Я стану твоим голосом

- Как прошел вчерашний день? - Эрик выглядел счастливым. Казалось, если подключить к нему провода, то сияния одной улыбки хватит, чтобы осветить весь город. "Нормально", - чиркнул в блокноте омега, смущенно заправляя прядь волос за ухо. - "Соседи-придурки ржали весь вечер. Они нас видели". - Не обращай внимания. Если хочешь, я их приструню? "Не надо", - быстро спохватился Лин. Больше всего на свете он не любил разборки. - Ну, как скажешь, - рассмеялся Фоллс, протягивая руку и слегка сжимая в ладони прохладные пальцы собеседника. Лин вспыхнул, но руки не отнял. Прикосновения альфы были ему приятны до дрожи в коленках.       Перед студентом стоял десерт из мороженого, фруктов и взбитых сливок, но он к нему даже не притронулся, лишь во все глаза смотрел на взрослого альфу, увлеченно общался с ним через блокнот и иногда беззвучно смеялся.       Эрику это казалось странным: обычно немые люди могли издавать хоть какие-то звуки, типа мычания, смеха или восклицаний. Лин же жил в абсолютной тишине. Он даже ходил почти беззвучно. Это немного пугало, но вовсе не отталкивало. Наоборот - хотелось узнать об этом юноше-загадке больше. - Скажи... - замялся мужчина, но все же продолжил. - Скажи, ты никогда не разговаривал? С рождения такой? "Да. Правда, психологи считают мою немоту психосоматической".       На непонимающий взгляд Фоллса и его нахмуренные брови парень только рассмеялся и начал снова быстро писать. "Они думают, что я не хочу разговаривать. На подсознательном уровне. Могу, но не хочу. Типа психологической травмы". - А ты пробовал? - неуверенно спросил Эрик, отводя взгляд.       Лин задумался. "Да, наверное. Я никогда не замечал. Привык, видимо".       Больше этой темы они не касались.       За разговорами они снова не заметили, как наступил вечер. Альфа вновь проводил юношу до дома, если можно эту комнатушку так назвать. Омега же, в благодарность, подарил ему трепетный поцелуй и, хитро улыбнувшись, упорхнул к себе. Фоллс еще пару минут стоял, как зачарованный, но после, растянув губы в широкую улыбку, тоже побрел домой.       Лин, зайдя в комнату, к собственному удивлению, даже пропустил мимо ушей все, что говорили друг другу Гай и Дик. Он, не глядя по сторонам, побрел в душ. Ноги его слегка заплетались от усталости, но по выражению лица можно было понять: омега счастлив. "Как полный дурак", - прибавил блондин про себя, стирая со стройного тела прохладные капли и одеваясь.       В постель он почти запрыгнул и, накрывшись теплым одеялом, погрузился в легкую полудрему, сопровождаемую разными мыслями. "Мы ведь знакомы совсем недавно, а я уже беспрерывно жду его. Глупый. Надеюсь на что-то. Уверен, что он познакомился со мной просто так, как с очередным омегой, а я уже себе нафантазировал... Впрочем, а какая разница. Главное, что мне хорошо, так ведь?"       Последнюю фразу он додумал уже, стоя за хижиной Эрместена. Странно, что его выбросило именно сюда. Обычно точкой его отправления была та большая поляна с цветами. Это даже немного надоедало юному омеге поначалу, но потом он привык и перестал замечать. То, что он оказался в другом месте, значило только одно: там, где он появлялся раньше, таится опасность.       Парень нахмурился.       Дойдя до ствола дерева, в котором жил его учитель, он осторожно выглянул из-за него на просторное поле цветов, на горы, на встающее из-за горизонта солнце... "Что тут может быть опасного?" - усмехнулся Лин, смело обходя свое импровизированное убежище и стучась в дверь. "Может быть, я появился не там из-за посторонних мыслей?"       Мастер открыл не сразу, сначала долго стучал чем-то внутри, словно наспех прятал, и лишь потом распахнул дверь. - Ты вовремя, - вместо приветствия выдал он, почти затаскивая омегу внутрь и запирая дверь на засов. - Я уже начал было волноваться.       Лин непонимающе нахмурился. "Я всегда появляюсь в это время..." - Да-да, конечно, - рассеянно пробормотал старик, заходя в соседнюю комнату и возвращаясь с уже знакомой мальчишке книгой в кожаном переплете.       Раньше ученику было запрещено к ней прикасаться, даже подходить ближе, чем на два метра, но сейчас мастер Эрместен положил ее прямо перед юношей. Она оказалась немного не такой, как ее себе представлял омега. Толстая, с пожелтевшими от времени страницами, она источала странную уверенность. Лин даже не мог этого объяснить. Книга словно была уверена, что знает все, и это было не далеко от истины. В центре переплета вдруг открылся огромный желтый глаз и уставился на ошарашенного и напуганного ученика. - Теперь она - твой учитель, - с легкой нотой печали произнес дед, садясь напротив. - Я научил тебя почти всему, что знал сам. Я стар и чувствую, что не смогу дать тебе большего. Вот грамота, возьми ее.       Мастер протянул Лину свиток с черной печатью. - Это... Что-то вроде лицензии. Эта бумага не горит, не тонет, ее невозможно потерять или подарить и уж тем более украсть или продать. Это - твой пропуск в тот мир. Дай мне руку.       Растерянный омега протянул старику раскрытую ладонь. Эрместен накрыл ее своими и что-то прошептал. На запястье, на чистой молочной коже, словно клеймо появлялась странная печать в виде круга, по краям которого были расположены символы воды, земли, огня, воздуха и металла. Под ними были еще пять рун, не знакомых юноше, и еще одна в центре. Омега плохо понимал, что это значит, но перечить не решался. - Теперь ты - полноценная часть этой вселенной. Если ты умрешь здесь, то сможешь продолжить свою жизнь там. Если умрешь там - путь сюда тебе будет навечно закрыт... "Н-но... К чему это, учитель?" - Не перебивай меня! - повысил голос старец. Он делал так только тогда, когда был крайне сосредоточен и серьезен. - Я снял с тебя все барьеры. Теперь ты можешь появляться там, где захочешь, или там, где остановился в прошлый раз. Ты не будешь ограничен только Империей - тебе открыт путь на запад, юг, восток и север. Ты свободен, мальчик мой. Но не забывай об ответственности.       Эрместен встал. Лицо его было печально, но решительно. - Собирай свои вещи. Заберешь их в следующий раз. Ты должен найти себе убежище, дом. Лучше всего сделать это в городе. Лин по-прежнему ничего не понимал, но приказу подчинился, поднимаясь наверх и открывая сундук. Он думал, что учиться ему предстоит еще долгие годы, и не ожидал, что все закончится... вот так. Он ждал какого-то ритуала, магического посвящения, но никак не сухих слов на кухне и магического ожога на руке. "Снял все барьеры... Погодите-ка... Барьеры?!"       Вскочив, омега подбежал к уже бывшему учителю, что-то взволнованно чертя. "Вы ставили на меня блокировку? Привязывали меня к... локации?" - не смог придумать ничего лучше парень, вспоминая хитрое словечко из компьютерной игры. - "Зачем?!" - Ну... кхм-кхм... не к одной локации, а к трем: поле, где ты оказывался, лес и Тангорд. Ты не мог выйти за их пределы, даже если и хотел, - бесцветно прошамкал Эрместен. "Но зачем?!" - Чтобы защитить тебя, бестолковый, - рассердился старик, замахиваясь на омежку полотенцем. - Иди, занимайся делами!       Нахмуренный, Лин вышел, направляясь обратно к сундуку. Он-то думал, что знает об этом мире все, но оказалось, что это лишь одна соломинка из целого стога сена. Жажда знаний в нем перемешалась с огорчением и даже разочарованием. Мальчишка сел, угрюмо перебирая свои вещи, но едва он прикоснулся к дорожной сумке, чтобы сложить все в нее, комната исчезла, а перед глазами появилось расплывчатое лицо Дерека. - Эй, ты в курсе, сколько времени?! Ты три пары проспал! - начал орать друг, едва омега приподнял веки. - Учителя недоумевают, где это носит их любимого отличника. Ты чего?       Лин, придя в относительное сознание, потянулся к сумке, за блокнотом. "Просто устал вчера. За курсовой просидел", - соврал юноша, потирая глаза. - У нас сдача курсовой через три недели только. Мы еще даже все не прошли, - изумился рыжий омега. - Или у тебя уже развивается патологическая болезнь ботаника? "Похоже на то. Нужно срочно развеяться", - отшутился парень, улыбаясь. - Да уж, лишним не будет, - пробормотал Дерек, непонимающе хмурясь. - Ладно. Давай, одевайся. Сегодня в одном неплохом кафе будет литературное чтение. Я подумал, что тебе будет интересно.       Лин воодушевился. "Здорово. Погоди, я только соберусь", - быстро настрочил омега, едва не подпрыгивая в направлении ванной.       Уже совсем скоро омега вышел одетый, умытый, причесанный и странно задумчивый. Друг недоумевающе свел брови на переносице. - Любовь к клеткам тебя погубит, - пошутил он, косясь на мягкую красную рубашку в клеточку, которую Лин надел поверх футболки. - Выглядишь, как мишень.       Блондин с улыбкой закатил глаза, надевая куртку, шапку, повязывая шарф и подхватывая свой рюкзак. Глазами он настойчиво показал на дверь, торопя друга. Тот, рассмеявшись, застегнул куртку и последовал за одногруппником.

***

      Погода была удивительно хорошая, хотя и небо было затянуто ровными серыми тучами. На улицы пригоршнями сыпал пушистый снег, сугробы искрились, а морозец не обжигал, а только подстегивал прохожих двигаться активнее.       То самое кафе, про которое говорил Дерек, оказалось совсем недалеко от общежития - всего две остановки, которые друзья с удовольствием прошли пешком, весело переговариваясь о всякой ерунде. Но, даже несмотря на свой беззаботный вид, Лин не переставал думать о случившемся там, в другом мире.       Если Эрместен хотел уберечь его, то почему просто не сказал о барьерах? Почему снял их только теперь? Почему двадцать минут, проведенные там, оказались почти сутками здесь? Пространственная петля? Неужели теперь так будет всегда? - Ты меня вообще слушаешь? - вспылил рыжеволосый омега, хватая Лина под локоть. - Что у тебя случилось? Какие-то проблемы с твоим Ромео? Ты кстати так и не сказал, как его зовут.       Парень закатил глаза и полез в карман за телефоном. "Эрик. И у нас все хорошо", - написал он в черновиках сообщений. - У "нас"? - многозначительно переспросил Дерек, хитро улыбаясь и поднимая разлетные брови. "В смысле, у меня и у него", - шустро напечатал омега, краснея. - Все поня-ятно, - рассмеялся друг. - У "вас" уже все серьезно. "Ты невыносим", - поджав губы, настрочил юноша, но Дерек, впрочем, уже не заметил.       В кафе было немноголюдно, и весь собравшийся народ подтягивался к сцене, вокруг которой были разложены красные кресла-мешки. Студенты не стали отставать от коллектива, сдавая вещи в гардероб и выбирая места.       Баблы, так, оказывается, назывались эти мешки с пенопластом внутри, были очень удобными и мягкими. Лин с удовольствием плюхнулся в один из таких, пока друг заказывал ему и себе капучино.       Выступающие были разными, словно стеклышки в калейдоскопе: кто-то блистал поэтическим талантом и пушкинским слогом, кто-то читал задорные четверостишия, полные сленга, кто-то - загадочную и мистическую прозу. Светловолосый омега воодушевленно слушал, даже записывал что-то особенно понравившееся, благо, навык быстрописания у него имелся, - словом, получал несравненное удовольствие.       Под конец чтений Лин даже устал, хотя ничего не делал. "Эмоциональное перевозбуждение", - подумал он, улыбаясь другу по дороге домой.       Дерек проводил омегу до общежития и побежал к себе: готовиться. Лин вздохнул, поднимаясь в комнату, в которой еще не было его альф-сожителей. "Странно. Куда они подевались? Хотя, наверное, ушли на очередную студенческую вечеринку", - решил для себя юноша, принимая душ и заваливаясь на кровать. Несмотря на то, что он и так проспал полдня, веки его снова слипались.       Полянка, на которой по привычке очутился Лин, сменила свой цвет с бледно-розового на фиолетовый - признак того, что весна уже вошла в полную силу и теперь, наконец, хозяйничает на полях, лугах и в лесах. Омега слегка прищурился, пытаясь рассмотреть вдали хижину Эрместена: в этом мире был самый темный предрассветный час, и даже отличное зрение не помогало юноше рассмотреть то, что было дальше двух метров от него.       По дороге к дереву он дважды споткнулся, но до двери все же добрел. Постучал, но ответа не последовало. Маг свел тонкие белесые брови на переносице. "Может, что-то случилось?"       Он постучал еще раз, уже гораздо дольше и настойчивее. Изнутри послышалось старческое бормотание и шаркающие шаги. Лин выдохнул с облегчением. - Чего шумишь? Рань же еще такая... - старик зевнул, запуская уже начавшего подмерзать омегу внутрь. - Ты с каждым разом появляешься все раньше. Скоро вообще ночью приходить начнешь.       Парень улыбнулся. Он только сейчас понял временную взаимосвязь двух миров: когда там, на Земле, ночь, здесь - день и наоборот. "А в прошлый раз, видимо, получилась временная петля из-за снятия барьера... Теперь все понятно", - похвалил себя за сообразительность юноша. - Я так понимаю, ты за вещами? - с напускной строгостью, в которой проскальзывали нотки заботы, проговорил старец. Омега кивнул. - Ну вот и отлично. Они там же, где ты их оставил.       Лин снова кивнул, поднимаясь по почти рассохшейся лестнице. Действительно, все его вещи были нетронуты и лежали точно так же, как он их оставил. Стало даже немного грустно.       Упаковав немногочисленную одежду (мастер был против большого гардероба, заявив, что так больнее и неохотнее расставаться с временным жильем) в дорожную сумку, парень принялся за оружие.       Он решил, что лук можно попросту повесить на плечо, а на спину колчан, но в таком случае ему некуда будет деть арбалет и шпагу, не говоря уже о коротком мече. Ох, ну и сложное это дело - переезд. Особенно тогда, когда у тебя даже коня нет. Теперь Лин, кажется, понимал слова своего бывшего учителя.       Кое-как запихнув меч в ту же самую сумку, форма которой немного изменилась из-за длинного, криво засунутого клинка в ножнах, омега наколдовал себе портупею, решив, что раз уж он теперь самостоятельный маг, то ему теперь можно и немного похулиганить. Дело в том, что из воздуха ни в этом, ни в другом мире не берется ничего. Если у кого-то что-то просто так появляется, значит, у кого-то исчезает и наоборот. То есть, наколдовав себе ремешки для оружия, Лин их попросту... у кого-то украл. "Ну нет, украл - не то слово", - одернул себя мальчишка, озорно улыбаясь, - "одолжил. Бессрочно".       Повесив на новенькую портупею любимую шпагу, купленную однажды у одного знаменитого в Империи купца, он пришел к решению задачи с арбалетом. Все-таки штука нелегкая.       Вскоре парень спустился на кухню, где учитель, дожидаясь его, пил какой-то странный цветочный отвар. Омега понял это по запаху. Завидев его, Эрместен рассмеялся, правда, смех его был больше похож на сухой скрежет. - Это ты так решил все упаковать? - сквозь улыбку насмешливо спросил старый маг. Омега насупился.       Он считал, что решил свою проблему гениально: на спине его висел арбалет, занимая все пространство от макушки до ягодиц; рядом, на поясе, - шпага; на плече с другой стороны, все время стучась о металл, - лук. Колчан и клинок лежали в сумке, распирая ее во все стороны: она была для них явно маловата. - Выглядишь как еж, - усмехнулся дед. - Я тебе говорил: у тебя не должно быть много вещей! Зачем тебе столько всего? "Как это зачем?" - вскинул брови юноша. - "Арбалет для охоты, шпага для сражений, меч для обороны от монстров". - А лук? "Тоже для охоты. И для внезапного нападения". - А если война? "А что война?" - Ты все это туда потащишь? - Лин заметно стушевался и растерялся. - Всю эту груду металла? Ты и пяти километров не пройдешь. Нет, конечно, уметь владеть разным оружием - это преимущество. Но все это... "Все это я могу оставить дома". - У тебя нет дома! Или ты забыл все, чему я тебя учил? У магов нет такого понятия как дом! Ты можешь задержаться в одном городе на десять лет, не больше, но потом тебе нужно будет его покинуть! Ты потащишь все это на себе? "Эм... Нет". - Ладно. Хорошо, что ты это понял, - вздохнул маг. - А теперь иди. И не возвращайся больше. Вот тебе мое благословение.       Дед осенил Лина знаменем Единства и открыл дверь. Омега, стараясь сглотнуть комок в горле, поцеловал старика в лоб и вышел, не оглядываясь. Он уже не видел, что дерево, в котором жил его учитель, медленно таяло, растворяясь в воздухе вместе с печально согнутой фигуркой, машущей рукой вслед новоиспеченному магу, и вскоре растаяло совсем, будто его никогда и не было.       По лесу идти было действительно тяжко уже после первого километра. Заклинание короткого пути почему-то не работало, видимо, мастер все-таки решил наказать бывшего ученичка напоследок. На лбу омеги выступила испарина, пот каплями стекал по вискам, пропитывал корни длинных волос. Дойдя до города, Лин чувствовал себя совсем разбитым.       Стражники на воротах слегка удивились такому снаряжению парня, открывая вход в Тангорд. - Ты, никак, переезжаешь? Лицензию получил? - поинтересовался один, усатый. Лицо его было омеге незнакомо. Юноша кивнул. Сил не было даже руны чертить. Усач рассмеялся. - Поздравляю!       Омега вымученно улыбнулся и снова кивнул, заползая в город.       Был уже день, солнце начинало припекать, создавая бедному магу еще худшие условия. Через полчаса он дошел до дома знахарки. Высокий двухэтажный дом с перламутровой черепицей, он был в самом центре города. Окна его выходили на главную площадь. Он всегда нравился юноше, а сейчас был весомый повод в нем поселиться. Магу, по Кодексу, нельзя отказывать в убежище, если он найдет причину. А Лин ее как раз придумал и уже стучал в красивую резную дверь с молоточком для посетителей.       Лута, так звали врачевательницу, открыла почти сразу. Это была высокая женщина с длинными русыми волосами, почти всегда заплетенными в косу и подколотыми к голове. Сине-белая слоеная юбка ее подметала подолом пол, а вязаная просторная летняя кофта не была подпоясана, скрывая фигуру. - Лечиться пришел? - вполне дружелюбно отозвалась она. "Не совсем", - написал омега, поправляя постоянно съезжающую с плеча сумку. - "Я ищу пристанище. Разрешите у Вас пожить?"       Женщина подняла брови и улыбнулась. - Ну и почему же, скажи мне, я должна тебя впустить? "Я неплохо разбираюсь в травах", - приукрашивал действительность Лин. А что, в Кодексе не сказано, что причина должна быть полностью правдивой. - "Я могу помочь варить целебные отвары". - Ну, хорошо. Заходи, живи. Можешь занять второй этаж, все равно пустует, - посторонилась знахарка, пропуская мальчишку в дом.       Тот расплылся в счастливой улыбке, кивая в знак благодарности и шустро поднимаясь по скрипучей лестнице наверх.       Там было все необходимое, чтобы вполне хорошо жить: печка, чтобы топить зимой, кровать с немного пыльной периной и подушками, теплое одеяло, письменный стол, большой полупустой книжный шкаф, множество стульев и даже котелок. Тут же, как и в хижине Эрместена, под потолком висели пучки цветов и трав, распространяя странный запах по всей комнате. - Приберешься тут и живи себе, - показалась на пороге хозяйка, поглаживающая большого черного кота, невесть откуда взявшегося.       Лин улыбнулся. "Спасибо, приступлю сегодня же".       В углу он нашел швабру, большую половую тряпку, немного погнутое и заржавленное, но в целом рабочее жестяное ведро и несколько тряпочек поменьше - для пыли. Налив горячей воды и выпросив себе передник, мальчишка убрал все с пола: взгромоздил стулья на стол и кровать ножками кверху, посадил на шкаф мяукнувшего кота, прибрал книги в стол и принялся наводить чистоту. Подмел и вымыл пол, протер пыль, лежащую везде солидным слоем, выбил подушки и матрас. В окно. Просто слишком лень ему было все это выносить из дома, а на заднем дворе и так не особо чисто... В общем, омега успокаивал свою совесть этими и подобными отговорками, как мог.       Лута, поняв, что уборка закончена, принесла новому жильцу свежее белье: пару наволочек, простыней, пододеяльников и полотенец. - Пойдем ужинать, - позвала она, глядя на утомившегося омегу. Он и не заметил, как на город опустился вечер, а в окна начало заглядывать ярко-оранжевое заходящее солнце.       Лин устало улыбнулся и кивнул.       Готовила лекарь, как оказалось, замечательно. Даже несмотря на то, что это была простая яичница с беконом, омега чуть не съел ее вместе с тарелкой.       Вообще Лута была женщиной необыкновенной. Статная, горделивая, с круглым лицом и чуть раскосыми миндалевидными глазами. Она не была молода, но и не стара тоже. Несмотря на то, что среди людей женщины не рождались, в ней не было признаков другой расы. Во всяком случае, внешних. Она занималась целительством уже давно: лечила детишек, помогала омегам в родах, прочищала раны. К ней нередко заходили посетители, но и сама она по первому зову готова была пойти куда угодно, чтобы помочь. Особой любезностью она не отличалась, была всегда строга, но и добра по-своему. Лин, будучи еще ребенком, бывал у нее пару раз, всегда опасался ее гнева.       Как только трапеза закончилась, в дверь постучали. Очередные роды у очередного омеги. Не церемонясь и не переодеваясь, целительница подхватила всегда готовую сумку, наказала Лину вымыть посуду и ушла. Омега, разумеется, послушался, прибираясь на кухне и лишь после этого поднимаясь к себе.       Постелив себе постель, мальчишка с удовольствием в нее улегся. Вместе с ним улеглись и все многочисленные кошки знахарки, коих омега насчитал пока только шесть, но чувствовал, что это не предел. Кошки обложили его со всех сторон, некоторые даже бесцеремонно взгромоздились на него и гневно мяукали, если юноша пытался перевернуться.       Едва он заснул, как послышался уже знакомый противный писк утреннего будильника.       Гай и Дик были на месте, но не обращали на омегу никакого внимания, чему тот был крайне благодарен. Быстренько похватав свои вещи и скрывшись в ванной, он принял стандартные утренние водные процедуры, причесался, оделся и, взяв сумку и накинув верхнюю одежду, выскочил из комнаты.       Застегнулся он уже на лестнице, там же нормально натянул шапку и завязал шарф. На телефоне весело пиликнула СМС-ка. От Эрика. "С добрым утром, Солнце".       Лин расплылся в теплой улыбке. "Я скучаю. Может, погуляем сегодня?" - написал омега, собравшись с духом и чувствуя, как сердце, готовое выпрыгнуть от волнения, бьется изнутри о ребра. "Конечно. Я заеду за тобой. Во сколько закончатся пары?" "В четыре". "Ок. Жди. Целую".       Юноша, кажется, забыл, как дышать, стоя на продуваемой всеми ветрами лестнице и улыбаясь экрану телефона.       Целую.       Боже мой, одно слово, а как оно способно подействовать на молодого, совсем еще невинного омегу. "Ты влюбчивый дурак", - отругал сам себя светловолосый, выходя на утренний мороз и счастливо улыбаясь. "Зато счастливый дура-ак!" - сам себе ответил парень, отправляясь в университет на скучные пары.