Take a Breath

Уже второй час ночи, а я все заснуть не могу. Перед глазами стоит лицо Малика, недоумевающее, грозное и немного испуганное. Я очень рада, что все-таки сделала его. Уж слишком много он о себе возомнил. Он такой странный. Бесит меня, но одновременно и притягивает к себе. Я даже не знаю, что это такое. Я проигрывала в своей голове тот момент, когда я сказала, что он умеет любить. Уголки его губ чуть поднялись вверх, будто он хотел улыбнуться, но тут он сразу же налепил маску равнодушия на лицо и сказал, что ничего ко мне не чувствует. Я даже не знаю почему, но мне было немного обидно слышать это. Совсем немного. Чуть-чуть. Я терзалась сомнениями, правильно ли поступила, что украла эту фотографию и дразнила Малика. Кто знает, что их связывает… Я бы тоже вышла из себя, если бы у меня украли вещь, которая является для меня памятью о моем близком человеке. Но все же твердила себе, что это был единственный способ поставить его на место. Лучше уж он почувствует себя жертвой, чем я буду вечно попадать в неловкие ситуации и чувствовать себя дурой. Я достала эту фотографию. Она, как и Малик, хранит в себе тайны, которые я пока не в силах раскрыть. Я внимательно изучила девушку. Она напоминала мне мою маму в молодости. Этот полный нежности взгляд, добрые глаза, очаровательная улыбка. Когда я брала в руки эту фотографию, мне хотелось порвать ее на мелкие кусочки. Я даже не знаю, чем вызваны эти приступы гнева. Скорее всего, это от того, что я долго нахожусь в обществе Малика и начинаю, как и он, сходить с ума. Временами я думала о том, как устроен этот мир. Как одним достается все, что они только пожелают, одним щелчком пальца, а другие вынуждены горбатиться месяцами на работе дворника или официанта, чтобы купить себе черствый кусочек хлеба. И где-то посередине находятся такие, как я, которым нужно упорно трудиться, чтобы дойти до первых и не упасть до уровня вторых. Хотя, если честно, деньги никогда не играли важной роли в моей жизни. Они никогда не принесут мне счастье, ведь деньги исчезают так же быстро, как и появляются. Мне хватает крыши над головой и еды, а счастье мне приносят люди, находящиеся рядом со мной и вносящие краски в мою жизнь. Люди все разные. Одни открыты для мира, они просто радуют нас своим появлением. Это люди позитивные, веселые, жизнерадостные, целеустремленные. Я, скорее всего, отношусь именно к этому типу, потому что всегда радуюсь жизни и сую свой нос в чужие дела. А есть полные противоположности. Они замкнуты, отрешены от мира сего, эти люди предпочитают проводить свое время в углу своей маленькой коморки, нежели наслаждаться маленькими радостями жизни вместе со своими друзьями. И все без исключения догадаются, о ком идет речь. Я ненавижу себя за то, что мои мысли заняты только им. Везде он. И как бы я ни старалась выкинуть его из головы, он снова приходит туда и переворачивает все вверх дном. Когда я начинаю думать, что не такой уж он и плохой и может быть человеком, в нем просыпается зверь и рушит все мои представления. А как только я подумаю, что он бесчувственное и эгоистичное чучело, я начинаю замечать в нем человека. Я понимаю, что его прошлое, впрочем, как и настоящее, нечисто. Понимаю, что лучше держаться от всего этого подальше. Но я буду мучать себя до старости догадками и упреками в свою сторону, если не узнаю, что он скрывает. И за это я себя тоже немного ненавижу. *** Я всегда любила среду. Потому что за средой – четверг, за четвергом – пятница, а пятница – это последний день рабочей недели. На работе было так же скучно, как и всегда. Будто никто и не видел того, что произошло вчера в столовой. Я думала, меня теперь люди будут считать народным мстителем и на руках носить, а они всего лишь мило здоровались и улыбались. У одной Хейли глаза горели, а улыбка была натянута до ушей. Вчера она два часа говорила мне, какая я классная, что заткнула Малику рот и дала ему отпор, что это меньшее, что этот парень заслуживает за такое жестокое обращение к остальным. Зейн тоже появился на работе, что меня крайне удивило. Он все время работал над бумагами, не поднимая головы. Думает, что над ним смеяться будут? Если честно, я была бы рада, если бы это произошло. Но остальные его еще обходят сторонкой и не заводят разговор без необходимости. Все еще боятся. Я, похоже, единственная, кто пошел с ним на прямой контакт. Я опять на него смотрю. Опять. Это уже ненормально. Надо прекращать это делать, надо мной и так издеваются. Так, Санни, сосредоточься, не думай о том, что скрывает этот чокнутый, не думай о той драке и о том разговоре с блондином. У тебя слишком много работы, если хочешь получить премию, нужно на ней сосредоточиться. Я знаю, это странно, когда человек так разговаривает сам с собой. Но так реально легче сосредоточиться. И не надо смеяться надо мной. *** Настроения не было совсем. За окном уже смеркалось, а мне пришлось задержаться на работе, чтобы заполнить какие-то совсем ненужные бланки. Людей тоже было мало, даже поговорить не с кем. И Хейли свалила на свидание со своим Дэвидом, так что мне придется возвращаться домой одной. Ноги ужасно болели, голова раскалывалась, глаза слипались. Все, чего я сейчас хотела – теплой и мягкой кроватки. В итоге я вышла последней. Было темно и ужасно холодно. Была идея вызвать такси, но наличных у меня совсем не было. Придется добираться пешком. Когда я только вышла из здания, я услышала, как кто-то меня окликнул. Я обернулась и увидела Зейна, потирающего руки, чтобы хоть как-то согреться. - Зейн? Моему удивлению не было предела. Зейн вроде давно как ушел, как всегда ни с кем не попрощавшись. И даже со мной. - Отойдем на минуту, - приближаясь, сказал он, косо посмотрев на охранника, стоявшего неподалеку. - Ну, Ромео, выкладывай, - весело сказала я, когда мы отошли на некоторое расстояние от здания. - Не называй меня так, - снова включив грубого Зейна, ответил он, слегка сморщившись. - Прости, не могу. И давай быстрее к делу. Мне холодно. Именно сейчас у меня не было никакого желания стоять здесь, потому что было реально холодно, аж кости замерзли. - Помнишь тот разговор в кафе, который ты подслушала и о котором я просил тебя никогда не вспоминать? - Помню, - уверенно сказала я, хотя ни черта не помнила. - Ты все слышала? – сощурившись, спросил он. - Да. - А тебе не показался этот разговор странным? Почему он это спрашивает? Почему он вспомнил этот разговор спустя столько времени? Если я сейчас отвечу положительно, он спросит, что же мне показалось странным. И тогда я не смогу ответить ему. Он поймет, что я вешала лапшу ему на уши, обидится и начнет мне мстить. И я сказала то, что в данном случае мне показалось более-менее подходящим. - А должно было? Зейн странно посмотрел на меня, о чем-то в это время размышляя. - Нет, совсем нет, - ответил он после недолгой паузы. - И это все, что ты хотел узнать? – я несказанно обрадовалась, что мне не придется плести очередную ложь. - Да. Ты свободна. - Раз так, - неуверенно начала я, с самого начала не надеясь на хороший исход, - то, может, проводишь меня? На улице темно, я боюсь идти одна. Вдруг на меня нападут и зарежут в каком-то темном переулке? Было глупо навязываться, но я и вправду боялась идти одна. Уж лучше перетерпеть Зейна один вечер, чем потом утром найдут мой окровавленный труп. - Обойдешься, - снова этот взгляд, полный презрения. - Больно надо, - я показала ему язык, отвернулась и, гордо подняв голову, зашагала уверенной походкой к аллее, откуда я могла быстрее всего добраться домой. Я была готова избить себя за то, что сказала ему. Но сегодня я как никогда боялась идти домой. На сердце было тревожно, будто должно что-то случиться. И это что-то могло бы случиться. Всю дорогу меня не покидало странное чувство, будто меня кто-то преследует, а когда я уже была близко к своему дому, то совсем недалеко услышала противный мужской голос: - Эй, милая, куда ты так спешишь? Я ускорила свой шаг, чуть ли не бежала. - Да подожди ты, все будет хорошо. Не бойся ничего, - голос становился все ближе, а по моим щекам потекли слезы. Я так этого боялась. Я не хочу умирать! Я ведь столько всего еще не увидела! Если бы только этот придурок Зейн проводил меня… Я не останавливалась и продолжала бежать. Боялась, что он догонит. Но теперь меня никто не звал и никаких шагов я уже не слышала. У подъезда я обернулась. Никого не было. Неужели у него проснулся разум, и он решил оставить меня? Хотя, у таких людей нет ни сердца, ни совести. А может он прячется и ждет удобного случая, чтобы прикончить меня? Эта мысль навела на меня панику и я как можно быстрее поднялась на свой этаж, быстро забежала в квартиру и закрыла дверь на сотни замков, притащила тумбочку и стол и поставила их у двери, чтобы никто не смог зайти. Полчаса прошло как в тумане. Я сидела недалеко от двери со скалкой в руках, боясь шевельнуться. И только потом я поняла, что там никого нет, но на всякий случай проверила глазок. Никого не было. Еще полчаса я потратила на то, чтобы успокоиться и привести нервы в порядок. Голова не соображала, я будто бы была уже в отключке, но все еще находилась в комнате. В конце концов я выпила снотворное и заснула крепким сном младенца. *** Четверг не принес с собой ничего интересного. В этот день я ни с кем не разговаривала и старалась не смотреть на Зейна. Мне было стыдно перед ним и перед самой собой за свое поведение, которое не лезло ни в какие рамки. Но у меня было одно оправдание. Я – Санни, девушка, которая всегда творит глупости. С Хейли удалось поговорить только на перерыве. Она сказала, что в эти выходные она будет занята, потому что все время будет гулять с Дэвидом. Я ее поняла и не обиделась, хотя мне очень хотелось это сделать. В коридоре, который вел к нашему офису, я заметила темноволосого парня, одетого во все черное. Он сразу повернулся и посмотрел на меня своими холодными голубыми глазами. Это же тот самый парень, которого на вечеринке избил Зейн. Что он тут забыл? Хочет реванша? Он же смотрел на меня свысока, убийственным взглядом, прямо как тот блондин в кафе смотрел на Зейна. Мне стало не по себе. В этот же момент я увидела Зейна, выходящего из офиса, и в этот же момент у меня зазвонил телефон. Я улучила момент, когда этот парень отвернулся, и спряталась за ближайшей стенкой. На экране телефона высвечивалось имя моей сестры. Я отключила, так как увидела, что Зейн с этим парнем направляются в мою сторону, попутно беседуя о чем-то. Нельзя, чтобы они увидели меня. Я осмотрелась и совсем близко увидела кладовку, личный офис нашей уборщицы. Я быстро юркнула туда. Дверь я закрыла не до конца, оставила маленькую щель, чтобы хоть немного разглядеть, что творится снаружи. Зейн и этот парень встали на то место, где пару мгновений назад стояла я. Повезло так повезло. - Ты хоть понимаешь, к чему это все приведет? – этот парень выглядел очень сердитым, он тяжело дышал и все время сжимал и разжимал кулаки. - Я не маленький ребенок. Я сам все прекрасно знаю. Не стоит за меня беспокоиться, - Зейн же, наоборот, выглядел чересчур спокойным, что для него не характерно. - Ты должен послушать меня. Иначе будет плохо всем. - Логан, ничего не изменится. Я вас не сдам. - Ты просто эгоист, ты думаешь только о себе! Если ты не вернешься сам, тебя туда вернут силой! И тогда поплатятся все, кто был на твоей стороне! Как ты этого понять не можешь? Неужели ты не думаешь об остальных? – последнее парень прокричал и затем ударил кулаком об стену. - Ты хочешь повторения? – сквозь зубы спросил Зейн. Он тоже начинал выходить из себя. - Я хочу, чтобы ты наконец принял мои слова всерьез! - Ничего не случится, если вы будете держать язык за зубами! Плохо будет в любом случае, даже если я сдамся добровольно. Просто отрицай свою причастность к этому делу и говори, что не знаешь ничего! Это все, что от тебя требуется. - Они тебе этого не простят! – тихо произнес парень. Кажется, его зовут Логан. - Зато Мэдди будет гордиться мной, - так же тихо ответил Зейн. - Даунинг-стрит, 29. Делай что хочешь, Зейн, но все последствия на твоей совести. Я тебя предупреждал, - Логан все еще смотрел на Зейна, наверное, ожидая, что тот изменит свое решение. - Я знаю, - Зейн отвел взгляд и начал разглядывать свою обувь. Этот парень начал уходить, но вдруг остановился, будто вспомнив что-то, повернулся к Зейну вполоборота и глухо спросил: - Тут ходит одна темноволосая девушка. Взгляд такой любопытный. Знаешь ее? - Ты имеешь ввиду Санни? - Она вызывает у меня подозрения. Ничего ей не говори и вообще, держись от нее подальше. - С этим я сам разберусь, - немного грубо ответил Зейн. Логан лишь пожал плечами и удалился. А Зейн простоял еще пару минут, опершись на стену, откинув голову назад и прикрыв глаза. А потом он вдруг очнулся, выпрямился в полный рост, провел руками по лицу, снова принял этот равнодушный вид и скрылся за поворотом. А я снова осталась одна в полном недоумении и удивлении. Кажется, мир сошел с ума.