поднимая бинокль к глазам.

***

      Ярослав тупо пялился на сплетенные из тонких металлических прутьев двустворчатые ворота. В голове шумело, уши были словно забиты ватой, зрение то расплывалось, то снова фокусировалось. Как он оказался перед въездом на территорию „офиса“ своего отца, он не помнил, так же как и события последних дней, но это его почему-то ничуть не беспокоило. Отец… Надо его увидеть, остальное не важно… Охранник, делая очередную затяжку, вдруг выронил сигарету и закашлялся, уставившись на подошедшего вплотную к воротом Ярослава, как на выходца с того света. — Твою мать! — просипел он. — Ой! То есть, Ярослав Игнатьевич! Вы живой?! Охре… — Впус…ти ме…ня… — тихо сказал человек, поднимая на него покрасневшие и мутные глаза. — Конечно-конечно! — засуетился охранник, торопливо отбрасывая щеколду и широко распахивая одну из створок. — Проходите! Эй, братва! — заорал он в сторону курилки, видя, как сын босса тяжело перебирает ногами, едва не падая. — Сюда, скорей, тут Ярослав вернулся, парень еле жив, доведите его до Игната Борисовича!       В курилке на мгновение воцарилась изумленное молчание, а потом весь тусивший там народ ломанулся в сторону ворот. Двое бандитов, подскочивших первыми, аккуратно подхватили Ярослава под руки и повели в сторону дома, а один худощавый и невысокий браток побежал вперед, докладывать боссу о вернувшемся отпрыске. Возбужденно гомонящая толпа, вместе с подтянувшимися со стоянки, отправилась следом.

***

      Сидя в широком кожаном кресле, Игнат Борисович, человек, возглавляющий одну из крупнейших бандитских группировок Нижнего Петрограда, задумчиво щелкал кнопкой шариковой ручки о массивный письменный стол и размышлял. Ситуация была не ахти — убийц сына и его людей до сих пор не нашли, хотя на поиск ублюдков были брошены почти все его подчиненные. По криминальным каналам тоже было глухо — город давно был поделен на куски между „авторитетами“, силы и влияние были примерно равны, всех это вполне устраивало, и новеньких, если они пытались образовать свой „бизнес“, быстро вычисляли и давили. Сейчас же не было никаких предпосылок к появлению какой-либо новой банды, положившей глаз на его территорию, об этом „партнеры“ сразу бы сообщили. „Гастролеры“? Но какой смысл убивать пять человек без наличия у них товара или денег? Месть за что-то? Вполне возможно. Прикормленные милицейские следователи сообщили, что все убийства были совершены колющим орудием, и работал, возможно, вообще один человек. Один! Завалил пятерых, тварь! Не каких-нибудь хиляков, а людей, вполне способных постоять за себя, вспомнить того же здоровяка Леху, телохранителя сына. Кстати, сына так и не нашли, среди убитых его не было, что давало надежду, что он еще жив… И интересно, куда все-таки подевалась та бабенка, проживавшая на хате, где все и произошло?       Размышления были прерваны торопливым и каким-то нервным стуком в дверь. — Входите — крикнул Игнат Борисович. Из-за случившегося настроение у главы братков последние дни было препаршивейшее, и поэтому по пустякам его никто не осмеливался беспокоить. Значит, произошло что-то действительно важное.       Дверь приоткрылась, и внутрь заглянул один из его телохранителей. — Босс, там это… Ярослав вернулся! — Что?! — ручка выпала из ослабевшей руки и покатилась по столу. Сын! Живой! Игнат Борисович откинулся в кресле, закрыв лицо руками. Слава Богу! — Где он?! — спросил он мгновением позже, справившись с секундной слабостью. — Сейчас приведут, потрепало его сильно!

***

      Когда Ярослава завели внутрь дома, Семен снова залез в машину через окно. Вырулив на дорогу, он направил автомобиль прямо на центральный въезд к особняку. Скорость была маленькой, километров двадцать, все, что позволяла первая передача, но так было и задумано. Взяв заранее припасенный обрезок трубы, псевдопионер одним концом зафиксировал педаль газа, другой упёр в кресло. До ворот оставалось метров триста, когда парень ловко выбрался на крышу движущегося автомобиля и мягко спрыгнул на землю. Глянув вслед удаляющейся машине, он трусцой направился к правой стороне забора — в заросли наиболее густых кустов, где он заранее припрятал снаряжение.

***

      Вернувшийся на пост охранник снова потянулся за сигаретой. Интересно, что там Ярослав расскажет? А то творится какая-то хрень… Послышался гул подъезжающего автомобиля. „Походу, кто-то из братвы возвращается“, — подумал охранник, со вздохом засунул так и не прикуренную сигарету за ухо и пошел смотреть, кого там принесло. — Э?! — на ворота медленно, но как-то угрожающе надвигалась черная „Волга“… Без водителя! И тормозить она не собиралась. — Какого ху.!!! — возопил охранник, когда автомобиль легко распахнул ворота, вырвав с „мясом“ запирающий их засов, и деловито поехал дальше по песчаной дорожке, прямо к парадному входу „офиса“. — Стоять, с.ка!!! — заорал бандит и понесся следом. — Пацаны, тревога!       Братки, как раз кучковавшиеся на ступеньках у входа в ожидании новостей по поводу „воскреснувшего“ Ярика, разбежались в стороны, выхватили стволы и направили их на подъезжающий автомобиль. — Не стрелять. Четверо человек за ворота, проверить, что там! — рявкнул кто-то из старших.       Машина спокойно подъехала к ступенькам и, упершись в них бампером, принялась буксовать. Братки, выждав пару минут, не опуская стволов, стали осторожно к ней приближаться. — Да нет в ней никого. — послышался удивленный возглас.       Осмелев, люди подошли ближе. — А машинка-то наша. На ней Лысый гонял. — Что за херня тут происходит? — Да заглушите ее, за…ла уже! — Во дела-аа…       Тут один из обступивших машину братков увидел кошелек с торчащими из него долларами. — Опа-на! Зелень! Чур, мое! — обрадовался он и дернул за ручку, распахивая дверь. Натянувшаяся проволока вырвала кольцо из гранаты. Раз секунда, два секунда, три… Взрыв „эфки“, объединенный со сдетонировавшим бензобаком, был чудовищен. Автомобиль вспух огнем, а потом разлетелся на части, разметав свои куски вокруг, словно шрапнель. Стоящих рядом разбросало в стороны, как пушинок. Полезшего за наживой бандита разорвало напополам. Многих посекло осколками. Отлетевшая дверь словно гигантским топором снесла одному братку полчерепа. Взорванный остов автомобиля мрачно зачадил в небеса угольно-черным дымом, а вокруг него стонали, кричали, ругались, выли и плакали от боли оставшиеся в живых.

***

(Незадолго до взрыва)       Когда в кабинет ввели Ярослава, поддерживаемого под руки, от его вида у Игната Борисовича спазмом схватило горло. Еле двигающийся сын был бледен, как мел, красные от разорвавшихся сосудов глаза смотрели в одну точку, а с искусанных до крови губ неслось какое-то неясное бормотание.       Мужчина ринулся к Ярику и осторожно взял его за плечи. — Кто?! Кто это с тобой сделал! — срывающимся от ярости голосом спросил он. Ярослав поднял на него пустые глаза. Через мгновенье в них мелькнуло узнавание. — О…те…ц… — Спокойно, спокойно, ты в безопасности, все в порядке. — ярость пока отступила, уступив место заботе. — Быстро, вызовите врача, — обратился он к стоящим в дверях любопыствующим браткам. — И не толпитесь тут, мать вашу, идите…       За окном вдруг что-то взорвалось, да с такой силой, что в кабинете вылетели стекла, засыпав пол блестящими осколками. Игнат Борисович живо опустился вниз, потянув сына за собой. Стоявшие в коридоре бандиты ввалились в кабинет и рассредоточились вдоль стен. — Что происходит? Александр, проверь двор! — крикнул он одному из телохранителей. Тот на полусогнутых подобрался к выбитому окну и осторожно выглянул. — Машина взорвалась. Что за марка, непонятно, мало что от нее осталось. Прямо около крыльца. — удивленно сказал тот. — Наших взрывом походу задело. Есть раненые и убитые. — Какого! Какого, бл.ть, х.я машина делала возле крыльца? Как она там оказалась?! — взревел главарь.       Телохранитель молча пожал плечами. Он был без понятия. — Нас что, атакуют? Менты? — Не знаю, но вроде посторонних нет. Наши ребята вон залегли, но ни в кого не стреляют. — телохранитель снова выглянул во двор. — Диверсия? — пробормотал Игнат Борисович. — Или запугать решили? Но кто? Надо собирать „коллег“ и разбираться с этим делом побыстрее. — О…тец… Цель… — хрипящий неживой голос сына вывел мужчину из раздумий. Сидящий рядом сын вдруг зашевелился, запустил руку под куртку и вытащил наружу гранату, в просторечии называемую „лимонкой“. — Ка…тар…сис. — резкое движение руки и чека выдернута.       Звериные инстинкты, отвечающие за жизнь и неоднократно выручавшие бандитского главаря, мгновенно выбрали алгоритм действий — рывком вскочить на ноги, пробежать мимо удивленного телохранителя и рыбкой нырнуть в разбитое окно.

***

      Семен подпрыгнул и вцепился в торчащие из верха кирпичного забора металлические колья. Подтянувшись, он заглянул во двор. Зрелище радовало — взорвавшийся автомобиль вывел из строя как минимум человек семь. „Ну, сигнал был, сейчас и наш ‚засланный казачок‘ должен отработать.“ — мысль только пришла, как из окна второго этажа вдруг выпал человек, а вслед за ним раздался еще один взрыв, правда уже в самом доме. Свалившись в растущие под окном декоративные кусты, мужчина грязно выругался и попытался подняться. К нему на помощь поспешили два человека. „Афигеть! А папаня-то выжил.“ — псевдопионер опознал в выпавшем главу преступного семейства. — „Придется добивать народными средствами, по старинке — пулю в лоб.“ — вздохнул он и соскочил на землю. Отбежав в сторону, так, чтобы оказаться за углом дома, подальше от лишних глаз, парень перекинул сумку со снаряжением через забор и перемахнул следом… И оказался прямо напротив двух позабытых им доберманов, стоявших от него в метрах восьми. Те, недолго думая, бросились на нарушителя. Псевдопионер мигом подхватил сумку и обрушил ее на голову ближайшего пса, уже летящего в прыжке и метящего ему в горло. Другому же, попытавшемуся вцепится в ноги, он нанес хлесткий удар ногой снизу в челюсть. Собаку подняло в воздух, она сделала двойное сальто и замертво рухнула на землю — похоже, у нее сломалась шея. Выхватив нож, Семен воткнул его в бок первой собаки, заблокированной сумкой. Та взвизгнула и затихла. — Посторонний! — заорали сзади, раздался звук выстрела. Пистолетная пуля с силой ударила в спину, но заранее надетый бронежилет защитил. Семен крутанулся на голос, упал вниз, уходя из-под обстрела и одновременно выхватывая из кобуры ТТ. Пули противника прошли поверху, а псевдопионер в ответку всадил во врага три „маслины“ в грудь из положения лежа. Браток захрипел и рухнул. Подросток вскочил, подобрал сумку и, высадив ударом ноги находящуюся рядом какую-то декоративную дверь, ввалился в помещение. „Подберемся поближе, бросим гранаты, добьем дядьку, а потом всех остальных — ахрененный план. Был…“ — скривился парень, бегло осматривая просторное помещение. — „Кухня. Жаль, нет времени взорвать газ, было бы неплохо.“ — вздохнул он и метнулся к следующей двери ведущей в коридор.