Аристократ и служанка

      Шум от разговоров господ, музыка - все как всегда. Зачем посещать такие обычные и серые для аристократов вечера? Ответ один - так принято. Ичиго с гордо поднятой головой зашел в большой зал, вслед за ним, так же с гордо поднятой головой, зашла Рукия. Ичиго прошел к большому столу с закусками. - Рукия, как ты? - Тут так… - Девушка глубоко вдохнула, - я, кажется, забыла, как дышать. Ичиго улыбнулся уголками губ. Действительно, для обычного человека это ослепительно красиво. Красивый из дуба, отделанные дубом стены, а под потолком, освещая комнату, висела огромная люстра с большим количеством свечей, к тому же слабый свет с улицы немного, но освещал комнату. - Рукия, - немного грубо произнес граф, - я понимаю, тебе непривычно это, но веди себя невозмутимо. - Да, мой лорд. - Граф Куросаки Ичиго, - к юноше подошел высокий мужчина. Его каштановые волосы были зачесаны назад, а карие глаза были немного прищурены. Он держал в руке чашку с чаем. - Я приятно удивлен, увидев Вас здесь. Вы нашли себе дворецкого? - Вечер добрый, граф Айдзен. Да, вот она, - Ичиго отошел в сторону, - это Рукия, она мой дворецкий. Рукия поклонилась. - Вечер добрый, господин Айдзен. - Какая милая девушка. И что, хороша? - Главное, что не плоха. - Точно, - отпил чаю, - прошу меня простить, но мне пора. Следует всех поприветствовать. - Рад был встрече, сэр Айдзен. - Когда мужчина ушел, Ичиго окинул взглядом Рукию. - Ты что творишь? - Извините. Что я сделала неправильно? - Не кланяйся так низко. Достаточно немножко наклониться, просто в знак уважение. Я не желаю, чтобы кто-нибудь раскусил нас. Ясно, Рукия? - Извините меня, сэр, я честное слово не знала об этом. - Девушка потупила взор и стала гладить свои плечи. - Ничего страшного, - Ичиго приобнял Рукию, - просто не делай так больше, ты же хорошая девушка? - Да, мой лорд. - Рукия поклонилась почти в пояс, - Вы - единственный человек, перед кем я буду так кланяться, мой лорд. Бал был в самом разгаре. Играла легкая классическая музыка, и гости оживленно болтали. К графу подошел высокий мужчина. У него был строгий костюм, явно из дорогого материала, его черные волосы были собраны в хвост, а на груди весела брошка с гербом его рода. Серые глаза были слегка прикрыты, будто мужчина был чем-то очень недоволен. - Сэр Кучики. Рад вас видеть, - Ичиго протянул лорду ладонь, и граф ее пожал. - Добрый вечер. Я вижу, Вы наконец-то одумались и решили не тащить на себе все обязанности главы дома, - Кучики посмотрел на Рукию с некой, как ей показалось, злостью. - О нет. Она работает у меня дворецким. - И хорошо ли она исполняет свои обязанности? - Да, вполне. - Это прекрасно. И какой же талант у такой маленький девушки? - Талант? Ты о чем? - Бьякуя легонько усмехнулся. - Вы не знали? Это не просто сборище графов с их дворецкими. Тут каждый показывает, насколько уникален его дворецкий. Неужели такой уважаемый человека, как Вы, наняли обычного дворецкого? - Нет. Можете быть уверены, Рукия удивит Вас своими умениями. - Я надеюсь. Я бы на вашем месте отправил ее готовиться, ведь скоро они покажут все свои таланты. - Неожиданно Кучики и мужчина удалились от графа прочь. - Мой лорд... - подала голос Рукия. - Не волнуйся, мы уходим. - Ичиго гордо поднял голову, - и о чем я только думал, когда попросил тебя об этом? Идиот... Рукия вся сжалась. Ей было ужасно стыдно за то, что она ничего не умеет, кроме как быть прислугой. Девушка резко повернулась назад и направилась к балкону. Граф заметил отсутствие Рукии только тогда, когда подошел к карете. - Рукия... Рукия! - Ичиго пошел обратно очень быстрым шагом.       Граф осматривался, пытаясь найти девушку, но какой там. В бальной зале, полной гостей, искать миниатюрную девушку все равно, что искать иголку в стоге сена. В середину зала ввезли пирамидку из стаканов. Вез ее высокий парень. Он был по истине уникален. Черные как ночь волосы подчеркивали ярко-зеленые глаза и спокойное, словно из мрамора, лицо. - Дамы и господа, позвольте предложить вам наше лучшее вино, - юноша поклонился и достал бутылку. Забравшись повыше, он стал разливать вино, которое подобно водопаду пробиралось к остальным бокалам. Неожиданно раздались хлопки. - Дамы и господа! - воскликнул Айдзен, - мы начинаем смотр талантов ваших дворецких! Первым пожелал выступить дворецкий графа Куросаки! Предлагаю вам, господа, пройти на балконы. Началась небольшая суета. Люди поспешили на балконы, чтобы посмотреть представление. Балконы выходили в чудесный сад. В воздухе витал запах экзотических цветов. Ичиго вышел на свободный балкон и сел, решив, что он по-любому опозорится, так почему бы не посмотреть хотя бы представление? На большую площадку перед балконами вышел юноша. Это был дворецкий Айдзена - Улькиорра. - Дамы и господа - произнес он теплым и нежным голосом, - прошу приветствовать Абарая Ренджи и его домашних кошек! - Улькиорра удалился, оставив площадку пустовать в темноте. Вместо юноши вышел высокий и статный мужчина. Яркие красно-рыжие волосы были собраны в длинный хвост. На его лице и теле были татуировки, только из-за строгого костюма нельзя было разглядеть их все. - Леди и джентльмены. Я хочу показать вам своих любимых маленьких кошечек, но прежде... Я хочу выразить свою благодарность Вам, Сэр Айдзен Соуске. Спасибо, что разрешили мне открыть Ваш вечер. - Мужчина улыбнулся и, не ответив на столь лестные слова, щелкнул пальцами. Улькиорра тут же пошел к своему графу. Ренжи достал из своего пиджака револьвер: "Да начнется праздник!", - мужчина выстрелил в пол, и вспыхнул порох, извилистыми дорожками вырисовывая на полу узор. В считанные секунды на площадке ярко горел рисунок - стая волков с вожаком на скале. Это был герб всей знати страны.       Увидев такое зрелище со стороны, Рукия ужаснулась. Ее план по тому, как не опозорить графа был хорош, но она понимала, что так выступить она точно не сможет, хотя представления еще не начались, и это было только приветствие. Взвесив снова все за и против, она поняла несколько вещей. Первое: если она не выступит, то ее граф будет опозорен, и второе: то, что она хочет сделать, может плохо отразиться на девушке, но выбора не было. Глубоко вздохнув, Рукия решила, что она обязана попробовать.       Мужчина достал большой обод: - Приготовьтесь лицезреть моих кошек! - Абарай подбросил обод в воздух, и через него с громким рыком прыгнул лев. С обеих сторон вышли тигры. - Дамы и господа! Мои дикие кошки! Рензи поднял руку высоко, и все животные сели на задние лапы.       Одни за одним дворецкие показывали свои таланты. Кто-то исполнял танец с огнем, кто-то показывал, как он прекрасно умеет жонглировать, кто-то глотал огонь, а кто-то показывал, как прекрасно он умеет готовить или танцевать. Подходил конец вечера, и Ичиго уже значительно нервничал, ведь походила очередь Рукии, если она, конечно, не сбежала. На площадку вышел Улькиорра. - А теперь дворецкий семьи Куросаки, Рукия. Прошу вас, господа, поприветствовать эту девушку. Она исполнит песню "Слеза". - Мужчина ушел обратно к своему лорду. На середину площадки вышла Рукия. На балконах началось оживление. Было слышно громкий голос одной леди: "Песня, какой вздор! Любой способен спеть.", "Да, ты права, как это глупо, даже смеяться хочется". Заиграла легкая мелодия, и гул стих, но не совсем. Рукия начала петь:       "Лунный свет прольёт страданье, пробудит печаль в сердце, с болью хранящем секрет. В ледяной ночи две тени скрепят договор. Безысходность подарит ответ...". Ичиго был удивлен. Рукия была совсем не похожа на служанку в тот момент. Свет полной луны падал на миниатюрную девушку так, что черные волосы переливались темно-синим оттенком, глаза блестели, а голос звучал мелодично и невероятно приятно. Было видно, как все аристократы замерли и внимательно смотрели на девушку, которая была больше похожа на нимфу самого прекрасного и волшебного озера, а девушка продолжала петь: "Лакримоза... Мир в слезах. В этом море я тону. Рушится вновь вера в любовь, Но хочется мир снова обнять! Прячь мечту в холодный лёд. Без оглядки на луну. Но всё меняй в тот миг, когда Слёзы других коснутся тихо сердца...". - Да это же очень не красивая и глупая песня, - высказалась все та же невоспитанная дама. Увидев такое, Айзен что-то прошептал своему слуге, и тот, кивнув, подошел к даме. - Мэм, - произнес он, - мой граф приказал мне Вам передать, что: "Если Вы скажете хоть слово, то тогда вам будет запрещено посещать его вечера". Женщига тут же замолчала и продолжила слушать Рукию. "Рассекает тьму карета, как призрак в ночи. И меня так влечёт за собой. Спрятан, но горит Опасный манящий огонь - Западня, что зовётся мечтой..." Вскоре песня закончилась. Рукия ждала хоть какой-то реакции, хотя у ее графа была такая же реакция. Айзен начал громко аплодировать, выводя этим из ступора, как графа, так и служанку. Ичиго оглянулся и заметил, что многие дамы вытирали слезы своими кружевными платочками. - Граф Куросаки, я удивлен! У девушки несравненный талант! Я редко видел, чтобы в столь обычную, вроде бы, песню вкладывали столько эмоций! - Я выбрал лучшую среди всех, - ответил Ичиго. Юноша не переставал смотреть на Рукию, и он заметил, что девушка в растерянности, - Рукия! - громко произнес он. - Нам пора домой! Девушка сразу же направилась к своему лорду. - Вы не останетесь до конца вечера? - спросил его Айдзен. - Я и так сбил этим вечером свой режим. Благодарю за вечер, Айдзен. Ичиго встал со своего места и направился к карете. Девушка уже ждала его у кареты и смотрела в пол. Юноша молча залез в карету, за ним забралась в карету и села Рукия. Ичиго скомандовал кучеру: "Поехали!". И карета тронулась.

***

      Всю дорогу Ичиго молчал, а девушка боялась сказать и слова. Ей было очень стыдно за свое своеволие. Деревья быстро проносились мимо кареты. Лошадь иногда фыркала, а погонщик бывало изредка покашливал. Наконец, доехав до поместья, они вышли из кареты и зашли в прихожую. Рукия и Ичиго недолго стояли, и Рукия было направилась к себе, но тогда уже Ичиго нарушил молчание. И голос его был похож на раскатисты грома. - Рукия, живо в мой кабинет. Нам надо срочно и серьезно поговорить. Не дождавшись ответа, Ичиго направился к себе, попутно снимая верхнюю одежду и бросая на пол. Руки было страшно идти за своим лордом, но она послушно пошла.       Девушка зашла в кабинет и смотрела в пол. Жуткое чувство стыда и вины переполняло ее. Сердце бешено колотилось в груди, а кровь в висках стучала, как кувалда или молот, которые используют кузнецы в своем ремесле. - Рукия, присаживайся, - строго произнес Ичиго. Девушка помотала головой и осталась стоять на месте. - Рукия, ты ужасный дворецкий. Во-первых: дворецкий всегда слушает своего хозяина, во-вторых: дворецкий не самовольничает так. - Извините, мой лорд... - перебила его Рукия. - И дворецкий не перебивает своего лорда! - воскликнул он. Девушке стало еще страшнее, - ты не будешь моим дворецким. Рукия вся сжалась от страха. Ичиго подошел к девушке и обнял ее, прижимая к себе. - Но ты прекрасный человек, а это дорогого стоит. Ты не побоялась противостоять мне. Спасибо, что защитила мою честь. - Ичиго внимательно посмотрел на нее. - Сэр, я думала, что Вы очень злы на меня. - Вначале я злился, но не теперь. - До Ичиго дошло, что он обнимает свою служанку, словно она его очень близкий друг, а не прислуга. Он быстро отошел от девушки. - Простите, - пролепетала Рукия. - Ничего... Ты это, не говори никому, что я обнимал тебя... - девушка кивнула, и в воздухе повисла тишина. Ее щеки залил румянец смущения, впрочем, как и парня. Напряжение нарастало, и становилась как-то не по себе. - Рукия, - прервал он тишину, - где ты научилась так петь? - До того, как я попала к той даме, - начала она, - меня воспитывала очень милая женщина. Она жила в белом храме и поклонялась богине Луны. Она научила меня петь. - А эта песня? - Она... она иностранная. Я боялась ее петь. - Почему? - Соде но Сираюки... - Женщина, которая поклонялась луне? - Да. Она сказал, чтобы я никогда не пела эту песню при посторонних людях. - Глупости. Рукия, ты прекрасно поешь. - Благодарю, - Рукия вновь засмущалась, и ее щеки залил румянец. - И еще, Рукия. Я против того, чтобы ты была моим дворецким. Но я буду рад, если ты будешь моим другом. - Я тоже буду очень рада этому. - Хорошо, а теперь иди, поспи. Вечер был очень тяжелым. Нам всем нужен отдых. - Спасибо, мой лорд. - И еще, не проспи до обеда, а то я умру. Или от голода, или от жажды, - юноша тихонько посмеялся. - Хорошо, мой лорд. Приятных снов, - Рукия поклонилась и удалилась в свою комнату. - Да, спокойной ночи, Рукия.       Была уже довольно поздняя ночь, но Ичиго все не мог заснуть. Ворочаясь на кровати, он все не мог забыть, как Рукия пела. Она заставила плакать людей высоких чинов, да он и сам чуть не заплакал. Только сейчас он понял, как на протяжении всей своей небольшой жизни Рукия страдала. Он посмотрел на луну и улыбнулся. "Поклоняться богине-Луне. Что за вздор. Хотя, может именно она и даровала этой молодой девушке неземную красоту и голос" - подумал Ичиго. Он вновь бросил взгляд на луну, что поблескивала в окне и, закрыв глаза, сладко заснул. Рукии тоже было не до сна. Она все не могла насмотреться на ту же самую луну. Девушка улыбалась и напевала песенку. Ей было так приятно на душе, что она так помогла Ичиго. Ей даже уже казалось, что это прекрасный сон, и в этом сне был лишь один страх - проснуться. Девушка вспомнила, вспомнила главное наставление той дамы, Содэ но Сираюки. "Никогда не пой те песни, которые пела тебе мать, а то пострадаешь". Рукия долго не понимала почему, но поняла она лишь тогда, когда выросла. Друг - этой роскоши долго не было у девушки, как и хорошего отношения. Отбросив все мысли в сторону, девушка легла под одеяло и сладко заснула.