Прекрасная песня

Прошло одиннадцать лет.

***

Всё меняется, и это надо использовать для собственной выгоды. К тридцати восьми годам жизни Кэрри уяснила это раз и навсегда. Ах да, еще одно. Полагаться можно только на себя. Эти правила как и всегда мелькнули в голове Кэр, когда она ехала в уже их с Чарли звукозаписывающую компанию. Но к группе "The Limit" это уже давно не имело отношения. Джеймс и Джен, Чарли и Грэйс поженились примерно в одно время больше девяти лет назад. Группа еще существовала, но у каждого появились свои заботы, и кроме Кэрри все перестали так же ответственно и в полной мере выполнять свои полномочия. Слова Джоан Ларкин помнились Кэр, и в один прекрасный момент она подняла тему, напряженную для всех. Как ни странно, решилось всё быстро и мирно, даже спокойно со стороны девушки. По крайней мере, все должны были так думать. Но Чарли все видел, и чувствовал часть своей вины. Первую неделю после неофициально распада группы Кэрри провела в своей теперь уж огромной сплошной квартире, присоединившей к себе студию и собственность Чарли. Девушка лежала, свесив голову с кровати, перебирала струны и изредка потягивала виски, заглушающий сознание. Про Оливера Кэрри старалась не вспоминать, не думать, что могла не остаться одной. Она понимала, что раскол должен был произойти, всё по сценарию Джоан. Лимит "The Limit". Но и пропустить это мимо себя девушка не могла. Когда всё стало официально, пресса накинулась на уже всемирно известную группу. А поклонники атаковали Кэрри, виня ее одну, будто бы снова отодвинула Дженнифер, которая намного талантливее, по их мнению, и заняла пьедестал. Кэрри холодно выносила этот бред, зная, что понимающие и разумные фанаты останутся. Но задевшее однажды "пьедестал" подтолкнуло ее к новому этапу. Музыку Кэрри оставлять не собиралась, но и не хотела идти в одиночку. Уже через месяц группе создана замена. Кэрри прекрасно понимала, что они не станут ее семьей, не будут как ребята, даже на друзей не потянут. Но ей было плевать. Кэрри проводила крайне строгий отбор, нужны только лучшие. И на этот раз кроме нее не было ни одной девушки. Кэрри не брала в расчет, что парни, даже мужчины, в группе были старше ее. Это в обычном мире. А здесь Кэрри главная, это ее группа. На этот раз равенства нет, как бы эгоистично это ни было, но это правильно. В данном случае. Чарли, разумеется, следил за всем процессом, видел старания и труд Кэрри. Она должна заново пройти всё, плюс и агрессия поклонников в ее сторону. Но с некоторых пор девушка стала непробиваемой, все равно на других людей, о ней самой ведь никто не думает. Кэрри сразу обозначила факт, что ни с кем никаких отношений в группе. В этом случае всё строго. Но, по-видимому, подобным образом она отталкивала от себя. Кэрри только усмехалась, все отлично. Джен и Джеймс переехали в Америку к Оливеру. О нем, кстати, никто не заговаривал, да и Кэрри не хотела знать ничего, вообще ничего. Она поставила цель стереть из собственной памяти Фелпса. Погружаясь в работу, это ей удавалось, но на сердце навсегда останется груз. А Грэйс и Чарли это отдельная, долгая история.

***

Группа "PlantАtion" за десять лет выпустила шесть альбомов, выиграла более двадцати наград, большинство из которых могли получить лишь достойнейшие, включая музыкальные журналы и неанглийские премии: Billboard, Grammy, MTV, Peoples, Teen, World и другие. Их возвели в ранг всемирноизвестных, мега популярных, а Кэрри Плант стала самой влиятельной женщиной-музыканткой начала двадцать первого века. А самой ей теперь везде виднелся подвох. Гигантские стадионы, на которых умещалось под двадцать тысяч зрителей, перестали внушать доверие. Кэрри опасалась, что на их концерты приходят просто для галочки, мол, такие известные, и если сходить, будешь круче. Но видя каждый раз блестящие глаза и сумасшествие фанатов, слыша рев и единогласный голос тысяч, подпевающих ей, Кэрри снова и снова сама сходила с ума. Казалось, она добилась всего, дошла до своей мечты. Но предела этому не будет никогда. Счастье безгранично в случае Кэрри, был только одна крохотная трещина, которую не удалось заполнить.

***

Семья старшего Планта жила в элитном районе Лондона, где обитали знаменитости и богатые люди. Папарацци были, но чокнутых фанатиков отсюда выпроваживали. Кэрри хлопнула дверью дорогой машины и потянулась. Ботинки тяжело цокали по асфальту, пока она подходила к боковой двери, из которой выпрыгнул девятилетний мальчик. - А пакеты? - кивнула ему Кэрри, открывая заднюю дверцу. - Да, точно, - черноволосый мальчуган вытащил два больших бумажных пакета и с широкой улыбкой встал ждать. Кэрри заблокировала машину. - Тетя Кэрри, а когда мне можно будет такую же гитару как у тебя? - выпалил он. - Научись сначала на обычной, пусть пальцы привыкнут, а то сотрешь, - усмехнулась Кэрри. - Нет, честное слово, не сотру! Ну пожалуйста! - мальчик с обожанием смотрел на нее, всё в Кэрри казалось красивым, ему не терпелось надеть новые вещи, которые они вместе выбрали. - Нет, Роберт, - официально сказала она, но не сдержала улыбку. - Учись пока что, вот повзрослеешь, и все будет в твоих руках. - Ну... - протянул мальчик. - Ты как папа! - Это уже претензии к бабушке с дедушкой, - дернула бровью Кэрри. Роберт, быстро подбежав, позвонил в дверь. Кэрри подняла усталый взгляд. Чарли всё делал с размахом, она до сих пор не привыкнет к дому. Огромный четырехэтажный особняк, обнесенный забором. Кэрри этого никогда не понимала. Они вошли во двор, где поливался идеальный газон. В детстве Кэрри и Чарли такого не было, и она боялась, как бы это не отразилось на младшем поколении. Наконец, Чарли открыл дверь. Кэрри ухмыльнулась. Время не брало их, нельзя дать больше тридцати. Чарли выглядел даже младше Грэйс, что было очень странным. - Ну как съездили? - спросил он у почти пробежавшего мимо сына. - Супер! - послышалось уже из глубины дома. Кэрри улыбнулась. - Да, он прав, - просто сказала она, переступив порог. - Всё четко и быстро, мы даже успели пообедать и пройтись. И без единой фотографии, представляешь? - наигранно распахнув глаза, произнесла Кэрри. - Всё, популярность ушла, завяли микрофоны? - усмехнулся ей в тон Чарли. - Подожди, еще никто из группы не умер от передозировки, а это первый этап упадка, так что не рассчитывай, - сощурив глаза, заявила она. - Ты страннее с каждым днем, Кэр, знаешь, - поджал губы Чарли. - Вот и отлично, приму за комплимент. Ты чего дерганный? Отдыхайте с Грэйс в свое удовольствие, по поводу компании я буду звать тебя только для подписания договоров и прочей бумажной волокиты. - Нет, на моей работе снова завал. Ненавижу человеческий фактор, это слишком глупая отговорка, когда люди глупы и неответственны, - проговорил Чарли, но поднял глаза и чуть тряхнул головой.- А у вас как дела? - спросил он, отодвигая ей стул. - Нет, я сейчас уже поеду, нужно собираться, - Кэрри все же села. - Всё отлично, более чем, - отозвалась Кэрри в общем плане, так как была без понятия, что происходит у ее коллег. - Мы вернемся только через три недели, и... А где Грэйс и мелкотня? - резко перевела тему она. - Гуляют, скоро вернутся, - тепло улыбнулся Чарли. Послышался топот. - Папа, смотри! - вбежал Роберт, в новых кожаных штанах, ботинках и черной рубашке. Кэрри, довольно улыбнувшись, откинулась на стуле. - Круто, да? - Кэр, ему девять, - без тени улыбки сказал Чарли, повернувшись к сестре. Та только хмыкнула. - По-моему, твой сын шикарно выглядит, - безапелляционно заявила Кэр. - Я повторю: ему девять, зачем это? - Чарли сердился. Она поджала губы. - Пап, тетя Кэрри сказала, чтобы насчет новой гитары я спросил у тебя. Ну так можно? - подал голос Роб. Кэрри резко покачала головой, говоря мальчику, что он не вовремя. - Так, - выдохнул Чарли. - Тебе завтра в школу, садись за уроки, - строго сказал он. - Да ладно тебе, перестань. Пусть у мальчишки будет полноценный выходной, - пожала плечами Кэрри, но Чарли заставил замолчать ее взглядом. - Иди, - обернулся он к сыну. - Я не буду делать уроки! Я не хочу ходить в школу и быть как все, как серая масса! Я ненавижу школу! Fuck the system! - выкрикнул Роберт, вскинув руки. Кэрри прикрыла глаза и опустила голову, сдержав секундную улыбку. Чарли шокировано уставился на него. - Не смей повторять это! Чтоб я больше никогда не слышал подобного! Марш в комнату! - зло, рассерженно крикнул он. Роберт стоял. Кэрри открыла глаза и кивнула мальчишке уходить. Тот насупился и нехотя вышел за дверь. - Это что такое, Кэрри? - Ну услышал где-то, дети же впитывают как губки, - дернула она бровью. - Ну разумеется, - пролепетал Чарли. - Я же просил тебя не учить Роберта ничему, чего бы я не хотел! Что это? Он в твоей песне это услышал или напрямую от тебя? - он завелся. - Кто-то говорил, что уважает мое творчество! - ехидно напомнила Кэрри. - Да, но не таким образом. Зачем ты пообещала ему гитару? - Я не обещала, я сказала нет. Он ведь весь в тебя, переиграл всё на свою сторону, - ответила Кэрри, стараясь сохранять спокойствие. - Конечно! - язвительно кивнул Чарли. - Скажи мне, зачем ты одела его как... как... - Ну, давай, договори, - поняв, усмехнулась Кэрри. Зачем он так с ней? - Как себя, Кэрри, да. Ему еще мало лет, не делай свою копию, он не игрушка. То, что он в тебе души не чает, не означает, что можешь делать, что тебе угодно, - ледяным голосом произнес Чарли. Кэрри поднялась и внимательно посмотрела на брата. - Поверь, я его тоже очень люблю, - серьезно сказала она. - И... - Стоп! - вдруг вскрикнул Чарли. - Дыхни! - Кэрри закатила глаза. - Я сказал, дыхни! - она выдохнула. Чарли сжал зубы. - Как ты могла? Как, Кэрри? - та опустила голову, поджав губы. - Я доверяю тебе собственного сына, а ты нетрезвая за рулем! Чем ты думала? Как, скажи мне, как ты могла так подвести мое доверие? - кричал он. - Ты прекрасно знаешь, что я могу вести машину в любом состоянии. Ты сам не заметил сначала, потому что это еле значимая доза. И ты также знаешь, что с ним ничего не случилось бы! Ничего, Чарли! - парировала Кэрри, все же признавая свою вину. - Больше ты его не увидишь вот так, я не отпущу его с тобой, - строго и решительно произнес Чарли. Что-то внутри Кэрри опустилось, она не ожидала подобного. - Это слишком! - резко сказала она. - Ты подвергла вас обоих опасности. Я дорожу Робом больше, чем жизнью! - Чарли подошел вплотную к сестре, та приподняла голову, смотря ему в глаза. - И не допущу ни единой оплошности, - чуть ли ни процедил он. - Пока что пусть он от тебя отдохнет, - спокойнее добавил Чарли. Кэрри жестоко усмехнулась. - А сына своего ты спросил? Что он на это скажет? - тихо, но вкрадчиво, ледяным голосом отозвалась она. - Я еще в праве решать за него... - Пап? - протянул Роберт, стоявший за дверью. В глазах мальчика виднелся немой вопрос и опасение. Чарли обернулся. - Пока, Роб, - улыбнулась Кэрри и взяла куртку с вешалки. Мальчик подбежал и ухватил ее за руку. - Куда ты? - только и спросил он. Кэр сжала губы, посмотрев на него. - Мне нужно уходить, - она присела на корточки, аккуратно обхватив лицо мальчика ладонями. - Делай уроки, забудь всё, что я говорила, и слушайся папу, - произнесла Кэр и поцеловала племянника в лоб. Чарли внимательно смотрел на нее. Кэрри убрала руки, поднялась и развернулась, но в дверях остановилась и оглянулась, смотря Чарли в глаза. - Одна просьба: не превратись в нашего с тобой отца, - произнесла она, зная, что он поймет. Кэрри вышла и сама закрыла дверь. Пальцы до боли сжали ключи, острые края впивалась в кожу. Кэрри зажмурила глаза. Это несправедливо, нечестно, оскорбляюще и больно. - Здравствуй, Грэйс. Привет, Кармен, Вирджиния, - улыбнувшись, кивнула Кэрри подруге и племянницам. Грэйс только удивленно взглянула и хотела бы ответить, как дверь машины захлопнулась, а через полминуты никого здесь будто и не было. Кэрри пыталась сосредоточиться на дороге, с силой провела ладонью по лицу и громко выдохнула. Давно не было так плохо, одиночество снова накрыло ее. Глаза увлажнились, и Кэр быстро смахнула каплю с щеки. У нее забрали ее единственное сейчас счастье и лучик света. И сделал это самый близкий человек.

***

Кэрри опустила глаза на кресло рядом с собой. Посадочный зал самолета группы был разделен, и у Кэр была отдельная комната. - Вам что-нибудь принести, мисс Плант? Вино, виски, фрукты? - как всегда спросила улыбчивая Джейд - их личная стюардесса. - Нет, спасибо, - кивнула Кэр, а девушка удивилась неожиданному отказу. Брюнетка снова погрузилась в себя. В этот тур с ней должен был лететь Роберт. Они с Чарли и Грэйс обо всем договорились, мальчик особенно ждал поездки в Америку на целый месяц. Целый месяц с обожаемой теткой, быть за кулисами концертов и в эпицентре музыки. А Кэр не была бы одинокой, даже счастье нагрянуло бы на эти четыре недели. Но, увы. На этот раз она была особо молчалива, не сказала ни слова никому из группы. С дежурной усмешкой, иногда даже с улыбкой, раздавала автографы уже в аэропорту. А потом снова гостиница. Первый город. И это уже стало рутиной. Кэрри ждала, что ее жизнь приобретет миллионы красок, она не будет сидеть в офисе, как тысячи людей, каждый день будет что-то иное, новое. Но жестоко ошибаешься, когда исчезает стимул. Порой, уже ничего не хотелось. Вот как сейчас. Люди, люди, люди. Все они одинаковые. И ты сама делаешь одно и то же.

***

- Я не ожидала от тебя такого! - разочарованно произнесла Грэйс, уложив детей спать. Чарли промолчал, поджав губы. - Я не думаю, что Роб спит. Он почти мне не отвечает, а с тобой вообще не говорит, начинает плакать и кричать на меня, злясь на тебя. Ты понимаешь? - она села напротив мужа. - Он ждал этого почти полгода, а ты все оборвал. Я знаю, что хочешь уберечь, но это же Кэрри! - покачала Грэйс головой. - И ты должен знать ее лучше меня. - Вот именно, - вставил слово Чарли. - Тогда о чем мы говорим? Как бы там ни было... - начала Грэйс. - Я уверена, что с Робертом ничего бы не случилось. А то, что он так увлекается музыкой... - Ненормально для его возраста, - заявил Чарли. - Ну да. Только вспомни себя, - усмехнулась Грэйс. - Сам же говорил, будь у тебя слух как у сестры, обогнал бы ее во всем. - Чарли только закатил глаза. - Ты хочешь, чтобы он пошел по ее стопам? Серьезно? - прищурив глаза, спросил Чарли. - Так и случится, если ты будешь вести себя как твой отец: ограничивать и запрещать. Это ведь привело вас с Кэр к кардинальным мерам? Подумай, хочешь ли ты сыну того же, что было у тебя, - подытожила Грэйс и оставила его наедине с мыслями. Она четко знала одно: Роберт больше похож на Кэрри, чем на собственного отца. Быть может, поэтому Чарли злится? В кухне раздавался лишь размеренный, но нервный стук пальцев по столу. Чарли думал. Но наконец, взял телефон. Кэрри не отвечала первые четыре раза. Он подумал, что концерт все еще длится. - Да? - послышался усталый голос на пятый раз. - Привет, Кэр. Как всё проходит? - сразу спросил Чарли. - Вполне сносно, - протянула она. - Но скука несусветная... - Извини меня, я был не прав... Насчет Роба. Я беру все свои слова назад, как только вернешься, приезжай. Ты нужна ему. И мне, - проговорил Чарли, смотря в одну точку. На другом конце была тишина. - Я и не держала на тебя обиду. А приехала бы я в любом случае, еще бы я тебя слушалась, - хмыкнула Кэрри, сдерживая улыбку. Чарли усмехнулся. - Передай Роберту, что здесь без него ужасно скучно и я привезу ему гитару. И ты не запретишь! - твердо и резко добавила Кэрри. - И убери это, что еще за "извини"? Нам не десять лет. А вот твоему сыну - да. И извиниться тебе следовало бы перед ним, - холодно, но уверенно рассудила она. - Ты права... - Как странно это слышать от тебя, - усмехнулась Кэрри. - Не мог бы повторить? - Нет. Удачи тебе там, мне нужно идти, - произнес Чарли. - И тебе. Кэрри откинулась на диване и неожиданно для самой себя широко и радостно улыбнулась. Хотя бы один из множества камней свалился с ее души.

***

Кэрри уже потеряла счет городам. Она просто выходила, выступала и уходила. И публика в Англии ей нравилась больше. Но в этом городе, Майами, им предоставили самую большую площадку и апартаменты. Кэрри, разумеется, заняла верхний этаж. Тысячная публика уже ждала. - Ты немного опаздываешь, ребята уже почти готовы, - начала щебетать Кэйт - фанатка, ставшая личным менеджером Кэрри. - Мне не нужно много времени, - ответила она, Кожаные брюки, ботильоны, рубашка и длинная безрукавка. Кэрри ненавидела, когда ее красили. Она сама подвела глаза и чуть начесала волосы. - Две минуты, - повторила Кэйт, держа в руках расписание. Кэрри не обратила внимания, надевая серьги, кольца, многочисленные браслеты и подвески. Как там говорят про нее в журналах? Неповторимый бунтарский стиль? Ну-ну. Она повернулась к Кэйт, но передумала и все же надела кожаные перчатки без пальцев. Критики считали их безвкусными. Отлично. Кэрри вышла и направилась к кулисам, нацепив на лицо фирменную улыбку-ухмылку и взгляд а-ля "Я лучше всех, вы - никто". Именно такой Кэрри была для большинства поклонников, хотя ее не переставали любить. Но образ в течение стольких лет вжился слишком глубоко. - Вы готовы? - спросила Кэрри ребят, обернувшихся на стук каблуков. Послышались лишь утвердительные ответы. Она сосредоточилась. Вот оно, лучший наркотик. Как бы там ни было, но без музыки Кэрри не выжить. Послышался гул фанатов, нужно было выходить. На музыкантов цепляли последние провода, подкрашивали, на сцене бегали рабочие, проверяя инструменты. Первым вышел барабанщик, затем гитаристы. Шум усиливался, Кэрри усмехнулась, перекинув ремень гитары через голову. Мисс Плант оставляли на десерт, слушатели встречают ее по-особому. На нее цепляли аппаратуру, Кэрри закатила глаза, ужасно не удобно. Она вставила метроном в ухо. - Кэрри! Кэрри! Кэрри! Кэрри! - раздавалось со стороны сцены. Она закрыла глаза и глубоко вдохнула. Это то, что нужно. Ее не сломать. Впредь никогда. Кэрри еще раз выдохнула, по телу как всегда пробежали мурашки. Она улыбнулась и шагнула на сцену, повесив гитару удобнее. Крики стали сильнее. Публика ликовала, люди просто кричали. Кэрри прошла на свое место в центре, продолжая улыбаться. Дерек - барабанщик и Энтони - бас-гитарист завели мелодию. Кэрри просто с повелительной улыбкой оглядывала толпу. Кто-то держал плакаты с их именами. Девушки забрались к своим парням на плечи, чтобы быть выше. Хотя Кэрри не любила это, из-за таких кому-то не видно. Все кричали, и брюнетка с противным шумом вставила провод в гитару, в этот момент Дерек отчеканил четыре удара. Новая фишка. Кэрри усмехнулась еще большей реакции и ударила первый аккорд. Началось. Все песни Кэрри исполняла сама, только Тома можно было услышать на бэк-вокале. Она отработала собственную технику подачи: упор на мимику, взгляды и энергетику. Кэрри играла, не видя толпы, она только чувствовала ее, это сумасшествие, распространенное на несколько тысяч человек. Не передать словами. У каждой группы есть песня - визитная карточка. Настала ее очередь, и вокалистка предвкушала реакцию. В абсолютной тишине раздались первые аккорды Кэрри, она жмурила нос от удовольствия. Зал снова кричал, все пели эту песню. Кэрри привычно усмехнулась, поняв, что их не слышно, только зал. Она, может, слишком наигранно подмигнув, и все увидели это на мониторах, начала проигрывать некоторые моменты повторно, но поклонники не велись на уловки и продолжали петь четко и под музыку. Но на припеве она снова взяли всё в свои руки. Кэрри видела эти глаза и лица, полные обожания. Ее боготворили, на них равнялись. На эти концерты выкидывали приличные суммы денег. Кэрри плевала на всё и отдавала три четверти заработка в детские дома, желая, чтобы оттуда не вышли преступники из-за плохого обращения и условий. Хотя это считали показухой. Но Кэрри прекрасно понимала, что, если бы не музыка, она продолжала бы заниматься наркотиками, и Чарли не смог бы повлиять на нее. Кэрри не в тему ухмыльнулась: здесь мог бы быть сейчас Роберт... Всё было бы иначе в ее глазах, если бы он был тут. И вот барабанное соло, ликование и восторг толпы, и шесть оглушительных ударов ритм-гитары. Кэрри подняла руку вверх, глубоко дыша и улыбаясь. Люди хлопали, кричали, визжали. Вся вакханалия и хаос. Кэрри усмехнулась, уже перестала понимать, как можно так обожать чужих тебе людей. Все эти поклонники - просто чокнутые. Но хотя Кэр никогда не выказывала это, она любила каждого из этой орущей толпы. Вот и всё. Кэр скинула безрукавку, войдя в свою комнату. Концерт прошел почему-то слишком быстро, она даже не поняла. Наверное, нужно взять отпуск впервые за десять лет. Она легла и закрыла глаза. - Мисс Плант? Мисс Плант, с Вами всё в порядке? - протараторила Кэйт. Кэр мысленно усмехнулась и не двигалась, не дышала. - Мисс Плант? - Да нормально всё, - Кэрри резко села на диван и приглушенно рассмеялась. Кэт растерянно поджала губы. - Там к Вам поклонник... То есть не... В общем... - Кто там? Я же говорила: никого за пределами сцены, тем более после выступления, - раздраженно ответила Кэрри и легла обратно. - Но это мистер Фелпс, - наконец, сказала Кэйт. Брюнетка открыла глаза. - Кто из? - ледяным голосом спросила она. - Оливер. Мы ведь в Майами, мисс Плант, - медленно произнесла девушка. Кэрри поднялась, сомнения роились в голове. А воспоминания, живущие в этом городе, мурашками прошлись по когда-то обгоревшей спине. Кэрри знала, что Оливер всё вспомнил. Но что он здесь забыл? Почему не Джеймс, не Джен, в конце концов? - Мне сказать, что вы заняты? - делая шаг к двери, спросила Кэйт. - Нет, позови, - всё же решилась Кэр. Девушка вышла, а она накинула жилетку и поправила макияж и волосы. Одиннадцать лет прошло. Оба знаменитости. Черт подери... Она зажгла сигарету. Вдруг Кэрри усмехнулась. Интересно, как бы отреагировал Оливер, увидев здесь похожего на Кэр ребенка? - Здравствуй, - раздался голос в комнате. Оливер заметил сигарету и ожидаемую усмешку, которая тут же пропала. Кэрри подняла на него взгляд и, прищурившись, всмотрелась. Фелпс постарел, причем заметно: морщинки около глаз и уголков рта, пока что не сильно заметные складки на лбу. Но все же красивый. Как же давно не виделись... - Здравствуй, Оливер, - в тон ответила она. Ну и о чем говорить? - Ты была великолепна как всегда. Надеюсь, не против, что я не удержался и пришел посмотреть на ваше выступление? Джеймс-то давно уже не играет, да и Джен отошла. А ты всё так же собираешь оглушительную публику, - произнес Оливер, присев на подлокотник дивана. - Ты же знаешь, что я не могла бросить музыку. Тем более, что... - начала Кэр. - Замуж ты так и не вышла, - чуть наклонил голову Оливер. Это был не вопрос. - Нет, как видишь. Мы оба люди публичные, - пожала плечами Кэр, не говоря, что принципиально не смотрит ничего, где встречается фамилия Фелпс. Оливер глядел на нее, будто ожидая чего-то. Но Кэрри только сделала затяжку, смотря на него. Он всё помнит, это было видно в этих крапинках в глазах. Их Кэрри уж точно помнила. - Как Джен и Джеймс? - нарушила тишину она. - Отлично, Амелии вот уже шесть исполнилось, - ответил Оливер. - Как средней дочке Чарли и Грэйс, - отозвалась Кэрри. Он кивнул. Снова тишина. Пропасть между этими двумя стала бездонной. - Почему именно Майами? - всё же поинтересовалась Кэрри, с силой туша сигарету. - Здесь солнечно, - вздохнул Оливер. - Тепло, ярко, светло. С Бирмингемом не сравнится, хотя там родина. - Лондон еще темнее Бирмингема, - пожала плечами Кэрри. - В таком большом городе поклонники тебе, наверное, прохода не дают? - усмехнулся Оливер. - А вам здесь, мистер Фелпс? - официальным тоном парировала Кэр. Они усмехнулись. - Мы уже на равных. Но время идет и не щадит нас, - вздохнул Оливер. Кэрри не поняла, что он имеет в виду. Она чуть склонила голову. - Как у тебя дела? Вообще? - спросил Оливер, посмотрев на нее еще пристальней. - Я в порядке, как и всегда. Ты же знаешь. Что со мной может случится? - усмехнулась Кэрри. - Я непробиваемая. Иногда мне кажется, что к сожалению. - Нет, ты умница. Добилась всего, чего так хотела, - кивнул Оливер, опустив глаза. А Кэрри смотрела на него, не понимая. Что-то внутри всё равно сейчас взвинтилось как юла, только оно было в темноте. Кэрри больше не позволяла выйти этому наружу. Но вот он, человек, которого она так сильно любила, что чуть было не позволила своему миру начать крутиться вокруг него. Даже несмотря на то, что это ему было не нужно. А теперь Оливер говорит о таком... - Всего добиться невозможно, - заявила Кэрри, зная, о чем говорит. - А ты как? Счастлив? - с надломленным на секунду голосом спросила она. Оливер ухмыльнулся. - Это понятие относительно, - пожал он плечами. - Но у меня все хорошо, по крайней мере, это и так больше, чем я достоин. - Не очень позитивно, - прервала его Кэрри. - Как есть, - поджал губы Оливер. Эта девушка, а теперь до конца сформировавшаяся и достигнувшая многого женщина, навевала на него, как и прежде, слишком глубокую задумчивость, которая крайне близка к правде. А до нее опасно докапываться, тогда мир, построенный на одной огромной иллюзии счастья и радости, рухнет. С Кэрри он видел мир, без нее - только то, что хочется. А сейчас реальность норовила показаться снова от одного присутствия Кэр. - Ладно, я не буду тебя отвлекать, ты устала, мне ли не знать, - усмехнулся Оливер, привставая. Кэр также поднялась. - Я рад за тебя, правда, - улыбнулся он. - Было бы правильным принести тебе букет. Но найти равный тебе трудно. Все же извини за бестактность. - Цветы все равно и так мертвы, мне дарят целые комнаты этих трупов, - пожала плечами Кэрри. Оливер сдержанно усмехнулся: философия жива. - Ты права. Что ж, удачи тебе! - кивнул Фелпс и направился к двери. - И тебе счастливо, - с фирменной полуулыбкой отозвалась Кэрри и уже отвернулась от двери, чтобы не видеть этого ухода. - Знаешь, - начал Оливер, она обернулась и посмотрела на него, в последний раз получая ответный взгляд. - У нас бы ничего не получилось заново. Оба изменились слишком сильно. Мы любим воспоминания... друг о друге. Сейчас не было бы ничего, не нужно ворошить прошлое, мы выросли из него, - твердо и ровно проговорил Оливер. Слова отзывались в ней. - Но признаю: иногда мне думается, только ты можешь мне помочь, - ухмыльнулся Оливер. Кэрри усмехнулась в ответ. - В чем-то ты определенно прав. Как всегда, - кивнула она и медленно отвернулась. Дверь закрылась. Кэрри сразу же изменилась в лице. Она зажгла сигарету и глубоко втянула горький никотин. Руки почему-то дрожали. Кэрри не ожидала ни этой встречи, ни человека, ни слов. Но не жалела. Оливер действительно прав. Спустя столько времени чувства, разумеется, потухли. Но что-то определенно осталось, пусть незначительная часть. От нее Кэрри хотела избавиться и, одновременно с этим, сохранить. Она прижалась лбом к холодному стеклу, выдохнула и открыла глаза. Как же Кэр везет на окна. Внизу у черного входа, о котором Фелпс наверняка знал и использовал его, стояла машина. Оливер подошел к блондинке, державшей на руках девочку, наверное, трех лет, поцеловал сначала жену, потом и дочку, и усадил в автомобиль. Кэрри снова закрыла глаза, а когда открыла, никого не было. Оливер прав, что счастье относительно. Но Кэрри сформулирует иначе: нельзя быть абсолютно счастливой и получить всё и сразу. Она сделала свой выбор в пользу музыки и добилась оглушительной славы и невозможных высот. Но это ли счастье? Пока этого безумно хочется - да. А когда получаешь мечту, она может утратить настолько огромную свою значимость. Но Кэрри была уверена в одном: любви нет. Не в ее случае.

***

Роберт Плант организовал свою первую группу в возрасте шестнадцати лет. Всячески поддерживаемый теткой, он добился успеха. Но Кэр не хотела, чтобы мальчик получал всё просто так. Роберт прикладывал огромные усилия, и это не прошло даром. С каждым годом их группа становилась все популярнее, а когда дело дошло до первого альбома, он, разумеется с разрешения, назвал коллектив "The Limit 2". И это принесло им удачу. Кэрри до невозможности гордилась своим племянником, про себя она называла его сыном. Все признавали, что Роб ее копия, относительно всего: взглядов, музыки, манер, характера и даже внешности. Они записали несколько песен вместе, племянник выступал на разогреве у своей наставницы. А та любила его больше жизни и была благодарна судьбе за такой подарок. Кэрри была близка к счастью. Но трещина не заполнится никогда.

***

Кэролайн Плант умерла через двенадцать лет после концерта в Майами и последней встречи с Оливером Фелпсом. Остановка сердца по причине передозировки наркотиков. Обычный сценарий смерти для гениальных и всегда чокнутых людей искусства, жизнь которых прошла в борьбе с этим жестоким миром. Из великолепной шестерки Кэрри снова стала первой.