В Бруклине все спокойно 2

Стив так никому и не рассказал, что Солдат не просто вытащил его из воды в тот день крушения геликарриера. Солдат дождался, пока Стива найдут и реанимируют спецагенты ЩИТа, дождался, пока Стива подлатают и выпишут из больницы. Дождался, пока Стива отправят в бессрочный отпуск на время реорганизации детища Фьюри в очередной клуб по интересам с дурацким названием - и только потом явился к нему, зная к тому моменту о Капитане абсолютно все: от бытовых привычек до деталей каждой спецоперации, в которой Капитан когда-то заработал свои шрамы. А единственным, что позволили узнать самому Стиву, оказался нелицеприятный и катастрофически неправильный для существующего мироздания факт - Солдат его абсолютно, тотально, железно ненавидит. Впрочем, как и все остальное. *** Те, кто думал, что Солдат - игрушка в руках ГИДРЫ: вымученная, измученная, а потому безвольная, ошибались. Это становилось понятным сразу, стоило задержаться рядом с Зимним дольше минуты, не будучи им убитым. Нет, Солдат не был безумным, не жаждал крови всех и каждого, просто желание мести за все то, что с ним когда-то сотворили, сделало из него настолько хладнокровного убийцу, что это оказалось куда страшнее, чем любая ярость, которую так или иначе можно усмирить, любой гнев, который так или иначе можно выплеснуть. С тихой ненавистью к миру, который его не пожалел, справиться было не по силам. Переубедить - не по силам. Выбить кулаками - априори не тот подход. Да и Солдат пришел не потому, что когда-то какой-то Баки был кем-то важным для Капитана, и теперь Солдат благородно пытался его воскресить, нет. Он пришел даже не за помощью, скорее, равноправным сотрудничеством, при котором Капитан обеляет его в глазах общественности, играя на прежней дружбе и верности, а Солдат методично помогает избавляться ЩИТу от баз и агентов ГИДРы в обмен на доступ к данным самого ЩИТа. Согласившись, Фьюри подписал смертный приговор сотням, но кто станет вести списки, когда по вине ГИДРы погибло не меньше? *** Стива откровенно коробило от всего этого. Нет, он даже мечтал, чтобы Солдат исчез и никогда больше не возвращался. Или, может, даже случайно погиб на задании. Странные мысли для человека, воюющего за правильную, добрую сторону, так? Но иначе не получалось. Все, что делал Солдат, вызывало в нем волну протеста, волну гнева. Ответную волну ненависти. Он никогда прежде не задумывался, что может так ненавидеть. Что будет так ненавидеть. Ненавидеть собственного друга, оплакать смерть которого когда-то так и не сумел, простить за которую себя так и не решился. Пережить воскрешение которого оказалось не по силам. Ненавидеть не тех, кто с ним это сделал. К ним претензий не было. Больше не было. Какие претензии могут быть к мертвому? Ненавидеть самого Баки. Хотя называть это существо именем Баки тоже было неприятно, как и ассоциировать это равнодушное лицо с тем, которое улыбалось ему когда-то. "Я хочу, чтобы ты умер". Как же было бы приятно наконец сказать ему эти слова. Но правильная сторона такого не говорит, так? И Стив терпел. Терпел и ненавидел. А потом Солдат наконец исчез. А Фьюри поставил такую нужную Стиву красную печать на его дело, приписав на полях чуждое всем болевым точкам Капитана "Призрак", и оставалось только отмахиваться от ненужных новостных сводок Сокола и игнорировать Романову, внезапно ставшую такой сентиментальной и восприимчивой к трагедиям прошлого, но все это больше не отнимало ни сил, ни нервов. *** Слушать распинавшегося о морали Альтрона было смешно. Человечество само истребит себя своими же руками? Само втянет себя в войну своей ненавистью и жаждой разрушения? Ни одна война, пришедшая к тебе домой, не страшнее той, что вышла из твоего дома. Капитан прижимает щит и первым кидается в атаку. Что может быть ироничней, чем снова полечь за мир, на который тебе катастрофически наплевать? 28 апреля 2015