Забыть невозможно

- Миссис Уизли, я не знаю, куда вы положили кремовые салфетки! Я вас умоляю! Дайте мне хоть несколько минут, я не могу отыскать свой галстук! Я, между прочим, шафер, и должен выглядеть соответственно… Гарри Поттер, гневно сверкая очками, выскакивает из малой гостиной дома №12 по Гриммуальд-плейс и ураганом проносится по коридору в сторону кухни. Следом за героем всего магического мира торопится хлопотливая женщина с уложенными в высокую прическу рыжими волосами и приговаривает: - Гарри! Гарри! Ты положил галстук в верхний ящик комода, чтобы не потерять! Нельзя же быть таким рассеянным! Лучше поднимись наверх и позови Джинни, она уже давно должна быть в свадебном кортеже. - Кареты еще не прибыли, миссис Уизли, - пробегая в обратном направлении, отвечает Гарри. – Кажется, у них какой-то сбой с Дезиллюминационными чарами. Мне только что сообщили… - Кто сообщил? - Невилл, он, наверное, еще в камине… - Ох, Невилл, дорогой! – переключается на новую «жертву» миссис Уизли. – Как поживает Августа? Она нюхает те соли, которые я посылала ей в прошлом месяце? - Да, миссис Уизли, - сконфуженно отвечает Невилл. - Как жаль, что ее не будет на свадьбе, - вздыхает миссис Уизли и тут же, вспомнив о цели разговора, начинает наступать на несчастного Невилла. – Постой-ка, дружочек! Гарри сказал мне, что свадьбу придется отложить из-за того, что кортеж не прибудет в Лондон! - Я этого не говорил! – доносится возмущенный голос Гарри с лестничной площадки на втором этаже. - Нет, нет, миссис Уизли, - бормочет Невилл. – Все в порядке. У нас вышла небольшая поломка, генератор невидимости заклинило, но мистер Уизли уже все починил! - Я всегда говорила, что его эксперименты с маггловскими штучками не доведут до добра! – гневно фыркает миссис Уизли. – Когда вас ждать? Церемония начнется с минуты на минуту, а жениха, шаферов и подружек невесты как не бывало! - Мы уже вылетаем, - поспешно отвечает Невилл и скрывается в изумрудном пламени. - Мерлиновы панталоны! Да где же этот чертов галстук?! - Посмотри в чемодане, Гарри! – советует Молли. – Кажется, я убрала его туда. Из своей комнаты спускается Джиневра Поттер, в девичестве Уизли. На ней одето атласное платье травяного цвета, изящный золотой браслет и такая же подвеска на открытой шее. Джинни волнуется, теребит рыжий завитый локон, кусает губы. - Кажется, я так не волновалась даже на собственной свадьбе! – вздыхает она. - Ерунда! – улыбается миссис Уизли. – Все пройдет по высшему разряду, я уверена! - И взбрело же ей в голову провести официальную часть в Министерстве! – недовольно бормочет Джинни. – Почему нельзя было пригласить этого престарелого мага к нам, в особняк? - Потому что это не просто какая-то захудалая свадебка, дочь моя, - возмущенно парирует Молли, - а церемония бракосочетания двух Героев Войны с Сама-Знаешь-Кем, причем замуж выходит не кто-нибудь, а заместитель министра магии. - Да, знаю я, знаю, - отмахивается Джинни. – Но неужели нельзя было обойтись безо всех этих помпезных выкрутасов? Я даже не представляю, сколько там сейчас репортеров с камерами! Мы попадем на первые полосы «Пророка» и «Ведьмополитена», мама! Я не хочу, чтобы меня назвали дерганой замухрышкой в самой популярной газете магической Британии! - Никто и никогда не посмеет назвать тебя дерганой замухрышкой, пока я жив, - спускаясь по лестнице, изрекает Гарри, нашедший, наконец, свой неуловимый галстук. – Это я могу тебе обещать. О, Мерлин, Джинни! - Что такое? - Ты очаровательно выглядишь! Я даже боюсь выпускать тебя из дома, не говоря уже о том, чтобы показать тебя толпе жадных до сенсаций журналистов! Тебя же украдут, как пить дать, украдут!.. Или сманят в какую-нибудь далекую-далекую страну, где я тебя не найду… - Прекрати паясничать, Гарри Поттер! – фыркает Джинни. – Я умею постоять за себя. И даже, если понадобится, за тебя. - Вот за это я тебя и люблю, - бормочет Гарри, притягивая к себе жену, и жадно ее целует. - Ох, смотрите-ка! – смущенно восклицает миссис Уизли, отводя взгляд. – Кажется, кортеж прибыл!.. …- Я был там, Гарри, понимаешь? Я там был. Рон безвольно уронил голову на руки. На его рыжей шевелюре играли отблески пламени из камина в маленькой уютной гостиной в квартире Поттера. - Может, все-таки, выпьешь? – сочувственно поинтересовался Гарри. – Полегчает. Проверено… Рон что-то неразборчиво промычал в ответ. Гарри с трудом понял: «Только не медовухи». Тут же встав с кресла, хозяин квартиры направился к мини-бару у дальней от камина стены и достал бутылку с крепким ирландским огневиски. Эту редкую и дорогую выпивку он хранил для особых случаев. Таких, как этот. - Вот, - Гарри плеснул немного золотисто-янтарной жидкости в бокал и протянул его другу. – Выпей. Рон обеими руками схватил бокал и залпом выпил его содержимое. Тут же закашлялся, на глазах его выступили слезы. - Я видел ее, Гарри, - отдышавшись, простонал Рон вымученно. – Я говорил с ней! И она… она думала, что… - Что ты теперь будешь делать? – глухо спросил Гарри. - Я не знаю, Гарри! Я не знаю!.. – Рон снова опустил голову. – Я не могу ничего с собой поделать! Я люблю ее, Гарри, понимаешь? Я не могу… не могу сказать ей, что… что знаю о том, как она изменяла мне все это время… Я хочу быть с ней, Гарри. Хочу, чтобы она стала моей женой, чтобы родила мне детей… - Так в чем проблема, Рон? – спросил Гарри. Подумав, он взял второй бокал и налил немного огневиски уже для себя. - В том, Гарри, что я никогда – понимаешь? – никогда не забуду, КАК она на него смотрела, - Рон потянулся к бутылке, налил себе второй бокал и тут же осушил его. Поморщился, глубоко вздохнул и продолжил. – Она никогда не смотрела так на меня, понимаешь? Ни разу за все время, что мы с ней встречались. И после того, как я сделал ей предложение. Да, она меня тоже любит, я это знаю. Но эта любовь – другая. Я скорее любимый брат, чем любимый муж. А его… Его она любит по-настоящему… - Успокойся, Рон. Не все так плохо, - уверенно произнес Гарри и похлопал друга по плечу. – Ведь он уезжает и вряд ли скоро вернется. Она забудет о нем, вот увидишь. Когда вы станете жить вместе, она поймет, что ей никто, кроме тебя, не нужен. - Гарри! – всхлипнул Рон. – Если она не забыла его за четыре года, как я могу надеяться на то, что она забудет его за год? Он ведь вернется, обязательно вернется, этот смазливый хорек, этот гребаный аристократишка! Он вернется, чтобы снова портить ей жизнь. Ей и мне. А если она узнает… она меня возненавидит!.. - Так скажи ей, - осторожно предложил Гарри. - Тогда я сам себя возненавижу! – вскричал Рон, стукнув кулаком по подлокотнику кресла. – Как я смогу посмотреть ей в глаза после того, что сделал? После того, как бесчеловечно обманул ее?! И это все ты, Гарри! Это ты предложил мне эту аферу! Ты настаивал, чтобы я пошел на это!.. - Ну, вот, привет, приплыли! – развел руками Гарри. – Значит, теперь я во всем виноват? А то, что ты ходил за мной по пятам, не давал спокойно жить, постоянно зудил и канючил – это не нужно принимать в расчет? Выходит, я насильно заставил тебя ходить за мной и выпрашивать помощь? Выходит, это мне в голову пришла светлая мысль поймать Гермиону на месте преступления? - Хватит, Гарри, - нахмурился Рон. – Я уже понял. Я не прав, извини. - Да, ладно, - кивнул Гарри, отхлебнул виски и поставил бокал на каминную полку. – Я привык… …- Знаешь, Джордж, я чувствую себя головастиком, заброшенным в бассейн к крайне проголодавшимся гриндилоу… - Успокойся, братишка, это просто нервы. Атриум в Министерстве Магии пестреет красками. Гирлянды волшебных шаров всех оттенков желтого и красного свисают с теряющегося в вышине потолка, со стен, с каминных полок, даже с золотых статуй в центре фонтана. Корзины с всевозможными цветами невероятных расцветок, белые и кремовые гобелены, развешанные по стенам, летающие алые и серебристые фонарики, напоминающие крошечных фей – все наполняет огромное пространство атриума ощущением радости и торжественности. Посреди зала расстелена красная ковровая дорожка, по обе стороны от нее рядами расставлены золоченые стулья. На стульях уже сидят гости: министры, Мракоборцы, рядовые сотрудники, члены квиддичных команд – бывшие сокурсники, учителя Хогвартса, заграничные друзья, знакомые из Хогсмида, родители и родственники-магглы… Позади душной толпой напирают репортеры, непрерывно щелкающие затворами фотокамер. - Если это не закончится побыстрее, меня непременно стошнит… - Держи себя в руках, Рон. Ты же играл в квиддич в школе, на тебя смотрело куда больше народу. И, уж поверь мне, следить за квоффлом в руках у какого-нибудь Смита, который мечется перед кольцами, как угорелый, к тому же постоянно разыгрывает закрученные пасы, куда сложнее, чем попасть в маленькое золотое колечко пальчиком твоей ненаглядной Грейнджер… - Заткнись, Джордж! Ты невыносим! …Гарри и Рон, до неприличия накачавшиеся огневиски, сидели за столом в маленькой кухоньке, в царстве Джинни Поттер, и разговаривали. Точнее, пытались разговаривать, ибо языки у обоих страшно заплетались. - Хршо, ш Жинни пъехла в «Нору», ик! – пробормотал Гарри, протягивая руку за очередной дозой «зеленого змия». – Иначче нам бла бы кршка, ик! - Эт точно, - кивнул Рон и со стуком уронил отяжелевшую голову на стол. - Я те вот што скжу, држище! – упорно пытался продолжить разговор Гарри. – Ты фсе прльно сделал. Ты ж знаешь Грмиону, она от свйго не отступится… надо бло с ней пгврить… ик! А тьпрь ток ждать, држище! Забудьт она его, эт я те гарантирую. Забудьт, как пить дать. Она ж те ничго не скзала? Ну, видьшь… - Гарри! – с придыханием воскликнул Рон, с трудом отрывая голову от стола. – Я – свинья! Я – подонок, Гарри! - Не городи чушь! – возмущенно пробормотал Гарри, поправляя съехавшие на кончик носа очки. – Ты прсто хтел как лучше, верно? - Не надо мне было, Гарри… - всхлипнул Рон. – Не надо было тебя слушать… И брать у тебя это ***е Оборотное зелье… - И волос Малфоя, - ехидно напомнил Гарри. - И волос Малфоя, - согласился Рон. – Зачем я тебя послушал? Не надо было туда ходить… Да еще и встречаться с ним самим… Я никогда в жизни не забуду, КАК она на него… то есть, на меня… То есть, когда я был ИМ, этим долбанным ублюдком!.. КАК она смотрела, Гарри! КАК она смотрела!!!... - И шт ты тьрь буш делать, м? – практически нечленораздельно пробормотал в стельку пьяный Гарри Поттер. - Я не знаю, Гарри… Я не знаю… - Скажш ей? - Гарри, она мне изменила! Изменила, понимаешь? Да как ты можешь понять, Джинни даже не смотрит ни на кого, кроме тебя… А она мне изменила, причем с Малфоем!!! Как я могу ее простить? - Тгда скжи ей, и фсе, ик! Можт, полегчает… - Но я люблю ее. О, Мерлин, Гарри, как сильно я ее люблю, ты даже не представляешь! Да ради нее на все я готов … Что мне делать, Гарри? Что мне делать?!. Музыканты, расположившиеся справа от высокой трибуны, за которой стоит престарелый маг-регистратор, начинают играть торжественную и немного грустную мелодию. Гости тут же встают. В зал входит… нет, скорее, вплывает невеста, похожая на золотистое легкое перышко. Ее под руку ведет ее смущенный и одновременно гордый отец в черном фраке. Следом за невестой, с несколько напряженными, но все же радостными улыбками на лицах, шествуют подружки невесты: Джинни Поттер, Луна Лонгботтом, Флер и Анджелина Уизли. Жених, стоящий у трибуны, нервно теребит галстук-бабочку. - Прекрати, Рон, - шипит старший шафер Гарри Поттер, и Рон отдергивает руку от галстука. Репортеры начинают щелкать камерами втрое быстрее, гости приветственно улыбаются, кивают невесте – известной во всем магическом мире ведьме, в 21 год ставшей заместителем министра магии, близкой подруге Незабвенного Гарри Поттера, героине Войны с Тем-Кого-Нельзя-Называть… Она тоже улыбается, глядя на того, кто ждет ее у «алтаря». Она приняла решение. Наконец, приняла решение. Будь проклята эта чертова Война… …- Согласны ли вы, Рональд Билиус Уизли, взять в жены эту замечательную девушку, прекрасную волшебницу, Гермиону Грейнджер, любить ее и заботиться о ней в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии до конца ваших дней? Жених улыбается и с трепетом произносит: - Согласен. - Согласны ли вы, Гермиона Джин Грейнджер, взять в мужья этого доброго и честного молодого человека, отважного и сильного мага, Рональда Уизли, любить его и почитать в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии до конца ваших дней? Невеста скромно опускает глаза, на щеках ее играет румянец. «Сделала выбор… Сделала… Будь проклята эта война!!!» В молчании проходит несколько секунд. Гости в зале начинают перешептываться. Жених с непониманием и мольбой смотрит на невесту, украдкой бросает взгляд на лучшего друга. Старший шафер Гарри Поттер хмурится, по его лицу видно, что он волнуется не меньше жениха. Кажется, что в их безмолвном разговоре кроется какая-то тайна, объединяющая этих двух мужчин… Сбитый с толку, престарелый маг-регистратор откашливается и, уже громче, повторяет всем знакомые слова клятвы: - Согласны ли вы, Гермиона Джин Грейнджер, взять в мужья Рональда Уизли, любить его и почитать в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии до конца ваших дней? «Сделала выбор… Сделала выбор… Ты сделала выбор, Гермиона!!!» - Гермиона, - шепчет Рон. – Ты помнишь, нужно ответить «согласна»… …В темном углу атриума, притаившись за колонной, стоит молодой маг в строгой черной мантии с серебряными застежками, с лайковыми белыми перчатками на руках, в идеально вычищенных домовыми эльфами дорогих туфлях. Его серые холодные глаза, пустые и безразличные ко всему, наблюдают за церемонией. Он смотрит на невесту и о чем-то думает. Невеста продолжает молчать, гости начинают беспокоиться. Даже репортеры на время перестают фотографировать и замирают в предвкушении очередной сенсации месяца… «Ты приняла решение… просто скажи… просто открой свой рот и скажи это чертово слово, Гермиона!.. Это ПРОСТО… Это очень ПРОСТО…» - Я… - шепчет невеста еле слышно. - Что? Что, милочка? – тугой на ухо маг-регистратор наклоняется через трибуну, силясь расслышать этот шепот. - Я… не… Жених бледнеет, старший шафер нервно поправляет запотевшие очки; огненно-рыжая подружка невесты Джиневра Поттер подается вперед, готовая в любую минуту броситься на помощь друзьям… …Я такая сволочь, Гарри. Я просто моральный урод… Я так хочу простить ее, Гарри, но… О, Мерлин, я не знаю, что делать!.. …- Я согласна. Молодой маг с платинового цвета волосами поворачивается на каблуках и быстрым шагом покидает атриум Министерства Магии. Гости издают дружный вздох облегчения. Репортеры, оживая, начинают с утроенной скоростью щелкать фотоаппаратами и надиктовывать Прытко Пишущим Перьям ошеломляющие статьи о свадебной церемонии, которая едва-едва не сорвалась… Завтра об этом узнает весь магический мир. Завтра в офис Гермионы Уизли полетят письма от новообретенных поклонников и врагов. Завтра Рональд Уизли с друзьями будет обсуждать сегодняшнюю заминку, как недоразумение. Но это все будет только завтра… Я согласна. Я сделала выбор. Пора забыть. Все.