На улицах Сан-Франциско

– Воображала, тебе нить Ариадны поможет быстрее найти гостиную? Перси в прыжке приземлился на мягкий диван и в ожидании уставился на дверь, недовольно скрестив руки. Его темные волосы растрепались, синяя футболка, заляпанная чем-то похожим на кетчуп, слегка помялась, а озорная улыбка не сходила с лица, придавая парню повседневный вид. Года сделали свое дело: возле глаз появилось несколько морщинок, старые шрамы почти исчезли, не оставляя воспоминаний о совершенных глупостях и подвигах. Только Джексон собрался позвать свою жену опять, как в комнату кубарем влетели два небесных создания; они вопили, царапались, не давали друг другу пройти и толкались с криками "Я сяду возле мамы!" – Селена, Лукас, немедленно прекратите! – под властным тоном Аннабет, работающим не хуже чарующего голоса ее подруги Пайпер, устоять не мог никто. Дети уныло сели на край дивана рядом с отцом. – Что, мое общество вас уже не устраивает? – возмущено спросил Перси, разведя руки в стороны. – Аннабет, ну что прикажешь делать с этими чертятами? – Устрой им контрастный душ, – девушка устало повалилась в кресло, стоящее напротив дивана цвета морской волны, и выжидающе взглянула на детей. – Вы же не хотите промокнуть, так? – Ха, а я в любом случае сухой останусь! – воскликнула Селена и показала язык Лукасу. Да, она пошла способностями в папу: так же управляет водной стихией и так же попадает в нелепые ситуации каждый день. – Ну ма-а-ам, – протянул мальчик с досадой, – она опять меня дразнит. – Стоп, стоп, стоп! – Аннабет начала энергично размахивать руками, из-за чего светлые кудряшки упали ей на плечи, совсем разрушив и без того слабо державшийся хвост. – Никаких ссор! Если вы будете себя плохо вести, я уйду заниматься своими делами, и вечер историй закончится. – Мы уже молчим. – Отлично, – девушка села удобнее, подобрав под себя ноги, и задумчиво посмотрела в окно. Аннабет всегда становилась чуточку угрюмее, когда наступала ее очередь делиться историями из прошлого. – Я расскажу вам про время, которое я проводила в одиночестве, скитаясь по Сан-Франциско и убегая от родителей и совести. – Ох, это самые интересные деньки, – с азартом пояснил Перси своим детям. – О них даже я ничего не знаю. – Дело было 12-того июля... – В твой День рождения? – Да, Селена, в мой День рождения, – девушка раздраженно вздохнула, поняв, что сегодня ей будет сложно закончить свой рассказ. – Не перебивай, пожалуйста. Девочка виновато опустила взгляд и прижалась к отцу. Они были похожи как две капли воды, не считая серых глаз Селены, в точности как у ее мамы. Перси посадил дочку к себе на колени и сказал: – Продолжай, мы все во внимании. – Дело было 12-того июля, – начала свою историю Аннабет заново. – В тот день мне исполнилось шесть, но соображалка моя работала на все десять. В детском саду я была самой умной, постоянно выигрывала конкурсы, везде занимала первые места. Дети завидовали, взрослые обожали, я гордилась собой – и так каждый день. Но стремление быть во всем лучшей до добра не доводит, жаль, я тогда этого не понимала. – На то ты и Воображала, – ехидно подметил Перси, улыбнувшись сыну и взлохматив его темные волосы. – Ну сколько можно! – Все. Я заткнулся. – Спасибо, – девушка слишком устала, на работе ее загружали по полной (проектировать здания – дело непростое), поэтому сил на споры не оставалось, – Я всегда возвращалась домой одна, мне не с кем было дружить, даже собственные родители отвернулись от крошки Анни. Так меня называл папа, а я, в свою очередь, ненавидела это прозвище, – пояснила Аннабет, недовольно поморщившись. Уж в детстве то девушка крошкой не была, ростом она перегоняла всех мальчишек в округе. – Чувствовав себя брошенным, бездомным щенком, я бродила по улицам родного города в поисках приключений. Вы не поверите, но они каждый раз находили меня сами.