Дневник Классного Руководителя.

Глаза Евгения искали в классе Илью, учитель несколько раз переспросил, не знает ли кто, где тот находится. Тошнит от его взволнованности, этого его трепета и томительных вздохов. Что, сбежал от тебя наш ненаглядный Илюшенька? От злости стискиваю зубы, опускаю взгляд, мне прилетает записка от Алины: «Чего такой хмурый?». Я кривлюсь в сторону этой дурёхи, разглядывая розовый прыщик над её верхней губой. Нервы не выдерживают происходящего вокруг. Вскакиваю со стула, скинув карандаш и тетрадь в рюкзак, закинув его на плечо и направившись прочь из кабинета. Конечно, я привлёк внимание массы, их взгляды устремились ко мне, Евгений даже что-то бросил мне в след, но мыслями я был уже далеко. Затянувшись сигаретой, я поднял глаза на небо. Как ни странно, оно было ясным и чистым, хотя был уже октябрь. Пожелтевшие листья красили улицы, мне было приятно дышать этой пряностью и сигаретным дымом. Пелена гнева и злобы спадала, голова становилась такой же ясной, как небо над моей головой. И вот теперь меня охватывало отчаяние, мне стало тоскливо и одиноко. Попытался набрать номер Ильи, но он не взял трубку. Прошагав ещё пару улиц и переулков, я вошёл в родной подъезд. Лестничная клетка встретила меня привычным тошнотворным запахом и перегоревшей лампочкой. Как же противно вот так жить изо дня в день, думал я, скидывая с себя потную одежду и садясь в холодную ванну, включая горячую струю воды и закрывая глаза. Комнатка заполнялась ароматным паром, и тело моё размякло, расслабилось от тепла. Мне стало лучше. Уже когда я сидел на кровати, вытирая голову, зазвенел мой мобильник, это был Илья. Я судорожно схватил телефон и мгновенно ответил: - Алло, да? - Да… Привет, прости, я просто не слышал твоего звонка, что-то случилось? – этот тихий и нежный голос, который так любим мною. - Илюш, где ты пропадаешь? Почему не пришёл в школу? Прости меня, мне жаль, что я так поступаю, поступаю, как… - я запнулся, осознавая своё поражение, - как полный идиот. - Саш, не стоит, я понимаю тебя, ты тоже, прости меня, хорошо? – он грустен и устал. - Где ты сейчас? Не хочешь прийти ко мне, я сейчас один, напою тебя чаем… - Можно, спасибо тебе, - слышу по голосу, что он улыбнулся, прикрыл глаза, как всегда делает, - буду минут через десять, я тут рядом. Так же взволнованно, как схватил телефон, точно так же я кинул его на кровать. Кинулся собирать разбросанную одежду. Натянул майку и трусы, после чего носился по квартире в поисках джинсов. Никак не мог найти, и в итоге раздался звонок в дверь. Рефлекторно метнулся к двери, распахнул её и наткнулся на недовольный взгляд: - Я же предупредил, что скоро буду. Ты что, одеться не мог? - Ох… прости, я тут… соблазнять тебя решил! – глупо захохотал я в ответ, обезумев от счастья. Этот мальчишка стоял передо мною, и я готов был простить ему все свои обиды лишь за один поцелуй его обветренных губ. Илья прошёл на кухню, налил себе чая. Я же бросил поиски одежды и присел напротив него за столом. У нас завёлся разговор о школе, я пытался выведать, отчего он заделался прогульщиком, но у Грачёва просто талант ускользать от ответа. Отхлебнув чай, он поднял на меня свои зелёные глаза и, как бы невзначай спросил: - А Женя, то есть Евгений Александрович, спрашивал обо мне? Мне пришлось прикусить губу, иначе на меня бы снова нахлынули те безумные чувства. Для меня имя нашего классного руководителя, как красная тряпка для быка. К сожалению, я не был так глуп и прекрасно понимал, что между «Женей» и Ильёй завязались отношения большие, чем могут быть между учителем и учеником. Да и сказать, что эта ситуация бесила меня, это не сказать ничего. Так я где-то минут пять сверлил взглядом Грачёва, пока он не встал со стула. Наверняка, не выдержал напряжения. - Саш, прошу, не смотри на меня, как на врага народа, - он всплеснул руками, протянув слова жалобным голоском. - А как на кого мне смотреть на тебя? – я кипятился, как чайник, вот-вот пар из ушей повалит, - раньше я смотрел на тебя, как на возлюбленного, но ты лишь нос воротил. Что теперь не так? - Не ври мне! Ты смотрел на меня, как на секс-игрушку, как самец на самку, как мачо на проститутку… - Всё-всё, можешь не продолжать свой ассоциативный ряд, - злость спала, но осталось раздражение, - ты правда думал, что мне от тебя лишь секс и нужен? Я так похож на бесчувственного тюфяка? - Ну… да, - он отвёл глаза и рухнул обратно на стул. – Мы не говорили с тобой о том, что чувствуем, главное, ты не говорил, что испытываешь ко мне. А твои действия говорили лишь об одном, это всё делало мне больно. - А, думаешь, мне не было больно от твоих разговоров о Стасе?! – вырвалось у меня. - Я любил его! – прозвучало в ответ. - Любил?.. То есть, сейчас уже нет? - Нет… не знаю, я ещё не понял. – Он снова опустил голову и заговорил тише, - Стас был для меня каким-то чересчур идеальным. Знаешь, как принц для девочек. Именно такой образ сложился у меня в голове. А ты его антипод, отрицательный персонаж, главный злодей в этой сказке… - Так вот, как ты распределил роли. - Не перебивай. – Он взглянул прямо мне в лицо, мне стало не по себе от его серьёзности и прямоты во взгляде. – Я запутался, кто хороший, кто плохой, и в итоге сам оказался в луже. Просто… просто я хочу немного тепла, которое дарит любимый человек. Я уже успел разочароваться в Бранине, только ты моя единственная надежда. - А как же… - ну кто тянул меня за язык? Илья сказал такие милые слова, но меня было не остановить, - как же Евгений? - Он мой учитель, - с какой же горечью он это произнёс, поджав губы и прикрыв глаза, словно сдерживаясь от слёз. Мне больше не стоило ничего говорить, я всё уже сказал, поэтому поднялся и подошёл к Илье, обнял его сзади за плечи, прижимая, сначала мягко, потом настойчивее, а после и вовсе сжав в крепких объятьях. Он что-то пискнул в ответ, и мне пришлось выпустить его. Я устроился между его ног на коленях, глядя снизу вверх, послушно и весьма покорно, готовый исполнить любую его просьбу. - Ты ведь хочешь поцеловать меня? Я лишь кивнул, скользя руками по его ногам, тяжелее дыша. Мой сладкий сон, моя мечта и моя слабость, он наклонил голову и ласково коснулся губ. Никогда наши поцелуи не были так невинны и чисты, а может это лишь от того, что моя кожа до сих пор пахнет детским мылом, а волосы – мятой; я чист телом, а этот мальчишка чист душой… Хочу обладать им, но сдерживаюсь, не в силах испортить момент. Как и многие, я не слишком религиозен, но, Господи, прошу, если ты правда любишь каждое своё дитя, то подари мне любовь, позволь мне любить и быть любимым, а взамен я обещаю очистить мысли свои от скверны, Аминь.