15 поступков ради трёх слов

      - Это для того, чтобы Люпин окончательно сошёл с ума? – Лили восхищённо смотрит на подругу, которая ещё вчера громко рассорилась со своим парнем, а сейчас спокойно, как будто ничего и не было, собирается на завтрак. На ней надеты синие джинсы и чёрный джемпер, которые подчёркивают фигуру, ботинки на плоской подошве. На голове завязан высокий хвост, а на лицо, впервые за довольно долгое время, наложен макияж. Девушка была восхитительна, как будто не было никакого скандала, и она совершенно не переживает. Гордая осанка и неизменная ухмылка.       - Люпин свободный парень, он может делать всё что хочет. – Брюнетка лишь хмыкает, показывая, что ей всё равно. Сегодня очередной поход в Хогсмид, который они с Римусом должны были провести вместе, а завтра – тридцатое апреля, День Рождения мисс Александры Мстарде. Но почему-то ей казалось, что праздника не будет. В душе сжался неприятный комок из чувств, ей казалось, что она пропустила что-то важное. Девушка тряхнула головой, отгоняя нашедшую тоску, нет, всё отлично, а там, чтобы ни случилось, она справится. – Пойдём есть, я голодная как волк. – Алекс, взяв с собой пальто, чтобы потом не возвращаться в комнату, подхватила Эванс под руку, и девушки, громко смеясь и что-то обсуждая, направились в Большой Зал.       Лили была удивлена тем, что подруга, казалось, совсем не переживает. Но рыжая прекрасно знала, что лучше не лезть. Пусть всё будет как есть. Захочет – сама расскажет и попросит помощи.       Большой Зал как всегда бурлит жизнью. То тут, то там бродят ученики, которые уже позавтракали или только идут на завтрак. За столом Гриффиндора шумно, все обсуждают предстоящий поход в Хогсмид и вечернюю тренировку по квиддичу. Только вот компания мародёров молчит, что для них непривычно, каждый из парней сочувствовал Люпину, примеряя эту ситуацию на себя и думая, как бы они поступили.       - Блэкки, ты меня пугаешь. С таким лицом как у тебя только мир завоёвывать. – Мстарде усмехается, глядя, как Сириус, будто отойдя от сна, ухмыляется, смотря на неё. Девушки сели между Блэком и МакКинон, заботливая Марлен заняла подругам места.       - Да вот, раздумываю над темой, как вас с Луни помирить. – Парень замечает, как резко меняется в лице его подруга, и удовлетворенно хмыкает. Нет, конечно, друзья думают, что это вздох разочарования, но это не так. Во взгляде Александры при упоминании Римуса промелькнула ненависть. И как бы подло это ни было, но Сириус рад.       - Послушай, Александра, - осторожно начинает Лунатик, но его прерывает жест Мстарде, которая, махнув на него рукой, ясно дала понять, что слушать его не желает.       - У нас же сегодня тренировка. – МакКинон решила разрядить накалившуюся обстановку и, признаться честно, у неё это вышло. Джеймс оторвал взгляд от тарелки с овсянкой и посмотрел на девушку. – Наш самый лучший капитан обещает сильно не издеваться? – шатенка улыбается, видя, что Поттер начинает сиять, словно начищенный кубок. Лили смотрит на них и качает головой, не понимая, что эти дураки нашли в столь опасном виде спорта?       - Кстати, - Сириус решил встрять в разговор, - в этом году Николсон, Гамильтон и Джордан оканчивают обучение, а значит, у нас освободится место охотника и двух загонщиков. Ты можешь попробовать попасть в команду, Алекс, ты же отлично играешь.       - Отец убьёт меня моей же метлой, если узнает, что я решила играть. – Девушка медленно пережёвывала свой бутерброд, запивая его чёрным чаем. Чувство тревоги в её душе только усиливалось.       - Он прав. Это игра не для девушек. – Казалось, что на Римуса из-за его глупой фразы смотрит чуть ли не весь Гриффиндор, а в особенности Марлен, которая была ловцом команды.       Но все отвлеклись от Люпина, услышав громкое уханье совы, которая летела прямиком за стол Гриффиндора. Это была абсолютно чёрная птица, намного больше тех сов, что обитают в Хогвартсе. Найдя получателя письма, птица села на стол прямо напротив девушки, протянув лапку с конвертом. Мстарде быстро отвязала письмо, и животное, решив, что Алекс больше не хочет, принялось доедать её бутерброд.       - Странно, обычно почта в субботу не приходит. – Питер замолчал, услышав грозный шик в свою сторону от Бродяги.       Александра держала в руке абсолютно чёрный конверт, на котором была лишь красная надпись с именем получателя и красная печать министерства. Большой Зал погрузился в тишину, каждый из присутствующих знал, что означает чёрный конверт. Девушке совершенно не хотелось открывать его, но это нужно было сделать, она должна была знать кто. Письмо представляло собой небольшую записку, написанную ровным бисерным почерком.

«Час назад на родовое поместье Вашей семьи было совершено нападение. Когда мракоборцы прибыли на место происшествия, над домом висела Тёмная метка. Внутри были обнаружены трупы Лорда Ноэля Мстарде, Леди Луоры Мстарде и мистера Ксавьера Мстарде. Также было найдено несколько мёртвых домовых эльфов. Довожу до вашего ведома, что Вам нужно прибыть в поместье не позднее, чем через два часа после получения письма, чтобы осмотреть дом на наличие пропавших вещей. Директор получит письмо с объяснением, так что проблем у Вас не возникнет. Приношу свои глубочайшие сожаления по поводу вашей утраты. Министр магии Корнелиус Фардж»

      Александра стеклянным взглядом смотрела на письмо. Казалось, мир рухнул. Одно письмо - и всё. Нет больше твоей семьи, нет отца, которым ты восхищалась, нет матери, которая была, пожалуй, самым светлым человеком в семье, нет брата, который так и не успел пожить.       - Малышка, слышишь, всё будет хорошо. – Сириус, быстро пробежавшийся глазами по письму, сжал девушку в своих объятьях, которые она поспешила разорвать.       Брюнетка быстро схватила своё пальто и уверенным шагом пошла прочь из Большого Зала. Прочь от полных сожаления взглядов.       - Я сочувствую Вашей утрате, мисс Мстарде. – Слова Дамблдора донеслись ей в спину, заставив обернуться перед самым выходом.       - Мне не нужно ваше сочувствие, господин Директор. – Она говорила так, как будто произносила речь на званом ужине, в глазах девушки не было ни капли горести или печали.       - Я её одну не отпущу. – Люпин хотел броситься за ней, но его остановил Джеймс, отрицательно покачавший головой.       – Ты сделаешь только хуже, Римус. Ей нужно побыть одной, нужно понять и принять всё это. – Поттер видел, как Лунатику тяжело, видел, как друг, понимая собственное бессилие, опускает голову на руки.       Видел, как Сириус сидит, словно заколдованный, желая принять всю боль Александры на себя, но зная, что сделать этого не может.       Видел, как Эванс, прочитав письмо, прикрывает рот ладошкой, чтобы не закричать, а из глаз текут непрошенные слёзы.       Как МакКинон пытается успокоить подругу, хотя, кажется, сама скоро начнёт плакать.       Как Голдмэн утыкается лицом в сидящего рядом Френка.       Как все остальные ученики Хогварстса, получив с прилетевшими совами экстренный выпуск «Ежедневного Пророка» и узнав о смерти семьи Мстарде из некролога, понимают, что грядёт что-то страшное. Если уж столь сильный и чистокровный род не смог себя защитить, что говорить об остальных?       Она не знала, когда всё пошло не так. Когда она, стоя на похоронах своей семьи и вглядываясь во множество безразличных лиц понимала, что они лишь рады? Рады, что семья, которая всегда держала нейтралитет и которая стояла поперёк горла Министерству, почти уничтожена? Когда она до боли сжимала руку Малфоя, стоящего рядом с ней и всеми силами не дающего ей разогнать этих лицемерных придурков. Или когда она, едва завидев своих друзей, бросилась к ним в объятья. И тогда её не интересовало, как половина учащихся Гриффиндора покинула замок, или что им может грозить опасность. Нет, главное, что сейчас они рядом. Она не замечала, что обнимает её Сириус, а она называет его Лунатиком и говорит, какой же он мудак. Она не заметила, каким взглядом за ними наблюдает Люциус, который не ушёл вместе с остальными, а остался её поддержать. Но понял, что он здесь лишний. Когда Лили, Марлен и Алиса плачут, уверяя, что всё будет хорошо, а она сама не проронила и слезы. Или когда друзья нехотя, но всё же покидают поместье, оставляя её одну.       Нет, всё пошло не так, когда она получила письмо из Министерства, когда пришлось осознать, что детство закончилось, а она единственная наследница своего рода. И что ей, хочет она того или нет, придётся принять на себя звание Главы Рода. Когда она выкинула все подарки, присланные ей на День Рождения, даже не открыв их. Когда она, в порыве неизвестных чувств, целовала Люциуса, после понимая, что сделала чрезвычайную глупость и попросила Малфоя не тревожить её, пока она сама с ним не свяжется. Когда она так и не ответила ни на одно письмо от друзей, которые совы не переставали приносить. Когда закрыла все камины в доме, чтобы никто к ней не пришёл и не посмел утешать.       Всё пошло не так с самого начала.       - Чёртовы бумаги, чёртово поместье, чёртова семейка! – девушка, сидящая в кабинете своего покойного отца и разбиравшая бумаги, с силой кидает чернильницу в противоположную стену, а та, разбившись на множество маленьких осколков, забрызгивает стену и ковёр капельками чернил. – Горите вы все в аду.- Она замолкает, устало прикрыв глаза. С момента похорон прошёл месяц, сейчас конец мая, а в Хогвартс, естественно с разрешения Альбуса Дамблдора, она так и не вернулась. Александра за этот месяц успела перебрать все вещи родителей и брата, благо помогали эльфы. С бумагами пришлось сложней, разбирая всё, Алекс несколько раз наведывалась в Гринготтс, проверяя сейф семьи и складывая туда драгоценности матери, которые ей были не нужны. Один раз пришлось зайти в Министерство, сообщить им о том, что она приняла род и является единственной законной наследницей своей семьи.       Теперь она одна отвечала за все дела отца, счета, заботы по дому, и это было весьма трудно, если учесть, что девушке недавно исполнилось семнадцать. Но больше всего в этой ситуации её злило родовое кольцо, которое она теперь обязана носить, которое было невозможно снять, и которое казалось просто огромным на её пальцах.       - Ты, Мстарде, превратилась в невротичку. – Брюнетка презрительно фыркнула. Она разобрала все документы отца, оставив напоследок лишь его личные переписки, которые было решено не читать. Если бы отец хотел, чтобы она знала, он бы рассказал. Алекс медленно встала, подходя к большому зеркалу, висящему недалеко от окна. На улице уже давно была ночь, и девушка должна была давно спать, но её режим сна давно нарушен, что сказалось на внешности. – Страшила. – Александра показала язык своему отражению, которое повторило то же самое. С зеркала на неё смотрела девушка, сильно исхудавшая, осунувшаяся. Под глазами залегли огромные синяки, а волосы, завязанные в пучок, казались грязными. – Мать бы тебя убила, увидев такое. Не позорь семью, девочка. – Мстарде фыркнула, но решила, что пора покидать этот старинный дом, который, казалось, сводил её с ума. – Мик! – Хлопок и в комнате появляется домовой эльф, одетый в рубашку и брючки, что совершенно не свойственно для эльфов в чистокровных семьях, но её покойная матушка всегда говорила, что не желает видеть, как еду ей приносит существо в лохмотьях. – Собери те книги, которые я приготовила неделю назад, и завтра в полвосьмого должен быть готовым завтрак. Разбудишь меня в семь. Я возвращаюсь в Хогвартс.       - Да Госпожа. – Эльф поклонился и с хлопком исчез.       - Пошли, Алекс, будем приводить тебя в порядок, а потом – спать и ещё раз спать. – Насвистывая какую-то мелодию, она погасила свет в комнате и покинула бывший кабинет отца, ставший теперь её, плотно закрыв за собой дверь. Путь наследницы древнего рода лежал в сторону ванной, находящейся на третьем этаже, в самом конце, возле её комнаты. Медленно поднимаясь по мраморным ступеням девушка задумалась о том, что она безумно соскучилась по мародёрам, Лили, Марлен и Алисе. По их шуткам и проказам. По тому веселью, которое ребята навсегда поселили у неё в сердце.       Приняв все банные процедуры и приведя свое тело в порядок, девушка уснула, едва коснувшись подушки.       Она надеялась, что завтрашний день принесёт в её жизнь свет. Свет, которого за последний месяц ей так не хватало.