Тор-3: Путь во тьме

Собираясь посетить Одина, Эрика не могла оторвать взгляда от своего отражения — в большом овальном зеркале с ажурной рамой она видела будущую царицу Асгарда. Теперь Эрика, как никогда, была уверена в этом. Девушка нанесла на запястья и шею масляные духи с соблазнительным ароматом, провела расческой по копне золотистых волос и, подмигнув своему отражению, направилась в покои Всеотца. Внутри все вибрировало от переполнявшего ее ликования. Один сидел на кровати и читал. Он был явно не в настроении. Исподлобья взглянув на вошедшую девушку, снова углубился в чтение. — Доброй ночи, любимый, — Эрика обняла его за шею и чмокнула в морщинистую щеку. — Ты не в духе? — Нет поводов для радости... Маги слабы, гибнут один за другим, воины не подготовлены, защита еще долго не будет восстановлена... Читаури не выходят из головы, ни о чем другом думать не могу. — Как? Совсем-совсем ни о чем? — Эрика взяла Всеотца за подбородок и поцеловала в губы.  Один обхватил девушку за талию, усадил к себе на колени. Его лицо смягчилось, глаза заблестели. Лже-Один и начал страстно целовать Эрику в губы, его руки гладили ее шею, скользя вниз к груди. Он ловко справился с застежками платья, стал ласкать обнаженные плечи и грудь любимой.  «Сейчас ему сказать, или потом?» — пронеслось в голове у Эрики. Она волновалась, как бы старика удар не хватил от счастья. Юная красавица сняла с Одина рубаху и аккуратно толкнув, повалила его на постель. И вот уже они оба совершенно обнаженные, слились в объятиях, и прелестница, покрывала тело Всеотца поцелуями, сидя на нем верхом. Его руки ласкали упругие девичьи грудки, живот, ягодицы... Эти сухие, сморщенные, шершавые руки, со скрюченными пальцами, от прикосновения которых ее всю передергивало, но Эрика не показывала вида, с деланным наслаждением прикрывая глаза и постанывая. Наконец, будущая царица решилась. Она наклонила голову к уху Одина и прошептала: — Ты скоро снова станешь папой. Я беременна. Тело Одина вдруг резко напряглось, он судорожно вздохнул, зажмурил глаза, из-под ресниц покатились слезы. Эрика, заволновавшись, стала нежно целовать шею и грудь асгардского правителя. «Надо его расслабить! — Решила она. — А то и правда окачурится...» Эрика аккуратно уселась на успевший уже стать большим и твердым член, но Один как-то слишком резко и судорожно вошел в нее, стало больно. Девушка вздрогнула, не сумев сдержаться, но Всеотец лежал с закрытыми глазами и блаженной улыбкой, полной счастья, поэтому ничего не заметил.  «Надеюсь, с ним все нормально...» — Эрика сильнее забеспокоилась. Она уже приготовилась к тому, чтобы начать половой акт, как вдруг... Одина окутал зеленовато-золотистый свет, искрящаяся волна пробежала по сморщенному обрюзглому телу, открывая истинный облик любовника Эрики: молодой, божественно-привлекательный мужчина, изящный и подтянутый, с бледной шелковистой кожей, трепетными нежными руками с длинными ловкими пальцами, черными кудрявыми волосами, разметавшимися по подушке. Еще не придя в себя от шока, девушка взглянула в прекрасное точеное лицо... Все внутри похолодело и оборвалось, сердце ушло в пятки. «О нет, только не это... Неужели... это... не-ет!!! Этого не может быть... Один... не Один вовсе? А...» — мысли носились с бешеной скоростью, сталкиваясь и мешая друг другу. Эрике с неимоверным трудом удавалось сохранять внешнее хладнокровие, она, как ни в чем не бывало, продолжала делать поступательные движения бедрами и целовать теперь уже с наслаждением гладкую и упругую грудь своего молодого любовника, хотя и была готова зарыдать от отчаяния. «Так, значит, ты Локи, — Эрика смогла, наконец, взять себя в руки и обуздать панику. — Кошмар... Это худшее, что могло случиться... Ладно, сейчас самое главное, не показать тебе, что я заметила. Раз уж начал притворяться, притворяйся дальше. Так лучше... для всех». В это время Локи, судорожно обхватил своими длинными пальцами ягодицы любимой, его тело выгнулось и сжалось, достигнув высшей точки удовольствия. Он кончил, издав громкий выдох-стон. Эрика испугалась, что услышав свой голос, он поймет, что не удержал иллюзию Одина, и впилась поцелуем в его губы. Долгим, страстным, горячим поцелуем. Как же приятно целовать молодого красавца! Оторвавшись, наконец, от его губ, девушка взглянула на любовника. Зеленые глаза были влажными от слез, лицо озарено улыбкой счастья. Локи, казалось, не до конца верил в то, что станет отцом, он хотел что-то сказать, но не мог подобрать слова, а только смотрел на любимую глазами, полными обожания, грудь часто-часто вздымалась, губы подрагивали. Как же он красив! Только кому теперь нужна эта красота...  Локи открыл было рот, но Эрика предусмотрительно приложила палец к его губам и зашептала: — Ничего не говори, любимый. Скажешь все завтра. А сейчас отдыхай, спи. Ты устал. У тебя был очень трудный день. Я счастлива, что смогла порадовать тебя. Спи... — она поцеловала его в лоб и легла рядом, нежно обнимая. Локи, закрыв глаза, уткнулся ей в волосы, которые сразу стали влажными от слез. Иллюзия медленно возвращалась, окутывая молодое красивое тело золотисто-зеленым туманом, пробежала искрящаяся волна, и вот уже старый обрюзглый Один, шмыгая носом, положил дрожащую скрюченную руку Эрике на живот, осторожно поглаживая. Он еще долго так лежал, прижимаясь к любимой, пока не забылся спокойным сном. Но Эрика спать не могла. Ей казалось, что теперь она больше никогда вообще не сможет спать. В одночасье все встало на свои места, одновременно готовясь обрушиться в пропасть. Теперь стало понятно, почему Один постоянно делал ошибки, поступал не так, как раньше, не узнавал друзей и приближенных, каждую свободную минуту посвящал чтению архивных записей, уже много лет неактуальных. Эрика посмотрела на спящего «царя». «Я жду ребенка от Локи...» — мысль ужасала. Несмотря на то, что Один пытался подготовить Совет к тому, что именно его младший сын взойдет на трон, большинство были против этого, даже готовили заговор. И причина крылась не только в происхождении. Локи был жесток и непредсказуем, он не ценил жизнь и мир. Практически все в Асгарде вздохнули с облегчением, узнав о его гибели. И вдруг оказывается, что он жив... Эрика прекрасно понимала, что рано или поздно Локи выдаст себя, и тогда она тоже пострадает. Что уж говорить о ребенке... «Ётунский выродок, сын ледяного монстра, чудовище». И это далеко не все, что скажут о нем, прежде чем перережут горло. Эрика содрогнулась, представив это. «Нет, — подумала она, — нет, нет, нет! Я не допущу, чтобы обман Локи раскрылся. Надо выйти из положения с максимальной пользой. Но одна я не справлюсь, нужно искать того, кто мне поможет». Эрика вспоминала всех, кого знала, кто может быть полезен и судорожно обдумывала план действий. Главное, успокоиться. Страх — самый худший союзник.