Принцы.

Холодные стены были покрыты серебром инея, где-то в глубине пещеры капала вода, а тихое эхо разлеталось по всему каменному туннелю. Здесь было зябко, но ветер не задувал, и это радовало уставших принцев, которые остановились здесь отдохнуть. Маг развел костер, когда синева сошла с его рук, присел рядом и протянул руки к огню, согревая еще белые, испещренные узорами, кисти. Лихолесский принц устроился рядом, чуть прикрыл глаза, положив голову на подтянутые ближе колени. - Устал? – спросил Локи. Он привык об этом спрашивать. Об этом спрашивал его в походах старший брат, поблескивая синими глазами. Это было своего рода испытание: устал – слабак, гуляй. Поэтому братья часто задавали друг другу такие вопросы. Не из вежливости даже, а из соперничества. - Нет, - тихо ответил Леголас. – Просто слушаю. В пещерах часто бывает опасно, но эта вроде бы пустая. - Я бы заметил, к тому же. – добавил Лофт. - И я бы заметил, - подтвердил эльф, открыв глаза. – Ночью эльфы видят как совы. И в темноте тоже. - Я знаю. Повисло молчание. Не напряженное, не вынужденное – из-за того, что не о чем говорить, просто каждый думал о своем, и это молчание стало обычным. Тишина не давила на уши, а была мягкой и непринужденной. Просто принцы понимали, что если даже они начнут говорить, каждый все равно не будет завлечен разговором просто потому, что они думали о разных вещах. И они безмолвно понимали это, благодарили мысленно друг друга, ибо никто не лез в мысли другого. Так шли минуты. Постепенно начало темнеть, и стало еще холодней, хотя огонь неплохо отогревал замерзшую кожу путников. Локи укутался в свой плащ, пододвинулся ближе к огню, хотя знал, чем может закончится один ожог – месяцы острой боли в обожженном месте, муки, словно по венам льют раскаленное железо, а порой – облезающая и обугливающаяся кожа, выжженная до мяса. Эльф, вопреки своей природной выносливости, прикорнул, закрыв глаза и уронив голову на колени. Маг хмыкнул. Тоже мне, нашелся защитник да разведчик! Однако даже во сне эльф не переставал прислушиваться. Изредка его уши подрагивали, чутко впитывая все звуки как за стенами пещеры, так и в ней самой. Вздыхал иногда особенно глубоко – принюхивался. Может, нюх у эльфов такой же хороший, как слух и зрение. Локи сам иногда запускал в темноту светящийся шар магии, но ничего не видел. Разве что, чудились ему глаза – чуть прищуренные, огненно-рыжие, будто движется в нем пламя костра. Но это были лишь мгновения, а затем видение исчезало, а Локи отворачивался от тьмы, вновь вглядываясь в костер. Так прошел не один час. Тихо захлопали крылья, раздался мягкий звук хруста снега. Эльф, будто не спал секунду назад, подскочил, натягивая тетиву, чуть отошел к стене. Маг, одним щелчком потушив костер, спрятался за скалой, сжимая в руке уже материализовавшийся кинжал. Тихие шаги. Чуть поблескивающие во тьме глаза. Шорох. Леголас не двигается с места. Только еще туже натягивает тетиву. Лук гнется в его руках дугой, начинает жалобно петь. И тогда вспыхивает яркий свет, ослепляя принцев, один из которых прыгнул на вошедшего, замахиваясь ножом. Свет резанул по глазам, ударил в грудь так, как ударил бы воин. Локи упал на землю, ставя магический блок. Свет, отразившись от зеркальной поверхности его щита, осветил нападающего. Коричневые волосы, переливающиеся на ярком свету, собраны сзади серебряными нитями. Темно-синие глаза, узкое лицо. Белые одежды, расшитые серебром. Сзади – огромные крылья, встрепенувшиеся от неожиданности и яркого света во тьме. Локи застыл. Леголас опустил лук, смотря на крылатого широко распахнутыми глазами. - Прошу не нападать, - тот все же сделал шаг вперед, поднимая руку то ли в примирительном, то ли в приветствующем жесте. – Я пришел с миром. - Кто ты? Ты – Вала? – спросил Леголас не своим голосом, чуть дергая головой. - Очень часто меня уподобляют Валар. Но я не Вала. Я – майа Эонве. – представился синеглазый. Эльф молча преклонился пред ним, опустив оружие. Локи поднялся с земли, тоже чуть склонил голову. - Рад знакомству, - обронил маг. - Я был бы счастлив познакомиться с вами двоими при других обстоятельствах, - глаза майа потемнели еще сильнее. – Я бы не пришел, если бы не увидел свет. - Как вы оказались здесь? – спросил лихолесский принц. Эонве тихо вздохнул. - Манвэ послал меня и моих воинов сторожить эти горы. Он подозревает, что здесь бродит его брат – Мелькор… - сказал он, а эльф беззвучно ахнул. - Но он ведь был за Гранью! – сказал Леголас. – Как же он может оказаться в Арде? У него бы и сил не хватило! Эонве перевел взгляд на Локи, спокойно моргнул. - Ты можешь спросить об этом своего друга. Эльф тоже посмотрел на трикстера, непонимающе качнул головой. Лофт смотрел на них, переводя взгляд с одного на другого, и все не мог понять. - Я здесь не причем. – сказал Локи. - Ты многого не знаешь… - начал Эонве, но его отвлек тихий шорох в глуби пещеры. Он повернулся к тьме. Локи, лишь бросив единственный взгляд туда же, увидел те же огненные глаза, которых он считал видением. Леголас прищурился, направив туда свой лук, уже готовый к бою. - Там что-то есть, - сказал Локи. – Я уже видел… - На выход, – изрек Эонве. – Быстро. Локи и Леголас попятились назад, к выходу, Эонве – за ними, расправляя крылья, словно защищая собой от… от чего? Послышался тихий смех, мягко вспыхнуло пламя. По стенам хлестко пробежался огненный хлыст. Эонве отшатнулся от пламени, вскидывая перед собой руки, в которых зажглось синее пламя. Свист хлыста, тонкая нить пламени – и Эонве уже катится по земле, тяжело вздымая крыльями тучи снега. Локи приготовился к атаке, Леголас кивнул ему, и они одновременно выскочили из-за скалы, начиная бой с неожиданным противником. Им оказался высокий юноша - мужчиной его назвать язык не поворачивался – с длинными золотисто-огненными кудрями, спускающимися на плечи и тяжелыми завитками лежащими на груди. Узкое лицо, какие-то змеиные черты – резкие, холодные, острые, тонкие губы и те самые пылающие огнем глаза, в которых притаился узкий кошачий зрачок. Рыжеволосый хрипловато рассмеялся, вздергивая руку с хлыстом вверх, а другой выпуская пламя, которое тут же встретилось с магическим щитом Локи. Маг стоял намертво, широко расставив ноги и чуть присев, наклонившись вперед. За спиной вскочил Эонве, вновь вступая в бой с рыжеволосым, который только громко хохотал, глядя на их старания. Но стрелы Леголаса ему мешали, больно рассекали кожу, проходясь в жалких миллиметрах от лица, рук, груди. Рыжеволосый зарычал совсем не по-человечески, взмахнул руками, на миг отталкивая и Локи и Эонве, а затем, резко извернувшись, словно змей, одним точным ударом сшиб эльфа наземь, а в следующую секунду лихолесский принц полетел вниз со скалы. Туда, где брала начало гора, где холодно блестели ледяные шипы, созданные Локи. И последнее, что видел сам маг – широко распахнутые голубые глаза, взметнувшиеся вверх золотые волосы, а затем принц улетел вниз, лишь тихо выдохнув.