Падали, но поднимались

      В понедельник в школе на них все оглядывались: провожали взглядом ладную фигуру девушки, сцепленные руки, улыбки на лицах. Шептались за спиной, обсуждая новый имидж, сыпали едкими комментариями, давились ядом. Наруто оделась достаточно скромно – в темно-синие узкие джинсы, мягкий длинный бежевый свитер с оранжевой окантовкой и высоким горлом, облегающий фигуру и подчеркивающий ее достоинства, высокие черные сапоги без каблуков. Но эти вещи шли ей, представляли собой неброский, но очень стильный ансамбль, заставляющий невольно провожать хрупкую красавицу взглядом. Волосы блондинка убрала в высокий хвост, после того, как Саске с боем отобрал у нее любимую бейсболку.       Учиха прижимал к себе свое сокровище и довольно жмурился, видя, как взгляды других парней перетекают из насмешливых в восхищенные и завистливые. Не разглядели вовремя – теперь можете подавиться слюной, вам больше ничего не светит. Неджи сдержанно похвалил обновки, а после тихонько поинтересовался у Саске, как тому удалось провернуть это. Брюнет жестами показал количество потраченных нервных клеток, а потом все также объяснил, что оно того стоило. Хьюга подтвердил, что траты были не напрасными.       Всю последующую неделю ажиотаж вокруг их пары не спадал ни на минуту, но Саске в какой-то момент перестало все это интересовать. Наруто была рядом, она улыбалась ему, не пряталась в свою скорлупу, отвечала на его любовь своей нежностью, и Учихе этого было вполне достаточно. Несколько раз девушку попробовали зацепить не только в устной форме, но она смогла достойно противостоять кукушкам, указав, что рукоприкладства в свою сторону не потерпит. Сразу последовали вызовы к директору, куда, впрочем, Саске пошел вместе с ней, упрямо доказывая госпоже Цунаде, что дамы свои синяки и ссадины оправдано заслужили. Никаких последствий инциденты для Наруто не понесли – заступничество Учихи переломило недовольство родителей.       Наруто открывалась для учеников и учителей Конохи с совершенно другой, не виданной им ранее стороны. Учителя помнили ее сначала солнечным, улыбающимся ребёнком, потом забитой, озлобленной тихоней. Сейчас же перед ними предстала достаточно взрослая, уверенная в себе девушка, старательная, умная, способная за себя постоять. Перемены были разительными, с первого взгляда достаточно быстрыми, но опытные педагоги понимали: они произошли не спонтанно. Это они проглядели в девушке все эти качества, занятые другими учениками, школьной жизнью, педсоветами и планерками. Классный руководитель Наруто расписался в собственной несостоятельности как педагога – это он должен был научить Наруто стать взрослой, раскрыть в девушке потенциал, открыть ее сильные стороны. Для этого, черт возьми, и нужна школа: подготовить детей к взрослой жизни, научить коммуникабельности, жизни в социуме! Знания можно получать и дома, либо на дистанционном обучении. А вместо него девушке помог такой же подросток…       Саске находился рядом с ней постоянно, всем своим видом показывая, как важна она для него. Он не подумал, что преображение девушки привлечет к ней столько поклонников, и теперь отчаянно ревновал. Помня реакцию девушки на попытку ограничить ее свободу, Саске помалкивал, позволяя себе лишь прожигать взглядом парней, посмевших засмотреться на Наруто. Она замечала его уловки, но никак не комментировала. Впрочем, и на других парней не смотрела, уделяя все свое внимание самому Саске.       В четверг позвонил Итачи, и пригласил их с Наруто в гости. Брат довольно спокойно отреагировал на переезд Саске, сам загруженный работой с головой, и теперь просто позванивал ему периодически, интересуясь, как дела у его отото. Однако старшего Учиху мучило качество, присущее большинству людей – любопытство. Ему было невероятно интересно узнать, что же за девушка сумела влюбить в себя его брата, всегда столь равнодушного и отстраненного. Саске согласился, и встречу решили организовать сразу после школы.

***

      Дом Учих встретил гостей чистотой, напоминающей больше стерильность больницы, нежели жилое помещение. Вся архитектура особняка состояла из жестких прямых линий, серых, коричневых и темно-зеленых тонов, аристократичного минимализма и строгости. Тяжелая антикварная мебель, старинные часы на стене, картины в золоченых рамках… Атмосфера запустения давила на плечи тяжким грузом. Воздух был вязким, неприятным, в чем-то затхлым, будто помещение редко проветривали, хотя с кухни и долетал приятный аромат жареного мяса. В этом месте не было и намека на уют. Когда были живы родители, дом был гораздо радушнее к своим обитателям: мать Саске разводила цветы, занимающие все свободное пространство, на полочках стояли милые семейные фотографии, запечатляющие радостные моменты из жизни, и иные безделушки, вносящие душу в помещение. После похорон за цветами ухаживать было некому, и вскоре они завяли. Сил у братьев смотреть на фотографии тоже не нашлось, а потому все мелочи были убраны в дальний шкаф и теперь томились там, собирая на себе пыль годами. Саске давно уже даже мысленно не называл это место своим домом.       Итачи, одетый в домашние свободные штаны и футболку, дожидался их на кухне, читая газету и краем глаза поглядывая, как домработница готовит ужин. Молодая женщина была нанята им год назад, когда слегка утихла боль от потери, и стало возможным представить на кухне другую хозяйку, помимо Микото. На вид ей было около двадцати семи – двадцати девяти лет. Ее лицо всегда было уставшим и осунувшимся, темные пряди волос были коротко неровно обстрижены, под грустными глазами не исчезали тени. Однако она качественно убиралась и вкусно готовила, а большего Учихам было не нужно. Помощь женщины была им необходима, как воздух, так как ни один из братьев готовить не умел, а убираться не любил. Раньше мама… Итачи помотал головой, прогоняя грустные мысли, и посмотрел на вошедших.       Брат сильно изменился за прошедшее время: будто стал взрослее и серьезнее. Поменялось выражение лица, разгладилась складка у губ, глаза заблестели. В движениях больше не чувствовалось резкости, порывистости, присущей подросткам, а постепенно стала проявляться грация хищника, защищающего свою территорию. Итачи нравились эти изменения. Причина перемен стояла рядом и улыбалась. Светловолосая, невысокая, изящная. Красивое, миловидное лицо, дерзкие глаза, загорелая кожа. Они были похожи на солнечный день и холодную ночь, внезапно по прихоти небес встретившиеся и дополнившие друг друга. Эстет внутри парня не смог не признать, что это было идеальное сочетание.       Наруто сдержано кивнула Итачи и начала исследовать пространство глазами. Несколько раз они созванивались, однако до сих пор их общение оставалось достаточно формальным, ограничиваясь лишь вопросами о Саске. Кухня была просторной, как и любое помещение в этом доме, напичкана современной техникой и блестела хромированными поверхностями шкафов. Внезапно взгляд девушки зацепился за домработницу.       - Мэдока!       - Наруто? Что ты здесь делаешь? – женщина была явно удивлена.       - Эм… Я в гости пришла. Мы с Саске – одноклассники.       Младший Учиха скривился от такого представления, но решил не поправлять Наруто. Это было бы ребячеством, недостойным взрослого человека.       - Ясно, - Мэдока с улыбкой посмотрела на девушку, не упуская из виду, что Саске держит ее за руку вовсе не по-дружески.       - А ты что здесь делаешь?       - Я работаю на Итачи-саму       - Понятно. Как поживаешь? Давно мы с тобой не виделись, все времени нет… Как дочка?       - Все хорошо, Нару, Хотэру подрастает. Уже научилась считать до тысячи и писать прописными буквами. На следующий год в школу пойдет, - с явным удовольствием похвасталась женщина. – У тебя что нового? Как Темари? Справляется? Я слышала про Конохомару…       - Да, - Наруто помрачнела, - плохо, конечно, но мы стараемся держаться. А ты…       Между женской половиной завязался увлеченный разговор, касающийся общих знакомых, способов приготовления мяса, а также иных, понятных лишь женщинам, мелочей. Их лица оживились, на щеках заиграл румянец, глаза заблестели. Было видно, что общение доставляет удовольствие им обеим. Братья лишь удивленно переводили взгляды с одной на другую, никак не ожидая подобного развития событий. Итачи отметил, как преобразилась Мэдока, и эти изменения ему очень приглянулись.       - Мэдока, тебе много там осталось? – Наруто заглянула через плечо женщины в сковородку, и получила шутливый толчок под ребро.       - Да не очень, только овощи потушить и приготовить соус для мяса. Итачи-сама любит, чтобы он был острым. Я сама рецепт придумала, помнишь, еще тебя научила?       - Ага, он очень вкусный. Слушай, я тут подумала: давай я сама доготовлю, а ты домой пойдешь? Я ведь знаю, как ты по дочери скучаешь…       - Я даже не знаю… - женщина бросила взгляд на старшего Учиху.       - Не думаю, что Итачи будет против. Ведь так? – девушка перевела требовательный взгляд на старшего брата, и тому ничего не оставалось, кроме как согласно кивнуть.       Мэдока радостно заулыбалась и бросилась собираться, не переставая благодарить Итачи, а Наруто встала к плите, надев на себя фартук. Смотря, как нож порхает в ее руке, нарезая овощи, Саске и Итачи невольно вспоминали свою мать. Микото и Наруто не были похожи ни внешне, ни внутренне: одна была спокойной, уравновешенной, последовательной, вторая обладала вздорным характером, переменчивым настроением и упрямством. Одна была темноволосой, бледнокожей, с правильными чертами лица, вторая – ее полная противоположность, еще и со шрамами на лице. Одна получила классическое образование аристократки, что проявлялось во всех ее движениях, жестах, поступках; вторая - воспитывалась вовсе без родителей или какого-либо другого надзора со стороны взрослых, что, несомненно, сказывалось на ее манере общения. Но все же кое-что объединяло этих женщин - они обе делали этот дом уютным, а братьев, давно уже не общающихся друг с другом на отвлеченные темы, настоящей семьей. Итачи полностью одобрял выбор брата, надеясь, что тот не испортит отношений со столь замечательной девушкой какой-нибудь глупостью.       Ужин прошел в спокойной, домашней обстановке, щедро сдобренный интересными разговорами, добрыми шутками и взрывами смеха. Очень давно старший Учиха не переживал ничего подобного, и теперь особенно остро ощущал собственное одиночество. Мелькала мысль пригласить Саске вернуться, забрав с собой Наруто, но он отмел ее, как несостоятельную. Гордая девушка ни за что не пошла бы на этот шаг, по крайней мере, не так быстро. В связи с этими думами он вдруг вспомнил о еще одной женщине, навещающей его по понедельникам, средам, четвергам и воскресеньям.       - Наруто, скажи, ты давно знакома с Мэдокой? – Итачи внимательно посмотрел в голубые глаза.       - Достаточно. А что?       - Она работает у нас уже год, а я даже не знал, что она замужем…       - А она и не замужем.       - А дочь…       - Мэдока – вдова. Но я не советую тебе обсуждать с ней эту тему.       - Почему?       - Понимаешь, она очень любит своего ребенка, до безумия. Старается проводить с ней все свободное время, которого не так уж и много, ведь ей приходится много работать. А вот покойный муж… Ничего хорошего я о нем сказать не могу. Он умер три года назад, но до этого был настоящим засранцем: пил, не просыхая, играл в азартные игры и проигрывал, много. Бил ее и ребенка. Жил как собака бездомная, и сдох также – захлебнулся в собственной рвоте по пьяни под забором. После смерти эта скотина оставил огромное количество долгов. Именно поэтому Мэдоке приходится много работать, чтобы хоть как-то покрыть растущие проценты.       - Я не знал.       Повисла тишина, разорванная недоуменным голосом Саске:       - Слушай, Нару, среди твоих знакомых вообще есть нормальные люди? Без трагической судьбы?       Девушка рассмеялась.       - Откуда, Саске? Ты что, забыл, где я живу? Во всем районе есть лишь один человек, который не испытывает денежных затруднений, и этот человек – ты! Все, кому удается хотя бы частично подправить свое финансовое положение, стремятся убраться оттуда как можно скорее. Странно, что ты не заметил, но это место – дно. Есть еще одна инстанция ниже, но и все.       Потом уже точно падать будет некуда.       - И что же это за место?       - Последняя ступень отчаяния для местных, ад на земле. Туда идут, когда не то, что нечего есть, а когда нет сил даже жить. Дышать. Плакать.       - А поточнее?       - Я не хочу о нем говорить.       - Но…       - Нет       - Ладно, давайте поговорим о другом, - прервал начинающуюся перепалку Итачи, - Саске, расскажи, как продвигаются твои тренировки? Я слышал, через неделю начнется чемпионат между школами по баскетболу. Как вы оцениваете ваши шансы на победу?       Младший переключился на другую тему, обещая себе рано или поздно вернуться к заинтересовавшему его разговору. За обсуждением будущих спортивных достижений ребята не заметили, как наступила ночь. Вежливо отказавшись от предложенного ночлега, они отправились домой на машине, которую брату одолжил Итачи. После аварии Саске водить не любил и за руль садился крайне редко. Свою же машину он покупать отказался. Раньше он пользовался услугами водителя, но после переезда к Наруто отказался от этого.

***

      Машина бесшумно скользила по ночному городу, освещенному лишь несколькими тусклыми фонарями, в салоне вкусно пахло кожей, играла расслабляющая музыка. Наруто задремала на пассажирском сидении, усталая после долгого дня, и, остановившись на светофоре, Саске невольно залюбовался спящей девушкой. Несколько прядей золотистых волос выбились из хвоста и теперь спадали на ее лицо, длинные ресницы слегка трепетали. Вообще, парню понравилось, как прошел сегодняшний вечер. Девушка была общительна, раскована и расслаблена, что очень ему импонировал0. Она редко пребывала в столь благодушном настроении, даже дома, и Саске наслаждался каждой минутой, проведенной с такой Наруто.       Подъехав к дому, Саске осторожно взял девушку на руки, стараясь не разбудить, и поднялся в квартиру. Он уложил ее в постель, предварительно раздев, и поплелся в душ. Наруто так и не проснулась, слишком измотанная, так что спокойной ночи он ей желать не стал.       Единственное, чего не хватало в жизни Саске – это секса. Наруто была категорична по данному вопросу, и как склонить ее к близости, Учиха не представлял. Спрашивать напрямую ему казалось неловким и неправильным, а на намеки она реагировала достаточно резко и болезненно, чтобы парень мог настаивать на чем-то подобном. Однако нехватка привычного времяпрепровождения все же сказывалась на молодом организме – Саске стал замечать, что становится более раздражительным и резким. Пока это состояние удавалось скрывать, но долго подобное продолжаться не могло…