Save Me

Дико извиняюсь, что продолжение этой истории не выходило больше года. Сначала я хотела дописать свою вторую работу, а потом у меня напрочь пропало желание что-либо писать или читать. И даже позже, когда я вернулась на сайт, вдохновения на эту работу не было совсем. Но я не собиралась бросать эту историю, поэтому я снова здесь. Единственное, не могу обещать, что главы будут выходить регулярно, потому что мой муз - гад, каких ещё поискать. Кроме того, я уже не помню, какой я хотела видеть эту историю изначально (делать заметки я так себя и не приучила), а, значит, и процесс написания будет немного труднее. Надеюсь, эта глава не разочарует. Спасибо тем, кто ждал. – Джеджун? – не веря своим глазам, спросил Юнхо. Он всё ещё сжимал парня в своих руках, а его партнёр даже и не думал с него слезать. Брюнет по-прежнему тяжело дышал, а на лице у него красовалась полуулыбка-полуусмешка. Дже знал, что рано или поздно до его бывшего парня дойдёт, кто перед ним. Хотя он уже начал в этом сомневаться и чуточку хотел, чтобы тот так и остался в неведении. Интересно, каково это сейчас этому всегда ответственному и до мелочей правильному мужчине осознавать, что твой бывший стал шлюхой? На последней мысли Джеджун усмехнулся и как можно быстрее слез с Юнхо. Ему отчего-то стало противно за самого себя. Лишь на мгновение в нём проснулся стыд, но мужчина постарался побыстрее отогнать от себя эти ненужные в данной ситуации мысли. В конце концов, ему уже поздно испытывать нечто подобное. Юнхо всё ещё пребывал в шоке и прострации. Сейчас вся его способность держать происходящее под контролем и трезво оценивать ситуацию исчезла словно утренний туман. И правда, как он мог не узнать Джеджуна ещё в первую встречу? Хотя его внешность частично подверглась изменениям, причём не только естественным, но всё равно мужчина корил себя, что не разглядел некогда родные черты лица. – Джеджун. Дже, – Юнхо встал с кровати следом за брюнетом, тот уже стоял спиной к нему возле шкафа и смотрел в окно. Когда его снова окликнули, он только вздрогнул, даже слегка испуганно. В его памяти всплыли недавние часы, как Юнхо едва не покалечил его. Будто в подтверждение этих слов его нога заныла. Юнхо подошёл к нему и уже поднял руку, чтобы прикоснуться к мужчине, но осёкся и поэтому опустил её. Ему было стыдно, хотя он давно внушил себе, что всем сердцем ненавидит этого некогда любимого человека. Но сейчас, находясь рядом с ним на расстоянии вытянутой руки, он бы соврал сам себе, что испытывает к Джеджуну столь отрицательные чувства. Он не простил его, нет. И он всё так же был зол на него за предательство, но вместе с этим мужчина понимал, как сильно он по нему скучал. От столь противоречивых чувств Юнхо готов был убить себя на месте или убить Джеджуна за то, что тот вызывает в нём бурю эмоций. Он со всей силы ударил кулаком о шкаф рядом с впереди стоящим парнем, но тот только слегка вздрогнул и по-прежнему не поворачивался. Джеджун боялся, что сейчас не совладает с собой и совсем упадёт духом. Он держался из последних сил, чтобы не сорваться и не начать избивать Юнхо, однако он понимал, что силы будут явно неравны. Но ещё больше он боялся, что простит ему всё то, что тот ему причинил. И этот страх был сильнее, чем возможность оказаться покалеченным. – Джеджун, повернись ко мне лицом. Долго собираешься так стоять? – не выдержал наконец Юнхо. Брюнет поколебался несколько секунд, потом всё же исполнил просьбу от греха подальше. При этом он постарался натянуть на лицо насколько возможно наиболее безразличную маску. – Ну что Джеджун, Джеджун? Я уже двадцать девять лет как Джеджун. Или ты, раз наконец меня разглядел, решил восполнить упущенное и будешь теперь через каждую минуту называть моё имя, чтобы не забыть, кто перед тобой? – Лучшая защита – нападение. И именно такую тактику он и решил выбрать. Хотя, конечно, рисковал, говоря подобное, но, с другой стороны, всё время бегать и бояться Юнхо он тоже не хотел. В конце концов, он не нежная барышня. – Я смотрю, у тебя так и остался резкий язычок, – съехидничал Чон. – Не хочешь показаться слабым. Пытаешься сделать вид, что тебе всё равно. Но твои глаза тебя выдают, Дже. И, кстати, зачем лёг на стол к пластическому хирургу? Чем тебя твои глаза и нос не устраивали? – Юнхо было очень любопытно, зачем такому и так довольно привлекательному, даже чересчур, мужчине, понадобилось что-то править в своей внешности. Но Чон готов признаться, что сейчас его бывший выглядит даже ещё лучше, чем в юности. Однако тот факт, что он его не узнал в первую встречу, был его личным позором. Джеджун, на секунду растерявшийся, что его прочли как открытую книгу, после последних слов Юнхо опешил, а потом очень громко и заливисто рассмеялся. Он уже и забыл, что, как только попал в агентство эскорт-услуг, его первым делом отправили подправить внешность, а также определили в спортзал, чтобы он привёл своё тело в совершенный вид. Несмотря на всю жёсткость воспитания в их агентстве, за всеми парнями и девушками, что там работали, очень внимательно следили. Ведь клиент платит в первую очередь за оболочку, а потом уже и за их умения. И если ты не приносишь нужный доход, от тебя быстро избавляются, причём иногда в самом прямо смысле этого слова. Джеджун снова вспомнил своего погибшего друга, поэтому резко прекратил смеяться. Юнхо сразу уловил эту смену настроения, но интересоваться он не стал, хотя ему и было очень интересно, чем всё это время жил некогда его друг. – Только не говори, что поэтому ты меня и не узнал, – немного успокоившись, проговорил Дже. – Из-за того, что я чуточку изменил разрез глаз и подправил нос? Это не такие уж и большие изменения. – Почти смеялся над Юнхо брюнет. Его уже забавляла вся эта ситуация. И плевать, если он сейчас опять схлопочет. Раз он вытерпел то, что уже с ним сделал Юнхо, вытерпит и остальное. Хуже уже не будет. Ну не убьёт же тот его, а с остальным справиться вполне реально. – Одиннадцать лет прошло, Джеджун. Я тебя не видел одиннадцать лет, – попытался оправдаться Юнхо, хотя по его интонации понять это было практически невозможно. Мужчина не привык показывать свою уязвимость перед другими людьми. – Однако я тебя сразу узнал. Если бы прошло лет тридцать, я бы ещё понял. Не надо оправдываться, Юнхо. На тебя это не похоже, – раскусил его Джеджун и впервые за весь разговор назвал мужчину по имени, отчего стало сразу очень неуютно. – Может, давай оденемся и нормально поговорим, а то стоим тут как два идиота. – Мне и так отлично, – Дже демонстративно сложил руки на груди и облокотился спиной о шкаф. Юнхо на эту выходку только усмехнулся и встал в такую же позу чуть поодаль от брюнета. С минуту они просто так и стояли. Внезапно пропали все слова, хотя оба не раз представляли, что они скажут друг другу при встрече. А сейчас они просто не представляли с чего начать. Так всегда и происходит: человек обдумывает каждую фразу, по много раз репетирует момент встречи с тем, кто его очень сильно взволновал, и с кем он боится, но между тем очень хочет встретиться, а в действительности всё происходит совершенно иначе. То же самое происходило сейчас с бывшими влюблёнными. Думали ли они, что рано или поздно им придётся вновь увидеться? Думали и не раз. Но хотели ли опять стать частью жизни друг друга? И если снова не впустить в свои сердца любовь, то хотя бы остаться друзьями. Ответа не было ни у одного, ни у другого. – Я бы хотел у тебя узнать, – начал всё же Юнхо после столь затянувшегося молчания. – Как я докатился до такого? – закончил за него Джеджун. Чон промолчал, поэтому мужчина продолжил: – Уж поверь не от жизни хорошей, но я бы не хотел сейчас это озвучивать. – Только не говори, что судьба с тобой жестоко обошлась, и ты был просто вынужден с ней смириться? Я в такую чушь не верю, Джеджун. И ты это прекрасно знаешь, – резче положенного сказал Юнхо. Подобные отговорки его всегда злили. Видимо Дже так и остался таким же безответственным и плывущим по течению, как и много лет назад, коль говорит подобное.

Флэшбэк. Двенадцать лет назад.

– Юнхо, ты чего там сидишь такой загруженный? – Джеджун стоял в дверном проёме конференц-зала, в котором наследник их фирмы сейчас разбирал материалы по последней коллекции спортивной обуви. – Сегодня Хенджун организует вечеринку, а время уже, - юноша взглянул на свои часы, - начало восьмого. Бросай эту тягомотину, и пойдем развлечёмся. Джун обещал познакомить с очень классными девчонками. – Я никуда не пойду. Если очень хочешь, иди без меня, а у меня на сегодняшний вечер другие планы, – не отрываясь от бумаг, ответил Юнхо. Сын президента компании уже давно задался целью стать достойным преемником своего отца, чтобы тому не приходилось за него краснеть. Он терпеть не мог тех сыновей, что просто просиживали свои штаны в офисах, а при этом только и делали, что развлекались. И почему он дружил с точно таким же представителем данной группы лиц, коим являлся Ким Джеджун, сын близкого друга его отца и по совместительству финансового директора их фирмы, он не знал. Быть может дело было в том, что парни очень давно знакомы и настолько сдружились, что Юнхо уже не обращал внимания на то, насколько у них с его другом разные приоритеты в жизни. Они знакомы с начальной школы, когда Джеджун к ним только перевёлся. Тогда отношения у мальчиков совсем не ладились. Юнхо по своей природе всегда был очень замкнутым ребёнком, потому что привык, что с ним водили дружбу только из-за положения его отца, а новый одноклассник считал своим долгом расшевелить столь флегматичного сверстника. Тем более, что теперь его отец работал в фирме отца Юнхо, а значит им просто необходимо наладить хорошие отношения. Ведь он даже не сомневался, что в будущем им придётся встречаться довольно часто. Но Чон никак не хотел идти на контакт. Однако, когда произошёл случай, из-за которого он мог быть отчислен, - его подставили с наркотиками, - именно Джеджун был тем, кто вывел недоброжелателей на чистую воду и доложил обо всём руководству школы. После этого происшествия ребята и подружились. Хотя Юнхо и грозился показать тому, кто его подстроил, что с ним шутки плохи, ведь он ходил на хапкидо и был первым в школе по этому виду единоборств, но Дже убедил его, что кулаками ничего не решить, а того парня всё равно забрала полиция. А однажды Юнхо чуть не разнёс всю школу, когда узнал, что один школьник со своими друзьями периодически достаёт Джеджуна, запугивает его и вымогает деньги, обещая избить до полусмерти, если он не согласится. Тогда тем парням просто повезло, что директор школы вмешался в драку между Юнхо и тем подонком и подписал указ о его отчислении. У них за спиной было несколько лет дружбы. Оба не раз поддерживали друг друга в тяжёлые моменты и проходили вместе различные трудности, что отношение Джеджуна к тому, что он в будущем должен стать преемником своего отца, его меньше всего волновало. Хотя его и огорчало, что друг настолько легкомысленно относится к жизни. Ведь никто не застрахован от того, что завтра она к тебе может повернуться другой стороной. А сейчас на уме у Джеджуна были только вечеринки. В его возрасте это было вполне нормально, но, по мнению Юнхо, нужно было помнить и о том, как занять достойную нишу в обществе, не полагаясь только на богатство отца. Такая участь была не завидна, ведь в тебе люди не будут видеть личность, а только состояние твоих родителей. Именно поэтому он сам всё свободное от школы время проводил в компании отца и набирался опыта, который мог пригодиться для его карьеры. И лишь изредка позволял себе расслабиться в компании того же Джеджуна, который таскал его до утра по всем увеселительным заведениям их района. – Как с тобой сложно, Юн, – вздохнул юноша. – Эти бумаги никуда не убегут, а вот те милые девушки, – Джеджун взял ручку со стола и немного покрутил в пальцах, – могут больше нам не встретиться. – Вот девушки уж точно никуда от нас не убегут, – Юнхо выхватил ручку из рук друга и вновь углубился в чтение, на что Дже только цокнул и направился обратно к выходу. – Ну ладно, Юнхо. Сегодня я от тебя отстану, так уж и быть. Всё равно такой трухлявый пень бесполезно пытаться расшевелить. – И Джеджун выскочил из помещения, ловко увернувшись от полетевшего в него карандаша.

Конец флэшбэка.

– Да уж, изменения тебя коснулись только внешние, Джеджун, – вынырнув из своих воспоминаний и слегка презрительно осмотрев бывшего любовника, выплюнул Юнхо. – Всё сказал? – немного офигел от такого тона мужчина. – Долго думал, как сильнее меня задеть? – сразу ощетинился Дже, а его рука непроизвольно сжалась в кулак. Взгляд Джеджуна бродил по комнате, ни на чём конкретно не останавливаясь, а в душу будто влили ведро грязи - настолько отвратительно он себя чувствовал. Но он в очередной раз за сегодняшний вечер попытался взять себя в руки, чтобы ни за что не показывать то, насколько он слаб по сравнению с Юнхо. – Тебе не удастся меня вывести из себя, так что твоя попытка не засчитана, – почти ровным голосом произнёс Дже. – Да ладно? – усмехнулся Юнхо. – Того и гляжу, что ты само спокойствие и думаешь, как бы быстрее отсюда смыться. Но скажу сразу: тебе это не удастся, пока Я этого не захочу. А убеждать я умею, как ты уже понял. – И в его глазах мелькнул недобрый огонёк. Джеджун до этого момента избегал зрительного контакта с Юнхо, предпочитая осматривать окружающий интерьер, но именно в этот момент встретился с ним глазами. И мужчина был уверен, что угрозу свою Чон исполнит, даже не задумываясь. Уж больно красноречивым было его выражение лица. Юнхо всем своим видом излучал опасность. И насколько жестоким может быть этот человек, Дже ощутил с лихвой. Но сейчас он был в безвыходном положении, ведь тот его снял на целую ночь, а, значит, придётся постараться угодить клиенту. Ведь в этом и заключается его работа, а снова нарваться на гнев Юнхо ему очень не хотелось. Кроме того, он давно настроил себя на то, что вытерпит всё. С другой стороны, агентство всегда наказывало клиентов за плохое обращение с эскортом. Но в данной ситуации Джеджун уверен, никто не станет с ним носиться. Денег Чон явно не пожалел, а следовательно, Тэджун закроет глаза на некоторую порчу «товара». Закрывал глаза и не на такое. – Знаешь, что, – начал Джеджун после некоторого замешательства, – как я жил после нашей с тобой последней встречи – это не самая лучшая тема для беседы. Нас уже давно ничего не связывает, поэтому не к чему ворошить прошлое. То, как я стал эскортом, тебя не должно волновать. Сейчас имеет значение только то, кем мы являемся сегодня: ты – клиент, а моя работа доставить тебе удовольствие. И, если ты ещё хоть как-то дорожишь нашей когда-то дружбой, больше эту тему не поднимай, пожалуйста. На последних словах голос Джеджуна всё же слегка дрогнул. Вся та боль и обида, что он когда-то затолкал глубоко в себя, снова словно яд разъедала его изнутри, расползалась по каждой клеточке, каждому нерву, заставляя тело лихорадить и трястись, как на сильнейшем морозе. Ведь если бы тогда он послушал не своего отца, а его, всё в его жизни могло сложиться иначе. Мужчина выпал из реальности и, позабыв о том, что он в помещении не один, обхватил лицо руками и тяжело вздохнул, сдерживая себя, чтобы позорно не разрыдаться. Однако его быстро вернули из некоторого забытья довольно резкие слова Юнхо: – Дружбой? Какая к чёрту дружба после того, что ты сделал, сволочь? Чон был чертовски зол, что еле сдерживал себя, чтобы снова не покалечить Джеджуна. Он негодовал, что тот осмелился заговорить об их дружбе после того, как обманным путём втёрся к нему в доверие и чуть не погубил компанию отца. Тогда, одиннадцать лет назад, они, будучи совсем юными, смогли впервые испытать столь прекрасное чувство как любовь. Она не свалилась на них в один день, как подтаявший снег с крыши. Но в какой-то момент оба поняли, что их дружба переросла во что-то большее и прекрасное. Возможно, это произошло после того, как подвыпивший Джеджун полез к другу целоваться на одной из вечеринок, а чуть позже Юнхо довёз отключившегося юношу до его дома и, засыпая уже у себя в кровати, думал о том, что не прочь повторить поцелуй, только уже осознанно. Юнхо невольно улыбнулся воспоминанию, уже позабыв, что Джеджун его разозлил. Однако его быстро отрезвили. – Ты чего лыбишься? Сначала оскорбляешь, а потом смеёшься? Ты издеваешься надо мной? – недоумевал Дже. – Лучше бы тебе сейчас было помолчать, поверь. – И Юнхо посмотрел на мужчину настолько ледяным взглядом, что, казалось, сможет им заморозить всю комнату. Он снова вернулся в тот день. Туда, когда умерла их любовь.

Флэшбэк. Одиннадцать лет назад.

– Отец, о чём ты говоришь? Джеджун бы никогда этого не сделал? Он не такой! – заступался за друга Юнхо. Его родитель обвинял сына финансового директора их компании в том, что он обманным путём втёрся в доверие к нему, чтобы выведать информацию о секретной разработке в производстве спортивной обуви, которая должна была принести их фирме миллиарды вон, но оказалась у их конкурентов. Вся работа была тут же свёрнута, так как актуальности в ней не было. Компания потеряла огромную сумму денег и чуть не стала банкротом. Уже было доказано, что за всем стоит финансовый директор, отец Джеджуна, которому фирма-конкурент заплатила приличные деньги за это. Но чтобы и сам Дже был в этом замешан, Юнхо не верил. – Сын, твой разум затуманен этой дурацкой любовью, – выплюнул Чон старший. – Об этом мы с тобой отдельно поговорим. Но ты должен взглянуть фактам в глаза. У Джеджуна в личных вещах была обнаружена флэшка со всеми данными по проекту. Ты хочешь сказать это совпадение? – не переходя на крик, но довольно властным голосом излагал свои мысли мужчина. Что на это ответить, Юнхо не знал. Ведь незадолго до этого Джеджун расспрашивал его о проекте, а он посчитал, что не будет ничего дурного, если тому рассказать. Ведь его друг сам тянулся к тому, чтобы вникнуть глубже в работу компании. Его это очень сильно радовало. Но неужели тот и правда его просто использовал ради лёгкой наживы? Такое предательство всё равно не укладывалось у него в голове. Их чувства друг к другу реальные. Джеджун любит его. В этом он не сомневался. – Если ты мне не веришь, спроси у него сам. Джеджун во всём сознался. – Одной этой фразой отец выбил моментально у парня почву из-под ног. В сердце будто вонзили нож до упора и провернули рукоять. Юнхо был настолько ошеломлён, что так и остался стоять посреди кабинета, где они разговаривали с отцом, хотя сейчас юноша был в нём совершенно один. Он не верил, что Джеджун оказался таким же, как и все, что тоже просто хотел от него лишь денег. И только он и мог сейчас ответить на этот вопрос. Ничего не соображая, он помчался к дому Кимов. Он долго тарабанил в дверь, пока ему не открыла служанка. Буквально сбив с ног женщину, он побежал в комнату к Джеджуну. Он не сомневался, что парень там. Уроков сегодня не было, если только опять не какая-нибудь вечеринка. Однако Юнхо был уверен, что тому сейчас не до веселья. – Я задам тебе только один вопрос, – сразу атаковал Юнхо своего друга, что лежал на кровати и слушал музыку. Парень подскочил и резко сел, нервно поправляя задравшуюся футболку. После разговора с Чоном старшим остался очень гнусный осадок. И ему сейчас совсем не хотелось видеть любимого, кроме того, ему запретили… – Это правда, что у тебя была флэшка с информацией по разработкам новейшей спортивной обуви? – не дожидаясь реакции, вновь обрушил на брюнета свой гнев Юнхо. – Была. Но, Юнхо, дело в том, что… – попытался оправдаться Джеджун. Мало ему было сегодняшних оскорблений от президента, так теперь и сам Юнхо накидывается на него с безосновательными обвинениями. Он даже сделал шаг в сторону другу, пытаясь взять за руку, но его оттолкнули словно прокажённого. – Не смей ко мне больше прикасаться. Считай, что с сегодняшнего дня я для тебя не существую, равно, как и ты для меня. – В глазах стояли слёзы, было невыносимо больно, но Юнхо поклялся, что Джеджун был последним, кто вот так пренебрёг его доверием. Поэтому и слова из его уст были пропитаны ядом и желчью. – Хотя мы с тобой и так больше не увидимся. Твоего папашу засадят за решётку, а тебя выкинут из школы, и, уж будь уверен, мой отец позаботится, чтобы тебя не приняли ни в одно приличное учебное заведение. Иди и попляши в клубе, как ты умеешь. Может, деньжат заработаешь. Ненавижу тебя, сволочь! Джеджун ударил Юнхо, отчего тот пошатнулся и чуть не завалил стоящий сзади стул. В его глазах плескались злость и негодование. Выходит, Чон старший говорил правду, что Юнхо его не любит, а просто играется. И сейчас готов был поверить в первую очередь своему отцу, а не ему. Он хотел рассказать, как всё было на самом деле. Но стоит ли это делать ради того, кто верит ушам, а не своему сердцу? Определённо нет. Если бы Юнхо не залетел к нему в комнату, как дикий зверь, и не стал сразу обвинять, а спокойно его спросил, итог был бы другой. А так их любовь и дружба затянулись в зыбучие пески недоверия и обмана. Юнхо считал, что больше ему здесь делать нечего. Вытерев кровь с разбитой грубы, он в последний раз взглянул на теперь уже бывшего друга и покинул ставший ненавистным ему дом. И не видел, как рухнул на пол Джеджун, а из его глаз потекли горькие слёзы отчаяния.

Конец флэшбэка.

– Ненавижу тебя, лживый ублюдок, – вывалил на Джеджуна свою возникшую из-за болезненного воспоминания злость Юнхо и с силой сжал его шею, отчего мужчина захрипел. Перемены в поведении Чона его пугали. Ким думал, что задохнётся. Он отчаянно хватался за руку, что капля за каплей вытягивала из него жизнь. Голова ужасно гудела, мысли хаотично летали, было только одно желание: прекратить эту муку любой ценой. И если ему суждено умереть здесь и сейчас, то так тому и быть. И Джеджун перестал брыкаться, приняв свою скорую кончину. Перед глазами был туман, и в нём можно было разглядеть только чёрные глаза Юнхо, что неотрывно на него смотрели. Всё стало неважным и незначительным. Дже почувствовал себя таким крошечным, как маленький паучок, что летит на своей паутине через огромные и широкие леса и равнины, теряясь в этой бесконечности. Время остановилось. «Видимо так и умирают» – пришла внезапная мысль. Однако вскоре его будто закружило неожиданно налетевшей вьюгой, кидая из стороны в сторону, не щадя его тело, а затем выбросило, будто рыбу на берег после сильнейшего шторма. Джеджун принялся кашлять, боясь разодрать себе горло, которое пекло, будто в него влили чашу раскалённого железа. Он упал на ковёр и попытался отдышаться. Ему до сих пор не верилось, что Юнхо его чуть не убил. Сам шатен обнаружился сидящим на кровати и пристально следящим за всеми действиями Джеджуна. Чона самого испугало то, что могло закончиться непоправимо. Ким заслуживал разных наказаний, но только не смерти. Юнхо не собирался брать на себя ответственность за убийство. – Я ухожу. Деньги брать не стану. Да и собственно не за что, если учесть, что меня тут сначала чуть не покалечили, а потом не отправили на тот свет. Но задерживаться я тут больше не намерен, – насколько возможно громко сказал Джеджун. Горло всё ещё болело, и слова давались ему с трудом. Он встал и попытался найти свою одежду, чтобы поскорее убраться подальше от психопата Юнхо. Доверия к нему теперь уже совсем не было. Но тот ловко скрутил ему руки за спиной и прошептал в ухо: – Я же сказал, что без моего разрешения даже не думай никуда уходить. И со всей силой бросил того на кровать. Но Джеджун подскочил и сам накинулся на Юнхо с кулаками. Завязалась драка, в которой Ким явно уступал натренированному сопернику. Тот легко отбивал его ничтожные атаки, смеясь. – Как ты хочешь дать мне отпор, если дерёшься, словно баба? – издевался Чон. Он перехватил очередной удар Джеджуна, отчего его рука оказалась закинутой вверх, а сам он был прижат к шкафу. – Если хочешь причинить мне хоть какой-то вред, стань сильнее, Джеджун. – Эту фразу он выдохнул ему в ухо. Внезапно в его голове возникла одна идея. Ненадолго оставив свою жертву, Юнхо прошёл по комнате и достал свой сотовый телефон. Набрав уже известный номер и дождавшись ответа, он заговорил: – Господин Тэджун, у меня к вам есть деловое предложение. – И с интересом посмотрел на Джеджуна. Когда до того дошло, кому позвонил Юнхо, его глаза расширились от ужаса, и он кинулся, чтобы выхватить аппарат из рук мужчины, но тот легко увернулся. – Так вот. Я бы хотел, чтобы у вашего Хиро был только один клиент – я. Об оплате можете не волноваться. Необходимая сумма будет переведена завтра же на ваш счёт. Так что, я думаю, мы договоримся? Джеджун продолжал пытаться отнять телефон у Юнхо, за что получил отточенный удар ребром ладони в живот так, отчего его очень сильно скрутило, и он был вынужден сдаться. – Замечательно, господин Тэджун, что мы смогли найти общий язык. До свидания. – Мужчина отложил телефон в сторону. Ким зло смотрел на Чона, не веря, что его просто продали, как вещь. Эта скотина Тэджун только о деньгах и думает. И как после такого их агентство может называться элитным, когда в нём без проблем торгуют людьми? Усмешка, возникшая на лице Юнхо, вывела его из себя окончательно. А фраза, которую он произнёс, просто добила: – Ну что, Джеджун, что ты сделаешь со своей жизнью?