Начать всё сначала

- Зря ты шатаешься по ночам, мало ли что может случиться, - с издёвкой пропел здоровенный альфа, прижимающий Луиса к стене своим весом.       Омега вместе с ночным воздухом уловил его запах. Альфа был занят. Луис окинул взглядом тёмный пустой переулок с парой мусорных баков. В конце стоял ещё один человек. "На шухере" - понял омега. Рассчитывать на то, что кто-то сюда завернёт, не приходилось, слишком поздно, да и вряд ли кому-то придёт в голову пошляться по такой узенькой улочке, тем более заканчивающейся тупиком. Первой реакцией Луиса было заорать во всю мощь, но, кинув взгляд на державшего его альфу и ощутив прохладу ножа у гора, он понял, что из этой затеи не выйдет ничего дельного. - Отдай всё, что у тебя есть ценного, и мы мирно уйдём, - заявил альфа. - Попробуешь рыпаться - утром найдут твой закоченевший труп с перерезанной глоткой. - Н-но... у меня ничего нет! - взвизгнул омега. Сердце бешено билось о рёбра, мозг лихорадочно соображал. - Ничего! Ни телефона, ни денег!       Альфа закатил глаза - он не в первый раз слышал подобное - отстранился и со всего маху ударил в солнечное сплетение. В глазах Лу потемнело, поплыли красные круги. Он съехал по стене и плюхнулся на пятую точку. Альфа замахнулся ногой, сильный удар пришёлся сбоку по рёбрам, от него омега со всего маху упал на асфальт и ударился виском. Перед глазами всё плыло. Словно обезумевший, альфа стал пинать Луиса в живот, отчего тот свернулся в клубок, инстинктивно стараясь прикрыться руками, но удары всё сыпались. Дышать было невозможно, во рту чувствовался металлический привкус, омега пытался сделать хоть короткий вдох, но грудь словно сковал железный обруч, и в голове Луиса мелькнула мысль, как бы было бредово помереть от удушья, когда тебя избивают. - Эй, хватит, труп нам ни к чему! - раздался голос из конца переулка, такой далёкий для Луиса, словно с другой планеты.       Удары прекратились, альфа схватил его рюкзак и стал шарить по карманам. Самец присвистнул, когда в одном из потайных отделений нашёл аккуратно перехваченные резинкой деньги. - А у мальца-то здесь тыща с лишним! - радостно оповестил он приятеля.       Выпотрошив все деньги, грабители быстро смотались, по пути пнув Луиса ещё разок. Сколько он пролежал, свернувшись в клубок, омега сам не понял. Казалось, что он в жизни не сможет подняться на ноги. Луис попытался пошевелиться, с его губ сорвался протяжный стон. Болело всё тело, омега кое-как поднялся на четвереньки, и рот наполнился противной густой жидкостью. Луис сплюнул, и кровь растянулась тонкой ниточкой. Голова кружилась, мутило. Вдохнув пару раз поглубже холодный ночной воздух и уняв тошноту, Луис поплёлся к Тони.

***

      Он сам не помнил, как дошёл до нужной квартиры. Утром в памяти всплыли только отрывки прошедшей ночи: как его встретил бледнющий Тони, как он вытирал кровь и прикладывал пакеты со льдом к проступающим синякам, а потом они сидели на диване, точнее, сидел Тони, а Луис лежал, положив голову к нему на колени, а друг перебирал его волосы и шептал какие-то слова утешения.       Всё утро субботы Луис проревел, запершись в ванной. Мало того, что он с трудом передвигался, так ещё эти ублюдки вытащили все деньги, до последнего цента. До того, как Девин обещал исполнить свою угрозу, оставалось два дня. Было хреново, как физически, так и морально. Но винить во всём он мог только себя. Если бы он не связался так опрометчиво с Девином, сейчас сидел бы себе спокойно и готовился к очередной контрольной. Но одна мысль не давала покоя. К Девину осталась лишь одна ненависть. Луис ведь любил его. Должна быть боль, обида, отчаяние из-за потери любимого. Почему этого нет? И не было? Ведь так обычно бывает, когда предаёт любимый человек, разве нет? А любил ли он вообще Девина? Да, конечно! Он ведь его альфа, Луис это сразу понял. Или он ошибся? Можно ли в этом ошибиться? Было ли в альфе вообще что-то хорошее, или одна лишь оболочка? Луис и сам не знал ответов. Знал только, что он презирает этого человека.       Луис был уничтожен. Денег не было даже на проезд в метро. Самостоятельно одеваться, когда ниже шеи тело окрашено в разнообразные оттенки синего, занятие не из простых. - Куда это ты намылился? - поинтересовался Тони, влетая в комнату после того, как Лу слишком громко охнул. - Поеду к отцу, попробую выпросить у него хоть часть суммы. Надеюсь, сегодня он в хорошем расположении духа. Всё пропало, Тони. Я не знаю, что делать! Отец моя последняя надежда.

***

      Луис солгал, что отец - единственный оставшийся вариант. И сейчас, сидя на лавочке у своего бывшего дома, он всерьёз обдумывал последний, от которого бросало в дрожь.       Как и следовало ожидать, отец не впустил его даже в коридор. Просто приоткрыл дверь на цепочке, и, не дав сказать ни единого слова, холодно заявил, что с какой бы просьбой Луис не пришёл, ответ в любом случае "нет". И захлопнул дверь. Омега, конечно, и не ожидал, что отец встретит его с распростёртыми объятьями, поэтому стал барабанить в дверь, на что отец зло крикнул, что если он не уберётся, он вызовет полицию. "Но я же твой сын!" - в отчаянии завопил Луис. "Больше нет. У меня нет сына. Убирайся, и не возвращайся никогда".       Переспать с Альвой (если, конечно, он ещё не передумал) теперь не казалось такой уж бредовой идеей. Об него и так все вытерли ноги, столько неприятностей, как за последние несколько недель, с Лу никогда не случалось. Казалось, что хуже быть не может. Стоит только вытерпеть эту ночь, и проблема с Девином решится. И он не потеряет одно из того хорошего, что ещё осталось. Тем более эта ночь не будет бесконечной. О ней можно будет вспоминать как о плохом сне.

***

- Ты серьёзно решил это сделать? - спросил Тони, глядя в зеркало на друга, как тот приглаживает непослушные светлые прядки. - Зная твоё упрямство, отговорить тебя я не смогу, но ты подумай ещё раз: не станет ли ещё хуже? Луис, прошу тебя, как ты можешь быть уверен, что он не кинет тебя, когда получит то, что хочет?       Но отговаривать Луиса и правда было бесполезно: решение принято. Напоследок вымученно улыбнувшись Тони, он направился в казино.

***

      Хоть сегодня и было воскресенье, а не пятница, как в прошлый раз, когда он играл, Луис не сомневался, что встретит альфу. Однако в глубине души у него теплилась надежда, что какие-то дела помешают Альве прийти к автоматам. Омега всё ещё сомневался в своём решении, и знал, что если сегодня он не встретит его, то в другой день не осмелится прийти.       Казино поражало своим великолепием, как и в прошлый раз. Наряды посетителей стали, кажется, только роскошнее.       Луис проходил от столика к столику, и, когда оставалось обойти пару-тройку, а альфы всё не было видно, сердце Луиса радостно подпрыгнуло... и тут же упало. Альва сидел за покерным столом и с полуулыбкой наблюдал за Луисом. - Простите, господа, но моя игра на сегодня закончена, - произнёс он, поднимаясь навстречу омеге. - Меня ищешь, Луис?       Омега в ответ смог только кивнуть. Сейчас ему стало по-настоящему страшно. Боже, что он собирается сделать? Он не сможет через себя переступить, нет! Луис чувствовал себя настоящей шлюхой. Наверное, то же они чувствуют перед первым клиентом: страх и стыд.       Альфа не стал ничего больше говорить, просто молча потянул омегу за собой. У дверей их ждала чёрная машина, Луис в них не разбирался, но сразу видно, что автомобиль дорогой. Альфа сам сел за руль, странно, Луис думал, что у всех богачей есть личные водители. Альфа словно прочёл его мысли: - Я люблю машины и никогда не пользуюсь услугами водителей. Обожаю скорость. - Альфа кинул внимательный взгляд на Луиса. – Ну, рассказывай, что заставило тебя передумать? Уже не считаешь, что не всё можно купить? - Я не обязан перед тобой отчитываться! – Луис сам от себя не ожидал такой резкости, но слишком его взбесил самоуверенный альфа. - А покупаешь ты не меня, лишь моё тело. Моё сердце и душу ты купить не сможешь! Альфа расхохотался: - Ты идеалист и романтик, Луис! И очень милый, когда злишься. - Казалось, что альфу всё это порядком забавляет, и он старается только больше вывести из себя омегу.

***

      Дом Альвы Крида находился за городом. Это был большой двухэтажный особняк в новоанглийском стиле, с садом и красивой верандой. Просторные комнаты, никакой вычурности, мебель простая, но, сразу видно, дорогая. Здесь не было такой роскоши, режущей глаз, как в казино. Всё изящно и со вкусом. Единственное, что не понравилось Луису, это высокий, метра три, забор, окружающий усадьбу. За таким чувствуешь себя некомфортно, словно в тюрьме. - Давай не будем тянуть, - кое-как выдавил из себя Луис. Они стояли в гостиной возле весело трещавшего камина. Огонь создавал уют и приятное освещение. Альфа улыбнулся, посмотрев на Луиса так, будто он был несмышлёным школьником. - Я не варвар. Сначала ужин. Ты ведь голоден? - Омега неопределённо пожал плечами. - Но нужно немного подождать. Хочешь, покажу пока тебе дом?       Луису было всё равно. Зачем осматривать дом, если сегодня ему светит только спальня? Однако он согласился. Хоть сначала особняк показался ему огромным, на самом деле комнат было не так уж много: на первом этаже огромная гостиная и столовая, из которой вела на кухню дверь из матового стекла. Судя по звукам, там вовсю кипела работа.       Кабинет альфы был декорирован в тёмных тонах. Напротив входа стоял массивный деревянный стол с кучей бумаг и ноутбуком. Возле окна располагался широкий кожаный диван. Воображение Луиса сразу нарисовало картинку, как хозяин вальяжно растянулся на нём с бокалом коньяка и блюдцем с нарезанным колечками лимоном. Одну из стен занимал шкаф под самый потолок, полностью заставленный книгами. (Надо же, любит читать?)       На втором этаже располагались три спальни и две ванные комнаты. Альва заявил, что там нет ничего особенного, поэтому они прошли дальше.       В конце коридора альфа распахнул неприметную дверь. Омега так бы и прошлёпал мимо - дверь сливалась с обоями, словно бы дизайнер специально старался сделать её менее заметной. Зажёгся свет, и Луис очутился в домашней галерее. Абсолютно белые стены, пол и потолок, отсутствие окон и яркий свет поначалу вызывали не очень приятные ощущения. Единственное, что выделялось из этой сплошной белизны - картины на стенах. Луис обратил внимание, что они висят с пропусками, словно для каких-то творений специально оставлено место. - Я собираю свою коллекцию с девятнадцати лет. Это очень непросто, приходится часто ездить по выставкам молодых художников. Но всё чаще на них представлены пустышки. Так редко удаётся встретить истинный шедевр. А вот здесь, - альфа подошёл к свободному месту, и только сейчас Луис заметил небольшую серебряную табличку с подписью. - Скоро будет висеть моё новое приобретение. Я так давно её искал. Пришлось слетать за картиной в Аргентину. Какие приключения я там пережил - отдельная история.       Луис краешком глаза наблюдал за альфой. Когда он говорил о своих картинах, то совершенно преображался. Не было той спеси и маски безразличия, которые Альва носил всегда. Сейчас его глаза блестели. Видно, что это дело ему по душе.       Луис прошёлся вдоль стен. О каждой картине Альва рассказывал, оказывается, он был настоящим знатоком. С воодушевлением объяснял их значение, Луис увидел даже несколько знакомых имён художников, с некоторыми альфа был лично знаком и рассказал много интересного. Он был умелым повествователем, мог к месту вставить шутку, рассказывая о странностях авторов картин, и даже несколько раз изображал их, вызывая на лице омеги улыбку, которую тот незамедлительно прятал. Даже такой не сильно разбирающийся в живописи человек, как Луис, видел, что все картины написаны в стиле кубизм. Альва объяснил, что он является страстным фанатом этого направления в живописи с самого детства, когда впервые увидел работы Пикассо. - А там что? - омега указывал на ещё одну такую неприметную дверку в дальнем углу галереи. - Там моя мастерская. - Альфа улыбнулся, задорно глянув на Луиса. - Но я никому не показываю свои работы. У меня нет и крупицы таланта, я пишу для себя. Это здорово расслабляет. Любопытство разгорелось в душе Луиса, но упрашивать альфу он не стал. - Ужин, наверное, уже подали. Идём.       Стол накрыли на террасе с видом на сад. На улице стемнело, но большая терраса освещалась фонарями, свисающими по периметру с навеса. Идя к столу, Луис думал, что он и ложку не сможет в себя впихнуть. Однако как только перед ним поставили тарелку, и аппетитный запах пробрался в ноздри, омега тут же с аппетитом накинулся на еду. Луис никогда не был гурманом, живя с отцом, он питался весьма скромно, родитель полагал, что ни к чему хорошему избалованность в еде не приведёт. В последние же недели он вовсе перешёл на гамбургеры и противный растворимый кофе. Поэтому, не глядя на альфу, он жадно проглотил предложенное. Когда тарелка была пуста, он встретился взглядом со смеющимися глазами Альвы. Тот, похоже, вовсе не прикоснулся к еде, лишь поковыряв вилкой. Луису стало неудобно. - Очень вкусно, - попытался как-то объяснить свой аппетит омега, безнадёжно краснея. - Хочешь ещё? - Луис отрицательно завертел головой. Не стоит привыкать к такому питанию. - Сейчас принесут десерт.

***

      Ужин давно закончился, а они всё сидели друг напротив друга, болтая о всяких пустяках. Сейчас Луис совсем забыл, для чего он здесь. - Ну? Чем займёмся? - такой вопрос альфы, резко приводящий в себя, словно ушат ледяной воды. - Потанцуешь со мной? - Нет. Я не танцую. - Взгляд Луиса заметно похолодел. И почему этот альфа так действует не него? Почему он так поддаётся его обаянию, забывая, что этот человек на самом деле из себя представляет? Как и тогда, в ресторане, Луиса жестоко вернули с небес на землю, заставляя вспомнить, что он всего лишь приглашённая на ночь шлюха. Сразу пропало всё очарование вечера, заслоняя собой, словно громадная тень, приятные впечатления. - Давай уже не будем тянуть и сделаем то, для чего я здесь.       Показалось ли Луису, или по лицу Альвы скользнула тень сожаления? Он как-то грустно улыбнулся и молча поднялся с места. Луис поплёлся за ним, словно на казнь.

***

- Мне раздеться? - Да, более идиотский вопрос не придумать. Да и вообще ситуация отличается крайней дебильностью. Луис стоит в спальне напротив сидящего в кресле альфы, коленки трясутся мелкой дрожью, сухость во рту не даёт членораздельно говорить, а мозг вообще как-то размягчился и не может придумать хоть сколько-нибудь адекватную фразу. Альфа, наверное, ждёт от него инициативы. Что там делают проститутки в таких случаях? Может, сесть к нему на колени? Нет, ни за что! - Я хочу быть уверен, что ты меня не кинешь, - заявил омега только потому, что молчание и изучающий взгляд его напрягали. Альва хмыкнул: - Не переживай. Я слово держу. Утром скажу код от банковской ячейки с твоими деньгами.       Ещё несколько минут они смотрели друг на друга. Луис не знал, куда себя деть, с каждым мгновеньем затея казалась всё более жалкой. Альфа смотрел на него в упор, бог знает о чём он думал в этот момент, но взгляд серых глаз сковывал и тело, и мысли, заставляя краску заливать лицо омеги. "Боже, когда же я перестану краснеть?!"       Эта игра в гляделки напрягала, Луис не понимал, чего альфа дожидается. Паника накатывала волнами, и когда омега готов был выбежать вон, Альва резко поднялся, оказавшись напротив Лу. Омега инстинктивно сделал шаг назад. - Луис, тебе не надо меня бояться. Я тебя не трону, если ты не захочешь. Мы ещё можем всё отменить, и ты пойдёшь домой.       Омега отрицательно помотал головой. Какой дом? Нет у него дома. Неужели альфа не видит его состояния, не понимает, что он на грани от того, чтобы смотаться как можно дальше от этой комнаты? - Я не буду тебя принуждать, - продолжил он. - Скажи, у тебя был альфа? Снова кивок головой, на этот раз утвердительный. - Один? Видимо, не очень приятный был опыт? - Да...не очень, - прохрипел омега. - Тогда я знаю, что тебе поможет. - Альфа отошёл вглубь комнаты, достал что-то из шкафа, налил из графина, стоящего на прикроватном столике, воду, и протянул омеге. На его ладони лежала белая таблетка. - Что это? - Луис с беспокойством глянул на мужчину. Противозачаточные? Но он выпил двойную дозу прежде, чем идти сюда. - Это поможет тебе расслабиться. Не переживай, она безвредна.       Терять было нечего, в таком состоянии, как сейчас, Луис вряд ли смог бы себя заставить хотя бы ноги раздвинуть... Он положил на язык таблетку и залпом выпил весь стакан прохладной жидкости. - Можно мне в душ? - пискнул он. Глупая попытка оттянуть неизбежное, за которую Лу себя ругал. Альфа кивнул и проводил его до ближайшей ванной.       Прохладный душ всегда помогал омеге немного успокоиться, и сейчас он стоял в свежем халате перед Альвой хотя бы без дрожи в коленях. Или таблетка действует? Альфа сделал шаг навстречу, оказавшись совсем близко. Его ноздри расширились, он дышал быстро и неглубоко. - У тебя необычный запах. Это жасмин. Когда я был маленьким, возле нашего дома были заросли жасмина. Он цветёт всего несколько дней в году, но я всё равно запомнил его запах. - Он осторожно приблизился к коже на шее омеги и глубже втянул воздух. Дыхание приятно обожгло Луиса.       Стоп! Приятно? Минуту назад он ненавидел альфу, который вот-вот поимеет его!       Альва легонько коснулся кончиками пальцев скулы омеги, заставляя того посмотреть себе в лицо. Только сейчас Луис заметил необычный цвет глаз Альвы: они были глубокого серого цвета с мелкими вкраплениями жёлтого, что придавало его взгляду кошачью хитрость. Правда, теперь Луис не заметил в них холодности, как прежде.       Тёплые губы прижались к омежьим, но, на удивление, не было того отвращения, на которое рассчитывал Лу. Одна рука легла на талию, притягивая омегу к сильному телу, а вторая так и держала голову, словно боясь, что он отстранится. Этот лёгкий поцелуй Луису нравился, он стал отвечать, чувствуя щекотание внизу живота. Поцелуй перерастал в более глубокий, но омега продолжал отвечать, чувствуя, как Альва всё теснее прижимается. Сейчас одна рука поглаживала грудь, постепенно спускаясь под махровой тканью халата ниже, а другая зарывалась в волосы. Луису было стыдно признаться, но ему нравились такие ласки, и когда Альва коснулся его вставшего члена, Лу не мог сдержать постыдный стон. Альфа лишь улыбнулся и помог партнёру освободиться от ненужного халата, и тут же замер, глядя немигающим взглядом на торс Луиса. - Кто это сделал? - хрипло прошептал альфа.       Луис опустил взгляд: на его животе красовались ещё не до конца сошедшие синяки. И как он забыл про них, придурок, кретин, идиот?! Теперь не избежать вопросов. Омега упорно молчал, надеясь, что альфа поймёт - он не настроен откровенничать. - Сильно болит? - Нет. Всё нормально. - Было видно, что альфа колеблется, и Луис решил подтолкнуть его и на негнущихся ногах поплёлся к кровати под балдахином.       От одного взгляда на неё страх снова сковал омегу. Так вот где случится всё? Но не успел он как следует испугаться, как оказался в объятиях альфы. Тот уже был полностью обнажён, и с осторожностью, помня о синяках на теле любовника, прижимал омегу к себе, и Луис чувствовал его внушительных размеров член. Ласки становились всё более откровенными. Опрокинув омегу на постель, он покрывал мелкими поцелуями шею, покусывал ключицы, рука поглаживала внутреннюю поверхность бёдер, слегка сжимая кожу. Когда горячие влажные губы накрыли сосок, Луис непроизвольно выгнулся. Чёрт, он ненавидел эту грёбанную таблетку, которая заставила его превратиться в животное. Альфа играл языком с бусинкой его соска, а он лишь теснее прижимался и тихо стонал. Альва спустился ниже и стал покрывать поцелуями худой живот. Лёгкими касаниями губ он вычерчивал контуры вокруг синих отметин, проводил кончиком языка влажные дорожки от пупка в разные стороны. Луис уже просто откинулся на спину, прикрыв глаза, и закусывал нижнюю губу, чтобы не стонать слишком уж громко. Он тихо всхлипывал от приятного тянущего чувства внизу живота и неосознанно подавался бёдрами вперёд. Но когда губы Альвы накрыли головку члена, он распахнул глаза и дёрнулся, чтобы подтянуть ноги к туловищу, случайно угодил коленом по носу любовника. Альфа от неожиданного удара прикрыл переносицу рукой. - П-прости! - прошептал он. "О Боже, я что, сломал ему нос?!" Но, к счастью, нос был цел. Альва отнял руку от лица и тихо рассмеялся. - Всё в порядке. Это не страшно, расслабься. Тебе понравится.       Луис лёг и попытался полностью довериться партнёру. Никто раньше не делал ему ничего подобного, слишком необычные, но приятные ощущения, когда чужие тёплые губы касаются тебя там. Он просто терялся в своих впечатлениях. После первых же движений умелых губ он расслабился. Стыда уже не было, и омега просто наслаждался приятной теплотой и влажностью. Губы альфы скользили вверх-вниз, то сжимаясь, то расслабляясь, его язык то игриво облизывал головку, то обхватывал член, доводя омегу до безумия. Альва был чутким любовником и угадывал малейшее желание партнёра. Луис уже не сдерживал себя, и каждый его выдох сопровождался стоном, спина выгибалась в пояснице, а пальцы судорожно сжимали простынь. Ласки Альвы так не были похожи на грубые попытки Девина возбудить партнёра, Альва думал не только о собственном удовлетворении, он дарил омеге сладкое удовольствие, и сейчас Луис понял выражение "Заниматься любовью".       Луис немного вздрогнул и приподнялся на локтях, когда альфа отстранился, продолжая одной рукой сжимать основание члена, а другой провёл по ложбинке между ягодицами, подводя палец к анальному отверстию. Не разрывая зрительного контакта, он осторожно ввёл палец, внимательно наблюдая за всеми эмоциями, проскальзывающими на лице омеги. Смазки было достаточно, поэтому сильного дискомфорта не было. Пара минут, и в Луисе свободно двигались уже три пальца.       Альфа отстранился, устраиваясь между ног любовника. Наклонился к его лицу и нежно поцеловал, обводя кромку зубов и встречаясь с горячим язычком. - Боже, как же ты пахнешь! Я с ума схожу. - Прошептал альфа в шею Луиса, подняв на него взгляд. - Я буду осторожен. Скажи, если будет больно.       Получив утвердительный кивок, Альва приставил головку к входу. Он увеличил давление, но Луис, наученный прошлым неудачным опытом, испугался, инстинктивно сжимая мышцы. Альфа наклонился и снова начал его целовать, поглаживая ягодицы, но всё бесполезно. Перед внутренним взором Луиса стояла картинка отвратительного совокупления с Девином, та боль, что он причинял своими резкими движениями внутри. Возбуждения как и не было. - Расслабься, малыш, и раскройся мне. Так ничего не выйдет, ты слишком напряжён. Обещаю, всё будет хорошо, - шептал Альва в перерывах между поцелуями. - Вдохни поглубже и выдохи.       Луис решил собраться, вдох, резкий выдох, и он почувствовал, как большой член входит в него. К его удивлению, боли не было, лишь немного неприятно. Ещё один вдох и выдох, и альфа зашёл полностью и замер. Немного времени, чтобы привыкнуть, и омега неуверенно кивает, разрешая альфе продолжать. Он двигается медленно и осторожно. В какой-то момент задевая точку внутри, отчего возбуждение накатывает на омегу с новой силой, член наливается. Уже совсем не больно, остались лишь ощущения всё убыстряющихся толчков, и запредельные, заставляющие стонать и выгибаться чувства, когда член задевал волшебное место внутри. Альва целует его, шепчет что-то, стонет, а Луис растворился в ощущении наполненности, запах альфы обволакивает его и забивается в каждую клеточку. Удовольствие накрывает с невероятной силой, когда движения становятся особенно быстрыми... Луис содрогается всем телом, простонав в последний раз, за ним следом изливается внутрь Альва и без сил ложится на постель на бок, утаскивая за собой любовника, так и не выйдя из горячего тела. Узел внутри увеличивается, альфа прижимает к себе любовника, Луис утыкается куда-то в район шеи альфы, вдыхая его запах. Усталость наваливается на него, и он засыпает. Последнее, о чём омега подумал, проваливаясь в сон, было то, что Альва пахнет горьким шоколадом и бергамотом. Так пахло, когда они с Тони пили чай с шоколадкой на его маленькой, но уютной кухне. Так пахло дома.