Яблоко раздора

Джон проснулся быстро, рывком. В который раз, просыпаясь, он не понял, где находится. Это точно не гостевая спальня квартиры Лестрейда и тем более не Бейкер-стрит: потолки высокие, кровать громадная… С небольшой задержкой после пробуждения шла память. Он у Майкрофта, дома, в безопасности. Капельницы убрали, но постельный режим никто не отменял, да и не хотелось, слабость давала о себе знать: с момента ранения и операции прошло не больше трех суток. Он все еще был слаб. Трое суток… Сколько всего произошло за это время, подумать страшно. Даже человеку, в которого не стреляли, переварить столько всего было не просто, а уж ему, недавно вышедшему из-под скальпеля… Но он крепкий орешек, не так ли? Братьев не было. Это странно. Обычно, когда он просыпался, кто-то из них обязательно сидел рядом. Джон грустно окинул стоящее рядом с кроватью кресло. Сегодня оно пустовало. Не было ни Шерлока, без устали держащего его за руку, ни Майкрофта, нежно окидывающего его взглядом с неизменным: «Доброе утро, Джон». Джон не сразу вспомнил, что они оба сегодня с утра отправились на похороны. Факт сам по себе довольно скорбный, но дикость заключалась в том, что хоронили его, Джона Хемиша Ватсона. Он закрыл глаза и, пользуясь одиночеством, начал вспоминать все, что привело к этим похоронам. Последнее, что Джон запомнил из визита к мисс Адлер, это боль в груди и подхватывающие его руки Майкрофта. Потом темнота, кошмары, отчаяние и голос Шерлока, периодически выдергивающий его из темной бездны. Шерлок шептал, просил, умолял… Джон хватался за этот голос, как за последнюю соломинку, удерживающую его в этом мире. «Я люблю тебя», - бархатистый шепот повторял это без устали, даря силы для борьбы, вытягивая на поверхность… По-настоящему он очнулся, услышав страшный голос Джима Мориарти: «Ну что, Джонни? Вот мы и добрались до конца…» Он очнулся, он понял сразу, что это не кошмар. Сердце предательски ускорило свой стук и, подключенные приборы сразу стали пищать интенсивнее. Черт! Но Джон не открыл глаз. Он превратился в слух. Когда Джим закончил свой довольно-таки нудный монолог, он повернулся. Джон почувствовал на лице едва уловимое движение воздуха и чуть приоткрыл глаза. Он видел, как Джим ловко ввел содержимого своего шприца в капельницу. «Будь я проклят, если это витамины», - подумалось в тот момент, и только сила воли не позволила ему двинуться и выдернуть иглу капельницы из руки прямо при Мориарти. А очень хотелось. Джим еще немного покривлялся, даже коснулся губами щеки Джона, вызывая холодную дрожь, а потом ушел. Как только дверь прикрылась, Джон, выждав немного, выдернул из руки иглу. Он лежал молча и не шевелился до тех пор, пока в палату не влетел Майкрофт. Старший Холмс был встревожен. И это делало его настолько обычным, живым и отличным от того великолепного «мистера совершенство», коим Майкрофт всегда виделся доктору, что Джон, несмотря на чудовищное самочувствие и новости о Мориарти, залюбовался им. Глаза блестели, идеальная прическа разлетелась и волосы создавали необычно живописный беспорядок, галстук съехал набок. Джон с удивлением подумал, что он, вероятно, напрямую связан с этим волнением. И понимание этого прошлось по всему телу доктора горячей волной. Потрясающе! Майкрофт, обнаружив, что Джон пришел в себя, кинулся к нему и стал его лихорадочно ощупывать. - Что… ты делаешь? - с трудом выдавил из себя Джон, удивленный такими действиями Холмса настолько, что не заметил, как перешел на ты. - Мориарти, - коротко ответил Майрофт, совсем как Шерлок, - он выманил Шерлока обманкой и должен нанести по тебе удар. - Уже нанес… Глаза старшего Холмса распахнулись, какие они, оказывается, бывают… Джон молча любовался этими глазищами величиной с блюдца, какие имеются в Букингемском дворце. Майкрофт оттаял довольно быстро. - Как? - Он вколол мне что-то в капельницу, - Джон остановился и перевел дух, говорить было тяжело, - но я пришел в себя и видел это, как только он вышел, я вынул из руки иглу. Глаза Майкрофта сверкнули. - Великолепно! - казалось, он был очень доволен. Да уж, оказывается, старший по сути мало чем отличается от Шерлока, такой же чокнутый, он разве что прыгать по палате не стал. - Джон, закрой глаза и не шевелись, делай вид, что ты умер, - старший улыбался. - Что? - это уже было слишком. - Мы дадим ему то, чего он желает - мертвого Джона Ватсона. И тут до Джона стала доходить суть происходящего. Время, проведенное с Шерлоком, не прошло даром. Майкрофт был прав, Мориарти в своих попытках уничтожить Джона мог остановиться только в одном случае, когда Джон перестанет существовать. Что задумал старший Холмс, было не ясно, но Джон должен был изображать свою смерть. Он закрыл глаза, расслабился и замер. Майкрофт сорвался с места и вбежал в коридор, зовя на помощь, но прежде, он отсоединил датчики. Аппараты контроля, с оглушающий писком демонстрировали отсутствия пульса и прочих жизненных показателей. Джон еле сдерживался, чтобы не морщиться, этот звук взрывал мозг. Потом много чего было. Суетящиеся вокруг доктора (которые, скорее всего такими не были: ни один нормальный доктор не дал бы заключение о его смерти), суета, крики Майкрофта… Но больше всего зацепило Джона то, как вернувшийся Шерлок подбежал и, упав ему на грудь, заплакал. По-настоящему. Горячие слезы падали на незакрытую повязкой кожу и щекотно катились вниз. Джон испугался, что Майкрофт не предупредил брата о том, что это все не правда и Шерлок действительно подумал, что доктор мертв. Впрочем, эта мысль быстро отступила, Шерлок не дурак и отлично чувствовал, как колотится сердце Джона, а оно колотилось так, что, возможно, его слышно было на другом этаже. Столько эмоций Джон не испытывал еще никогда. Хотелось запустить пальцы в непослушные кудри, которые иногда мягко касались щеки Джона, стереть слезы, катившиеся по бледным щеками… Он точно знал, что, если бы не необходимость быть трупом, он это сделал бы. А еще - никогда больше его губы не произнесут в присутствии Шерлока: я не гей! Нет, он по-прежнему не любит мужчин - только Холмсов. Шерлок не отходил от «тела» ни на шаг и никого не подпускал к нему, он словно сумасшедший оскаливался, стоило кому бы то ни было подойти к Джону ближе чем на метр. Майкрофт пытался урезонить брата, уговаривал его, но получал порцию грубостей. Когда его повезли в морг, Шерлок чуть ни с кулаками кинулся на санитара, который вез каталку и неловко зацепил ею за стену при повороте. Этого всего Джон не видел, но слышал, а еще он чувствовал, как горячая рука Шерлока иногда касалась его пальцев и иногда сжимала их, словно говоря: «Потерпи еще чуть-чуть, скоро все закончится». Дальше был морг. Джон замер. Было холодно, его начало потряхивать, но он обязан был быть неподвижным. Он старался как мог. - Он идет сюда, - услышал Джон женский шепот, Молли - больше некому. Его запястья коснулись маленькие пальчики Молли, и она, воспользовавшись закрепленным на руке катетером, ввела ему лекарство. Потом она быстро отошла и, всхлипнув, зарыдала чуть ли не в голос. Молли, кто бы мог подумать, что в тебе столько нерастраченных талантов? Шерлок снова упал на грудь мертвому другу и заплакал. Майкрофт тоже был тут, он не падал на Джона, не рыдал, но иногда пытался отстранить Шерлока от умершего. Наконец, ему это удалось, и, судя по сдавленным всхлипам, Шерлок воспользовался жилеткой брата по назначению. После на его лицо опустилась простыня - спектакль был окончен. Пора бы, он уже окоченел. Джон очень надеялся, что братья для пущей достоверности не оставят его в холодильнике на пару дней. Чуть пригревшись под тонкой простыней и поддавшись введенному Молли лекарству, Джон задремал. Слабость и усталость взяли свое. Он не видел и не слышал, как братья забрали его из морга и, погрузив в машину реанимации, увезли из больницы, не помнил дорогу до особняка Майкрофта, не помнил, как заботливые руки перекладывали его с каталки на кровать, все это он благополучно проспал. Оно может и к лучшему. Дверь тихо отворилась, и вошел Майкрофт. - Доброе утро, Джон, - мягко улыбаясь,произнес он. - Как себя чувствуешь? Джон пожал плечами. Лучше, чем мог бы, если бы план Джима сработал. - Как похороны? - Весьма достойно, - Майкрофт улыбнулся. - Шерлок не стал устраивать цирк, простился с тобой очень тихо. Джон кивнул. Думать о кладбище совсем не хотелось. - А где он сам? - У него осталось незаконченное дело. - Майкрофт отвел глаза. - Надеюсь, это не то, о чем я думаю? - Джон приподнялся на локтях, заставляя Майкрофта посмотреть в свою сторону. - Да, именно то. - Майкрофт как-то смущенно посмотрел Джону в глаза. - Он должен поставить точку в истории с Мориарти.