Выбор

Нес­лышной пос­тупью по­доб­ра­лась осень. Пос­ле отъ­ез­да Изу­не и На­гато по­местье про­води­ло и Ита­чи с Сас­ке. На удив­ле­ние, Хо­каге спо­кой­но от­несся к двум мужь­ям сво­его сы­на. В ре­зуль­та­те про­дук­тивно­го ди­ало­га, Ита­чи бы­ло пред­ло­жено мес­то в спе­цот­ря­де Ан­бу. И се­мей­ство Ита­чи, Сас­ке и На­руто ос­та­лось в сто­лице. Млад­ший Учи­ха пос­ту­пил в Во­ен­ную Ака­демию. Пос­ле сов­мес­тных пе­рего­воров и жар­ких спо­ров, и Фу­гаку с Ми­кото у­еха­ли из по­местья. Ми­нато пред­ло­жил сво­ему то­вари­щу ор­га­низо­вать от­ряд по­лиции в Ко­нохе. Ма­дара не стал пре­пятс­тво­вать это­му дей­ствию. В кон­це ле­та Оби­то и Ши­зуе учас­тво­вали в сов­мес­тных меж­кла­новых уче­ни­ях. На счастье и ра­дость кла­на, Оби­то на­шел свою па­ру в ли­це оча­рова­тель­ной оме­ги — Рин Но­хара. По­лучив одоб­ре­ние, он и Рин зак­лю­чили кров­ный со­юз. На це­ремо­нии при­сутс­тво­вали все мно­гочис­ленные родс­твен­ни­ки и друзья. Весь праз­дник Ма­дара вы­ис­ки­вал гла­зами бра­та и свою оме­гу, но это бы­ло нап­расно. Изу­не че­рез по­сыль­но­го пе­редал вну­ку по­дарок и пос­ла­ние с по­жела­ни­ями счастья. Пос­ле ме­дово­го ме­сяца Оби­то вер­нулся на обу­чение к Хо­каге. В ре­зуль­та­те уси­лен­ных тре­ниро­вок он ос­во­ил прос­транс­твен­ные пе­реме­щения — ка­муи. Что и бы­ло про­демонс­три­рова­но на соб­ра­нии кла­на. Но­вая тех­ни­ка про­из­ве­ла не­из­гла­димое впе­чат­ле­ние на всех Учих. В лег­ком ше­лес­те опа­да­ющих листь­ев Ма­дара ждал. Каж­дый день ждал, что Изу­не смо­жет уго­ворить На­гато вер­нуть­ся. Но дни сме­нялись но­чами, но­чи дня­ми, и ску­пые вес­точки от бра­та не все­ляли да­же ис­кры на­деж­ды. Осень при­нес­ла но­вые праз­дни­ки. С раз­ма­хом от­ме­тили шес­тнад­ца­тиле­тие На­руто. Все при­сутс­тву­ющие оме­ги с со­чувс­тви­ем смот­ре­ли на блон­ди­на, ко­торый весь праз­дник еле пе­ред­ви­гал­ся, нем­но­го ко­сола­по пе­рес­тавляя но­ги. И за праз­днич­ным сто­лом си­дел или на кра­еш­ке сту­ла, или боч­ком, не де­лая рез­ких дви­жений. За­то оба его суп­ру­га прос­то све­тились и ки­дали на оме­гу взгля­ды, пол­ные обо­жания и люб­ви. Бли­же к зи­ме Ма­дара по­лучил пись­мо от бра­та, где в очень ла­конич­ных фра­зах опи­сыва­лась жизнь в Дож­де и не­боль­шая прось­ба: от­пра­вить вну­ка на по­мощь. В двух сло­вах Изу­не опи­сал о стол­кно­вени­ях с от­ря­дами Хан­зо и всколь­зь по­жало­вал­ся на нех­ватку опыт­ных бой­цов. Ма­дара, по­сове­щав­шись с кла­ном, дал сог­ла­сие. И во­оду­шев­ленный Ши­зуе от­был к де­ду. Вес­ной Оби­то объ­явил о бе­ремен­ности Рин. Пос­ле этой но­вос­ти весь клан гу­дел как раз­во­рошен­ный улей. Сра­зу же бу­дущих ро­дите­лей пе­ресе­лили из сто­лицы в по­местье, а бу­дущую ма­моч­ку ок­ру­жили та­кой за­ботой, что бли­же к ле­ту она ус­тро­ила нас­то­ящий бой за свою сво­боду. Об­су­див на соб­ра­нии кла­на это со­бытие, ей раз­ре­шили од­ной пе­ред­ви­гать­ся по по­местью. Ма­дара не на­ходил се­бе мес­та. Всю вес­ну и на­чало ле­та он ме­тал­ся по до­му, как ра­нен­ный зверь. Да­же но­вос­ти об уве­личе­нии кла­на его не ра­дова­ли. Ду­ша рва­лась на вос­ток, ту­да, где на­ходил­ся его оме­га. Аль­фа чувс­тво­вал что-то тя­желое, тре­вож­ное, ка­кая-то тос­ка и не­объ­яс­ни­мая боль за­пол­ня­ла все его су­щес­тво. Пись­ма от бра­та при­ходи­ли все ре­же и ре­же, и да­же Ши­зуе не всег­да пи­сал и от­ве­чал ма­тери. На­ори, как и Ма­дара, ме­талась в тре­воге по по­местью. Од­нажды она приш­ла в ка­бинет к гла­ве кла­на и, не под­ни­мая глаз от по­ла, про­шеп­та­ла: — Ма­дара-са­ма, мы с му­жем про­сим раз­ре­шение по­кинуть клан. — Нет. Я не даю сво­его сог­ла­сия, — жес­тко от­ве­тил Ма­дара, в ду­ше по­нимая при­чину прось­бы. — Но, Ма­дара, мы вол­ну­ем­ся, — уп­ря­мо про­гово­рила жен­щи­на, пря­ча сле­зы. — На­ори, вы за­меня­ете Изу­не. И на вас ле­жат все хо­зяй­ствен­ные воп­ро­сы по­местья. По­это­му мой от­вет - нет. А те­перь по­кинь мой ка­бинет и боль­ше не от­вле­кай ме­ня этим воп­ро­сом, — под­нявшись со сво­его мес­та, чер­но­воло­сый прек­ра­тил а­уди­ен­цию. - И, На­ори, от­сутс­твие но­вос­тей — это хо­рошие но­вос­ти. По­думай об этом. На­ори кив­ну­ла и, еле сдер­жи­вая ры­дания, по­кину­ла ка­бинет Ма­дары. Учи­ха про­водил оме­гу тя­желым взгля­дом и от­пра­вил­ся к се­бе. В ми­нуты ду­шев­ной пус­то­ты Ма­дара дос­та­вал бе­реж­но хра­нимую ту­нику На­гато и, при­жав ее к сер­дцу, про­сил не­бо о воз­можнос­ти уви­деть его еще хоть раз. Ма­дара ни­ког­да не лгал сам се­бе. Он лю­бил На­гато и очень хо­тел заб­рать все сло­ва, ко­торые он бро­сил в по­рыве гне­ва сво­ему оме­ге. Но увы, это бы­ло не­воз­можно. Учи­ху ус­по­ка­ива­ло толь­ко то, что На­гато был в Дож­де не один. С ним на­ходи­лись брат и внук Ма­дары. Бли­же к осе­ни ста­ли пос­ту­пать тре­вож­ные вес­ти с гра­ницы Дож­дя. Мел­кие стыч­ки ста­ли пе­рерас­тать в мас­штаб­ные стол­кно­вения. Да­же Хо­каге от­пра­вил сбор­ный во­ору­жен­ный от­ряд на по­мощь На­гато. Ма­дара, ус­тавший от не­оп­ре­делен­ности, ре­шил сам от­пра­вить­ся в приг­ра­нич­ную де­рев­ню и вы­яс­нить си­ту­ацию са­мос­то­ятель­но. Уз­нав о ре­шении гла­вы кла­на, На­ори при­обод­ри­лась и при­нялась с не­навяз­чи­вой пос­пешностью со­бирать его. Брать се­бе соп­ро­вож­де­ние Учи­ха от­ка­зал­ся, сос­лавшись на то, что за год он ос­во­ил но­вую тех­ни­ку — «те­невое кло­ниро­вание Су­сано». Не имея се­бе рав­ных в кла­не в че­лове­чес­ком об­ли­ке, он тем бо­лее не имел кон­ку­рен­тов в об­ли­ке Су­сано. Пов­зды­хав, боль­ше для при­личия, клан сог­ла­сил­ся с ре­шени­ем Ма­дары. На­кану­не сво­его отъ­ез­да Ма­дара обо­шел по­местье, за­шел в ком­на­ты бра­та, ко­торые пус­то­вали и жда­ли сво­его хо­зя­ина уже боль­ше го­да, и вер­нулся к се­бе. Улег­шись на кро­вать и за­кинув ру­ки за го­лову, Ма­дара со счас­тли­вой улыб­кой пред­став­лял встре­чу с лю­бимы­ми. Из лег­кой по­луд­ре­мы, в ко­торую он ус­пел ныр­нуть, его вы­вели встре­вожен­ные кри­ки и су­ет­ли­вая бе­гот­ня по до­му. — Ма­дара-са­ма! — прок­ри­чали за дверью. — Гос­по­дин Ма­дара, вы спи­те? — Да что мог­ло слу­чить­ся?! — не­доволь­но про­бор­мо­тал Учи­ха, вста­вая и поп­равляя одеж­ду. Рас­пахнув дверь, он уви­дел блед­но­го Ка­гами, от­ца Ши­зуе. — Ка­гами, что слу­чилось? — раз­дра­жен­но спро­сил Ма­дара. — Ма­дара-са­ма, там Ши­зуе вер­нулся, — вы­давил из се­бя аль­фа. — И что? Это же хо­рошо, — по­жав пле­чами, от­ве­тил гла­ва кла­на, стре­митель­но нап­равля­ясь вниз. — Это-то да, но вот но­вос­ти, — ле­петал аль­фа, ед­ва ус­пе­вая за Ма­дарой. Ма­дара, не вни­кая в бор­мо­тание родс­твен­ни­ка, рас­пахнул дверь в гос­ти­ную и уви­дел вну­ка. Ши­зуе, гряз­ный, в пор­ванной одеж­де с кро­вавы­ми под­те­ками, си­няка­ми и ра­нами при­жимал к гру­ди ка­кую-то кор­зинку, ук­ры­тую та­кой же гряз­ной, как и его одеж­да, тряп­кой. — Ши­зуе, — ото­ропел Ма­дара, — что слу­чилось? Что с то­бой? Как На­гато? Где Изу­не? Рас­ска­зывай. В уг­лу заш­мы­гала но­сом На­ори. — Прос­ти­те, Ма­дара-са­ма, я жи­вой, — про­бор­мо­тал Ши­зуе, не смот­ря на Ма­дару. — Что ты та­кое го­воришь! — пе­ребил мо­лодо­го аль­фу Учи­ха. По­дой­дя к юно­ше, Ма­дара рез­ко встрях­нул его. — Рас­ска­зывай, — уже бо­лее влас­тно про­гово­рил Ма­дара, уса­живая вну­ка на ди­ван. — Хан­зо ве­ролом­но на­пал, — на­чал свой рас­сказ, смот­ря в од­ну точ­ку, мо­нотон­ным го­лосом Ши­зуе. — От­ряд Хо­каге от­был для пат­ру­лиро­вания тер­ри­тории. Мы бы­ли в баш­не. Мы сов­сем не ожи­дали на­паде­ния. Раз­ведка не до­носи­ла об ак­тивнос­ти про­тив­ни­ка. Но, по­хоже, сре­ди ок­ру­жения На­гато на­шел­ся пре­датель. Баш­ню взор­ва­ли. Дед ки­нул­ся к не­му. Там был бой. Та­кой ужас­ный бой. И Яхи­ко уже по­гиб. А я за де­дом. На­гато — он мо­лодец. И не ска­жешь, что оме­га. Он не рас­те­рял­ся. Один на один от­би­вал уда­ры Хан­зо. А по­том и дед по­дос­пел и прик­рыл ему спи­ну. Ког­да по­дошел я, мне На­гато су­мел су­нуть кор­зи­ну и ве­лел ухо­дить и уво­дить Ко­нан. Ко­нан - же­на Яхи­ко и близ­кая под­ру­га На­гато. Мы с ней смог­ли прор­вать­ся к ле­су. Ко­нан уже там смог­ла пос­лать вес­тник к от­ря­ду. Там бы­ло та­кое пек­ло. Столь­ко по­гиб­ших. Ши­зуе прер­вал свой нем­но­го нес­клад­ный рас­сказ. Ни­кому из при­сутс­тву­ющих и в го­лову не при­ходи­ло поп­равлять или пе­реби­вать аль­фу. По все­му ви­ду юно­ши бы­ло вид­но, что он где-то там, в да­лекой де­рев­не Дож­дя, в оче­ред­ной раз пе­режи­ва­ет этот бой и день. Так же вне­зап­но, он про­дол­жил свой рас­сказ. — Мы жда­ли. От­би­ли нес­коль­ко мел­ких на­паде­ний. Ког­да по­дос­пел от­ряд, уже все за­кон­чи­лось. От­ряд про­вел лишь за­чис­тку тер­ри­тории… — А где? — толь­ко и смог спро­сить Ма­дара, сер­дцем по­нимая, что это ко­нец. — Они по­гиб­ли, — не скры­вая слез, от­ве­тил Ши­зуе. — Так и ле­жали вмес­те. Дед, на­вер­ное, пы­тал­ся его прик­рыть. На­вер­ное, пы­тал­ся ему по­мочь. Но столь­ко ран. Столь­ко кро­ви и выд­ранной пло­ти. Но он да­же мер­твый и рва­ный был та­ким кра­сивым. Пос­ле пос­ледней фра­зы у Ма­дары под­ко­сились но­ги и он опус­тился на по­дод­ви­нутый Ка­гами стул. Ти­шину на­руша­ли лишь всхли­пы оме­ги да ред­кие шмы­ганья но­сом альф. У Ма­дары слов­но вы­нули сер­дце. Он прик­рыв гла­за да­же не за­мечал, как из глаз ка­тят­ся круп­ные сле­зы. Вре­мя пе­рес­та­ло су­щес­тво­вать. В го­лове би­лась толь­ко од­на мысль: — Не ус­пел. Не ус­пел. Не ус­пел. Я не ус­пел. Изу­не. На­гато. Прос­ти­те. — Ма­дара-са­ма, — про­шеп­тал Ши­зуе, от­вле­кая его от мрач­ных мыс­лей и не да­вая аль­фе прий­ти в се­бя, — Ма­дара-са­ма, это вам ве­лел пе­редать На­гато. Я обе­щал ему, что пе­редам вам. Что вы­живу и пе­редам вам. Ма­дара не­хотя от­крыл гла­за, вы­ныри­вая из сво­их вос­по­мина­ний, где Изу­не и На­гато еще бы­ли жи­вы. — Ах, Ма­дара-са­ма, — удив­ленно вы­дох­нул Ши­зуе. Ма­дара, пос­мотрев на вну­ка, пе­ревел взгляд на Ка­гами, но и он смог толь­ко ах­нуть и не­ре­аль­но ши­роко рас­пахнуть гла­за. Не об­ра­тив вни­мания на ре­ак­цию ро­дичей и где-то спи­сав это на пе­режи­тый стресс, Ма­дара мед­ленно спро­сил: — Что ты обе­щал На­гато? — Вот, — и в ру­ки Учи­хи су­нули гряз­ную кор­зи­ну. — Это На­гато! Не по­няв реп­ли­ку вну­ка, Ма­дара от­бро­сил гряз­ную тряп­ку, прик­ры­вав­шую кор­зи­ну, и ото­ропел. На дне кор­зинки в ког­да-то бе­лых кру­жев­ных пе­лен­ках ле­жал ре­бенок с ма­лино­вым пу­хом на го­лове. Смеш­но по­сасы­вая боль­шой паль­чик ру­ки, мла­денец спал. — Это…, — смог про­шеп­тать Ма­дара, за­воро­жен­но рас­смат­ри­вая умень­шен­ную ко­пию На­гато. — Это — На­гато Учи­ха. Оме­га, — с бла­гого­вени­ем про­из­нес Ши­зуе, смот­ря на ма­лыша. — На­гато, — пов­то­рил Ма­дара, все еще не ве­ря в уви­ден­ное. — Да, мы с де­дом до­бились, что­бы ма­лыша наз­ва­ли На­гато! — ух­мыль­нул­ся мо­лодой аль­фа. — Как дав­но? — сип­ло спро­сил Ма­дара, уже не сдер­жи­вая сле­зы. — На­гато ро­дил­ся в ап­ре­ле, ему че­тыре, ско­ро пять. — По­чему не со­об­щи­ли? — об­ро­нил отец, при­жимая до трес­ка кор­зи­ну к гру­ди. — Со­об­ще­ния пе­рех­ва­тыва­лись, — ти­хо от­ве­тил Ши­зуе. — На­гато не хо­тел рис­ко­вать ре­бен­ком. Ведь пос­ледняя ата­ка бы­ла нап­равле­на имен­но на мла­ден­ца. Я ведь и го­ворю, что пре­датель… — А чем мла­денец-то по­мешал? — не по­нимая пе­ребил гла­ва кла­на. — Вы, Ма­дара-са­ма, на се­бя пос­мотри­те, — нер­вно ус­мехнул­ся юно­ша. — Но это еще не все. — Что еще? — уди­вил­ся Ма­дара, так и не ре­ша­ясь прит­ро­нуть­ся к ре­бен­ку. Вся его аль­фья сущ­ность кри­чала от вос­торга и приз­на­вала ле­жаще­го ма­лыша сво­им. Ма­дара ни се­кун­ды не сом­не­вал­ся в том, что это его ди­тя. Толь­ко вот что с ним де­лать, гла­ва оп­ре­делен­но не знал. — На­гато — мой оме­га, — нем­но­го нап­ря­жен­но про­из­нес Ши­зуе. — Что?! — од­новре­мен­но спро­сили стар­шие Учи­хи. — Он мой оме­га, — уже твер­до про­из­нес юно­ша, об­во­дя ро­дите­лей и Ма­дару взгля­дом. — Как? Он же мла­денец! — смог­ла вы­дох­нуть На­ори. — Мам, у ме­ня про­будил­ся Су­сано. Ког­да пос­ле ата­ки я взял его на ру­ки, то сущ­ность про­буди­лась, — опять ти­хо отоз­вался аль­фа. — А где Ко­нан? — на­конец-то по­дал го­лос отец Ши­зуи. — Она ос­та­лась в де­рев­не. Хан­зо и его от­ряд унич­то­жен. Она ос­та­лась. Ей на по­мощь при­шел Джи­рая. Он по­хоро­нил На­гато, — от­ве­тил Ши­зуе. — Ко­нан ре­шила про­дол­жить де­ло На­гато и Яхи­ко. Да и де­рев­ню вос­ста­нав­ли­вать ко­му-то не­об­хо­димо. От нег­ромких раз­го­воров ма­лыш прос­нулся. За­возив­шись и смеш­но ко­лотя руч­ка­ми, На­гато рас­пахнул глаз­ки и, пос­мотрев на изум­ленно­го ог­ромно­го муж­чи­ну, за­лил­ся гром­ким тре­бова­тель­ным пла­чем. Ра­зом при­шед­шая в се­бя На­ори вых­ва­тила ре­бен­ка из кор­зи­ны и, ски­нув мок­рые, гряз­ные пе­лен­ки, за­вер­ну­ла На­гато в свой шел­ко­вый пла­ток. Ма­лыш на столь ре­шитель­ные дей­ствия прек­ра­тил пла­кать и ус­та­вил­ся на оме­гу во все гла­за. — Ох ты, Ка­ми-са­ма, — толь­ко и смог­ла про­из­нести На­ори. — Ка­гами, пой­дем на кух­ню, ма­лыша на­до на­кор­мить. По­кинув гос­ти­ную, ро­дите­ли Ши­зуи при­нялись хло­потать вок­руг ма­лыша. Ос­тавшись один на один с вну­ком, Ма­дара пер­вым на­рушил ти­шину: — Ши­зуе, как они жи­ли? Рас­ска­жи мне. — Зна­ешь, дед, — про­тянул юно­ша, пус­ка­ясь в вос­по­мина­ния, слег­ка прик­ры­вая гла­за и вос­созда­вая кар­тинки из прош­ло­го. — На­гато был хо­рошим пра­вите­лем. Его ис­крен­не лю­били. Да­же боль­ше. Его обыч­ные лю­ди прос­то бо­гот­во­рили. А ка­кой праз­дник ус­тро­или на день рож­де­ние ма­лыша! На­гато хо­тел его наз­вать Ма­дарой. Толь­ко ка­кой он Ма­дара. Не счи­тая глаз, он вы­литый На­гато. — Да, гла­за, — про­тянул Ма­дара. — Это же… — Да, дед. Чуть по­годя, юно­ша, опять не гля­дя на гла­ву, про­гово­рил: — Он до кон­ца лю­бил те­бя. И очень ску­чал. Дед каж­дый день рас­ска­зывал о те­бе. Осо­бен­но он лю­бил слу­шать про твое детс­тво. Ви­дя, что Ма­дара кри­вит гу­бы и тя­жело сгла­тыва­ет прог­ло­чен­ные сле­зы, Ши­зуе под­нялся и, опус­тив ру­ку в кар­ман, вы­удил ме­тал­ли­чес­кую ко­робоч­ку. — Ма­дара-са­ма, дед еще про­сил об этом. Вот, возь­ми­те. Су­нув ко­робоч­ку, аль­фа выс­ко­чил в ко­ридор. Ма­дара без слов и ка­ких-то ком­мента­ри­ев по­нял, что это. Ког­да-то дав­но, еще на за­ре юнос­ти они пок­ля­лись друг дру­гу, что пер­вый, кто ум­рет, пос­та­ра­ет­ся пе­реп­ра­вить ос­тавше­муся в жи­вых свои гла­за. И имен­но сей­час Ма­дара дер­жал до­каза­тель­ство то­го, что брат мертв. Под­не­ся ко­робоч­ку к гу­бам, аль­фа про­шеп­тал: — Спа­сибо брат. Спа­сибо за все. И…прос­ти ме­ня… *** Че­рез пять лет на пер­вом дне рож­де­нии двой­ня­шек Ита­чи и Сас­ке соб­рался весь мно­гочис­ленный объ­еди­нен­ный клан. Рин, в оче­ред­ной раз бе­ремен­ная, жа­лова­лась Ку­шине на сво­его оза­бочен­но­го му­жа, ко­торый ис­прав­но раз в год ода­ривал ее ре­бен­ком, стро­го вы­пол­няя на­каз де­да уве­личи­вать чис­ленность ро­да. На это крас­но­воло­сая оме­га лас­ко­во улы­балась и ус­по­ка­ива­ла бу­дущую ма­му, в ду­ше на­де­ясь, что На­руто ми­ну­ет эту участь. — А где Ма­дара? — спро­сил по­дошед­ший Ха­шира­ма. — Так он с На­гато в дом за­шел, — отоз­вался про­ходя­щий ми­мо На­руто. — На­руто, а где де­ти? — спох­ва­тилась Ку­шина. — Там, с от­ца­ми. На­гато! Вы­ходи! Сей­час бу­дем ре­зать торт! Из до­ма, навс­тре­чу сол­нечным лу­чам, выс­ко­чил строй­ный бе­локо­жий маль­чик с яр­ки­ми ма­лино­выми во­лоса­ми. — Пап, — тре­бова­тель­но прок­ри­чала оме­га. — Иду-иду, — отоз­вался аль­фа, вы­ходя из до­ма. — Ну что, пой­дем име­нин­ни­ков поз­драв­лять. С улыб­кой гля­дя на от­ца и сы­на, Ха­шира­ма по­дошел, ос­та­новил­ся чуть по­одаль и со сме­хом про­гово­рил: — Ма­дара, как пе­режи­вешь за­мужес­тво сы­на-то?! На смеш­ли­вого длин­но­воло­сого аль­фу ус­та­вились две па­ры си­рене­вых с рябью глаз. — Ох, уж этот рин­ненган, — вздрог­нул Сен­джу. — Не пу­гай­те дя­дю! На шут­ли­вую прось­бу аль­фа и оме­га рас­сме­ялись. — У ме­ня есть же­них, — важ­но за­явил маль­чик. — Лад­но, бе­ги к дя­де На­руто, — ле­гонь­ко под­тол­кнул сы­ниш­ку Ма­дара. На­гато не зас­та­вил се­бя дол­го уп­ра­шивать и с ра­дос­тным виз­гом по­бежал в тол­пу де­тей, где уже на­чина­лись под­вижные иг­ры во гла­ве с не­уго­мон­ным блон­ди­ном. — Кра­сивый маль­чик, — нем­но­го по­годя про­гово­рил Ха­шира­ма. — Весь в от­ца, — не­мед­ленно от­ве­тил Ма­дара. — А гла­за Учи­хов­ские. — Да. Жут­кие си­рене­вые гла­за Ма­дары сколь­зну­ли по ста­рому дру­гу. Ха­шира­ма за пять лет так и не при­вык к его про­буж­денно­му рин­ненга­ну, хо­тя рин­ненган На­гато вос­при­нимал­ся спо­кой­но и не вну­шал бе­зот­четный страх. — Ма­дара, ты как? — ре­шил­ся на воп­рос Сен­джу. — Жив. Я все еще жив. Толь­ко ра­ди не­го, — от­ве­тил Ма­дара, кив­нув на тол­пу де­тей. — И про­шу те­бя, Ха­ши, не спра­шивай боль­ше об этом. Же­латель­но ни­ког­да. Пос­лав дру­гу пе­чаль­ную улыб­ку, Ма­дара нап­ра­вил­ся к иг­ра­ющим де­тям. Толь­ко чуть под­ра­гива­ющие пле­чи вы­дава­ли ис­тинные чувс­тва гла­вы кла­на Учих. «Кре­пись мой друг, — по­думал Ха­шира­ма, гля­дя на Учи­ху. — Я приг­ля­дываю за то­бой. Ты спра­вишь­ся. Ты силь­ный. И я до сих пор очень люб­лю те­бя».