Падали, но поднимались

      На катастрофу вселенского масштаба вчерашний вечер не тянул, но все равно было чертовски неприятно. Учиха, вылетевший из-за угла и набросившийся на Гаару, выглядел смешно и нелепо в своей необъяснимой ревности и злости. Пьяный, с трудом державшийся на ногах, он мог навредить Гааре разве что случайно. Ну, вот что твориться в этой черноволосой башке, кто-нибудь может мне объяснить?! Я уже ничего не понимаю, совсем. Как же меня достала эта неопределенность! «Не знаю, чего хочу, но все должны водить вокруг меня хороводы и исполнять мои прихоти!» Маленький, самовлюбленный баран. Эгоист. Придурок. Ужасно милый кретин, посапывающий на полу моей гостиной.       Когда вчера Канкуро вырубил его точным ударом по затылку, встал серьезный вопрос – куда деть нетрезвого агрессора? Мы ведь не звери, чтоб его на улице бросить. Где жил Учиха я не имела понятия, его телефон был разряжен, а потому пришлось скрепя сердце сказать парням занести его ко мне в квартиру и положить в углу. Парни умирали со смеху, видя мои внутренние переживания, но благоразумно молчали. Завтра они отыграются на мне по полной…       Я злилась всю ночь, придумывая все более изощренные и оскорбительные эпитеты, которыми награжу Учиху утром, и, видимо, перегорела. Утром не захотелось не только его оскорблять, даже видеть самодовольную рожу я не могла, а потому ушла на кухню и начала готовить. Куриный бульон хорошо помогает с похмелья, и черт меня возьми, если я знаю, зачем сейчас варю его. Пускай сдохнет от боли, скотина неблагодарная. Услышав шарканье ног из гостиной, я уселась на стул и стала подготавливать обличительную речь. Пока Саске мылся в ванной, я снова успела себя накрутить. Парень заглянул на кухню, но, к сожалению, не дал мне выплеснуть весь гнев, мгновенно скрывшись в гостиной. Это стало последней каплей, переполнившей чашу моего терпения.       Влетев в комнату, я потребовала его убираться из моей квартиры. Больше всего на свете я хотела, чтобы он исчез из моей жизни и больше в ней не появлялся. Выходные – это мое время. Особенно суббота, так как по воскресеньям я отмываю роскошный особняк клана Джиго, расположенный за чертой города. Суббота – это день, когда меня не интересуют чужие проблемы, даже близких мне людей. День, когда я могу расслабиться в тишине собственной квартиры, полежать в ванной, приготовить пару вкусностей. Спокойно и обстоятельно переделать скопившиеся за неделю домашние задания – никто мне аттестат за красивые глазки не выдаст, а потому я стараюсь учиться как можно лучше. Убраться в квартире. День, когда я могу прогуляться в близлежащем парке, позагорать на берегу бензинового озера, отдохнуть, в конце концов!       Сегодня все было против меня: друзья напросились в гости, желая побольше расспросить меня о Саске, Учиха отвернулся, не желая покидать диван. Если бы он начал мне возражать, клянусь, я выкинула бы его вон, пусть даже пришлось бы применить силу.       Но Учиха молчал. Прооравшись, я плюнула на неподвижное тело, решив сделать вид, что никого, кроме меня, в квартире нет, и удалилась на кухню.       Через час раздался звонок в дверь. Я никого не ждала, не думаю, что ребята пришли так рано. Размышляя, кто-бы это мог быть, я поплелась встречать нежданного визитера. Открыв дверь, я уставилась на высокого черноволосого парня. Он был красив, хорошо сложен, и кого-то мне сильно напоминал. Парень в ответ скользил по мне внимательным изучающим взглядом. Пауза затягивалась.       - Ты кто? – мне надоело стоять в проходе. Сквозняк.       - Учиха Итачи.       - Узумаки Наруто. Рада знакомству. Чего надо?       - Я ищу своего брата, Саске. Ты не знаешь, где он может быть? – а, вот значит, почему он выглядит знакомым. Как-то сразу и не сообразила.       - Валяется в моей гостиной. Буду очень признательна, если заберешь.       Парень усмехнулся:       - Приложу все усилия       Я пропустила Итачи в квартиру и снова пошла на кухню, гадая, откуда он может знать мой адрес. Неужели Саске дал и попросил в случае чего искать его у меня? Определенно, это высшая степень хамства. Надо было бросить наглеца на улице.       К разговору Учих я не прислушивалась, но когда Итачи зашел на кухню в одиночестве, поняла, что ничего у него не получилось.       - Наруто?       - М?       - Не могла бы ты сделать мне одолжение?       - С чего бы?       - В знак того, что ничто человеческое тебе не чуждо.       - Это спорное утверждение. Но так и быть, выслушаю.       - Пускай Саске пока останется у тебя. Мне кажется, алкоголь еще не до конца выветрился из него, и вытащить его я смогу лишь со скандалом. Не думаю, что твои соседи обрадуются.       Если честно, то примерно этого я и ожидала. Исходя из всего, что я знала о младшем Учихе, следовало, что он невероятно упрям. Глупо было спорить и требовать убрать Саске из квартиры немедленно. Это бы походило на простое ребячество.       - Эх, ладно. Пускай спит.       - И еще кое-что.       - Слушаю.       - Дай мне свой номер телефона.       - Зачем?       - Последнее время брат обзавелся ужасной привычкой выключать телефон в самое неподходящее время. Я волнуюсь за него, он мой единственный оставшийся в живых близкий человек. И он много времени проводит с тобой. Если он опять будет вне зоны доступа сети, я смогу просто позвонить тебе и узнать, что с ним все в порядке, а не бегать по всему городу в его поисках.       Заботу о близких и страх за родных людей я понять могла: сама терпеть не могла, когда ребята вдруг отключали телефон. Все время казалось, что с ними случилось или вот-вот случится что-то непоправимое. Обменявшись номерами телефонов, я попрощалась с Итачи и села обдумывать сложившуюся ситуацию.       Учиха Саске. Что я знаю о нем, помимо того, что известно всем вокруг? Что он любит, чем живет, о чем мечтает? Какие цели преследует в жизни? Почему порой ведет себя как последняя сволочь, а иногда становится заботливым и внимательным? То, что Учиха может быть сволочью, я наблюдала в школе не раз – жестокие высмеивания людей (как девушек, так и парней), старающихся привлечь его внимание, обсуждались всей школой. Это было еще одной причиной, по которой я не хотела общаться с Саске – я боялась оказаться на месте этих девочек и мальчиков. Но и нельзя не признать, что по отношению ко мне парень ни разу не проявил отрицательных черт своего характера. Наоборот, старался привлечь мое внимание, следил, и явно ревновал.       Четыре дня подряд он находится рядом со мной, для Учихи это, скорее всего, личный рекорд. Четыре дня рядом с ним нет ни одной школьной красавицы, он их просто не подпускает. Четыре… Я поговорю с ним. Если он окажется в состоянии дать мне хоть какой-то, пускай даже маловразумительный ответ, зачем ему это нужно, я дам ему шанс.       Саске проснулся около пяти. Накормив страдальца обедом, я решила приступить к допросу. И ответ меня ошеломил. Я ждала чего угодно: признаний, что нравлюсь ему, что это был глупый спор с другом, что ему просто скучно. Это все я могла принять достаточно спокойно.       «Рядом с тобой я больше не чувствую себя одиноким»       Одиночество… Тысячи определений, для каждого свое, разное, но в равной мере отвратительное, жестокое, равнодушное. Отсутствие в твоей жизни кого-то, без кого ты не в состоянии полноценно жить, ощущать себя личностью, частью нашего мироздания. Оно марает душу, загоняет человека в цепи, заставляет выть раненым зверем от безысходности. Оно может коснуться каждого, вне зависимости от того, окружен ли ты друзьями или просто приятелями, или живешь в уединении в лесной глуши. Оно вытаскивает на поверхность самые мерзкие человеческие черты, заставляет идти на все, лишь бы разорвать круг безразличия, лишь бы вырваться. Оно заставляет быть жестоким.       Есть разница в желании уединения и эмоциональном состоянии человека, связанном с отсутствием близких, положительных эмоциональных связей с людьми. Одно определение – одиночество, но на самом деле, это абсолютно не правильно. Желание уединения не длится вечно и может легко пройти лишь с помощью тебя самого, от одиночества же сам себя не спасешь. Нужна помощь, и всегда со стороны. Я прекрасно знаю, что значит чувствовать себя одинокой.       «Никогда не нуждался в ком-то столь сильно»       В какой момент мы начинаем нуждаться в других людях? Не абстрактных, а вполне конкретных личностях, вместе с их недостатками, причудами и капризами? Мне всегда казалось, что этот психологический вопрос невозможно описать научными терминами. А самое главное, крайне тяжело признаться, даже самому себе, что ты зависишь от другого человека. И если Саске может признаться – значит, он стоит того, чтобы тратить на него время.       Я поставила ему условие не просто так, а преследуя определенную цель. Мы оба никогда не доверяли чужакам, но Саске форсирует события, он хочет приблизиться ко мне как можно быстрее. Это своеобразный тест на доверие, к тому же, прекрасная возможность узнать друг друга. Посмотрим, как он справиться с поставленной задачей.       Ну и, наконец, мои друзья. Ни одного из них я не променяю на Учиху, и вполне серьезно говорю, что если он им не понравится, мы с ним попрощаемся навсегда. Мне будет плевать на все его душевные переживания, если будет угроза потерять хоть кого-то из них. Уж тем более Гаару. Надеюсь, у Учихи хватит ума вести себя достойно.       Ребята завалились ко мне веселой, шумной толпой ровно к восьми. Они шутили, улыбались, подкалывали меня всю дорогу до гостиной, где и ожидал нас Саске, примостившись в углу дивана. Сейчас он был похож на кота, загнанного в угол недовольной хозяйкой за украденную банку сметаны.       Названый брат незаметно подмигнул мне и сделал шаг в сторону Учихи:       - Здравствуй, мой таинственный ночной воздыхатель. Когда ты прошлой ночью бросился ко мне в объятия, я, к сожалению, не смог cразу отреагировать, но готов исправить свою оплошность прямо сейчас. Сразу начнем обниматься или для начала познакомимся? – голос Гаары сочился сарказмом, на лице сияла искренняя, абсолютно дебильная улыбка.       Канкуро и Темари с трудом сдерживали смех, наблюдая, как их брат раскинул руки в стороны и направился в сторону Учихи. Саске сжал кулаки, но увидев мой предупреждающий взгляд, постарался расслабиться и выдавить из себя улыбку. Она вышла кривой и слегка истеричной.       - Пожалуй, обойдемся без объятий. Меня зовут Учиха Саске, - голос скрипел, будто дверные петли, которых никогда не смазывали, однако формально придраться было не к чему.       - Ах, какая жалость! Ты разбил мне сердце! – друг продолжал кривляться.       - Может, тоже представишься? – Саске начало потряхивать. Мне было интересно, сколько он еще вытерпит.       - Собаку но Гаара. Ты ничего не хочешь мне сказать, милый мальчик?       Учиха опустил голову и скрипнул зубами. Бросил умоляющий взгляд в мою сторону. Поняв, что отвертеться не получится, все же процедил сквозь зубы что-то невнятное.       - М..? Я тебя не расслышал.       - Я сказал, что прошу прощения за вчерашний инцидент, - Учиха чеканил каждое слово, подняв голову и посмотрев прямо в глаза Гааре. Он находился на грани, и это поняли все присутствующие.       - Извинения приняты, - Гаара ответил ему столь же твердым взглядом, и уже совершенно нормальным голосом.       - Мальчики, а давайте в карты поиграем?! Мы, кстати, пиво принесли! – предложение Темари смогло разрядить напряженную обстановку.       Мы расселись прямо на полу в гостиной, не испытывая по этому поводу каких-либо неудобств. Учиха пить не стал, а вот в карты поиграть не отказался. Довольно скоро он освоился и перестал зажиматься. Время пролетело незаметно. Наконец я смогла увидеть парня, за которым бегала половина школы: он был остроумен, отпускал едкие комментарии, очаровательно улыбался и, несомненно, стал звездой вечера. Он не был нам ровней, но своего отличительного положения не показывал, уверенно избегая скольких тем, касающихся социальных различий и денежных эквивалентов. Он был обаятелен и держал внимание собеседника. Ребята прониклись, и вскоре перестали его подкалывать. Куда все это девается, когда мы остаемся наедине?       Саске выполнил обещание сполна, оставаясь милым и приветливым весь вечер, с честью заслужив возможность прийти ко мне и завтра.

***

      Воскресенье прошло довольно спокойно. Попрощавшись с Саске в восемь утра, я отправилась на работу. Полтора часа туда-обратно, семь часов на уборку. Дом был большим, с множеством комнат и соответственно мебели, что значительно увеличивало нагрузку. С приходящей прислугой никто, естественно, не общался, и я смогла спокойно рассортировать свои мысли, наметив про себя вопросы, которые хочу задать Учихе.       Семья Джиго отличалась редким снобизмом, граничившим с презрением по отношению к людям, не входящим в их круг, и если бы не острая необходимость, я бы ни за что к ним не сунулась. Но эти люди помимо прочего обладали огромной жадностью, которая мешала им нанять квалифицированную прислугу - на мне они экономили приличную сумму. Меня же никто бы из приличных людей к себе в дом не пустил. Деньги стали прочной основой наших взаимоотношений, что устраивало обе стороны.       Однако даже их молчание безумно меня выматывало. Придя домой, я ощущала себя лошадью пропахавшей в жаркий летний день на самом солнцепеке огромное пшеничное поле. Едва успев принять душ, я услышала звонок. В дверях стоял Саске, весело улыбающийся и держащий в руках большую коробку.       - Я придумал простой вопрос.       - Ну давай.       - Наруто, ты любишь собирать пазлы?       - Да, - я улыбнулась. Отличный план на вечер.       - Я тоже.       Вытряхнув на пол гостиной две тысячи разноцветных кусочков, и поставив рядом чай, мы начали медленно сортировать детали по цветовой гамме.       - А сложный придумал?       - Да. Только я хочу внести небольшое изменение.       - Какое? - я нахмурилась.       - Давай по одному сложному вопросу в день, будем чередоваться. Дважды за день вытряхивать душу наизнанку будет для меня слишком сложно.       - Принимается. Задавай вопрос.       - Ты вчера спросила, зачем ты нужна мне. Я же хочу узнать, зачем ты меня пускаешь.       Я закрыла глаза и улыбнулась. Видимо, тоже пора признаваться.       - Один-один, Саске. С тобой я не чувствую себя одинокой.