Сокровища Вонголы

      - Значит, это ты владелец карты? – спросил капитан, как только Савада с Каваллоне, сопровождаемые одним из членов экипажа со странной, вытянутой вперед прической, вошли в надстройку на палубе, приспособленную под кают-компанию, просторную, освещенную яркими, пробивающимися через большое окно лучами солнца.       - Да, это я. – Растерянно отозвался Цуна, прижимая к груди переполненный вещами рюкзак.       Капитан «Намимори» сидел на стуле, обитом красным бархатом, закинув ноги на огромный, дубовый, лакированный стол. Его сапоги были начищены до блеска, рубашка выглажена, а яркий синий камзол с узором, вышитым золотыми нитями, завершал его изысканный и богатый образ. Черные волосы прекрасно контрастировали с бледной чуть обгоревшей на солнце и покрасневшей кожей лица. На плече у него сидела маленькая желтая птичка.       - Меня зовут Хибари Кёя. – Капитан убрал ноги со стола и облокотился на него, скрепив руки в замок. – Добро пожаловать на «Намимори». – Добавил он, разглядывая прибывших в кают-компанию гостей, и жестом пригласил их присесть на небольшую мягкую софу, стоящую напротив его стола.       Птенец, сидящий на плече у капитана, тихо чирикнул и принялся перебирать клювом черные пряди волос Хибари Кёи. Все так же, не отрывая взгляда от своих гостей, капитан нежно погладил птенца по голове указательным пальцем.       - Кусакабе! – позвал он кого-то, и дверь в кают-компанию тут же отворилась. – Мы отплываем немедленно! – отдал команду Кёя высокому молодому человеку со странной прической, тому самому, который сопровождал Дино и Саваду до кают-компании.       - Есть, капитан! – четко и громко ответил он и тут же скрылся из виду, закрыв за собой дверь.       - Отдать швартовы! – послышалось снаружи. – Поднять паруса! Мы отплываем прямо сейчас! – кричал на палубе Кусакабе, подгоняя членов экипажа.       - Ну, - начал капитан, игнорируя топот ног и взволнованные крики на палубе, - как настрой, Савада Цунаеши?       Цуна нервничал (поэтому не смог ответить ничего внятного капитану) и топтался на одном месте, проигнорировав предложение Кёи присесть. Он уткнулся взглядом в маленького птенца, сидящего на плече у Хибари, которого тот продолжал ласково поглаживать пальцем, и старательно избегал холодного взгляда Кёи, который смотрел на Цунаеши совершенно отстраненно – ему не был интересен ни этот шестнадцатилетний счастливчик, получивший такую ценную вещь в наследство, ни его спутник и друг, разглядывающий один из боевых трофеев, стоящий на полке. Его интересовала лишь карта сокровищ.       - Карту мне, пожалуйста, - не дождавшись вразумительного ответа, на выдохе выпалил он и протянул руку в ожидании ценного свитка.       Послышался негромкий стук – это Дино Каваллоне умудрился уронить позолоченную маску, обклеенную драгоценными камнями.       - Извиняюсь! – растерянно пролепетал он, пытаясь примостить военный трофей капитана на место – к другим дорогим вещичкам.       На длинных полках вдоль стены кают-компании было выставлено множество различных безделушек. Хрустальные бокалы, серебряные кубки, обклеенная драгоценными камнями маска, с которой так неосторожно поступил Каваллоне – все говорило о том, насколько удачлив и успешен в бою был Хибари Кёя. Ведь просто так все эти дорогущие безделушки не могли ему достаться, верно?       - Кёя, - обратился Дино к капитану, - я бы хотел спросить у тебя на счет оплаты.       Хибари покосился на Каваллоне. Да как он посмел обращаться к нему по имени? Да еще и на «ты»! Одарив Дино недобрым взглядом, капитан снова перевел свое внимание на Саваду, который медленно и нервно копошился в своем рюкзаке. А Хибари все так же протягивал ему руку, требуя карту.       - Три пятых от клада! – заявил он, когда долгожданный свиток пожелтевшей бумаги, наконец, оказался в его руке.       - Н-но это слишком мн-много! – заикаясь, взмолился Савада.       - Сколько-сколько?! – переспросил шокированный Каваллоне в надежде, что ему все же послышалось.       - Вы собираетесь жить в моих каютах, есть мою еду и пить моё вино. – Совершенно спокойно пояснил Капитан, разглядывая попавшую к нему в руки карту.       Карта была довольно древней, поэтому шероховатая старинная бумага уже начинала осыпаться по краям. Она была похожа скорее на обычную, не законченную географическую карту, нежели на старинную реликвию, указывающую на место хранения сокровищ Вонголы. И все потому, что на ней не были указаны ни названия стран, на названия морей и океанов. Что уж говорить о старых морских путях и судоходных каналах? На ней красовались лишь безликие очертания материков и одинокий крестик – нарисованный от руки на Филиппинских островах.       - Значит Филиппины, да? – сам себе задал вопрос капитан, игнорируя недоуменные возгласы своих недорогих гостей.       - Кёя, черт тебя дери! – всполошился Каваллоне, подошел к столу и уперся в него руками, нависнув над капитаном. – Это слишком высокая цена!       Савада предпочел держаться в стороне от бушующего друга и капитана, который с интересом разглядывал карту, совершенно не обращая внимания на буйство Дино, и не собирался, судя по всему, сбивать цену. Стоя поодаль, Цуна вдруг неожиданно ощутил легкое головокружение и качку под ногами. Перед глазами все медленно плыло, не давая ясно оценивать обстановку вокруг. Не имея больше возможности и сил держаться на ногах, Цунаеши мягко приземлился на софу – прямо напротив капитана. Со стороны выглядело так, будто он обреченно пал, услышав условия Хибари Кёи.       - Если Вас что-то не устраивает, - спокойно начал капитан, скручивая карту в трубочку, - можете отыскать другой корабль. – Кёя, будучи совершенно спокойным и оставаясь бесстрастным, протянул Саваде карту. – Только в порт я возвращать корабль не стану – можете смело прыгать за борт и плыть к берегу самостоятельно.       И воцарилось молчание. Каваллоне покорно умолк, но все так же продолжал пялиться на капитана, нависнув над ним, как будто от его пристального взгляда Кёя стал бы сбивать свою цену. Совсем рядом на небольшой софе мирно покоился Цунаеши, осознавший все прелести морской болезни. Ему было уже все равно на условия, выдвинутые капитаном. Он мечтал лишь о том, чтобы головокружение и тошнота оставили его.       - Ну, вот и славно. – Заключил капитан, убирая карту в верхний ящик стола.       Обреченно махнув рукой в сторону Хибари, Дино поспешил покинуть кают-компанию. Спорить и ругаться с капитаном было все равно бесполезно. А за ругательства и недовольства он мог запросто скинуть и его, и Цуну с корабля, оставив карту в своем расположении. Лучше лишиться большей части клада, чем потерять его совсем!       Дино подошел к борту и облокотился на него. Земли острова Цусима и его город-порт медленно уплывали вдаль, тая и растворяясь в воздухе. От этого у Каваллоне в груди снова что-то волнительно заныло. Поверить только, он на корабле со своим другом отправился на поиски сокровищ! Конечно, судя по всему, три пятых найденных богатств придется отдать в распоряжение Хибари Кёи, но оставшиеся драгоценности они поделят с Савадой пополам. Одна пятая от всех сокровищ – это не так уж и плохо!       - Дино-сан, - позвал друга свесившийся через борт голову Савада. Его по-прежнему штормило. – Я тут подумал… - Цунаеши громко вздохнул, наполняя грудь пьянящим морским воздухом, - зачем первый Вонгола… - Он на мгновение задумался, - Нет! Зачем вообще ВСЕ закапывают клады? Почему бы их просто не потратить? Ну, я имею ввиду, все это золото… оно же!.. – Савада поднес руку ко рту, сдерживая рвотные позывы.       - Ты как, Цуна? – забеспокоился Каваллоне за друга. – Наверное, первому Вонголе просто не на что уже было тратить свои богатства. – Заключил Дино через время, поглаживая страдающего друга по плечу. – Хотя знаешь – я бы никогда не закопал свои сокровища. – Каваллоне лучезарно улыбнулся чему-то своему, всплывшему в его памяти. – Лучше бы я оставил их в наследство своим будущим поколениям…       Обстановка в его родной Италии была напряженной. Огромные налоги легли непосильным бременем на плечи итальянцев. Подверженные постоянным гонениям за народные выступления люди бежали в леса и горы, спасая свои шкуры от разъяренных разрухой властей. Из бедняков и протестантов время сложились бесчисленные отряды разбойников Брави – смельчаков, этаких Робин Гудов: грабили богатый и обеспечивали бедных.       Будучи сыном довольно знатных родителей, Дино на собственном опыте испытал страх разорения и внезапно обрушившейся бедноты. Отец и мать Каваллоне перебрались к родственникам в Савойю, и после партизанской войны пятидесятых годов Дино, переехавший по собственной инициативе в Японию, не получил от них не единой весточки. Поэтому единственное, чего желал Дино – отыскать денег, чтобы восстановить разрушенное семейное поместье.       - Я бы никогда и никому не отдал эти деньги. Лучше обеспечить счастливую жизнь своим детям и внукам, чем доверить им их. Где деньги и золото – там всегда кровь. – В заключении сказал он.       - Ты рассуждаешь так, будто был когда-то по-настоящему богат. – Послышалось презрительное замечание с реи.       Пепельноволосый паренек лет шестнадцати сидел на нижнем рангоуте, отодвинув ткань белоснежной парусины за спину, и медленно покуривал свою расклеивающуюся самокрутку. Свесив ноги в тяжелых ботинках с реи, он с любопытством подслушивал разговор десятого владельца карты, склонившегося через борт и страдающего от морской болезни, и его друга, пока второй ненароком не взбесил своими рассуждениями.       - Я слышал о сокровищах Вонголы от своего отца, - начал он, вглядываясь в морскую даль и в последний раз затягиваясь самокруткой, - и, уверяю тебя, за всю их историю не было пролито ни единой капли крови. - Паренек выкинул окурок за борт, спустился на палубу по канатной лестнице, привязанной к рее, и облокотившись через борт рядом с Савадой, продолжил. – Большинство моряков считают сокровища Вонголы выдумкой и сказкой, поэтому за ними и нет такой погони. – Паренек плюнул в море и поправил множество перекрутившихся кожаных ремешков на запястье. – Нам очень повезло, что карта оказалась у Вас в руках, десятый! Мы найдем их! С этого момента я и все члены экипажа в Вашем распоряжении!       Каваллоне, не отрываясь, следил за пепельноволосым мальчишкой, который так смело и уверенно бросался подобными фразами. Еще несколько минут назад он не мог сдержать своего раздражения, вызванного речами Дино, но сейчас же уже сиял добротой и преданностью в глазах, обращаясь к Цунаеши, которому, судя по всему, не было до пепельноволосого совершенно никакого дела – слишком уж сморила его морская болезнь.       - Меня зовут Гокудера Хаято, - никак не умолкал парень. – Я пушкарь! – гордо добавил он.       - А я Дино, - поспешил представиться Каваллоне, - а владельца карты зовут Цуна.       - Я не с тобой разговаривал! – отрезал Хаято, зыркнув на недоумевающего Дино.       Солнце продолжало неистово печь в зените, корабль раскачивался на волнах, медленно набирая скорость и подставляя свои паруса попутному ветру. На палубе было совершенно спокойно – весь экипаж взглядом провожал остров Цусима, чтобы вновь оказаться в совершенно ином мире, отрезанном от жизни на земле – в мире морских просторов. И лишь Гокудера Хаято, лучший пушкарь трёхпалубного корабля «Намимори», никак не унимался. Он с увлечением продолжал рассказывать о том, как популярны истории о поиске сокровищ Вонголы среди моряков. Он поведал о том, как наследники, один за другим, терпели поражение и возвращались домой ни с чем, с пустыми руками и истоптанными по Филиппинским островам сапогами.       - Они ведь на Филиппинах, верно? - с уверенностью в своих знаниях спросил Хаято. – Это ни для кого не секрет. – Гокудера хмыкнул, увидев шок в глазах позеленевшего от тошноты Цуны. – Я же говорю, все считают сокровища выдумкой, поэтому никто, кроме владельцев карты, никогда не пытался отыскать их.       Пусть Хаято и твердил о том, что сокровища Вонголы считались лишь старой моряцкой байкой, Цуна все равно не мог поверить в то, что столько лет клад, местоположение которого было известно всем, мог пролежать нетронутым. Хотелось бы надеяться, что сокровища все еще хранятся под землей, на своем законном месте.       - Тебе бы прилечь, Цуна. – Заботливо пролепетал Каваллоне, как только Хаято ненадолго притих.       - Я отведу его в каюту! – всполошился Гокудера и, взяв Саваду за локоть, потянул в сторону небольшого деревянного люка в палубе, ведущего внутрь судна – в каютный отсек. Цунаеши не сопротивлялся. Ему и самому давно хотелось лечь и отдохнуть, чтобы хоть немного расслабиться и отвлечься от головокружения и тошноты. Верное лекарственное средство от морской болезни – это сон.       - О, да ты совсем плох! – удивился проходящий мимо черноволосый паренек. – Гокудера, дай ему спички. – Обратился он к заботливому Хаято, вызвавшемуся сопроводить десятого владельца карты до каюты.       - Придурок, я и без тебя знаю, что надо делать! – ругался пепельноволосый, копошась в кармане в поисках спичек.       Дино наблюдал за троицей все так же стоя у борта и удивлялся, с какой теплотой приняли Саваду члены экипажа. Возможно, такой теплый прием можно было объяснить тем, что Цунаеши был владельцем карты сокровищ? По крайней мере, Дино пришел именно к такому выводу, ведь о нем, Дино Каваллоне, все благополучно забыли и переключили свое внимание на захворавшего Саваду.       В любом случае, никто с уверенностью не мог говорить о том, как сложатся отношения между членами экипажа и гостями «Намимори». Впереди их ждало море, приключения (а приключения обычно сближают людей) и, вполне возможно, сокровища Вонголы. А деньги, как уже говорил Каваллоне, несут несчастье и кровь…