Черный дракон.

Подперев рукой голову, я вертел в руках перьевую ручку, нанося легкие штрихи чернил на пергамент. Иногда я почти губами шептал фразы на эрегисе, поправляя черные линии на бумаге. Перед доской ходил учитель Спирит, рассказывая нам историю, как он сам выразился, великой страны. Распинался он о войнах между семьями Турима и Гарсии уже третий день, хотя еще вчера мы должны был перейти к истории возникновения Удриха. От безделья я пробовал рисовать, изредка поглядывая на доску для виду. Черное перо вертелось в воздухе, плавно виляя мягкими черными ворсинками на кончике. На краю парты лежал Хаято, нежась в рыжих лучиках заходящего солнца, которое начало садиться слишком рано. На полу рядом со стулом свернулся черный дракон, изредка пыхтя и пуская колечки дыма из носа. Пламя он извергать пока не мог, зато от дыма уже не кашлял и пыхтел, как паровоз. Задумавшись, я так и продолжал рисовать, чисто на автомате произнося заклинание, пока мне в руку не ткнулся сверток пергамента. Словно очнувшись ото сна, я по-тихому развернул бумажку и прочитал корявую, точно наспех написанную записку. - «Чего это ты вдруг капитана решил нарисовать?»- я сначала не понял суть написанного, но когда я перевел взгляд на пергамент, тут же смутился. С белого отрывка бумаги на меня смотрела Каена. Причем смотрела тем самым взглядом, когда пожелала мне спокойной ночи и растворилась в темноте. Замысловатые локоны волос обрамляли угловатое лицо, губы были чуть приоткрыты – так маняще, но дотянуться было нельзя. Обернувшись, уловил на себе взгляды хихикающих Ким и Жаклин. Заметив, что я на них смотрю, они тут же спрятались за учебниками, так и продолжив трястись от беззвучного смеха. - Шинигами-младший!- прогремело в классе. Вот уж прозвище так прозвище. Я поднялся со своего места, ожидая какого-нибудь вычурного вопроса от учителя. Тот смерил меня пронзительным, с прищуром, взглядом, а затем скрести руки на груди. - События при короле Маттируаре Пятом,- прозвучал приговор, на который мне пришлось напрячь мозг. - Разгром ассирутского флота, две победы при набеге савадов и введение перемирия с семьей Турима. Отмена работорговли в королевстве Равиом,- ответил я, тем самым приняв вызв учителя. Тот нахмурился. - Хорошо, - наконец ответил он.- В следующий раз, будьте так добры, не заставляйте меня отвлекаться. Сев на место, я вновь глянул на портрет девушки и, вновь покраснев, спрятал его в пенал. В локоть вновь ударился клочок бумаги. Еще тише, чем в предыдущий раз, развернув пергамент, я прочел только одну фразу. - «Влюбился?» Эта записка вогнала меня в ступор, замешательство и дикое смущение одновременно. Причем неизвестно, какое чувство занимало больше места. Вспыхнув, я крутанулся вокруг своей оси, уставившись на девушек вопрошающим и негодующим взглядом одновременно. Те прыснули, а я только развел руками, но тут же развернулся, не желая привлекать внимания учителя. Просидеть спокойно я смог не менее половины минуты. Обхватив руками голову, я зарылся пальцами в волосы, массируя, казалось, разбухшую черепную коробку. Свои чувства я понять, все же не смог. Я не знал, что за ощущение возникает внутри, когда смотрю на нее, но хочется все смотреть и смотреть, распознавать каждое движение ее бровей и губ. Но в тоже время хотелось иногда убежать и не видеть никого, в том числе и ее. Что бы она не видела, как я зависаю на ней, следя вслед за ее удаляющейся походкой. Мои мысли перебил звон колокола. - Все свободны,- только и раздалось от Спирита. Все дружной толпой вымелись из кабинета, с шумом заполнив широкий светлый коридор. Своих драконов школьники отнесли в зоопункт, чтобы те немного покрепились. Меня потянули за рукав. - И все же объясни,- хихикнула Ким. Я закатил глаза. - Что я должен тебе объяснять? Ну, захотел и нарисовал! Что у вас, женщин, за любовь такая, вечно думать о романтике? Абсолютно вас не понимаю. - Ну, ты так покраснел,- замялась Жаклин, неловко, в отличие от подруги, переминаясь с ноги на ногу. Я закрыл лицо рукой, изображая великомученика. Господь, зачем Ты так жестоко обошелся с женщинами? - О, у нас же сейчас магия,- напомнила розоволосая.- Надо еще в столовую забежать и взять чего ни будь. Жаки, Кид, вам что ни будь взять? - Мне можешь соку прихватить,- задумалась Дюпре. Я лишь мотнул головой, отказываясь, и девчонка тут же испарилась в толпе. Неспешно мы прогуливались по коридору, пока я не наткнулся взглядом на доску объявлений, которая не раз притягивала мое внимание. Остановившись напротив, я начал читать карточки, ровными рядами висевшие на стене. Появилось несколько заданий, гласящие о необходимости зачистки нескольких территорий от Повстанцев. И откуда их столько берется? Рядом висели старые задания с просьбами о помощи в городе. Например, чистки конюшен, отстройка старых домов и прочая работа, в пределах города. - Ты же знаешь, что на те задания тебя не отпустят,- поинтересовалась Жаклин, проследив за моим взглядом. Я лишь кивнул. - Знаю, просто мне интересно,- я развернулся и продолжил медленно шествовать по коридору в сторону аудитории.- Но все же так чешутся руки пустить кровь этим гнусным помойным крысам. - Я тебя понимаю,- ответила девушка, шагая следом.- Но для этого у нас еще, как говорится, нос не дорос. Раздался звон колоколов. Поспешив в аудиторию, мы застали уже там запыхавшуюся Кимиал. Отдав пакетик сока подруге, она уселась за одно из рабочих мест, взглядом указав друзьям на другие. Жесткие деревянные столы были застелены белой скатертью, точно мы тут сейчас будем фокусы показывать. У каждого на столе стоял набор из металлических стержней, керамических плашек, стеклянных палочек и деревянных брусков. В аудиторию вошла учитель Мари, тут же попросив всех оставаться на местах. - Сегодня у нас очень важный практический урок, поэтому настоятельно прошу, не баловаться с эрегисом и слушать меня очень внимательно. Последствия ошибки могут быть очень серьезными! Итак сегодня мы научимся превращать предметы,- она взяла со своего стола стеклянную палочку и тихо что-то прошептала.- В живые существа. Когда она подкинула палочку в воздух, та со звоном рассыпалась в воздухе тысячей бабочек, которые, шелестя прозрачными крыльями, взлетели в воздух. Школьники разразились в восторженных возгласах. - Для начала вы должны составить точную формулировку заклинания,- предупредила женщина, подходя к крайним столам.- Главное не торопиться и четко представить себе существо. Если у кого-то не получается, позовите меня, и мы вместе обговорим ошибки. Можете приступать. Ребята забормотали, переговариваясь друг с другом и советуясь. Задумавшись на пару секунд, я положил перед собой керамическую плашку, перевернув ее донышком вверх. Сосредоточившись на образе, я составил цепочку из слов и начал колдовать. Плашка задрожала и слегка сжалась в размерах, еле слышно потрескивая. Через секунду она замерла, а затем снова зашевелилась, края приподнялись от поверхности стола. Из-под каемки вытянулись короткие белые лапки, тонкий хвостик и клинообразная маленькая голова на короткой шее. Щелкнув керамической пастью, по столу медленно поползла белая черепашка, гремя своими твердыми конечностями по панцирю. На шум из-под уютного закутка за пазухой высунулся соня Хаято. Поморгав зелеными глазами-бусинами, он посмотрел на черепашку, соскочил на стол и уселся на нее сверху, оставив хвост волочиться по столу. Усмехнувшись, я положил перед собой стекло. В паре столов от меня раздался сначала громкий смех, а затем треск ткани. Обернувшись, я тут же пригнулся, потому что прямо надо мной в воздухе проплыл скат из скатерти, взмахнув огромными белоснежными крыльями и устремившись к потолку. - Ребята, я же сказала, что бы вы вели себя крайне осторожно,- учитель недовольно всплеснула руками и одной фразой заставила ската обмякнуть и мягко упасть на землю бесформенной грудой. – Еще одна подобная выходка и вы снова сядете за учебники. Дверь класса приоткрылась, и учителя позвали в коридор. Наказав всем прекратить колдовать, она вышла, оставив нас одних. Но, похоже, что ребята, превратившие простынь в воздухоплавающего ската, униматься не собирались. - Интересно, а если попробовать на человеческом теле, конечность будет двигаться сама по себе или по приказу мозга,- вслух размышлял один из парней – рыжий и низенький. Затем он обратился к очкастому парню, сидевшему рядом с ним.- Ты ведь вроде кролик? - Даже не думай,- ответил ему друг, скучающе сложив руки на стол и положив на них голову. Первый рассмеялся и произнес заклинание. Тут же левое ухо его друга вытянулось, точно у кролика, а сам парнишка завопил. - Идиот, ты что наделал?- вскричал он, схватившись за кроличье ухо. Все в классе восторженно заголосили. А вот парню было явно не до смеха. Махнув рукой, он отправил в одноклассника точно такое же заклинание. Тот успел присесть прежде, чем заклинание наткнулось на его лицо, и тут же начал баталию со своим другом. Юноши скакали по классу, метая заклинания. Решив покончить с опасной игрой, я встал, осторожно приближаясь так, чтобы оба меня видели. Но те, похоже, были заняты лишь своей дуэлью. Очкастый забавно тряс своим кроличьим ухом, но больше ударов не получил, как и его оппонент. - Ну-ка прекратили!- рявкнул я, махнув рукой. Юноша, который даровал однокласснику длинное ухо, не успел отреагировать и, с силой замахнувшись рукой, наотмашь ударил ей по воздуху. В этот раз не повезло мне, причем очень крупно. Да что там не повезло, это даже везением назвать язык не повернется. Такое чувство, что Бог послал мне такое наказание – быть везде, где есть приключения. Я свалился на колени, когда через весь позвоночник точно прошел электрический ток. Раздался хруст, а затем еще один и еще. Точно меня привязали за все четыре конечности и теперь растягивали до хруста в суставах. Перед глазами потемнело, когда боль раздалась во всем теле, охватывая даже самые кончики пальцев. Чуть ли не заорав, я повалился набок. В спине хрустнули разом все позвонки, и я выгнулся, точно в конвульсиях. Что происходило вокруг, я не видел, да и не старался. Было больно. Так больно, что приходилось стискивать зубы, но даже те болели, точно их все разом начали вытягивать из челюсти. Хруст костей отдавался в черепной коробке, выделяя в общей боли головную. Режущую и долбящую в череп, точно тяжелый молот. Тут же появился страшный зуд. Зудели кожа и мышцы, причем тоже все сразу. Хрипя и надрывно крича, я метался по полу, не в состоянии ни согнуться, ни выпрямиться. Возник панический страх – а что, если эта боль не прекратиться и я буду корчиться в агонии всегда, пока от болевого шока не наступит смерть. Но, к счастью, я ошибся. Так же внезапно, как и появилась, боль исчезла, оставив после себя лишь легкую ломоту. Тяжело дыша и не двигаясь, я медленно приходил в себя. Но что это за странное ощущение в позвоночнике? Точно я стал тяжелее аж на пару десятков килограмм! Во рту было адски сухо, откашлявшись, я уловил, что дыхание стало не таким, как раньше, словно воздух идет дольше, чем обычно. Открыв глаза, я пришел в еще больший шок – солнечный свет больно резанул по сетчатке, заставив зажмуриться и нагнуть голову. Появилось ощущение, что я щекой очистил полосу пола длиной в полметра. Ощущения от лица, да и вообще от всего тела были непередаваемы. Особенно я испугался, когда уловил, что могу двигать даже самыми нижними позвонками своего тела, точно позвоночник у меня намного длиннее обычного. В области лопаток присутствовало схожее ощущение. Уши словно стали в несколько раз чувствительнее. Шепот был настолько громким, точно все одноклассники начали разом шептаться у меня над ухом. Постаравшись, я снова разлепил слезящиеся глаза и вновь, уже осторожнее поднял голову. Тут же появилось сильное головокружение, когда она взметнулась ввысь чуть ли не на весь мой рост. И насколько же я большой?! Зрение, точно у орла, выхватывало мелкие движения, не замеченные мною ранее. От резкого моего рывка все попятились, раздался шорох и топот обуви по полу. Звуки были настолько громкими, что захотело закрыть уши руками и снова свернуться калачиком на земле. Уловив неприятное мельтешение на уровне носа, я скосил глаза и остолбенел. Резко крутанув головой, я чуть не стукнулся носом обо что-то твердое и черное, покрытое блестящей короткой шерстью. Еще больше меня шокировало то, что это твердое черное являлось частью моего тела. Попытавшись подняться на ноги, я потерпел фиаско и с грохотом снес задней еще одной конечностью деревянный стол. Ударившись грудью о пол, я понял, что ходить могу только на четырех ногах. Причем именно на ногах. Опустив взгляд на руки, я обнаружил две черные когтистые лапы. Расширив глаза от ужаса, я сел, вывернув шею и уставившись на себя. До меня, наконец, дошла вся суть того, кем я стал. Дракон. Меня превратили в огромного дракона! В шоке, я так и застыл, уставившись на Ким и Жаклин, смотревших на меня такими же напуганными глазами. Развернув голову почти на сто восемьдесят градусов, я посмотрел на дверь, где в пороге стояла учитель Мари, почти падающая в обморок. - Б…боже,- только и произнесла она, заикаясь.- Кто это сделал? Пребывая в прострации, я развернул голову обратно и нашел взглядом парня, который начал всю эту кашу. - Ладно, черт с ним,- учитель прошла в класс, остановившись подле меня и задрав голову вверх, что бы рассмотреть меня полностью.- Я даже догадываюсь, кого превратили. Кид, это ты? Я хотел было уже ответить, но вместо моего обычного голоса раздался страшный гудящий звук, от которого я сам вздрогнул. В горле запершило, и я подавился дымом, который густой пеленой потек вниз. - Нага, немедленно вызывай лекарей!- вскричала женщина, поворачиваясь ко входу. Там стояла уже знакомая мне медсестра и в таком же немом шоке смотрела на меня. Вздрогнув, она лишь кивнула и скрылась за дверью. Я даже слышал, как громко ударялись каблуки ее обуви о плитку пола. Просто удивительно! Собравшись, я хорошенько уперся руками в пол и начал осторожно подниматься на задние лапы. И пока это мне удавалось. Осталось только привыкнуть к дополнительному грузу длинного хвоста, который болтался ока независимо от тела, и крыльям, покрывавшим большую площадь пола. - Кид, подожди,- подбежала было учитель, но я, только громко выдохнув, выпустив еще больше дыма и, наконец, твердо замер на всех четырех ногах. Мари остановилась и учтиво отошла в сторонку. Странно, но вполне удобно. Если присмотреться, то теперь люди доходят мне чуть выше локтя, а это значит, что мой рост, как говориться, в холке… почти три метра! Помотав головой из стороны в сторону, я обернулся, сосредоточился и попытался оторвать хвост от земли. И тут же появилось нереально крутое ощущение, когда оба крыла вдруг оторвались от земли и плотно сжались, стоило мне только напрячь мускулы на еще двух конечностях. Развернувшись обратно, я посмотрел под лапы, стараясь не раздавить еще больше столов, и попятился назад, стараясь выйти на открытый участок, де не было обломков столов и стульев. Краем уха я уловил тихий знакомый писк. Скосив глаза, я увидел у самой земли маленького белколиса, теперь казавшегося мушкой. Сначала осторожно подогнув задние ноги, я низко наклонился, стараясь не сильно торопиться. Хаято запрыгнул на мою длинную острую морду, доскакав до самой надбровной дуги и там уселся, стрекоча. Ко мне подошли девочки. Ким коснулась рукой моей руки, пригладив черную шерсть. Такое странное ощущение, точно пальцами по запястью провели. - Ну, каково это?- попыталась пошутить Диль. Я только фыркнул, скосив на нее глаз. Она смотрела, казалось, прямо в зрачок, не отрывая взгляда.- Ух ты! - И что же теперь делать?- разочарованно спросила Жаклин, посмотрев на учителя. Я отвернулся от розоволосой, поступив по примеру брюнетки. Мьельнир растерянно развела руками. Развернувшись к одноклассникам, она нашла зачинщиков ситуации и начала отчитывать их. Ух, как она ругалась, даже немного совестно становилось. Подмяв под себя лапы, я улегся на бок, как мне казалось удобнее всего. Остальные ребята разбрелись вдоль всего моего тела, развернувшегося от начала класса до самого окна. Под всеми этими взглядами мне стало неуютно, а кончик хвоста сам по себе задергался, громко шлепая по полу. Я и так не очень любил столь пристальное внимание, но и поняв, что на мне еще и нет одежды, вовсе засмущался и захотел свернуть хвост вокруг ног, но вовремя понял, что тогда я зашибу им одноклассников. Приходилось терпеть. Дверь класса отворилась, и в аудиторию почти влетел Штейн, тут же напоровшись на меня. Серые глаза блеснули так маниакально, точно он своим взглядом мог препарировать меня на месте и полностью изучить, вплоть до мозга костей. - Все вон,- только и сказал он, и в помещении остался только он, я Мари и зачинщик инцидента.- Ну что же, Ваше высочество, не я ожидал застать Вас в таком виде. Я попытался нахмуриться, но вспомнив, что это не так заметно, попытался издать самое понятное «угу». Хотя получилось все равно не очень. - Кто колдовал?- задал первый вопрос врач. Мари подтолкнула вперед парня.- Ага. Какое заклинание использовал? - Я… я не помню,- рыжий мял пальцами рукав рубахи. - Ну, логично, что от шока у тебя все из головы вылетело,- бесстрастно ответил Штейн, потерев глаза пальцами. Он обошел меня кругом, осмотрев полностью, а затем тяжко вздохнул, этим вздохом не предвещая ничего хорошего.- Увы, здесь я бессилен. От этого заявления у меня сердце упало вниз. Как же так? Я что, останусь таким навсегда? Весь на расстроенных чувствах, я вздохнул, выпустив струю дыма из носа и отвернулся к окну. - Ну, ну,- вдруг отозвался лекарь, привлекая мое внимание легким хлопком по руке.- Уверен, за пару-то недель мы найдем мастера по перевоплощению, и он сможет снять действие магии. Такой вывод еще больше вогнал меня в депрессию. Пару недель? Ну, хотя могло быть намного хуже, и я так бы и остался огромным ящером. Сжавшись, я положил голову на пол и в расстройстве издал тихий гудок. - Собственно, меня удивляет другое – почему ты стал таким большим?- Штейн так и продолжал пилить меня взглядом.- Пропорционально своему росту и телосложению ты был бы выше моего колена, но ты разросся до трех метров. Почти как двухгодовалый дракон. Это просто поразительно! Меня немного рассердило, что лекарь так запросто рассматривает меня, точно подопытного. Я ведь не виноват, что меня обратили в крылатого ящера. Вместо слов недовольства из горла вырвался гортанный клекот. Внезапно дверь растворилась, громко хлопнувшись о стену. Я поднял голову и увидел в пороге отца, обеспокоенно смотревшего на меня. От такого его взгляда мне стало немного тревожно, сердце быстро забилось в груди. Папа широкими шагами миновал класс и остановился передо мной. Расстроенный тем, что отец видит меня в таком виде, не похожим на его собственного сына, я склонил голову. Тот вдруг положил руки на мой нос и крепко сжал. Не знаю, почему, но ощущение показалось приятным. Глаза ни с того ни с сего заслезились, точно от едкого дыма. Я бы обнял отца в ответ, но, боюсь, что раздавил бы его своими огромными лапищами. Тут он опустил меня и резко повернулся к горе-колдуну. За такую провинность ему светило бы заточение в камере на пару лет, а то бы и понес суровое наказание, но отец не сделал ни того, ни другого. Вместо этого он лишь махнул рукой на подростка и приказал ему убраться с глаз. Тот покорно удалился под надзором Мари, и в классе остались только я, Штейн и отец. - Сколько?- немного непонятно спросил отец, повернувшись к лекарю. Тот поправил круглые очки на носу. - От недели до шести. И это еще, если не возникнет сложностей с обратным перевоплощением. Ну, а пока Его высочеству следует привыкать к новому телу, но не заводить привычек, присущих драконам – от них очень тяжело избавляться. Вы же не хотите, что бы Ваш сын вылизывал себя языком? - К счастью нет,- горько усмехнулся папа, похлопав меня по плечу.- Думаю тебе стоит сейчас выйти на улицу, а то здесь не слишком просторно. Я хотел было встать на все четыре ноги, но тут у меня в голове возник вопрос. А как я выйду из класса? Дверь явно была маловата для меня, даже лапа не пролезла бы в дверной проем. Отец подошел к окну, сделав пару пасов рукой, и стекло с легким треском, точно тонкая корка льда на реке, разделилось на широкие пластины. Со скрипом они разъехались в стороны, открывая круглое большое пространство. Выглянув из окна, я удостоверился, что три метра, это не такое уж большое расстояние до земли, благо аудитория была на первом этаже, и осторожно пролез в дыру, стараясь не задеть стекло какой либо конечностью. Зимний воздух показался не таким уж холодным, учитывая то, что я был покрыт только слоем короткого густого меха. Во дворе никого не было, поэтому лишних глаз можно было не опасаться. Следом за мной каким-то магическим образом приземлился отец. Может он использовал магию, а может просто залез на меня, только я этого не заметил. С грохотом я приземлился на все четыре лапы, для устойчивости еще и прихлопнув хвостом по заснеженной земле. Проход за мной тут же вновь покрылся стеклянными пластинами, которые со скрипом соединились вновь, не оставив и следа от обращения. За окном стоял Штейн и так же продолжал смотреть на нас, а затем, заложив руки за спину, удалился. - Итак,- отец хлопнул в ладоши, что очень мне не понравилось. Опять что-то задумал.- Я не очень смыслю в полетах драконов, но думаю, что все дело в ощущении. Расправь крылышки. Я с недоверием скосил глаза на крылья, а затем так же посмотрел на папу. Тот только распростер руки, кивнув головой. Я поднатужился и осторожно, без рывков, попробовал раскинуть третью пару конечностей. Точно еще одна пара рук, даже фаланги обтянутых перепонками пальцев ощущались так же, как на моих настоящих руках. Необычно, но привыкнуть можно, тем более, что этот жест мне дался без особых затрат. - Отлично,- похвалил меня отец, быстрым шагом обходя вокруг и осматривая площадку на наличие большего пространства.- Теперь помаши ими. Попробуй оторваться от земли! Заработав крыльями, я сначала оторвал было руки от земли, но когда крылья взметнулись вверх, перепонки прогнулись от встречного потока воздуха, и меня пригвоздило к земле. Осмотревшись, я для себя отметил, что если буду описывать крыльями восьмерку, а не просто махать ими как вверх вниз, то тогда я смогу загребать ими воздух и отталкиваться от земли. Удовлетворенный полученным опытом, я еще раз махнул крыльями, только теперь сделал мощный гребок. Руки рывком оторвались от земли, что оказалось слишком быстро, и я чуть не опрокинулся на спину, вовремя задействовав длинный сильный хвост как опору. Махнув конечностями чуть мягче, я выровнялся и осторожно оттолкнулся ногами от земли, зависнув в воздухе. По площадке гулял ураган, поднимая буран снега. Отец прикрывал рукой лицо и одобряюще махал рукой, призывая подняться еще выше. Я махнул крыльями сильнее и рванул почти к третьему этажу. Там меня подхватил поток ветра. Перестав махать, я почти завис, держа ребро крыла чуть задранным вверх и изредка подгребая под себя воздух, стараясь не снижаться. Тело пришлось вытянуть против ветра, и теперь потоки воздуха дули в лицо. Такое удивительное чувство. Точно этот свежий холодный ветер обдувал не только тело, но и гулял в голове. Поразительная охватила меня, но в тоже время приходилось соблюдать бдительность, чтобы не рухнуть камнем на площадку. Внизу отец походил на муравья. Он махал рукой, что бы я спускался, но у меня началась паника. Казалось, что это легко, но потом выяснилось, что садиться я абсолютно не умел. Ребро правого крыла нырнуло вниз, пропустив встречный поток воздуха, и я чуть не совершил петлю в воздухе, снова взмахнув крыльями и перебирая руками и ногами в воздухе, не находя опоры. Хвост со свистом рассек воздух и мена занесло назад. Я резко начал терять высоту. Краем глаза я увидел, как отец быстро побежал в сторону, а затем со всего размаху шлепнулся на спину, создав много шума и подняв в воздух столб снега. Даже если ты дракон, падать все равно будет болезненно – это я точно усвоил. Перевернувшись на бок, я неуклюже перевернулся на живот и поднялся, поджав под себя ногу. Два пальца на задней лапе ныли, точно я пнул тумбу. Рядом показался папа. - Вот с посадкой надо будет потренироваться,- вслух отметил он. Я ошеломленно воззрился на него.- А ты думал, что все так просто? Нет, друг мой, тебя нужно поднатаскать. Мне захотелось притворится мертвым, только бы меня не заставляли еще раз приземляться. Усевшись на задние лапы, я в недовольстве хлестнул хвостом, и отвернулся от Джейкоба, заворчав. - Ну ладно, не сейчас, но может чуть позже, но летать тебе придется, Кид,- отец легко ударил меня кулаком в бедро. Я так же горделиво продолжал смотреть в противную ему сторону, сложив крылья.- Сынок, негоже так просто отказываться от того, что дает тебе судьба. Полет – это же просто мечта любого человека с самого рождения. Ты представь, как я тебе сейчас завидую. Ты ведь можешь подняться выше любых гор, только взмахнув крыльями. Это же дар, а ты не хочешь его принимать! Я нахмурился. С одной стороны отец прав, но я ведь не просил обращать меня в ящера. Чувствую себя каким-то несовершенным, чуть ли не уродом. Если на тебя смотрят, как на чудо, как на диковинку, тыкая пальцем и испепеляя взглядом, то невольно становится неприятно. А как отреагирую ребята? Я знаю, что они не отрекутся от меня, но невольно становится страшно, что я буду выделяться из их уютной компании, точно клоун на поминках. Снова повернувшись к отцу, я посмотрел на него, тяжело выдохнув. Мне вообще не верилось, что есть еще что-то хуже, чем это. Приняв свою участь, я выпустил струю дыма из носа, проследив, как она испаряется в морозном воздухе. - Пойдем, я знаю, где ты сможешь перекантоваться,- Джейкоб хлопнул меня по локтю.- Думаю, ты будешь против, если я прокачусь на тебе? Поняв намек, я согнул руки, почти улегшись на живот, как это делала Драхма, подсаживая на спину меня. Отец вскочил мне на горб, де шея переходила в спину. Чувствую себя лошадью. - Поехали,- рассмеялся он, ухватившись за короткую гриву, идущую вдоль всей моей шеи. Мне кажется или ему там слишком комфортно? Пару раз я тряхнулся всем телом, почти сбросив его со спины, пока он не осознал, что так лучше не шутить. Теперь мой путь лежал к белому королевскому замку, а точнее к его восточному крылу. Огромный лестничный пролет я не рискнул преодолеть по воздуху, однако вскоре пожалел об этом. Хоть теперь у меня руки и ноги были устроены так, что я ходил, опираясь на кончики пальцев, острые ступеньки все равно достаточно болезненно ощущались при ходьбе. Миновав весь пролет, я вразвалку двинулся к замку. Хвост то и дело приходилось поднимать, чтобы он не волочился по земле. С крыльями, к счастью, подобного не происходило – третья пара конечностей была плотно прижата к бокам. До замка дошли относительно без происшествий, за исключением того случая, когда я чуть не снес ограждение хвостом. Мысленно обругав свое огромное неуклюжее тело, я начал больше смотреть по сторонам, смотря под ноги и обходя хрупкие предметы стороной. Большие ворота здания сами по себе отворились, впуская нас в некое подобие ангара. Внутри было тепло и достаточно уютно, у противоположно стены располагалось некое подобие гигантской кошачьей корзинки. Искусно плетеные из ясеня, бортики возвышались до самой моей груди. Стены помещения были завешаны темно красными гобеленами с золотой вышивкой. Пол выложен шершавыми темными плитами, по которым было даже приятно ходить. В самом центре комнаты располагался широкий круглый очаг, метров трех в диаметре. Над очагом выходила такая же большая круглая вытяжка, предназначенная для выхода дыма из комнаты. Скорее всего, это были покои для дракона. Осматривая помещение, я не заметил, как отец соскользнул с моей шеи. - Нравится?- спросил он, привлекая мое внимание. Я повернулся к нему и, хотел было, ответить, но лишь пробасил что-то не членораздельное. Как же тяжело не уметь говорить. Пришлось дополнить этот гул резким, почти птичьим, кивком.- Пока тебе придется пожить здесь. Не хочешь, что бы я позвал друзей? Я задумался, даже та тонкая струйка дыма, которая постоянно струилась из носа, угасла, испарившись в воздухе. Вроде и хотелось увидеть друзей, но не знал, как они отреагируют на мое нынешнее обличие. Особенно Каена. Как она воспримет мое превращение? Вновь фыркнув, я резко кивнул. Папа удалился из этой огромной комнаты, оставив меня обживаться. Ворота с глухим рокотом захлопнулись, и в комнате воцарилась тишина. Я развернулся и медленно прошелся вдоль всей комнаты. На лбу начал скрестись Хаято, до этого прятавшийся в густой короткой гриве. С писком он слетел по моей шее к лапе, а с нее на пол и помчался вперед. Я хотел было остановить его, но побоялся сделать и шаг вперед, опасаясь нечаянно раздавить маленького друга. Тот обернулся и замер, а затем вновь поскакал вперед, запрыгивая маленький игровой домик, предназначенный, видимо, для новорожденного дракона. Ну, тогда пусть играется там, главное под ноги смотреть, когда пойду куда-либо. Сам я пошел к гигантской корзинке. Опершись руками о бортик, я вытянул шею, заглядывая за плетеную стенку. Внутри вся корзинка оказалась застелена огромной мягкой подушкой, теплого винного цвета. Ткнув в нее рукой, я проследил, как мягкая перина вновь вернулась в исходное положение, точно ком мягкого теста. Забравшись внутрь, я потоптался на месте, подминая ложе, и улегся на бок, свесив с краю хвост и свернув крылья. Мягкая ткань так приятно терлась о нос, что я начал тереться об обивку. В горле рокотом отозвалось громкое урчание, которое я даже не думал прервать, катаясь по лежбищу. На краю плетеного бортика показалась маленькая мордочка Хаято, дергающая кисточками на ушах. В немом удивлении он смотрел на меня, а затем тоже соскочил на кровать, стрекоча и беснуясь. Через некоторое время я очень резко устал и завалился на бок, зарывшись носом в разворошенную подушку. В воздухе витал легкий сладкий аромат дерева, дымка и еще чего-то такого острого, точно какая-то специя. Потянув носом, я судорожно вдохнул и издал громоподобный чих, от которого белколис подскочил и заверещал. Уткнувшись носом в сложенные руки, я потерся лицом о меховые «варежки» и закрыл глаза. От витавшего в комнате тепла сильно захотелось спать. Широко зевнув, я, по неосторожности, клацнул длинными клыками и согнулся пополам. Я даже не отреагировал на скрип ворот, приняв их, как абсолютно неприметное явление. - Кид,- оклик отца заставил меня открыть глаза. Поднявшись, я подтянул к себе хвост, чтобы не запнуться об него и осторожно опустил лапы с лежака, точно кот соскользнув на пол. Передо мной стояли все семеро друзей, не считая отца. Девушки в шоке прижимали рот рукой, парни просто стояли с открытыми ртами. Впереди всех стояла Каена, смотря на меня снизу вверх. Усевшись перед ними на задние лапы, я, сам того не подозревая, прижал длинные уши к голове и ожидал их дальнейшей реакции. То, что мой новый облик их шокировал, понял бы даже ребенок. Так все семеро стояли и не двигались, пока обстановку не разрядил Блэк Стар одним из самых глупых своих комментариев. - А каково это на всех четырех ногах ходить? Оторвав руки от земли, я обхватил ими голову, откинувшись назад. Хотя такую глупость мог сморозить только Стар, вечно остающийся ребенком. - Наверное, это не то, о чем Кид жаждет рассказать, балда!- прикрикнула на него Мака, влепив ему подзатыльник. Тот потер голубую макушку и обиженно посмотрел на подругу.- Как же так приключилось-то? - Очень просто,- ответил за меня отец.- На уроке один неуч решил подшутить над своим другом, а в итоге досталось Киду. Пока отец объяснял ситуацию, я услышал тихое жалобное скуление. Под ногами у Каены вертелся Вельзевул, как-то боязливо поглядывая на меня. Он чувствовал во мне что-то знакомое, но подойти боялся, сторонясь меня. От такого его поведения у меня болезненно сжалось сердце. Вытянув шею, я положил голову в ногах Вреинг и тихо выдохнул, обдав дракончика ветерком. Тот сжался, втянув голову в плечи, а затем осторожно пополз вперед, вытягивая свою короткую шейку ко мне навстречу. Я почти почувствовал, как к моему носу прикоснулся маленький мокрый носик Вельзи, как он лапками уперся в мою переносицу и загудел, вылизывая мою щеку. Узнал. Порыкивая и взвизгивая, он начал скакать через мои лапы, стараясь доскочить до подбородка низко опущенной головы и куснуть меня. Шлепнув хвостом, я несильно придавил его к земле, но так, что тот не смог выбраться. Маленький повелитель мух заворчал, не больно царапая кончик хвоста и теребя черную кисточку на его конце. - Я надеюсь на вашу помощь в поисках нужного лекаря,- донеслась до меня последняя фраза отца, и я обернулся, выпуская дракончика из плена. Тот обернулся к шатенке.- Каена. Оба начали о чем-то тихо переговариваться, не учитывая тот факт, что я стал слышать намного лучше. Первым делом я уловил слово «летать» и тут же возмутился. Все же он непременно хочет поднять меня в воздух или же так сильно жаждет, что бы я расшибся в лепешку? Колдунья дослушала его и кивнула. - Ну,- он потер ладони.- Мне пора идти, еще целая кипа документов не разобрана, а уже вечер. Надеюсь на вашу помощь, друзья мои. Отец попрощался с нами, подбадривающее кивнув мне и удалился из драконьих покоев. Страдальчески вздохнув, я упал на живот, распластавшись по полу. - Кид, не сокрушайся,- мне на руку заскочила Пати, рукой проведя по плечу.- Мы обязательно что-нибудь придумаем. - Вот именно,- подключились Цубаки и Мака, а следом подошла Лиз.- Подумаешь, всего-то пару недель, велика беда! Я лишь скосил глаза на парней. Соул подбоченился, а Блэк Стар почти хохотал. Ну да, в малине лежу, а Эвансу и завидно. Вздохнув, я заставил всех закашляться густой струей серого дыма. - Эй, дымокур, придержи-ка пары,- кашляла Каена, стоящая прямо перед моим лицом. Я смешливо загудел, иначе это было назвать нельзя и вытянул задние лапы, распластавшись перед друзьями, точно кот.- Вот ведь важная птица! Пока не пнешь – не полетит. Все прыснули со смеху, пока я рассматривал когти на собственной лапе. Проведя языком по верхней губе, я почувствовал, будто провожу по коже куском теплого мяса. Высунув язык еще сильнее, я скосил глаза, рассматривая кроваво-красный язык. Вся поверхность была гладкая и блестящая от слюны, не было заметно даже малейшей неровности. Ребята засмеялись пуще прежнего, схватившись за животы. Насупившись, я с влажным звуком втянул язык обратно и потянулся, выпустив когти и скребнув ими по полу. На облицованном камнем полу остались неглубокие борозды, в стороны с потрескиванием разлеталась мелкая каменная крошка. Подкатил приступ зевоты, который я не смог сдержать, вновь щелкнув зубами. - Думаю, надо уже закругляться,- сказала Вреинг под неодобрительные возгласы друзей.- У Кида был тяжелый день, ему нужно отдохнуть. Завтра обсудим план для поисков. Неохотно, но ребята согласились, направляясь к выходу. Проводив их взглядом, я сел, свернув хвост кольцом. Вельзевул и Хаято уже игрались в том самом домике, который еще сначала нашел белколис. Колдунья же не пошла вместе со всеми, стоя на том же месте. Она смотрела на дверь каким-то пустым взглядом, точно погрузилась в глубокие раздумья. Протянув руку, я осторожно, коснулся ее пальцем, стараясь не сильно пихнуть. Опомнившись, она повернулась, посмотрев на меня снизу вверх, и ободряюще улыбнулась. - Эх, не сладко тебе приходится,- я лишь промолчал, так как говорить было бесполезно. Девушка тоже это поняла, и положила руки на мою лапу, тихо читая какое-то заклинание. В голове точно что-то зашевелилось, заскребло и стихло. - Попробуй подумать что-нибудь,- спросила она, на что я хотел было спросить, о чем же мне думать, но тут же понял, что колдунья слышит мои мысли как речь.- Сойдет. - «Так непривычно»,- подумал я, переминаясь с лапы на лапу. Синеглазая оглядела меня. - Ты о теле?- спросила она.- Ничего, через пару дней ты обвыкнешься в нем, пока мы не найдем специалиста. - «Почему ты не пошла с ребятами?»,- задал я напрямую вопрос, не сводя глаз с девушки. Та ответила таким же пристальным взглядом в упор. - Одному слишком грустно,- только и раздалось в ответ.- Да и у меня на душе скребутся кошки, когда понимаю, что ты лежишь тут один и пускаешь дым,- хохотнула она, указывая на тонкую непрерывную струйку дыма, которую я поспешил сдуть. Зевнув еще раз, я встал, вразвалку направившись к своей теперешней кровати. Неуклюже забравшись на воздушную перину, я свернулся кольцом, прижав руки к груди. Из-за бортика раздался недовольный голос. - А мне прикажешь на полу спать?- не вставая, я перекинул через край кровати хвост и на ощупь нашел девушку, обхватив ее за талию гибким концом. Однако достаточно удобно иметь такую длинную и подвижную конечность. Утопая в перине почти по колено, Вреинг подобралась ко мне, устроившись в углублении между руками и шеей. Я смотрел на нее, точно на маленького цыпленка, жавшегося ко мне, что бы согреться. Такой милый цыпленок, на которого даже дышать лишний раз боишься. Поджав руки, я создал для нее некое подобие колыбели, в которой она свернулась калачиком и начала своими тонкими пальцами перебирать мех черный жесткий мех на моей лапе, пока не наткнулась на огромный гладкий коготь, скрытый между подушечками пальцев. Таким когтем можно было легко вспороть толстый слой брони, раздирая мясо и ломая кости. Что уж говорить о девушке, которая с интересом рассматривала его. - «Я ужасен»,- подумал я, прикрыв глаза и склонив голову. Девушка же наоборот голову задрала, что бы посмотреть удивленным взглядом. - Почему ты так решил?- спросила она и начала мять нежную кожу подушечек. Приятное, теплое, чуть щекотное ощущение появилось на кончиках пальцев. Разомлев, я почти начал мурлыкать, точно кот. В груди уже раздавалось еле ощутимое урчание. - «Я могу убить тебя в любое мгновение и даже не заметить этого»,- отвечал я, понуро опустив голову еще ниже, почти касаясь носом красной смятой ткани.- «Я опасен». - Нет, Кид,- мягко перебила меня колдунья, положив ладонь на мою щеку. Я скосил глаза на нее, столкнувшись с пронзающим синим взглядом.- Для меня ты прекрасен. Я удивленно вскинул брови. Как может быть столько грозное и опасное существо одновременно прекрасным? Повернувшись к ней, я скосил глаза, что бы полностью поймать девушку в поле зрения. - Если ты не возражаешь, я спать,- она улеглась на бок, положив голову на мою руку. Осторожно, что бы ненароком не дернуть рукой, я тоже улегся, свернув хвост вокруг тела . Но лежать было не слишком удобно – крылья все время перетягивали тело своим весом на спину, поэтому я вытянул левое крыло вперед, создавая из перепончатой конечности черный шатер. Теперь лежать стало значительно удобнее, и свет настенных ламп не мешал. Закрыв глаза, я неосознанно поджал другую руку, накрыв тело девушки. Кончиками пальцев я чувствовал, как вздымается ее грудь при дыхании, как еле заметно и быстро бьется сердце. Только сейчас я понял, как слабо и немощно человеческое тело. Лишь легко надавив рукой, я мог переломать ее ребра. Точно так же оно подвластно болезням, которые могут за несколько дней мучительно убить нас, заставляя страдать. Я отвлекся от мыслей, когда колдунья легко погладила меня по пальцам, видимо, задремав. Согнув шею, я носом уткнулся ей в бок, вдохнул вдохнул запах можжевельника, который обычно исходил от Каены. Только сейчас я понял, какой это чудесный запах - такой мягкий, нежный. Закрыв глаза, я тихо выдохнул, поддавшись легкой дреме.