Всегда рядом

POV. СуЁн - Бежим, Бежим! Кан СынЮн, убери нахрен свой телефон, пока я его не расшибла о стену! – кричу я, на бегу застёгивая рукава рубашки ДжинУ. У входа в закулисье ещё раз проверяю вид старшенького и, развернув в нужном направлении, толкаю парня в спину. За ним ушли остальные мэмберы. - Удачи! – кричу вдогонку. Но вокруг было очень шумно, я не надеялась быть услышанной. Из всех пятерых меня, как ни странно, услышал МинХо. Развернувшись и идя спиной вперёд, салютует мне двумя пальцами. Нихрена себе! Всё? Мир, дружба, жвачка? Машу реперу ладонью, тот улыбается понравившейся мне улыбкой старшего брата и убегает вслед за остальными. Глубоко выдыхаю. Ну и хорошо, что он вновь улыбается. Поправив чуть задравшуюся от бега юбку, собираюсь отправиться в гримёрку и мониторить выступление ребят, как тут же оказываюсь прибитой к стене взглядом СынХёна. - СуЁн, нужно поговорить – быстро говорит он и, схватив меня за запястье, поволок в сторону гримёрки BigBang. - СынХён, что ты делаешь? Отпусти меня! – на самом деле я вырывалась не потому что не хотела. Наоборот, я обрадовалась такому порыву парня поговорить. Но вокруг ходило много постороннего народу. И если то, что СынХён куда-то волок своего бывшего менеджера всплывёт где нибудь, то война на 38-й параллели по сравнению с гневом директора Яна окажется просто пикником. Что же могло произойти? Это его реакция на ключи от машины? Сердиться на то, что я пролезла к нему ночью? Таким макаром он довёл меня до гримёрки. В ней были все – и мемберы, и менеджеры, и гримёры со стилистами. При нашем появлении последних сдуло словно ураганом. Найдя глазами МинЁн и Кохару, пожимаю плечами, так как я реально не совсем понимаю что происходит. - Оставьте нас одних, пожалуйста! Просьба была достаточно убедительна, что бы заставить всех тут же испариться. - Если что – кричи! – сказала на японском Кохару, проходя мимо меня. Не могу не улыбнуться, люблю свою подругу. Закрыв дверь на оба оборота ключа, Таби отрезал нас ото всего мира. Но он не повернулся, так и стоял спиной ко мне. - СынХён-щи? – зову его, но ничего не слышу в ответ. Зато отчётливо вижу, как его руки сжались в кулаки. Ой, мамочки! Остаётся только молиться, что бы Таби не отступил от своего принципа не поднимать руку на девушку. - Лгунья! – рассек его голос затянувшееся молчание. Я одновременно и удивлена и сильно напугана. - Что? Что ты имеешь в виду? – мой голос дрожит. В принципе, как и всё моё тело. ТОП поворачивается и очень медленными шагами приближается ко мне. Не знаю, какие инстинкты руководят мной, но я параллельно СынХёну делаю шаги назад. Ровно до тех пор, пока не упираюсь бёдрами в стол. По лицу Таби как всегда было сложно что либо понять, даже глаза его смотрят на меня как то странно. Я никогда ещё не видела у него такого взгляда. Как будто он ужасно зол и при этом наслаждается тем, что меня всю трясёт, и у меня нет каких либо путей к отступлению. - Ты обманула меня…этой ночью! От одолевшего меня шока не знаю куда податься. Нащупываю пальцами сзади себя столешницу и крепко сжимаю. - Я не понимаю, о чём ты говоришь! СынХён остановился в нескольких шагах от меня и, сложив руки на груди, окинул меня взглядом снизу вверх. Доля юмора из его взгляда исчезла, теперь в нём виднелся только холодный расчёт и пронзительность. Такое ощущение, что передо мной стоит не Чхве СынХён и даже не ТиОуПи из BigBang. Это был тот самый киллер по имени Вик из дорамы «Айрис». - Ты не понимаешь? – спрашивает он, скривив правый уголок рта в подобие улыбки. Боже, дежа-вю! Для довершения образа ему не хватает только пистолета, направленного на меня. За пару шагов избавляется от расстояния между нами, чуть наклоняется ко мне и кладёт руки на стол по обе стороны от меня. Не могу отвести взгляда он его лица. Как бы мне сейчас не было страшно, я всё ещё люблю этого человека. Рассматривает моё лицо ещё некоторое время и наконец, задаёт свой вопрос: - Что ночью делал Сон МинХо в твоём номере? Чёрт возьми, откуда он знает? Главное – как? - Я сам видел, как ты завела его к себе! – мой проницательный Таби снова здесь. Факт того, что он опять каким-то чудесным образом прочёл мои мысли, заставляет сердце биться чаще. Хотя, оно и до этого норовило пробить мне грудную клетку. - А ведь десятью минутами ранее ты говорила, что я нравлюсь тебе! Всё моё тело дёргается, как будто меня шибануло зарядом в 220 вольт. Он всё слышал? Да, он всё слышал! Откуда иначе он мог это узнать? - Ты…не спал? СынХён медленно мотает головой из стороны в сторону. - Я всё слышал! Потом решил, что обманывать тебя будет подло и пошел за тобой, чтобы признаться, что ты…мне тоже не безразлична! Мои пальцы, сжимавшие бедный кусок дерева, разжимаются и руки скользят по столешнице в стороны. Чувствую, как каждую мою руку накрывают большие и теплые ладони СынХёна и чуть сжимают. По всему телу тут же распространяется такое родимое чувство тепла. - Ты… тоже мне нравишься! В моей голове взрываются тысячи атомных снарядов, щёки горят, будто я стою в самом центре огромного костра. Руки СынХёна медленно поднимаются вверх по моим, останавливаясь на предплечьях. Те места, которых меня касался Таби, в момент покрываются гусиной кожей. - Ты мне очень нравишься, И СуЁн! – чуть громче и практически по слогам, признаётся СынХён. Но в один момент его руки сжимаются на моих, принося чуть ощутимую боль. - Но скажи мне, что делал МинХо в твоём номере? – чуть встряхивает меня, требуя ответа. Я откровенно недоумеваю! - Ты же сказал, что мы не можем с тобой общаться, так какое тебе дело до того, чем мы с МинХо там занимались? - Мне кажется, что я уже дал понять, что передумал! Так, какого хрена ты повела к себе этого сопляка? - Скажи…а как долго ты был там? Неужели ты не увидел, что буквально через пару минут МинХо вышел из моего номера? Судя по расширившимся глазам, он не видел. Его руки ослабили хватку, а после и вовсе отпустили меня. - И сам понимаешь, за эти пару минут, что он был у меня, я не успела бы даже развязать шнурки на своих кедах, не говоря уже о чём-то! И пока я поднималась к себе, я чисто физически не могла…разлюбить тебя! Похоже, мои слова были достаточно убедительными. Огонёк гнева потух в глазах парня, а губы растянулись в улыбке. Вот он, Таби вернулся. - Что ты сейчас сказала? Набираю полные лёгкие воздуха, чтобы, наконец, произнести в слух слова, которые множество раз лишь беззвучно проговаривала одними губами. - Я люблю тебя, Чхве СынХён! Некоторое время Таби просто глупо улыбаясь переваривал сказанные мной слова, но потом его руки потянулись к моему лицу, подушечками пальцев касаясь моих щёк. - Повтори! Скажи это ещё раз! Теперь наступила моя очередь улыбаться во всё лицо. Ведь только что до меня дошло всё то, что произошло. СынХён сказал, что я нравлюсь ему! Мамочки, я нравлюсь ему! А я призналась ему, и он не сердится, не ругается, не говорит что я сумасшедшая, не игнорирует – он просто улыбается. Наши чувства взаимны. Боже, в прошлой жизни я спасла страну! Ведь так? А как иначе можно объяснить то, что происходит? То, что описывают в книгах, какие-то там бабочки в животе – всё это рядом не стояло с тем, что сейчас происходит со мной. Я ощущаю душевный подъём, какой не испытывала ни разу за всю свою жизнь! Всё вокруг потеряло значение – Где я? Что происходит за пределами этой комнаты? Значение лишь имели эти руки, которые гладили моё лицо, и глаза, которые смотрели сейчас только на меня. - Я люблю тебя! Ещё пару мгновений мы улыбаясь смотрели друг на руга, затем СынХён, обняв меня за талию, отрывает мою тушку и начинает кружить. От накатившего на меня счастья смеюсь в голос и крепко обнимаю Таби за шею. Но веселье продолжилось не долго, через некоторое время я ногами задела стол визажиста и многочисленные лаки, гели, шампуни и прочие элементы косметики полетели на пол. - Ах, ты ж мать твою! – ругаюсь, выбираясь из объятий СынХёна. Я уже собралась броситься разгребать учинённый беспорядок, как Таби обнимает меня со спины, кладя подбородок на моё плечо. - Ты куда? – спрашивает он, опаляя мою шею своим горячим дыханием. Кладу свои руки поверх его и пытаюсь высвободиться, но никак. Это всё равно, что пытаться открыть орех «Кракатук» без помощи щелкунчика. - Нужно собрать этот бардак. - Наплюй! Побудь со мной! – очень мило ворчит Таби, разворачивая меня лицом к себе и крепко обнимая. Утыкаюсь носом в белоснежную рубашку и полной грудью вдыхаю аромат парня. Теперь, надеюсь, моего. - СынХён-а? - Мм? - А что теперь будет с нами? СынХён, подумав буквально пару мгновений, берёт моё лицо в свои руки, большими пальцами поглаживая мои скулы. - С нами, по-моему, всё уже достаточно понятно! Ты лучше подумай о другом! Вопросительно выгибаю бровь. - Если ещё раз Сон МинХо будет непозволительно близок к тебе, я вырву у этого засранца гланды! От распирающей нежности по отношению к этому человеку, опять широко улыбаюсь. - Ты…ревнуешь? - Да! Ревную! Ревную как ненормальный! Ревную так, что готов прямо сейчас отправиться и свернуть этому поганцу шею! – тихо говорит он, прижимаясь своим лбом к моему и прикрывая глаза. Ожидаю какой угодно типичной мужской реакции на этот вопрос. Но это же ТОП, который прекрасен даже в своей ревности. - Я буду держать его на расстоянии, обещаю! После моей фразы, Таби раскрыл глаза и, хлопая ресницами, со всей своей серьёзностью уставился на меня. - Кажется, слово «обещаю» несёт губительный характер для наших отношений. Хмурюсь, не совсем понимая, о чём он. - В тот день, когда тебя забрали у меня, я обещал сам себе, что буду оберегать тебя! Но через некоторое время ты заболела. А я, сволочь такая, даже не нашел в себе и толики смелости, что бы навестить тебя в больнице … Не даю ему договорить, накрываю его губы ладошкой. - Не надо, не говори так! Сейчас же всё хорошо! Прикрыв глаза, СынХён поцеловал мою ладонь, потом взяв её, опустил на свою грудь, в районе сердца. Тук-тук, тук-тук, как биты в ночном клубе. Точь-в-точь как моё. - Это был худший месяц в моей жизни! – признается Таби. Вновь сдвинув брови смотрю на него, так как уверена, что парень переживал ситуации гораздо хуже. - Не смотри на меня так, СуЁн! Всё, что происходило со мной до этого, даже близко нельзя сравнить с тем, что я пережил вплоть до сегодняшнего дня! Потому что тогда…ты была рядом! Ты всегда была рядом, когда была нужна мне! Раньше ты помогала мне выбраться из любой задницы…А потом раз – и тебя не стало! ДжиЁн вытаскивал меня на какие то тусовки и я опять чуть не спился. Квон ДжиЁн! Я завелась с пол оборота, от злости задрожал даже кончик моего носа. - Я переломаю этому дракону крылья! Резко подавшись вперёд, СынХён поцеловал меня в лоб. - Я не сомневаюсь в тебе, детка! Ой, мамочки! Из-за непривычного слова в мой адрес, вся становлюсь пунцовой. Как же это приятно звучит! Опять улыбаюсь как идиотка. - Что, понравилось? – спрашивает парень, вновь беря моё лицо в свои руки. Поджав губы, слегка киваю. - Ты моя детка! – говорит СынХён, снова целуя меня в лоб. – Ты моя кроха! – его губы спускаются ниже, целуя меня в щеку. – Ты моя маленькая, любимая девочка! - сказал он, примыкая к моим губам и начиная их неистово целовать. Не раздумывая ни на одно мгновение, начинаю с той же силой отвечать, зарываясь пальцами в его тщательно уложенные волосы. Стилист из меня душу вытрясет, но мне плевать. Плевать сейчас на всю вселенную, я люблю! Как же я люблю этого человека! Не разрывая поцелуя, СынХён двигается вперёд, заставив меня пятиться. Через некоторое время я опять натыкаюсь бёдрами на тот стол, столешницу которого я сжимала всего пару минут назад. Запрыгиваю на него, что помогает мне быть чуть выше. Разведя мои ноги в стороны, СынХён прижимается ко мне всем телом. Почувствовав недостаток кислорода, нехотя прекращаю поцелуй. Пытаясь отдышаться, утыкаюсь лбом в плечо СынХёна. - Боже мой! – всё, что могу сказать. Слышу ухмылку Таби. - Вот именно, Боже мой! – говорит он, одной рукой всё ещё обнимая меня, а второй гладя мои волосы – Не думал, что наш второй поцелуй так обессилит тебя! Чего? Какой ещё второй? От такого заявления мои волосы на затылке встали дыбом. Выпрямляюсь и, глядя на СынХёна всем видом показываю, что жажду объяснений. Но тот лишь глупо улыбнувшись, опустил глаза в пол. - В глаза мне смотри, когда я с тобой разговариваю! – цитирую его фразу, которую он неоднократно говорил мне. Только вот в отличие от меня, подчиняется парень не сразу. - Чхве СынХён-щи, не соизволите ли вы пояснить мне причину, по которой вас так распирает? Ещё немного поизображая «невинного парня», парень таки отрывает глаза от пола. - Помнишь, когда ты потеряла сознание в Токио? Ититская сила! Мой первый поцелуй произошел тогда, когда я была без сознания? Класс! - Скажи, мы хотя бы были одни тогда? – спросила я, начав ковырять пальцами узор на юбке. - А что так? Стесняешься? – вопрос был задан с достаточно весёлой интонацией, но нотка упрёка всё же прозвучала. Слегка пинаю парня по ноге. - Нет! - Тогда что тебя смущает? – спрашивает Таби, заправляя прядь моих волос за ухо. - Меня смущает тот факт, что я не помню своего первого поцелуя! – с вызовом говорю я. СынХён вылупляет глаза, похоже не веря, что в почти 25 лет можно оставаться не целованной. - И не смотри на меня так! Хоть мне и пришлось рано взрослеть, для парней времени не было! Не дав мне упасть в не самые счастливые мои воспоминания, СынХён снова крепко прижал меня к себе. - Моя бедная девочка! Ты больше не одна, я обещ… Который раз не даю парню договорить, поцеловав слегка в губы. - Не говори слова «обещаю»! Ты же сам сказал, что оно всё портит! У меня есть план! - Ммм? Какой? - Давай не будем больше обещать, а просто делать! Подумав немного, парень улыбается, чуть прищуривая глаза. - А это как? - А вот так! – отвечаю я, потянувшись к парню за очередным поцелуем, но с пути меня сшибает громкий стук дверь и «Хён, нам пора!», принадлежавшее ДэСону. А когда стук настойчиво повторился, я готова была скулить от разочарования. - Чёртова реальность и трудовые будни!- с досадой говорю я, соскальзывая со стола, и тут же оказываюсь в объятиях СынХёна. - Не переживай, детка! Теперь всё будет хорошо! – сказал он, и вновь примкнул к моим губам, даря коротенький поцелуй. - Сделаешь кое-что, о чём я попрошу? – спросил СынХён. Улыбнувшись, киваю. Знает ведь, засранец, что не смогу ему отказать, даже если он попросит спрыгнуть с Токийской башни. - Сегодня ночью…оставь свою дверь открытой!