I Never Told You What I Did For A Living

– Это были потрясающие выходные, Фрэнки. Спасибо тебе. Но я должен идти. – Подожди… – но Джерард не дал мне договорить. За долю секунды он оказался возле меня, оставив легкий поцелуй на моих губах, и вышел из кухни. Я услышал лишь «До свидания, миссис!» и хлопок входной двери. Прекрасно. Объяснение, откуда в моей комнате взялся неизвестный парень, и почему я был голым, мне придется придумывать самому. Я-то надеялся, что за завтраком мы с Джерардом что-нибудь придумаем, а он сбежал. – Фрэнк, – это была моя мама, вошедшая на кухню и устроившаяся за столом напротив меня, пронизывая меня изучающим взглядом. – Нам надо поговорить. И пусть ее тон был скорее умоляющим, чем строгим и требовательным, я не мог поддаться этой иллюзии. Нужно было как-то отделаться, а потом я придумаю, что ей сказать. – Прости, мам, – затараторил я, – мне надо бежать. Я договорился встретиться с друзьями. Я выскочил из-за стола, собирая грязную посуду и убирая ее в раковину. Но тут в голову пришла мысль, настолько мимолетная, что я не успел хорошенько все обдумать, и тут же ляпнул: – …и с Джамией. Мама не успела ничего более, кроме как произнести удивленное «оу», когда я был уже в коридоре и надевал кеды. Сейчас главное – не дать ей сказать больше ни слова, иначе я тут задержусь надолго. – До вечера, мам! – крикнул я и покинул дом.

***

– Давненько ты с нами не тусовался, Айеро, – голос Дьюиса словно жгучая смесь. Он развалился на диване, лениво играя в какую-то гоночную игру (и это точно не Марио Карт, уж это игру я запомню надолго) на приставке, словно разговаривая с телевизором, а не со мной. – А ты обидку кинул, Дьюис? – съязвил я. Кажется, он собирался огрызнуться, но его перебил Рэй: – Да ладно вам, ребят, – улыбался он, – давайте лучше порадуемся, что Фрэнк снова с нами. – Ты так говоришь, словно Фрэнк восстал из мертвых, – усмехнулся Эд, закидывая ноги на подлокотник кресла. – А где Боб? – спросил я, не обращая внимания на Эда. – Он пошел по твоим стопам и кинул нас, – ответил Дьюис, не отрываясь от игры. – Долго ты будешь дуться? – Фрэнк! – Рэй попытался заткнуть меня, но поведение Дьюиса, строящего из себя хмурого и мрачного, выводило меня из себя. – А какого черта ты променял нас на девушку? – отбросив контроллер в сторону, Дьюис вскочил на ноги и подошел ко мне. И в этот момент, клянусь, мне очень многого стоило не рассмеяться, потому что он был похож на разъяренного петуха. – Джеймс! – Рэй тоже поднялся, вставая между нами, уже готовый нас разнимать. – Все в порядке, Рэй, – сказал я, взглянув на единственного адекватного человека в этой комнате, коим и являлся Рэй. – Думаю, мне лучше уйти, пока мы не разгромили твою гостиную. – Фрэнк, ты… – Да-да, вали Айеро, – бросил мне вслед Дьюис, – удачного тебе перепихона с Джамией. Если она, конечно, дает такому неудачнику, как ты. Я обернулся, на полпути к выходу, и взглянул на Дьюиса. Сейчас он не внушал ничего, кроме отвращения. Даже отвечать ему не было абсолютно никакого желания. Но его слова кольнули в самое сердце, не понимаю, почему. Какой бы классной девушкой Джамия ни была, мне было плевать на нее. – Увидимся, Рэй, – сказал я, уже почти за парадной дверью. Я услышал, как Дьюис крикнул еще что-то, а Эд заржал, точно конь. И как только Рэй терпит этих двоих? Но сейчас я должен думать не об этом. Как бы вы объяснили свои родителям то, что были, голый, в одной комнате с сексуальным парнем, утром, а простыни на вашей кровати в полном беспорядке, да и в гостиной как после поп-корнового дождя? "Хэй мам, ничего такого, мы были с девчонками, но они ушли вчера, поэтому мы остались вдвоем". Нет. "Помнишь, в дестве я ходил во сне? Так вот это снова случилось, и я оказался в одной кровати с Джерардом". Нет. "Какая разница, почему ты застала меня голым с этим парнем, я тут не понял тему по физике о переходе электронов, может, объяснишь?" Ну, это, возможно, заставит маму оставить меня в покое и отправить учиться, но нет. "Я на самом деле не ваш сын, а инопланетный организм, посланный в качестве секретного агента-шпиона". Нет. Однозначно нет. "Мама, папа, я гей". Нет. Последние два слова послужат началу моих походов к психологу, я уверен. Судорожно перебирая в голове все возможные варианты, я и не заметил, как поднялся к крыльцу своего дома и вошел в прихожую. Черт. У меня был шанс протянуть еще немного времени, ведь нормальной отговорки я так и не придумал. Но что сделано – то сделано, а мама уже заметила, что я вернулся. – Фрэнки, папа задерживается, – слишком бодро сказала она, встречая меня, – он должен приехать через пару часов и… – Мам, вы зря волнуетесь, я… – Нет, это не из-за парня и… кхм… ты понял, – мама на мгновение прикусила губу и натянуто улыбнулась. – Иди к себе. Я нахмурился и кивнул. Мама вела себя немного странно. Да и выглядела тоже: опущенная голова, грустный взгляд, неестественная улыбка. Неужели это из-за меня? Я сидел в своей комнате весь остаток дня, а папа так и не приехал. Ни через пару часов, ни через три, ни через пять. Не знаю, чем занималась мама все это время, но себя я сумел занять. Я пытался пробудить в памяти ту песню, что пел Джерард, и сыграть ее на гитаре. Его голос звучал в голове так реалистично, что мне казалось, словно он сидит рядом со мной, напевая мне на ушко. Да, за несколько часов я чертовски соскучился по Джерарду. Мучая бедный инструмент, я параллельно поедал свои запасы шоколадок, что были спрятаны в моем шкафу. Полезная вещь. За окном стемнело, а я бросил взгляд на часы: было уже довольно поздно, и завтра гребаный понедельник, так что я нехотя убрал гитару в чехол и развалился на кровати, выключив светильник. Странно, что мама не позвала меня ужинать, пусть я и не был голоден. Кажется, я очень устал за этот день, потому что сон накрыл меня быстро и незаметно, словно невесомая волна…

***

– Фрэнки, просыпайся, дорогой, – усталый, но ласковый голос мамы мягко вырвал меня из лап Морфея. – Доброе утро, мам, – сонно пробубнил я, переворачиваясь и потягиваясь. То, что это утро понедельника, еще ничего не значит. Этот день мог пройти вполне неплохо, особенно когда начинаешь его с приятного душа и ароматного кофе с омлетом. Не знаю, почему я сегодня такой позитивный. Наверное, потому, что сегодня я могу снова встретить Джерарда. Услышать его прекрасный голос и увидеть его детскую улыбку. В школе моей главной задачей было не устроить драку с Дьюисом, потому что этот мудак не поскупился на глупые подколки в мою сторону. С Джамией все прошло на удивление просто: она, кажется, услышала «приколы» Дьюиса и решила не пилить меня, что я провожу с ней мало времени. В конце концов, ее вид внушил мне столько жалости, что я согласился прогуляться с ней после школы. Только бы это заняло не так много времени, потому что я хотел заглянуть к Джерарду и узнать, как он. И провести с ним остаток вечера. Плевать на уроки.

***

– Где ты пропадал на выходных? – спросила у меня Джамия, когда мы прогуливались по парку. Я зажег сигарету и Джам недовольно посмотрела на меня, но я сделал вид, что не замечаю ее лица. Черт, если бы не ее голос, это место можно бы было считать раем, правда. Не то чтобы я ненавидел Джам и все, что с ней связано, просто мне не хотелось с ней гулять. Абсолютно. Тогда, может быть, порвать с ней? Действительно, почему я заставляю себя. Она сможет найти парня лучше меня, который будет ее, по крайней мере, ценить. – Знаешь, Джам, – беззаботно начал я, глядя куда-то вперед и затягиваясь сигаретой, – думаю, нам стоит… Это Джерард? Серьезно, это Джерард?! Что он делает рядом с этой… Айви, конечно же. Вот сучка. Джерард мой. И только мой. Не докурив, я бросил сигарету на землю, после чего сунул руку в карман. Но почему он гуляет с ней? О, черт, нет. Что она делает. Что делает эта Айви. Нет-нет-нет. Это глюки. Она приближается к его лицу, а он стоит столбом, сука. Поцелуй в губы, Айви миленько машет ему ручкой и уходит. Джерард разворачивается и идет в сторону леса... – Фрэнк, ты слышишь меня? – Джамия обеспокоенно пыталась поймать мой взгляд. – Думаю, нам стоит пойти в кино, как думаешь? – я хитро улыбнулся, взглянув на свою девушку. Джам обрадованно кивнула и, взяв меня под руку, направилась в сторону кинотеатра. Раз уж ты нашел себе девушку, Джерард, после всего, что между нами произошло, то не обидишься, что я сходил со своей в кино. Я с тобой еще поквитаюсь.

***

Если вы учитесь в школе, то у вас автоматически в голове заложена истина о том, что вторник – самый ужасный день. Мне неизвестно, с чего это повелось, но в девяноста девяти школах из ста у учеников самым ужасным днем является именно вторник. Мне не свойственны такие мысли, но если бы я вел дневник или писал книгу, то эта глава называлась бы «Самый ужасный день или как держать себя в руках и не творить глупости». Вернемся к утру, которое тоже не очень задалось. Я проснулся, умылся, сделал все то, что обычно делаю по утрам, неудачи настигли меня за завтраком, когда я ел тосты, честно сказать, я просто подавился. Школа. Во-первых, я ненавижу физкультуру. Во-вторых, я ненавижу канаты, потому что именно сегодня мы лазали по канатам, и я упал. Да, я просто упал, я залез наверх и свалился оттуда. После этого я до конца уроков выслушивал тупые и неинтересные шутки одноклассников (особенно Дьюиса) про мой прекрасный полет. После школы я направился прямиком к заброшенному дому. Да, я предпочел бы, чтобы Джерард жил в другом месте (к примеру, у меня дома), но сейчас я иду с абсолютно другими намерениями, а не с предложением, от которого он не сможет отказаться. Я просто хотел узнать, что это вчера было там, в парке. Я вошел без стука. Джерард всегда каким-то магическим образом знал, что пришел именно я. Я застал его рисующим что-то в его альбоме. А он меня даже и не заметил. Обидно. – Хэй, Джи! – я подошел ближе к кровати, а он молниеносно захлопнул скетчбук и убрал его куда-то под простыни. – О, Фрэнки! Нельзя так пугать, – Джерард снова взглянул на меня, и я тут же забыл о злополучном блокноте. – Извини. Я думал, что ты знаешь, что я явился. – Я рисовал. Как школа? – Мм… Сегодня вторник, знаешь. Не люблю их. Как ты? Что нового? Чем занимался? Почему занимался этим именно с той сучкой? – упс. Да, я не сдержался. Бросайте в меня камни, но лицо Джерарда правда надо было видеть. Столько удивления я никогда не видел. Нет, серьезно! – Ты про Айви? Ну… Она довольно милая. А ты ревнуешь, да? Ну вот. Теперь на место удивления пришло самодовольное выражение лица и та самая сексуальная ухмылка. Дерьмо. Перед таким Джерардом я не мог устоять. – Даже если это так, что ты сделаешь? Запретишь мне? Тогда и ты должен будешь перестать прогуливаться со своей девушкой, знаешь ли. У-у. А я словно уверенный в себе самец. Стоп. А откуда он узнал про прогулку с Джам? Это неважно, потому что Джерард резко приблизился ко мне и поцеловал, страстно, жадно. Довольно возбуждающе. Это было так неожиданно, что я вздрогнул, Джи шагнул назад и споткнулся на пустом месте (или специально), и мы вдвоем полетели на кровать, но поцелуй не разорвали, нет. Мы целовались, оставляли розовеющие пятна на шеях друг друга, наверное, целую вечность, а потом я оседлал бедра Джи и почувствовал как свой возбужденный член, так и орган Джерарда. На этот раз я взял инициативу на себя и начал стягивать одежду с него, а затем и с себя. На пол летели наши джинсы, футболки, кеды и нижнее белье. Когда мы остались полностью обнаженными, то я нежно поцеловал Джи в губы, а затем провел по ним пальцами, проникая в его горячий ротик. Ох, Джерард обсасывал их, как леденец или мороженое, а я тем временем чувствовал, как возбуждение нарастало все сильнее. Он царапал мою спину, невероятно прогибаясь под моими руками, я целовал его шею, оставляя там свои метки, одновременно растягивая его. Джерард терпел, а вскоре с его уст начали слетать тихие стоны, а после он стонал так громко, как только мог. Вытащив пальцы, я заменил их своим членом, медленно вводя головку, не переставая целовать Джерарда. Прошептав какой-то нежный бред ему на ухо, я резко полностью вошел в него, отчего он вскрикнул, но как только я начал двигаться, отыскав и задевая ту самую точку, боль сменилась удовольствием, и мы уже стонали в унисон. Плавные, а иногда немного резкие движения внутри него, шлепки кожи о кожу и его стоны, кажется, атмосфера в комнате нагревалась, пусть огонь в камине давно потух. Я обхватил рукой член Джерарда, внимания которому я не уделял все это время: головка покраснела, он пульсировал, Джи уже скоро кончит, да и я тоже не далек. Мы с ним уже почти кричали от удовольствия, я быстро дрочил ему, а Джи захлебывался в стонах, произнося мое имя и толкаясь бедрами мне навстречу. Еще мгновение и он излился мне в руку, а несколько капель спермы попало ему на лицо. Сладкая истома оргазма накрыла и меня спустя пару толчков в такое прекрасное и податливое тело, я кончил, а затем опустился на него. Джерард обнял меня, подарив несмелый поцелуй в губы. – Надеюсь, ничего страшного не произойдет, если я закрою глаза на пару минут, – вполголоса произнес я, обнимая Джерарда. – Спи, Фрэнки. Он улыбнулся мне так сладко, что я не мог не ответить ему тем же.

***

На следующий день о моем полете на вчерашнем уроке физкультуры все забыли. У меня было прекрасное настроение (угадайте, почему, ха). Кажется, Дьюису надоело пытаться унизить меня, потому что он не получал совершенно никакого ответа с моей стороны. Джамия весь день ходила счастливая, мило улыбаясь при виде меня, и от этого мне становилось немного неловко перед ней, потому что я, в сущности, использовал ее как орудие мести. Но это дела не меняет, и сегодня я снова пойду к Джерарду после школы. Уже иду к нему. Вхожу, без стука. Но Джерарда нигде нет, спальня пуста, обгоревшие деревяшки в камине медленно тлеют. Наверное, Джерард ушел за едой, но зря, потому что я принес несколько шоколадных батончиков для него. Думаю, ему они должны понравиться, ведь все их любят, даже если пробовали лишь пару раз. Я плюхнулся на кровать, и что-то ткнулось мне в плечо. Снова этот скетчбук… Я взял его и повертел в руках. Что в нем такого, чего Джерард так не хотел показывать мне? Думаю, на этот раз, я успею взглянуть хотя бы на пару страниц, ведь, судя по тлеющим уголькам в камине, Джи недавно их потушил, а значит, вернется не скоро. Аккуратно открываю скетчбук на случайной странице.       Дорогой дневник!..