Я стану твоим голосом

      Лин забежал в свою комнату, как на крыльях. Его сердце бешено колотилось, грозя вырваться из груди. Омега счастливо улыбался, касаясь пальцами своих губ, на которых все еще пылали поцелуи альфы. Он был безмерно рад и ощущал такую легкость, какую не чувствовал, наверное, никогда. Хотелось рисовать, писать стихи – словом, делать что-то прекрасное.       Однако все его трепетное настроение было оборвано дружным гоготом альф-соседей. Они веселились и улюлюкали, нагло тыча в парня пальцами. - Видал, как они сосались? Мелкий еще и покраснел! Целку из себя строит! – потешался Гай, высоченный качок-третьекурсник с мехмата. С интеллектом у него было не очень, зато злорадства хоть отбавляй. - Да этот альфа, небось, за шлюшку его принял, вот и провожать поперся, – Дик не отставал от своего бугая дружка, презрительно глядя на стушевавшегося и поникшего Лина. Дик был не очень высоким и худощавым шатеном с пустыми карими глазами. Он второй год пытался освоить программу психологического факультета. Удавалось ему… с переменным успехом. Старший альфа в упор уставился на дрожащего омегу. - Ты смотри, Дик, он, кажись, втюрился в того смазливого мужика! - он снова прыснул, нахально в сторону омеги. – Даже не мечтай, сопляк. Кому ты нужен-то, немой калека. Разве что перепихнуться пару раз. Лин молча стиснул зубы и ушел в ванную, запираясь там и переодеваясь в ночное белье. Телефон задорно дзынькнул, оповещая о пришедшем сообщении. «У тебя замечательная улыбка. Хочу увидеть ее снова. Эрик».       От этих слов ранимая и чуткая душа омеги потеплела. Он улыбнулся, будто бы Эрик и вправду мог его видеть. Записав номер в контакты, юноша гордо прошествовал мимо альф к своей кровати и лег, погружаясь в глубокий сон.       Он стоял в уже знакомом ему месте: на просторной равнине между двумя горами с мощными заснеженными вершинами. Под ногами был роскошный ковер из множества пестрых трав. Они тихо перешептывались под короткими порывами ласкающего теплого ветра. Пахло поле, как и сам омега: лавандой, розой и розмарином. Он медленно шел, стараясь сильно не топтать траву, достающую ему почти до колена. Неподалеку виднелось начало реденького леса, постепенно становящегося все мощнее и выше, и уходящего далеко на север. В свете рассветного солнца он казался грозным великаном.       Лин уверенно и легко пошел известной тропой меж молодых осин и вязов. По прохладной земле, еще не окончательно пробудившейся после Долгой Зимы, змеился вязкий белый туман, чем-то напоминавший омеге сметану. Наконец, он подошел к краю поляны, устланной ранними ягодами и некоторыми лечебными травами, источающими чарующий аромат. На другом конце полянки стоял мощный раскидистый дуб в три обхвата толщиной. Его золотистая кора блестела от росы, отражая искристый оранжевый свет ранних лучей.       Подойдя поближе, он постучал в еле заметную дверь. Дуб отворился. На пороге стоял сухонький старичок в длинном сером балахоне. Его жиденькая белая борода небольшими колечками вилась на подбородке, а длинные волосы были забраны в хвост. Он посторонился, пропуская юношу в дом. - О Боги, Лин! Ты сегодня рано! – воскликнул старичок, медленно входя в крохотную комнатку, служащую одновременно кухней, столовой, спальней и кабинетом. Омега сидел за небольшим круглым столом у окна и выжидающе смотрел на старичка. – Погоди, я сейчас заварю чаю, и ты все расскажешь.       Парень улыбнулся, подпирая щеку рукой. Голос мастера Эрместена всегда успокаивал его и придавал уверенности. Лин почуял насыщенный запах трав, старец заварил бодрящий настой из зверобоя и шиповника. - Ну, что у тебя стряслось? У тебя глаза блестят, как два бриллианта, - Эрместен добродушно улыбнулся, протягивая омеге вытянутую глиняную кружку с ароматным напитком. Мальчик смутился, краснея до кончиков ушей. Он легко тряхнул рукой, зажигая на кончике указательного пальца голубую искру и чертя ею в воздухе знакомые руны. Символы зависали там на несколько мгновений, а затем растворялись со слабым мерцанием. «Я просто встретил одного альфу…»       Мастер засмеялся, чем заставил Лина из светло-розового стать пунцовым. - О, мальчик мой, да ты нашел свою любовь! – его мудрые голубые глаза понимающе сверкнули. – Это прекрасно! Мои поздравления! «Мастер, все не так… Мы знакомы всего сутки, и к тому же…»       Эрместен жестом прервал омегу, беря того за руку и касаясь его груди. - Не важно сколько и как хорошо ты его знаешь. Твое сердце само сделает выбор, - он вновь захихикал. – А теперь хватит болтать! Работа не ждет! Шевелись, шевелись, бездельник!       Лин вскочил и выбежал через заднюю дверь, смеясь и получая от мастера хлопковым полотенцем по бокам. Двор был как всегда чист и ухожен. Омега про себя отметил, что простенький сложенный из тонких досок забор слегка покосился от тяжести нависшей на него виноградной лозы, надо бы выровнять. - Становись в круг, - привычно проворчал старик, неся в руках большую пыльную книгу в потрепанной кожаной обложке. – Сегодня ты будешь держать оборону.       Парень боязливо вздохнул, но послушно встал в очерченный на земле круг. Тихо хлопнула магическая защита, теперь ему не смогут причинить серьезных увечий, а сам он не сможет разгромить все вокруг. - Приготовься, я начинаю!       В ладони у мастера зажглось сине-зеленое пламя. Оно быстро росло, превращаясь в огненный столп. Прозвучало грозное заклинание, и столп, бешено вращаясь и разрастаясь, ударил в напрягшегося юношу. Вскинув вперед сжатые до боли кулаки, он слегка прикрыл глаза, и огонь столкнулся с невидимой преградой, стремительно угасая. Эрместен одобрительно кивнул головой и начал водить руками перед лицом, что-то бормоча. С губ его красными змейками срывался туман, собираясь в клубок и пульсируя, будто бы живое существо. Мгновение, и шар уже летит в омегу, заставляя того судорожно чертить в воздухе нейтрализующий крест. Заклятье с треском лопнуло, обливая Лина противной склизкой жижей. Дальше у него уже не было времени на то, чтобы сосредоточиться и подумать. Удар, удар, еще удар! Новая атака, все более сложная магия!       Под конец омега еле стоял на ногах. Он справился почти со всем, из ранений получил только легкий ожог предплечья да царапину на скуле. Но он был доволен собой. Еще бы, так быстро отражению боевой магии еще никто не обучался. - Непло-охо… - протянул дед, закрывая книгу и поднимая со станиц небольшое облачко серой пыли. – Но все еще недостаточно хорошо! Мы будем учиться лучше и практиковаться чаще. А пока пойдем-ка в дом. Я хотел показать тебе травы.       Парень поплелся в дом. Обычно эта фраза сулила только одно: они будут часами сидеть на «чердаке» и перебирать разные целебные стебельки, цветы и корешки, названия которых Лин должен будет безошибочно угадывать. Да, именно угадывать, потому как запомнить их все он не мог уже третий год. С      нова войдя в домик, мальчик подошел к хлипкой и ветхой лестнице, наспех сколоченной из каких-то разномастных досок небольших поленьев. Поднявшись по ней, можно было попасть в тесное круглое помещение с небольшими цветными окошками. Под низким потолком висели ароматные пучки, а вдоль стен высоченными стопками лежали книги.       Лин разместился на полу, подогнув под себя ноги в высоких сапогах из мягкой коричневой кожи. Эрместен начал шустро ходить по комнате, щупая и нюхая засохшие листья и отбирая материал для сегодняшнего урока. Когда в руках у старца уже лежало не меньше десяти вязанок, он, наконец, достал из-за особо бесформенной груды фолиантов маленький чугунный котелок и вручил все это недовольному своей участью омеге. - Вот. Определи-ка, дорогой, что это за травы и что с их помощью можно приготовить. Вот тебе бумага, вот перо, вот чернила. Работай. Сегодня на твоей совести три эликсира.       Парень обреченно вздохнул, раскладывая перед собой пучки и развязывая на них тонкие льняные веревочки. Взяв пальцами причудливо изогнутый корешок, он его понюхал, надломил и даже немножко пожевал.       «Корень калгана!» - догадался он и отложил в сторону. – «Интересно, это будет очередная настойка от расстройств желудка или противовоспалительная сыворотка?»       Он взял из новой связки длинный тонкий стебель с мелкими, похожими на папоротник, резными листьями. Увенчан стебель был несколькими венчиками очень мелких лиловых цветов с тонким приятным запахом.       «Тысячелистник. Все-таки сыворотка…»       В ту же небольшую кучку полетели ромашка, сосновая кора, стебли золототысячника, немного ягод черемухи. Лин развел на полу магический огонь – сжечь сухую древесину он не должен, а вот хорошенько нагреть котел – пожалуйста. Омега тут же подвесил над импровизированным костром посудину, легонько стукнув по ее боку двумя пальцами, отчего она начала быстро наполняться свежей водой. Дождавшись характерного бульканья, юноша радостно плюхнул туда все ингредиенты, помешал большой деревянной ложкой, из ниоткуда появившейся в его руках, и начал дальше осматривать сухоцветы, отбирая составляющие нового зелья.       Первой ему на глаза попалась куркума. Он узнал бы ее везде и теперь, только открыв мешочек с ароматной пряностью, лишь убедился в своей правоте. В новую кучку попали также семена ажгона и немного лимонных листьев.       «Детское средство от кашля. Интересные заказы нынче у мастера. Никак опять хворь добралась до города. Нехорошо», - Лина беспокоили тревожные мысли. Дождавшись, когда предыдущее зелье будет готово, он осторожно поднял котел в воздух, стараясь не расплескать (с левитацией посторонних предметов у него тоже было не очень), и тонкой струйкой перелил в квадратный стеклянный бутылек. Жидкость получилась темно-зеленой, с резким травяным запахом. Поморщившись, омега заткнул ее пробкой.       Минута, и в котле уже снова бурлит вода, а сосредоточенный Лин мешает по часовой стрелке меняющее цвет зелье. За ним нужно было неустанно следить, иначе все могло пойти насмарку. Вскоре и это варево было готово и упаковано в стекло – на этот раз круглое и пузатое. Ярко-оранжевая жидкость весело плескалась внутри. Лин улыбнулся.       Вообще средство должно было получиться насыщенного красного оттенка, но жалостливый омега не удержался и добавил туда мед – на лечебные свойство это не повлияет, а деткам пить эту гадость будет не так противно. Главное, чтобы мастер Эрместен не возмущался. Третье зелье оказалось куда интереснее.       «Ясенец, рута душистая, цветы аконита, огненная лилия, мандрагора… Боже, это же Драконий Огонь! Настоящее магическое зелье!» Лин явно был в шоке. Драконий Огонь – древнее и очень опасное варево, аналог земного коктейля Молотова, но имеющий более разрушительную силу. Одной капли его достаточно, чтобы дотла спалить дом. Потушить такой огонь подручными средствами невозможно. «Лишь магия может победить магию», – так гласила вековая мудрость.       Находясь в состоянии легкого шока, мальчик обернулся, услышав тихий вздох. Позади него стоял мастер и качал головой. Его лицо выражало глубокую печаль. «Зачем это? Зачем народ просит боевые зелья? Что происходит?» - омега быстро чертил в воздухе руны, руки его дрожали. Старик ответил не сразу. - Грядет война, дорогой. Настоящая, жестокая, беспощадная. Люди боятся за свою жизнь и хотят подготовиться. «Какая война? Кто нападает?» - Ходят слухи, что личи, гноллы и дренеи объединились против Империи и Императора. Они хотят истребить… всех, кто встанет у них на пути. «С каких пор в наших деревнях так ревностно относятся к слухам?» - Понимаешь, Лин… дренеи, живущие в нашем лесу, давно враждуют с Тангордом и его жителями. Но раньше самое страшное, что они могли сделать – украсть тыкву с огорода тетушки Бетти. А теперь… Недавно дети градоначальника, Аннет и Калеб, пошли в лес и пропали. Их искали все, кто мог стоять на ногах. Девочку нашли на третьи сутки – напуганную, побитую и в слезах. Мальчик же был мертв. На теле нашли многочисленные синяки и ссадины, явно оставленные копытами и горами. На шее были следы от пальцев. Девчонка рассказала, что они встретились с небольшой группой дренеев. Дети думали, что те просто уйдут, как делали обычно, но нет. Существа что-то закричали на своем языке и набросились. Калеба убили почти сразу. Девочке же надавали затрещин и велели передать отцу, что они, дети гор, скоро истребят людское племя.       Парень сидел и смотрел в одну точку, плохо соображая, что происходит. Его будто облили кипятком. Он не знал, что будет делать, если действительно начнется война. Не знал он, и что будет с так любимой им Империей. Старик помолчал немного и вновь заговорил. - Я хочу, чтобы ты приготовил это зелье. Ты должен будешь владеть боевой магией если… Если… - Эрместен так и не договорил.       Коротко вздохнув, омега вновь жестом наполнил котел и повесил его над огнем. Он был сосредоточен, как никогда.       Сначала в кипящую воду опустились синие акониты. Котел угрожающе зашипел, из него клубами повалил сероватый пар. Вслед за цветами отправились уродливые корни мандрагоры и сухой ясенец. Жидкость забурлила сильнее, окрашиваясь в мутно-желтый. Последней упала огненная лилия. Она несколько секунд лежала на поверхности, а затем начала плавно погружаться, отдавая вареву весь свой запал и жгучесть. Лин осторожно перелил «напиток» в прозрачный сосуд и заткнул стальной пробкой. Жидкость была вязкой, как кисель, и переливалась от синего к красному, желтому и даже белому. Омега долго рассматривал ее, не веря, что у него получилось. Сегодня определенно был его день. Еще немного повертев бутылку, юноша отдал ее учителю, который тут же ее припрятал в складках своего балахона. - Я отдам ее заказчику завтра. Надеюсь, она никогда ему не пригодится… - с этими словами мастер вышел, оставив Лина среди трав и тяжелых дум. Чтобы немного развеяться и заодно узнать обстановку, мальчик решил прогуляться в Тангорд. Он давно не бывал в городе, да и там сегодня должна была проходить ярмарка, посвященная началу долгожданной весны.       Омега спустился и подошел к своему сундуку, придирчиво перебирая вещи. Остановился его выбор на простых черных штанах из не очень дорогого сукна и длинной льняной рубашке темно-зеленого цвета, на вороте и манжетах которой красовалась золотая вышивка. Натянув легкие эльфийские сапоги, выделанные из грубой кожи, он вышел на улицу и направился в сторону города, мысленно произнося заклинание короткой дороги. В последний момент Лин взял с собой короткий меч, что висел теперь на поясе и иногда бил парня по бедрам. Так ему было спокойнее.       Вскоре он подошел к городским воротам. Стража, приветливо улыбаясь, пропустила юношу. В городе ученика мага знали почти все и относились с должным уважением. Он нередко помогал жителям по хозяйству или в мелких магических делах: отвадить грызунов, прогнать наглых кикимеров из колодца или договориться с вредной феечкой о возврате утащенной ею вещи. Люди диву давались, как немому мальчишке удавалось находить общий язык с существами.       Выйдя на площадь, на которой обычно проходили казни, собрания и праздники, омега расплылся в улыбке. Нарядные люди веселились и танцевали под незатейливые звуки дудочки. Молодые альфы баловали своих омег сладостями, детишки бегали у всех под ногами, радостно смеясь, старики вспоминали дни собственной весны и снисходительно улыбались. Многие прохаживались между прилавками, за которыми продавцы громко расхваливали свой товар.       Лин решил пройти к невысокой сцене, на которой давали представление эльфийские гимнасты. Вокруг помоста собралось много народу, но их интересовало в первую очередь не представление.       По натянутой веревке быстрым шагом шла молоденькая эльфийская девушка. Ее пышные каштановые волосы развевались на ветру, открывая хорошенькое личико: глубокие карие глаза, обрамленные длинными пушистыми ресницами, тонкий носик и аккуратные губы. Одета она была в плотно облегающий костюм, который обычно носят гимнасты. Комбинезон с длинными рукавами и высоким воротом был разрисован фейерверками и огненными всполохами и украшен блесками.       В конце канатной дорожки эльфийка вдруг сделала сальто и приземлилась на продольный шпагат. Веревка опасно закачалась, но гимнастка потрясающе держала равновесие, широко и открыто улыбаясь.       Публика взревела аплодисментами, со всех сторон слышались удивленные возгласы и одобрительный свист. Два высоких эльфа, одетых так же, как и девушка, помогли ей слезть и начали подготовку к следующему номеру.       Лин стоял в стороне, пытаясь объяснить себе интерес толпы.       «Конечно, они пришли сюда поглазеть на женщину. Среди людей их нет и никогда не было, да и среди эльфов встретить их теперь можно все реже и реже… Единственные существа, которые имеют много женщин - дренеи, но о них я не хочу даже думать…»       Слегка поморщившись, омега решил пройтись вдоль торгового ряда. Он недавно продал очередную партию простеньких эликсиров и теперь его кошель приятно отяжелел.       Парень блестящими глазами рассматривал всевозможные гребни и ленты для волос, серьги, браслеты, ремни и перевязи. Как и у любой молодой омежки, у него просто разбегались глаза, хотелось купить все и сразу. - Смотрите, какая сорочка! Чистейший шелк! Как раз на Вашу фигурку! - Кольца, магические кольца! На удачу, на любовь, против хворей и напастей! Кольца! - Сапожки кожаные, гномьей работы, крепкие да красивые! Хотите примерить? - Сладости заморские, легкие и вкусные!       От криков торговцев азарт Лина только разгорался с новой силой. Как только он протянул руку к какой-то яркой карамельке, намереваясь ее купить, толпа вдруг уплотнилась вокруг него, относя в самый конец площади. Парень хотел было возмутиться, как вдруг заметил небольшой, наспех сколоченный прилавочек, за которым стоял высокий и рослый альфа с огромным шрамом от лба до подбородка. Одет он был в простую белую рубаху, изрядно посеревшую от времени и стирки, и коричневые штаны с множеством карманов. На прилавке в некотором подобии порядка лежали разные украшения, скляночки разных цветов и размеров, а также какие-то ящерицы, пауки и кусочки ткани.       Омега подошел поближе и, робея, тронул продавца за плечо. Тот добродушно ему улыбнулся и пробасил: - Тебе чего, малыш?       Лин смутился, быстро чертя в воздухе. «А что вы тут продаете?»       Альфа на минуту задумался, хмурясь. - Амулеты всякие, обереги, зелья, магические сладости… Выбирай, что тебе понравится.       Парень заинтересованно глянул на товар, присматриваясь. Наконец, взгляд его остановился на совсем небольшом ожерелье. Светло-голубой камень в форме капли был вставлен в витиеватую медную оправу. Он будто бы поглощал солнечные лучи, накапливая их в себе. Недолго думая, мальчик показал на него пальцем. «Сколько стоит?» - А сколько дашь, - мягко проговорил мужчина протягивая выбранный кулон Лину и надевая его на тонкую цепочку. Омега, подумав, протянул пять золотых. – О, какой ты щедрый! На эти деньги ты еще можешь выбрать себе эликсир и пару платков-заговоров, так что приступай.       Альфа рассмеялся, глядя на стушевавшегося мальчишку. «А для чего этот кулон? Что он делает?» - будто опомнившись спросил он, замечая, что руны из синих постепенно становятся белыми – признак страха или растерянности. - О, это любовный кулон. Если он пожелтеет – Ваш альфа нашел себе другого, если побагровеет – ему угрожает смертельная опасность, а если побелеет… ну, тут, думаю, и так понятно… - вкрадчиво произнес торговец, и небрежно добавил, - Я думал, все омеги об этом знают. Лин смутился еще сильнее, опуская глаза и сосредотачиваясь на бутыльках и мензурках. «А для чего эти зелья?» - Ты сначала выбери, а потом я скажу, - альфа улыбнулся, видя недоумение покупателя, и поспешил пояснить, - Это все – шутливые магические побрякушки. Для того, чтобы они работали по-настоящему, нужно чтобы не ты их выбрал, а они тебя. Так что смотри и говори, что тебе приглянется.       Немного похлопав глазами, омега указал на зеленый пузырек, размером с мизинец. Лицо мужчины вытянулось, но он ничего не сказал, запаковывая товар. - Это живительный эликсир. Если человек умер не позже, чем минуту назад, эта доза его спасет. Но пользуйся им с умом.       Омеге вдруг захотелось поскорее домой. Наспех ткнув пальцем в два небольших платочка, назначение которых он благополучно пропустил мимо ушей, он уже собрался уходить, как вдруг услышал за спиной смех торговца.       Тот громко хохотал, снисходительно глядя на опешившего омегу. - Ты такой милый, - сказал он, протягивая тому темную ящерку. Лин взял ее за хвост. Размером она была не больше ладони и источала странный аромат. – Лизни ее. Не бойся, не укусит!       Омега неуверенно провел языком по лапке. На вкус ящерица была сладкой и отдавала какими-то пряностями. - Ну вот, теперь у тебя обязательно случится что-нибудь хорошее.       Парень поблагодарил торговца и направился в сторону хижины Эрместена, желая побыстрее оказаться дома. Цепочку он надел сразу же, чтобы не потерять, остальное же распихал по карманам.       Омега застал мастера печальным. Видимо, вести о войне окончательно подорвали хрупкое спокойствие старика.       Ничего не говоря, Лин сел напротив деда, чувствуя, как его сознание постепенно замутняется, а в голове начинает настойчиво звучать будильник.       Пробуждение было, на удивление, тяжелым. Веки никак не хотели открываться, а голова подниматься с подушки. Лин нащупал на тумбочке телефон и посмотрел на дисплей. Шесть-тридцать, как обычно.       Омега поднялся с кровати. Придурков-соседей в комнате уже не было.       «И слава богу!»       Парень доковылял до ванной, по пути стягивая с себя пижаму и чувствуя, как что-то холодное касается его груди. Опустив взгляд, он увидел то самое ожерелье, купленное на ярмарке, голубое в медной оправе.       «Хм, странно. Я думал, эти миры между собой не связаны…»       Не теряя времени даром, юноша принял душ, перекусил забытыми кем-то из качков бутербродами, оделся и побежал в универ, как всегда опаздывая.       Первой парой сегодня стоял скучнейший, по мнению омеги, матанализ. Как и обычно, он рисовал в тетрадке портрет, абсолютно игнорируя лекцию преподавателя – сурового альфы в летах, декана математического факультета.       Сегодня рисунок получался на удивление красивым: ровные линии бровей, волевой подбородок, губы с чуть приподнятыми уголками, улыбающиеся глаза и копна чуть вьющихся волос. - Какой красавчик! Кто это? – прошептал Дерек, омега, пожалуй, единственный друг Лина на всю его невеселую жизнь.       Обескураженный Лин быстро накрыл свои художества рукой, доставая излюбленный большой блокнот. «Никто. Просто человек». - Ммм… А от тебя случайно не этим «никем» пахнет? – сосед по парте пихнул омегу локтем в бок. – Да ладно, сам потом все расскажешь…       Лин улыбнулся, чувствуя, как вибрирует его сотовый. Сообщение. От Эрика. «Доброе утро, малыш. Как насчет пообедать вместе?»       Парень зарделся. «Конечно! Я буду очень рад! У меня сегодня пары в четыре заканчиваются». «Тогда я тебя встречу. До скорого». - И как тебе этот «никто»? – продолжал ухмыляться Дерек, разумеется, видевший всю переписку. – Обаятельный? Сексуальный? «Заткнись!» - Да ла-адно! Ну расскажи…       Примерно так прошел весь день. Друг пытался вытянуть информацию об ухажере Лина, а тот отмалчивался, делая вид, что он еще и глухой и вообще не понимает о чем речь.       Как только пары закончились, омега собрался и опрометью выбежал из Университета, стараясь найти взглядом знакомую фигуру.