Семья. Этим все сказано

Кагами тяжело открыл глаза, краем уха слыша собственный стон. Кожа на руках саднила, жгла, словно его долго драли. Сидеть было крайне неудобно – ноги неимоверным образом скрутили чуть ли не в узел. Поерзав на месте, Тайга задницей почувствовал жесткий пол и толстые веревки. Рядом что-то грохнуло и нервно застонало. Аомине червяком пытался отползти куда подальше, беспрестанно дрыгая связанными ногами. Где-то в другой стороне истерил Кисэ. - Аомине-чи, Кагами-чи, давайте бежать. - Бака, как ты себе это представляешь? - Бежать, надо бежать. Ну пожалуйста… Нервотики модели были вполне понятны. Помещение, в которое угораздило попасть спортсменам, было крайне темным и холодным. Вокруг гулко отдавался каждый вдох; ощущение огромного склада без намека на обстановку – Кагами порой казалось, что он слышит эхо. Кожей чувствовался сквозняк, ползущий где-то по полу. Ни единого нормального источника света. Можно и концы отдать от страха. Пока Кисэ пытался что-либо сделать, крутясь на месте и беспрестанно хныча, а Аомине активно воевал с веревками, не переставая материться, Кагами начал привыкать к темноте. Повертев головой, решил установить ситуацию вокруг. Справа дверь, через которую они, видимо, вошли ранее. Вот только что-то она далековато сейчас от них. Слева полки, маленький журнальный столик со стопкой макулатуры, плотные задернутые шторы. За ними, скорее всего, окно. Большое окно. Путь на свободу. Так, план побега начинает созревать. Впереди стоял огромный рабочий стол; диванчик сбоку от него; сеть, в которую ребята так неосторожно попали при входе; какие-то коробки, кучами наваленные на полу. А рядом – серый силуэт. Аомине еще раз дрыгнулся и зарычал. Деревянный стул, задетый извивающимися конечностями, пошатнулся и грохнулся аккурат на форвардскую задницу. - Твою мать, ненавижу этот дом. Ненавижу. Зачем я вообще на все это согласился? - Эй, Ахомине… - Аомине-чи, развяжи меня! - Эй-эй… - Идиот, я сам связан! Не видно, что ли?! - Меня вообще кто-нибудь слышит? - Здесь темно-о-о. Ну кто-нибудь… Мне страшно. - Придурки. - Бакагами, ты чего орешь? - Мы здесь не одни. Мигом наступившая тишина ударила под ребрами нервными спазмами. Не одни? Шорох совсем рядом подтвердил слова Тайги, заставляя мурашки сновать по покрывшейся холодным потом спине туда-сюда. Не одни… Тихие шаги босых ног громом отдавались в ушах, смешиваясь со стуком испуганных сердец. Не одни. А когда фигура шагнула в небольшую полоску света, пробивающуюся сквозь шторы, у ребят перехватило дыхание и выбило весь воздух из легких. Твою мать. Рета взвизгнул и, мигом преодолев то расстояние, что старательно прополз раньше, с чувством впечатался в окаменевшего Кагами, мелко подрагивая за его плечом. Аомине решил поступить мудро и постарался слиться с окружающей средой: всем телом распластался на ковре, сильнее прижимаясь к полу, практически перестал дышать и постоянно стрелял глазами по сторонам, предупреждая неожиданное нападение врага. Уж они-то с Кисэ помнят, на что способен обитатель второго этажа. Рету потом две недели откачивали – нежная детская психика не выдержала встречи с родными Куроко; парень даже заикался какое-то время. Так что попали. Серьезно так попали. Думается, теперь очередь Кагами нервно дергаться и икать. Наблюдая за потугами до чертиков перепуганных гостей, человек пару раз хмыкнул и чуть придвинулся вперед, ближе к своим пленникам. Ребята затихли и во все глаза уставились на силуэт. Оперев свое невысокое тельце о край стола, он точно так же разглядывал их. Кагами дернул бровью и призадумался. Все они связаны. Причем, если судить по степени бесполезности Аоминовских усилий, связаны крепко и верно. На собственных руках, Тайга чувствовал это явственно, веревки чуть скользили – постарайся он наверняка, и оков не видать. Вот только времени на это порядком уйдет, а оно сейчас у всех на вес золота. Короче, не поможет пока. Да и если вспомнить ту самую сеть, в которую они все так удачно вписались, можно понять, что дело пахнет жареным. А после их чем-то оглушили, затащили внутрь – а тушки, извините меня, не самые легкие – и связали. Так вот. И все это смогла сделать одна мелкая девчонка, что стоит сейчас перед ними и, ухмыляясь, строит им рожи?! Да ни в жизни такое не возможно! Она же в два раза ниже их. Она даже ниже Тецуи, елки-моталки. Так как она… Ах да. Она же тоже Куроко. Вот черт их дернул связаться с этой семейкой. Тощая, как спичка, даже видно ребра, резко выпирающие тазовые косточки и острые локти. Ключицы, вероятно, способны порезать до мяса при прикосновении – настолько сильно выступали, натягивая кожу. Худое личико «милой» особы сквозило ехидством, пафосом и самодовольством. Встряхнув светлые, словно ледяные, волосы, девчушка будто бы притопнула и снова потянулась вперед. - Вас Сэдэо отправил? Вы наши новые гости? Да убереги Господь от таких гостеприимных хозяев. - А, сейчас, - она резко встрепенулась и быстро нырнула к двери, - только свет включу. Щелкнул выключатель, и темноту комнаты озарил слабенький светильник. Уверенности этот свет не добавил, пожалуй, только нагнал еще большего страха. - Привет, - девчонка помахала крохотной ручкой и вернулась на прежнее место. Быстро осмотрела прекрасную картину в виде одной сосиски мулатского окраса и двух столбов с огромными офигевшими глазами. Кивнула сама себе и зачем-то забралась на стол с ногами, скрестив их под собой и покачиваясь, словно маленький ребенок. - Аомине-кун, Кисэ-кун, - обворожительно улыбнулась, заставляя зеркала трескаться от умиления. Какая отвратительная приторность, - как же я рада вас видеть. Тайга еще раз убедился, что все это не к добру. - Вы знакомы? Аомине постоянно что-то бурчал в ковер, выдавая фразы совершенно нецензурного характера. - Во-о-обще-то да, Ка-агами-чи. - Лучше б не были… - Ну что вы какие злюки, - беловолосая склонила голову на плечо, задорно звеня длинными сережками. – Я же правда рада. Очень рада. Темно-синие глаза резко похолодели и колко уставились на Кагами. - А здесь у нас кто? – как она так быстро переместилась ближе? Опять эти штучки Куроко с невидимостью? – Какой лапушка. Кагами передернуло и выдернуло. Какой он нафиг лапушка? Маленькая ручка протянулась и нетерпеливо потряслась перед носом спортсмена. - Я Куроко Хитоми, приятно познакомиться, - еще раз потрясла руку, но потом резко отдернула. – Ой, ты же не сможешь ее пожать. Ну и ладно. Улыбнулась сама себе и внезапно плюхнулась форварду на колени. Тайга задохнулся – девчонка не была тяжелой, скорее наоборот, вот только что за наглость! Она что творит вообще? - А ты ничего, - кожи коснулись прохладные пальцы. Девочка провела кончиками от нахмуренного лба, словно желала разгладить серьезные складочки, взлохматила раздвоенные брови, тихо хихикая, очертила косточку носа, потеребила кончик и состроила из него свиной пятачок. – Ты мне нравишься… Аомине матюгнулся, Кисэ начал снова хныкать. Кагами не издал ни звука, как-то настороженно-болезненно всматриваясь в темные глаза младшей сестры Куроко. В голове крутилась мысль о полной ненормальности всей этой семейки. Может, Тецую психиатру показать? Мало ли? Если только они выберутся. Хитоми весело улыбалась, растягивая чужие щеки в разные стороны и наслаждаясь закипающим видом этого поистине отличного парня. Все для себя решив, еще немного подергав Тайгу за волосы, девчонка вскочила на ноги и рванула к огромному шкафу, встроенному в стену, который Кагами не заметил с самого начала. - Вы такие хорошенькие, - из темной платиновой бездны на мгновение появилась ее улыбка, переходящая в полноценную ухмылку с привкусом безумия. Наружу были выброшены странные предметы черного цвета, на что-то подозрительно похожие. – Вас просто нельзя не замучить… Различив в упавших предметах плеть, Рета резко взвился и начал истерить пуще прежнего. Вопли модели ультразвуком отлетали от стен, становились все громче и выбивали барабанные перепонки. Если Кисэ пытался привлечь чужое внимание, то он зря старался – помощи здесь ждать не от куда. Хотя, скорее всего, парень просто до чертиков перепугался. - Ой, ну не надо, - Хитоми вся сморщилась, зажимая пальчиками ушки. – Прекрати, пожалуйста. Рета дернул глазом и не прекратил. Увеличил громкость и взял еще выше. Из принципа. Может быть, он и добился бы каких-нибудь успехов, но явно не сегодня. Через мгновение ему в рот прилетела скомканная тряпка, тут же залепляемая скотчем. От девчонки явственно тянуло желанием убить. - Я сказала ЗАТКНИСЬ! Кисэ еще немного поскулил и замолчал под строгим взглядом, низко понурив голову. - Вот так, хороший мальчик, - светлые волосы взлохматили, и девочка довольно уперла руки в бока. – Можем начинать, мои хорошие. Эй, ну должно же сегодня произойти хоть что-то хорошее? Ну пожалуйста. Там, землетрясение, нападение инопланетян, резкая, нет, резчайшая эпидемия, конец света? Сам же Куроко говорил, что всегда есть вероятность того, что на твоих соперников упадет метеорит. Почему бы не сейчас? Ну пожалуйста, пожалуйста. Неужели им суждено погибнуть от рук малолетней любительницы БДСМ в никому не известном доме в самом расцвете сил? Пусть ей люстра на голову упадет. Куроко приблизилась к ребятам, сжимая в руках плетку и с наслаждением проводя по ней пальцами. Как располосует их – будет просто загляденье. А можно добавить еще больше узлов и веревок, немного кожи и латекса. И можно подавать на стол. Девчонка облизнулась и вытянула руку по направлению к Кисэ, легонько касаясь холодной кожей вспыхнувших скул. Рета покраснел, потом побледнел, следом приобрел пикантный синеватый оттенок, отливающий фиолетовым, и закатил глаза к потолку. - Твою мать с похлебкой, - Аомине нервно подскочил на месте, как от электрошока, и перекатился к стене, подальше от этой чертовой девки. Хитоми с сожалением посмотрела на откинувшего коньки блондина и перевела хищный взгляд на все еще молчащего Кагами. Видимо, тот просто-напросто потерял дар речи. - Что ж, значит, ты сегодня будешь первым, - ох, какая милая улыбочка. Так бы и врезать по зубикам. Вот только женщин не бьют. Девочка занесла плетку над головой, хлыст свистнул в воздухе. Кагами распрощался с лицом, плечами, руками, кожей вообще - куда она там еще попадет? В общем, Кагами молча похоронил свою молодую жизнь и приготовился. Просто приготовился. Относительную, установившуюся после героического отхода Реты на тот свет тишину прервало раздражающееся треньканье телефона. Хитоми дернулась, опустила руку и недовольно сложила губки. Дернула головой и снова занесла плеть. Звонок повторился. Девчонка ругнулась, встала ближе к Кагами и замахнулась с разворота, метя сбоку куда-нибудь в щеку. И опять все сорвалось – звонок, казалось, издевается и пытается действовать на нервы. Коих у веселой на вид девчонки оказалось не так уж и много. Она прикрыла глаза и постаралась сосредоточиться, чтобы не размозжить кому-нибудь голову. Из-за плотно сжатых зубов и без того острые скулы выпирали еще резче и болезненней. Телефон трезвонил настолько долго и жалобно, что Хитоми не могла его больше игнорировать. С сожалением бросив хлыст на пол, напугав при этом только отошедшего от обморока Кисэ, кинулась к шкафу и стала перерывать там вещи. Полетела одежда, бумаги, странные предметы, о назначении которых Кагами смутно догадывался и предпочитал даже не видеть, не то что испытывать на себе. Найдя наконец-то небольшую трубку, девочка приложила ее к уху и недовольно нахмурилась. - Да? Сэд, я занята, ты отрываешь меня в самый ответственный момент! Какие новости? А они не могут подождать до потом? Нет? Ладно, не кипятись, что стряслось? По мере того, как старший брат импульсивно и, видно, крайне артистично рассказывал о сложившейся в его жизни ситуации, милое личико девочки искажалось и превращалось в разъяренную гримасу. Ой, мамоньки, сейчас что-то будет. - Что?! Да как так? Ты с ума сошел, такого быть не может?! Они не могли бежать из подвала! Сэд, да я их… Значит, кто-то смог выбраться. Из подвала… Кто-то из них смог улизнуть от великого и несравненного дедушки Куроко? Молодцы. Что ж, и им пора линять куда подальше. Кагами немного подергался, попутно настороженно наблюдая за беснующейся в стороне девчонкой, потерявшей к пленникам всякий интерес. Веревка терла запястье, но поддавалась. Узел ослаб, и кандалы зазмеились на пол. Тайга свободен. Продолжая смотреть на тощую девчачью спину, Кагами начал развязывать узлы Аомине. Тут девчонка постаралась, видимо, помня силу и способности спортсмена еще с прошлого года. Да и сама темная лошадка доставляла хлопот: Кагами пришлось оседлать придурка, чтобы не вертелся, и пару раз шикнуть на него. Только бы маньячка не обернулась. Распутав Дайки и попутно дав ему по губам, заставляя того молчать, Кагами придвинулся к Кисэ. Молча покивав друг другу, Аомине с Тайгой решили единогласно: блондинка останется связанной и с тем же кляпом во рту – чтобы избежать лишних проблем. Кисэ это не слишком понравилось; модель дрыгал ногами и норовил пихнуть хоть одного остолопа пяткой куда-нибудь в нос. Все готовы к побегу. - Кисэ, прекрати пинаться, - Аомине озлобленно вскинул Рету на плечо и постарался тихо двинуться следом за отступающим к окну Кагами. Вот только понятие «тихо» Ахомине несколько отличалось от стандартного. На дикий грохот сломанного столика девчонка резко развернулась; зрачки дико расширились, телефон отлетел в сторону. Тайга устало оглядел разъяренную садистку, застывшего с выпученными глазами Аомине, извивающегося на его плече Рету, разломанный в щепки стол с четким следом кроссовка в дыре посередине. Со вздохом прикоснулся к рядом стоящему стулу. И развернулся к окну. - ВАЛИМ!! Стекло разлетелось вдребезги, и парни сиганули в проем быстрее пули. Сзади донесся рев, будто за ними гонится двухметровый бугай. Приземлившись на гладкие прохладные доски, Тайга внезапно застыл. Да быть такого не может… - Издеваетесь?! – Кагами взвыл дурниной и дернул выкарабкавшегося Дайки в сторону. – Да кто вообще строил этот гребанный дом? Убегая все дальше, Кагами анализировал ситуацию. Какого черта? Выпрыгивая из окна даже со второго этажа, они надеялись оказаться на свободе. На воле. А там и остальных как-нибудь вытащили бы. Но… Да каким макаром они оказались на пристроенной веранде, огибающей весь особняк? Из этого придурковатого дома вообще есть выход?! *** Мидорима аккуратно повертел палку от швабры и важно покачал ее над плечом. Вот, теперь у них есть оружие. Вооружены и опасны. Поправив на голове Хьюго бледно-желтую мочалку и швырнув в сторону Митобэ тряпку от все той же швабры, Шинтаро самодовольно улыбнулся и двинулся вперед. - Пусть маскировка никудышная, мы прорвемся. - А ты уверен? – Джунпей еще раз осмотрел самодельные парики и с сомнением уставился на воодушевленного шутера. - В прошлый раз помогло, - зеленоволосый радостно пожал плечами и вытянул руку. – Вперед, спасем остальных! Вот только зачем они схватили с собой вилы и мотыгу, непонятно было всем.