I Never Told You What I Did For A Living

Следующая глава будет последней, как ни печально. Ибо автор каким-то таинственным образом успел удалить фанфик, не дописав его, а я заметил это только сейчас. xowrwf. ________________________________________________________________________________

Джерард рисовал что-то в скетчбуке, пока я лежал на своей половине кровати. – Спасибо, что разрешил мне остаться здесь, – я разрушил тишину, царившую некоторое время между нами. Он прекратил рисовать, и его глаза встретились с моими. – Все в порядке, – ответил он и продолжил рисовать. – Почему ты думаешь, что я причиню тебе боль? – спросил я. На лице Джерарда изобразилась боль, и он быстро захлопнул скетчбук. – Я не хотел… – Моя семья… – он прочистил горло, – мои родители были убиты. – О боже, прости меня, – я выпрямился, сев ближе к нему, так что наши руки соприкасались. Джерард смотрел на меня несколько секунд, после чего вздохнул. – Я… я не могу тебе больше ничего рассказать… – Хэй… Джерард, все хорошо, – я улыбнулся ему, и прядь его спутанных черных как смоль волос упала ему на лицо. Не колеблясь, я убрал ее, заправив волосы ему за ухо. И… Его губы изогнулись в улыбке. Он улыбался. У него была красивая, прелестная, невинная улыбка. Я поразился себе, что заставил кого-то улыбнуться, особенно если этот кто-то идеален, как Джерард. И следующая вещь, которую я знал, были губы Джерарда у моего уха. – Мне нужно идти, – прошептал он, заставляя меня дрожать от удовольствия. – Оу… ладно, – я нахмурился, грустно, игнорируя то, что все вокруг сходило с ума от того, насколько близко он был. – За едой, – сказал Джерард. – Нет, подожди, – возразил я, задержав его за запястье своей татуированной рукой. – Я могу принести тебе что-нибудь из своего дома. Это будет лучше, чем фрукты. Я принесу конфеты и все такое. То, что понравится тебе больше. И нормальную еду… – принести ему еду было бы причиной прийти к нему еще раз. – Нет, все хорошо, – Джерард помотал головой. – Оу, – я отпустил руку и снова лег, чувствуя… боль? Почему мне было больно?.. Я уставился на коридор и увидел Джерарда, облокотившегося о стену в довольно соблазнительной позе. Я покосился и увидел, как он смотрел на входную дверь. – Джерард? – прошептал я. Затем он подошел к входной двери и дернул за ручку. Дверь была не заперта для него?.. Его привлекательная фигура исчезла. - - - Я все еще не спал, когда Джерард вернулся. Очевидно, шел дождь, потому что его одежда промокла, и его волосы прилипли к лицу. Вообще, довольно сексуально было видеть его, промокшего, пока он входил в свою спальню. Он зажег камин, а затем исчез на несколько минут, вернувшись со свежим поленом и складывая его в камин. Он вытащил из своего влажного кармана пачку спичек и провел спичкой по коробочке, создавая дрожащее пламя. Джерард некоторое время просто смотрел на него, и затем выбросил спичку в камин, наблюдая за тем, как огонь взревел, поднимаясь вверх. Он снова вышел из комнаты, и я услышал, словно он рылся где-то, а затем он вернулся с новой одеждой. Я гадал, украл ли он ее или это была его собственная. Я наблюдал, как он начал расстегивать пуговицы своей рубашки. Я не сказал ему, что не спал, я был слишком нетерпелив, слишком грязен… Я хотел увидеть его без рубашки. Он расстегивал свою рубашку мучительно медленно, но я не мог попросить его поторопиться, конечно, ведь он думал, что я сплю. В конце концов, он достиг последней пуговицы и снял с себя рубашку. Я тихо сглотнул; в джинсах, что были на мне, было тесно, но становилось теснее. У Джерарда была молочная кожа, он не был слишком худым или слишком толстым. Он был нормальный. На его теле была пара шрамов и фиолетовых синяков, но они не портили его красоту. Я лишь хотел дотронуться до его кремовой кожи… я хотел его. Нет, Фрэнк, ты не хочешь его. Ты любишь Джамию. Я говорил это себе, пусть мой член не соглашался с этим. Джерард достал другую черную футболку, на этот раз сухую, и надел ее, застегнув. Я знал, что он собирается снять брюки, но я не мог смотреть, потому что это было бы слишком много для меня. Я снова взглянул на него через несколько минут и увидел, что он изменился. Он закрыл дверь спальни, со мной внутри. И затем он сделал то, чего я совсем не ожидал. Он начал петь. – Hand in mine into your icy blues*… – его голос ангельский, гипнотизирующий, он был таким… чистым. Я должен был сказать что-либо. – Вау, твой голос… – произнес я, когда он прекратил петь. Джерард взглянул на меня. – Он… не настолько хорош, прости, – он уставился в пол. – Я не знал, что ты проснулся. – Нет, он больше, чем просто хорошо… он удивительный! – я вздохнул. – И эти слова. – Спасибо, – пробубнил Джерард, дотронувшись до своих губ. Я не должен был позволять себе следить за его руками и смотреть на его губы, но я не смог сдержаться. Я перевел взгляд, когда он вновь начал говорить. – Моя бабушка, Елена, помогала мне писать песни. Сейчас я пишу их сам. И рисую. Пишу и рисую. – И ты занимаешься этим все свое время? Это, должно быть, чертовски скучно, – я поднял брови. – Нет, – решительно ответил Джерард, – я пишу и рисую, потому что обожаю делать это. – Можно мне увидеть твои… – Рисунки? – Джерард помотал головой, его волосы упали ему на лицо. – Никто кроме меня не знает, что я рисую. Мне это нравится. – Оу, – ответил я. – Разве ты не должен поспать? – сказал я, поворачиваясь к стене. Воцарилась тишина, а затем я почувствовал тепло. Я повернул голову, улыбнувшись, и увидел Джерарда. Он был поразительно близко. Я просто хотел обнять его и никогда не отпускать. Джерард напевал себе сладкую мелодию. Я не мог прекратить смотреть на него, когда он закрыл глаза. Он выглядел таким спокойным. – Спокойной ночи, Джерард, – усмехнулся я. – И тебе, Фрэнк, – от того, как он произнес мое имя, по моей спине побежали мурашки. Я почувствовал, как его голова коснулась моего плеча, вероятно, случайно, но ни один из нас не отодвинулся. Я улыбался так сильно, что мои скулы болели. Я не хотел возвращаться домой. Я хотел остаться с Джерардом. - - - Яркий свет ударил мне в глаза, и я проснулся, чтобы увидеть, как Джерард спит, все еще, но на моей груди. Но вскоре он проснулся и выполз из кровати, его глаза мутные ото сна, одна из его черных штанин на полпути к колену, волосы в еще большем беспорядке. Он потер тыльной стороной ладони правый глаз. Я улыбнулся этой очаровательной картине. Джерард прочистил горло, и это заставило меня встать с его кровати. – Иди, – заявил Джерард, глядя себе под ноги. Его голос не был сильным или требовательным. Он был слабым, немощным, словно ему было нужно, чтобы кто-то остался с ним. – Возвращайся к своим настоящим друзьями не говори обо мне… никогда… Джерард повернулся ко мне спиной и подошел к огню. «Настоящие друзья»? Что он имеет в виду? Я заметил, как он начал сжимать кулак, и тут я направился к двери. Я оглянулся и увидел лишь тень Джерарда. А потом я ушел. - - - Я шел к дому Рэя, вглядываясь в окна и замечая своих друзей. Я постучал в дверь. – Я открою! – дверь распахнулась, и передо мной появился Рэй. Он уставился на меня. – Вау, Фрэнк, ты и вправду провел там ночь? – Конечно, провел, я не слабак, – пожал плечами я, входя в дом без приглашения, и Рэй закрыл за мной дверь. Я направился в гостиную и увидел Дьюиса, Эда и Боба. – Как это было? – спросил Боб. – Там ничего не было, буквально, – соврал я, – это место пустынно… Что-то подсказало, что если я скажу им, что там нестрашно, они пойдут туда сами и… они найдут Джерарда. – НО, я мог слышать голоса: словно кто-то следил за тобой, куда бы ты не повернулся. Иногда дверь была закрыта, а в другой раз снова открыта. Там даже не было скважины, чтобы закрыть ее. Они оглянулись, выглядя напуганными. Я ухмыльнулся, успешно. Ложь соскальзывала с моего языка, словно сироп. Парни кивали, понимающе. - - - Мы все пропустили учебный день. На следующий день я должен был пойти в этот ад снова. Прозвенел звонок на перемену, и все ученики собрали свои пожитки и пошли на улицу, встретиться с друзьями. Я стоял на своем обычном месте, снаружи, облокотившись о стену, куря. Ко мне подошла Джамия. – Хэй, – улыбнулась она. – Привет, Джамия, – вдохнул я в дыму. В моих мыслях было только лицо Джерарда. Его вид, когда он снимал рубашку. И, конечно же, к сожалению, я помнил, как я ушел. – Иди. – Возвращайся к своим настоящим друзьями не говори обо мне… никогда…» Я тяжело сглотнул. – Ты слушаешь, что я говорю?! – воскликнула Джамия. – Ой, прости, – я рухнул назад в реальность. – Я сказала, эй, Фрэнк, хочешь сегодня вечером пойти ко мне? – вздохнула Джамия. – Я, правда, не в настроении видеть кого-либо, – заявил я. Кроме Джерарда, добавил я мысленно. Я постучал по сигарете, стряхивая пепел. – Ты всегда не в настроении видеть меня, – надулась Джамия. Я закатил глаза. – Смотри, Джамия, я не хочу встречаться после школы НИ С КЕМ. Поняла? – прошипел я. Я был чертовски разочарован во всем мире: всё, чего я хотел, был Джерард. – Ты так «любишь» меня, – парировала Джамия. Кровь в моих жилах вскипела. Я так хотел доказать ей, что она неправа, в основном потому что… она была права. Я не любил ее. – Я люблю тебя, окей? Просто… сегодня не мой день, – сказал я быстро, желая покончить с ложью. Стоп, с какого момента я начал думать, что любовь к Джамии – ложь? Я люблю ее. Не Джерарда. ЕЕ. ЕЕ. Ее. Джамию. Я помотал головой, пытаясь прогнать свои мысли. – Поцелуй меня? – попросила Джамия. Нет. Я не хотел целовать ее. Я хотел поцеловать Джерарда… НЕТ. Нет, я не хотел! Я лишь зажал сигарету между зубов, словно это причина не целовать Джамию, и не убирал ее до звонка. - - - Учебный день завершился, и я обнаружил себя идущим по знакомому маршруту к своему дому, отказывая предложениям пойти сегодня с кем-нибудь гулять. Я остановился, дойдя до леса. Я устремил в него взгляд, чтобы увидеть дома Джерарда. Он не хотел, чтобы я был там, но… я вздохнул и направился прямо домой. Я оставил свой рюкзак наверху в комнате и начиркал маме записку: Буду у друзей. Вернусь позже. xofrnk Думаю, можно считать Джерарда моим другом. Я переоделся и отправился к нему «домой». Я обнаружил, что дрожу, когда попытался открыть дверь. Заперто. Я постучал, громко. Я попробовал открыть дверь снова и успешно, так как она была открыта. Я улыбнулся сам себе, входя внутрь и закрывая дверь за спиной. Я сглотнул: я не придумал, что скажу Джерарду. – Джерард? – прошептал я, не совсем желая того, чтобы он услышал меня, потому что я был очень напуган тем, что он не захочет меня видеть здесь. Я прошел вниз по коридору: дверь в его спальню была открыта. Я заглянул и увидел его, сидящим рядом с камином, на кровати, скрестив ноги, как обычно, и пишущим в его скетчбуке. Он не рисовал. Он писал. Я прочистил горло, тихо. – … привет, – пробормотал я себе под нос и вздрогнул от того, каким жалким я выглядел. – Привет, – сказал я, громче, заставляя Джерарда поднять взгляд. – Зачем ты здесь? – это было похоже на то, что он сказал вчера ночью. Он захлопнул скетчбук, плотно. Почему он всегда был напуган? Я вошел в его комнату. – Просто захотел прийти сюда снова, – пожал я плечами. Это была половина правды. – Но здесь ничего нет, – ответил Джерард робко. – Ты здесь. И я пришел увидеть тебя снова. Потому что я хочу видеть тебя, – сейчас, это была правда полностью. Джерард выглядел удивленным. – П-правда? – прошептал он. Я двинулся с места и сел рядом с ним. – Правда… что ты пишешь? – спросил я. – Заканчиваю мою песню, – ответил Джерард. Я прочел слова вслух, продолжая с того места, на котором он остановился в прошлый раз, когда пел. – «And this time, I mean it, I’ll let you know just how much you mean to me**». Мне нравится эта строчка, – сказал я ему. Он кивнул, но его глаза были на расстоянии. То черное пятно, которое было на его лице вчера, исчезло; вероятно, из-за дождя. – Спасибо, что вернулся, – он едва шептал. Я усмехнулся. – Все в порядке, я хотел вернуться, как я и сказал. Заметки Автора: a/n: х и х и х и