Yellow Butterfly

Ты не можешь выбрать, Кто уйдет, а кто останется, Но я сделаю все для того, Чтобы ты остался.*

Приходить в сознание было… больно. Глаза резало от слишком яркого белого цвета. А откуда тут столько белого? И дышать больно, при каждом вдохе внутри что-то скрипит и движется, не спасает даже тугая повязка на груди. Кажется, пара ребер сломана. В горле словно дрались кошки, причем какие-то бешеные. На левой руке чувствуется гипс. Еще колотая рана в боку, для полного комплекта. И вообще болит все. И откуда тут столько белого? Фрэнк, пару раз моргнув, осмотрелся. Он был в больнице. Белый потолок, стены, пищание приборов, игла в вене на правой руке, широкое окно слева, и Джерард у этого окна. Мужчина стоял, оперевшись на подоконник, и смотрел на улицу, чуть склонив голову на бок. Видимо, он простоял так довольно долго, потому что уже выглядел чем-то привычным в интерьере палаты, чем-то, ставшим ее частью. - Как ты? Фрэнк не сразу понял, что это сказал Уэй, но это был именно его голос. Все бы замечательно, но Фрэнк все никак не мог понять, почему ему снова стыдно. А теперь надо попробовать что-нибудь сказать. - Живой вроде бы, - горло больно. - Замечательно. Джерард отлепился от подоконника, развернулся и присел на стул рядом с кроватью. Он почти сливался по цвету лица со стенами палаты. - Я снова заставил тебя беспокоиться, да? - Догадался, проницательный ты мой, - пробормотал Уэй. – Просто представь, что бы ты почувствовал, если бы я сбежал от тебя в очередной раз, не появлялся два дня, а потом тебе позвонили бы копы с извещением, что твой парень в больнице, избитый и раненый. Бог ты мой, Фрэнки, - мужчина обессиленно уронил голову на одеяло. – Рассказывай, во что ты вляпался на сей раз. Сам не зная почему, Фрэнк совершенно по-идиотски улыбался. Его здоровая рука медленно подобралась к Джерарду, еще непослушные пальцы погладили теплую щеку, потом поднялись чуть выше, перебирая темные прядки. - Что же ты делаешь, родной мой? Ты просто чертовски меня напугал, - Джерард извернулся, прижимаясь щекой к ладони Фрэнка. Фрэнк улыбнулся еще шире, глядя на мужчину. - Что такое? – спросил Уэй. - «Родной мой», - повторил его слова Фрэнк. – Мне нравится, как ты это говоришь. «Родной мой». Джерард прикрыл глаза. - Конечно. Родной. В самом деле, как ты себя чувствуешь, Фрэнки? Тот потрепал мужчину по волосам. - Тебе честно или как? - Айеро. - Ладно. Я чувствую себя так, как будто меня в какой-то подворотне побили несколько очень злобно настроенных мудаков, напоследок всадив мне нож под ребра. Стойте, все ведь так и было. Болит все, но терпимо. - Что случилось? Молчание. - Нет, даже не думай отмалчиваться. Что произошло? Молчание. - Айеро, я не шучу. Живо рассказывай мне, во что ты ввязался в этот раз. Если бы мог, Фрэнк бы взвился на кровати от возмущения. - Я ни во что не ввязывался! – ответом ему послужил скептический взгляд. – Джерард, я действительно ничего не натворил. Поверь мне. - Хорошо. Тогда за что тебя едва не убили? - Да не убили бы меня… - пробормотал Фрэнк, отводя взгляд. - Фрэнк? Я серьезно, за что они тебя так? Если ты говоришь, что ничего не натворил, то за что? Фрэнк молчал долго, отчаянно кусая губы и не глядя мужчине в глаза. - Фрэнки, не молчи. Я ни за что не поверю, что у тебя просто случайные отморозки решили спросить, который час, а ты отказался отвечать. Еще пара минут тишины и выжидательный взгляд Джерарда. В конце концов, Фрэнк не выдержал. - Деньги. - Деньги? - Долги. Джерард глубоко вдохнул. - Сколько? - А? – Айеро совершенно недоуменно заморгал. - Я спрашиваю, сколько? - Нет. - Фрэнк. - Нет. - Так, - Джерард, выдохнув, встал, вновь отходя к подоконнику. – Фрэнк, это глупо. Скажи мне, как ты собираешься отдавать эти деньги, если у тебя их все равно нет? Или ты лучше героически падешь у какого-нибудь мусорного бака с ножом в боку, чем расскажешь все мне? - Как будто у тебя эти деньги есть… - Мы хотя бы попытаемся что-то придумать, - возразил Уэй. – За что ты должен? Фрэнк отвел взгляд. - Поверь мне, ты не хочешь знать. - Хорошо, можешь не говорить, но… - Я не хочу, чтобы ты платил за меня, Джи. - А я не хочу, чтобы тебя убили из-за денег. И что нам делать? Джерард повернулся к нему лицом, и столько эмоций было на его лице: от раздражения до беспокойства и нежности, что парню снова, в который раз стало стыдно. Стыдно, что снова заставляет сходить с ума от беспокойства любимого человека, стыдно за то, что не рассказал раньше, стыдно даже за то, что он тот, кто есть. Когда тебе 19, и ты влюбился в человека гораздо старше, умнее и опытнее, самая большая твоя проблема в том, что ты не знаешь, как быть – быть с ним откровенным во всем и до конца или умолчать кое о чем, о чем говорить так не хочется. Самая твоя большая проблема в том, что ты боишься разочаровать этого человека. Хочется быть честным, потому что этот человек заслуживает, чтобы с ним были честными, но страшно. Говорить правду чертовски страшно, вы замечали? Но ложь… К чему она привела? К чему привела попытка скрыть что-то? К больничной койке, куче сожженных нервных клеток, бессонным ночам и седым волосам раньше времени. В итоге понятно, что это тоже не выход. - И что же ты такой упрямый? - Я честно не хотел тебя в это впутывать. - Фрэнки, если уж так получилось, что мы пара, то так или иначе мы будем впутываться в проблемы друг друга, понимаешь? Никуда от этого не деться. Фрэнк ткнулся лбом в плечо мужчины. Почему-то он очень любил это делать, и этот жест мог выражаться что угодно в зависимости от ситуации. - Ладно, все же хорошо. - Конечно, ты ведь как всегда решил все проблемы. - О, ну, я же твой супергерой, - фыркнул Джерард, весело улыбнувшись, потому что больше всего на свете он просто хотел закрыть эту тему и больше никогда-никогда к ней не возвращаться. – Как думаешь, мне пойдет черный плащ? Где наше покрывало? - Джи, оно темно-синее. - Пойдет. Это будет репетиция, - легкомысленно махнул рукой Джерард. Уэй поднялся с места и пошел искать покрывало. Кажется, он это серьезно. - Боже, Джи, ты дурак, - улыбаясь, сказал Фрэнк, не в силах избавиться от нежных ноток в голосе. - Ой, да как вам будет угодно, - закатил глаза Уэй. - Ты не знаешь, где тут поблизости продаются шляпы а-ля Зорро? * - Florence And The Machine - No Light, No Light