Знахарка

Мучения пациента свежеиспеченной знахарки действительно только начинались. Закончив чистку ран, девушка снова заскочила в дом, вернувшись с небольшим деревянным коробком в руках, ещё одной склянкой, пустой жестяной тарелкой и наполненным чем-то алым стаканом в руке. Флора протянула стакан своему гостю и присела рядом, принимаясь наполнять чем-то пустую посуду. Первый же глоток дал Анагану понять, что хозяйка предложила выпить достаточно крепкое вино. С одной стороны, колдун удивился такой щедрости, но с другой стороны колдун чувствовал подвох. Через несколько мгновений его худшие опасения подтвердились: целительница выкладывала в одну из тарелок искривленную иголку, несколько длинных нитей и небольшой ножик. — Ты что задумала? — недовольно спросил он, преодолевая застилавший разум туман. — Я лишь хочу обработать твои раны, чтобы они не нагноились и быстрее зажили. Невинный тон, милая улыбка и хирургические инструменты заставляли Анагана чувствовать себя героем какого-нибудь идиотского фильма ужасов. Следовало бы сейчас подняться и бежать со всех ног подальше, но тело отказывалось подчиняться, а предательский туман застилал разум всё сильнее. Целительница тем временем взяла в руки пинцет с ножиком и снова принялась внимательно разглядывать раны, шепча под нос что-то невнятное. — Сколько примерно времени ты по лесу израненный бегаешь? — Примерно сутки. Флора недобро хмыкнула и прищурилась, словно раздумывала, как ей лучше поступить. Неужели в хирурга поиграть решила? Анаган пытался прогнать мрачные мысли, надеялся, что всё держит под контролем… Но с каждым мновением осознавал, что обманывает себя. — Миленький, ты сейчас ещё немного потерпи, пожалуйста, — мягко произнесла целительница, всем телом недобро навалившись на пациента. Худшие опасения колдуна подтвердились: фея действительно решила перевоплотиться в хирурга. — Юная ты садистка, — буркнул он. Несмотря на все опасения, было не так уж и больно, а девушка обращалась с инструментами достаточно ловко. — Не выключайся, — приговаривала она. — Пожалуйста, не выключайся. Если хочешь — говори со мной хоть о чём-нибудь. — Я и не выключаюсь, — успокоил Анаган. — Может, я вида крови боюсь и не хочу смотреть. — Врёшь. — А может, и не вру — откуда тебе знать? На разбитую голень девушка всего лишь наложила повязку, но вот на предплечье снова предстояло перенести хирургическую обработку. — Почему ты не зашиваешь? — поинтересовался колдун. — Нельзя — во-первых, они для этого слишком старые, а во-вторых, это просто не рекомендуется в моих условиях. Поверх ран девушка приложила очередное жгучее до боли зелье, но фиксировавшая их повязка не причиняла пострадавшему никаких неудобств. — Ну вот и всё, — материнским тоном произнесла Флора, завязывая свободные концы бинта бантиком, — Ну, а теперь идем в дом, тебе надо поесть. — Спасибо, я не голоден. Конечно же, Анаган лгал: он зверски проголодался и жутко устал, душу бы продал за тарелку похлёбки и несколько часов сна… Но доверять фее, из-за которой он пережил не самое приятное время в своей жизни, было страшно. — Ты сутки по лесу бегал, тебе надо поесть и выспаться! — Я не говорил, что бегал здесь без привалов и перерывов на обед. Слушай, вообще зачем ты это всё делаешь — лечишь меня, теперь накормить и приютить собралась? — Ты ранен, а я не могу бросать кого-либо в таком состоянии. Анаган недовольно выдохнул. — А где же твоя заботливость была, когда мой друг действительно нуждался в помощи? Я понимаю, ты можешь считать, что он притворялся — как и все мы, но уж поверь, это было не так. — Не заставляй меня вспоминать о тех событиях. — А мне, думаешь, о них приятно вспоминать? В день, когда и произошли эти события, оба они потеряли своих друзей, у обоих внутри зашевелилось что-то неприятное, и оба понимали, что если срочно не перевести тему разговора, то нового конфликта не избежать. — Мне правда сейчас больно осознавать, что я даже не пыталась помочь твоему другу, как целитель. — Не обижайся, малышка — но вы, феи, иногда бываете редкостными дурами. — Я знаю. Лучше скажи мне, что это за планета, где я вообще нахожусь — и что с тобой случилось? Где твои друзья? Вопросы вогнали Анагана в небольшой ступор, но даже одурманенный разум был способен сделать нехитрый вывод: каким-то образом фея пропустила мимо себя достаточно большой промежуток времени, и очутилась здесь в одиночестве абсолютно случайно, лишенная, скорее всего, своих магических сил. — Сначала лучше расскажи мне свою историю того, как ты очутилась здесь. Флора явно не хотела откровенничать с колдуном на больную тему, и потому лишь неловко молчала. — Можешь не рассказывать, позволь угадать: кто-то каким-то образом лишил тебя твоих сил, иначе ты бы не стала играть в хирурга и попробовала бы вылечить меня при помощи магии, и каким-то образом тебя забросило из годов твоего собственного, так скажем, настоящего, в настоящее моё. Черт, я что-то намудрил… — Нет-нет, я всё поняла. Но с чего ты взял, что меня лишили моих сил? Может, я побоялась, что мои исцеляющие заклинания на тебя просто не подействуют? — Твои боевые заклятия на меня вполне влияли — значит, действовали бы и остальные. Девушка вздохнула: её пациент и бывший враг всё понял, и как теперь будут развиваться события, она даже не представляет. — Тебе надо отдыхать, — велела она. — Идем, я расстелю тебе кровать, и ты отоспишься. — Не уходи от ответа, фея! — Пожалуйста, не называй меня так — у меня имя есть. Если забыл или не знал, меня зовут Флора. Красивое имя, и вполне подходящее для повелительницы растительности, хоть, возможно, теперь и бывшей. Что же, теперь Анаган будет называть эту девушку по имени: это куда лучше, чем «фея» или «эй, ты!» — Хорошо. Постараюсь запомнить. Так ты уходишь от ответа — я правильно угадал твою историю? — Да, я действительно лишилась своих сил. Я не знаю, как именно это произошло — мы сражались с одним… темным магом, он применил на мне какое-то заклинание, я думала, что должна буду погибнуть — но нет, я очутилась здесь, в этом лесу, лишенная крыльев, а вместе с ними меня покинула и магия. Кажется, воспоминания сделали ей больно: она сжалась в комочек и закрыла лицо руками, а из её груди вырывались всхлипы. — Ну-ну, Флора, — Анаган положил руку ей на плечо. — Ты жива, и должна радоваться хотя бы этому. — Это разве жизнь? — гневно возразила девушка. — Сколько я себя помню, я владела магией, я могла общаться с растениями и они отвечали мне. Одним усилием воли я исцеляла и более сложные раны, чем у тебя! Возможно, когда я бы выучилась до конца, то смогла бы возвращать людям потерянные руки и ноги, а может даже и возвращать к жизни тех, чье сердце остановилось не более пяти минут назад, но сейчас всё это для меня закрыто! Жизнь без магии для меня — как… как жизнь инвалида! Ты можешь мне обещать, что мои крылья отрастут снова, и все мои способности вернутся ко мне? Мужчина задумался — Охотники на фей лишали крыльев Земных Волшебниц, но спустя многие годы они всё же отрасли вновь; феи Магикса же были какими-то другими, он слышал, что лишенные этой части своего облика, они по сути становились смертными женщинами, и впредь если и могли пользоваться магией, то ли найдя и постоянно таская при себе своеобразные батарейки. — Я не знаю, — ответил Анаган. — Но, если это успокоит тебя, я фактически на том же положении. — О чем ты? — Теперь я смертен — пусть магии я и лишился не полностью, но чем больше я буду её применять, тем скорее состарюсь и умру. — Но что произошло? Почему? — Теперь, Флора, моя очередь объясниться. Я остался один на этом свете — мои друзья погибли, и Черного Круга больше нет. Что стало с Думаном, ты и без меня знаешь. Затем погиб Гантлос — мы возвращались после одного задания нашего… работодателя, называть его «господином» у меня язык не поворачивается. Тогда нам предстояло уйти от охраны одной крепости, из которой мы утащили один свиток, стражники были почти у нас за спиной, как он просто велел нам убегать самим, без него и вступил в неравный бой с ними. Огрон мог бы избежать этого, но его глупость и его упрямство тогда взяли верх. Едва мы оказались в безопасности, я не сдержался и врезал ему. Мы бы точно подрались, не явись в тот момент наш работодатель. — Тогда вы служили Неруману? — невинно спросила девушка. Винкс слышали об этом типе — когда-то одном из магов Светлого Камня, но затем подвергшегося действию какого-то проклятия, превратившего его в ужасное подобие человека, с тех пор он был одержим идеей вернуть себе свой прежний облик. Однако по сути он ничем не отличался от других сумасшедших магов, и желал лишь побольше сил и власти. — Нет, с ним мы на тот момент поругались и разошлись, а чуть позже его, вроде, твои подружки благополучно шлёпнули. То другой был, я и не помню уже, как его звали. — А что случилось с Огроном? — Погиб буквально несколько дней назад. Каким-то образом нас выследил отряд фей-воинов, мы пытались вступить с ними в бой, но их было слишком много, нам пришлось убегать, феи шли нам вслед, и в итоге нагнали нас, нам пришлось вступить с ними в бой. Кое-как нам удалось отбиться, Рон был тяжело ранен, и умер у меня на руках. И, знаешь — у меня в душе чувства были какие-то двоякие… С одной стороны, я почему-то посчитал, что он заслужил смерть, но с другой — мы столько пережили вместе, привязались друг к другу, желать убить кого-либо, с кем ты очень тесно с кем-то общаешься на протяжении длительного времени — это нормально, поверь мне. Черт, так непривычно осознавать, что моих друзей больше нет в живых — они были дороги мне. Надеюсь, что все эти сказки, что придумали люди про Вальхаллу, хоть на какую-то часть окажутся правдой — поскольку они оба её заслужили. На глазах Флоры снова наворачивались слёзы. Неужели история гибели её врагов настолько тронула её? Колдун верил в это с трудом. — А ты не пытался забрать то кольцо себе? — дрожащим голосом поинтересовалась девушка. — Конечно, пытался — думал, что в моих руках теперь будет вся его сила, но нет — как только я взял его в руки, оно раскалилось до такой степени, что я выронил его из рук, прямо на тело Огрона — и оба затем испарились, только небольшой обожженный след на траве остался. — А сколько лет прошло с тех пор, как вас освободили с Омеги? — Лет десять — не больше. Десять лет — эта цифра вертелась в голове Флоры, она не хотела принимать её, не могла понять, как её забросило ещё и во времени? Наверное, все уже давно похоронили её, уже не будут искать, а родные, наверное, уже с ума от горя сошли! — Так, а что это всё же за планета? Земля? — Да. Если быть точным — Россия, Архангельская область. Тебя, наверное, интересует, что с твоими подругами случилось? Если честно, я всего точно не знаю — лишь слышал, что некоторые из них стали королевами в своих мирах. — Так они похоронили меня? И даже не пытались искать? — А вот этого, Флора, я не знаю. По идее, должны были хотя бы попытаться. Но я уверен, что они скучают по тебе. Лесная целительница вздохнула — теперь она так же осталась одна, в далекой глуши неизвестной ей страны, лишенная возможности вернуться в привычную для себя среду. Девушка искренне надеялась, что и её подруги, и её любимый человек нашли своё счастье, в последнюю очередь ей хотелось, чтобы кто-нибудь из них страдал. Любимому она ещё раз мысленно сказала «прощай», в душе надеясь, что он нашел себе хорошую девушку, вместе с которой они подарят друг другу простое человеческое счастье.