Anorexic

      День начинался как обычно - завтрак, процедуры по прочищению желудка и принятие таблеток. После уборки на кухне, я хотела сходить прогуляться. Все эти несколько дней я провела в окружении четырех стен. Мне чисто физически нужен был свежий воздух, так что я была полна решимости покинуть дом сегодня хотя бы на два часа. Мне нужно было развеяться и просто отдохнуть. Но стоило мне подняться на второй этаж ,как я тут же столкнулась в Энн. Неловко потупившись, я пропустила ее, отойдя в сторону. Женщина тихо извинилась и прошла вниз по лестнице. За все это время мы с ней просто молча смотрели друг на друга, когда находились вместе в одном помещении. Я не могла сказать ей ничего. Гордость? Нет. Простая человеческая обида, которая не утихнет, пожалуй, никогда.       Встряхнув головой, я решила все же не думать о миссис Ирвин и вспоминать наш последний "душераздирающий" разговор. Стоило мне открыть дверь, которая вела в спальню, как внизу послышался дверной звонок, после чего я уловила нотки знакомого голоса. Тяжело сглотнув ком, застрявший в горле, я медленно спустилась по лестнице. Я готова была молиться всевозможным божествам, лишь бы человек, пришедший в наш дом, оказался не тем, кого бы я хотела увидеть сейчас.       - Здравствуй, сестренка. - нахально улыбнувшись, как он и делал это всегда, я медленно выпустила воздух из своих легких. Кого кого, но Майкла мне хотелось видеть сейчас меньше всех, - Ну что, даже не поздороваешься с родным братом?       Театрально закатив глаза, я медленно подошла к брату, обняв его. Он был таким родным и близким мне, но я не была готова увидеть его именно сейчас, в свете последних событий, которые произошли в моей жизни. Я всегда доверяла Майклу. Мы с ним были не разлей вода в детстве. Он заступался за меня, а я за него, как бы это глупо не прозвучало.       - Привет, Майкл. Я даже не представляю, что тебя заставило прийти ко мне в этот день. - мой сарказм как готовка Эштона - ну очень плох.       - Я тоже рад тебя видеть, Хейлс. - брат потрепал меня по волосам, после чего прошел в гостиную и плюхнулся на диван. Этикету он так и не обучился.       Энн, наблюдавшая за всей этой сценой молча и тихо, до сих пор стояла на своем место, будто ожидая следующих действий представителей семейства Клиффорд.       - Спасибо, что открыли дверь Майклу. Я пожалуй побуду с ним. - найдя в себе силы ответить хотя бы что-то миссис Ирвин, которая явно ожидала хлеба и зрелищ, я быстро развернулась и прошла к брату в гостиную. Энн в свою очередь ушла обратно на кухню, занимаясь своими делами.       - В последний раз, когда мы виделись, твои волосы напоминали мне стаю саранчи - такие же зеленые и противные. Но сейчас они похожи на куст спелых помидоров. Тебе не жалко своих волос? - присев рядом с братом, я решила расшевелить эту напряженную обстановку своим плоским юмором. Вопросительно изогнув бровь, я ожидала услышать ответ Майкла.       - Нет, краска безвредна и ты это знаешь. - спокойно ответив мне, брат внимательно смотрел на меня, - Ты лучше ответь мне - это тебе себя не жалко? Тебе не жалко маму? Эштона, в конце концов? То, что ты творишь, просто выходит за рамки человеческого понимания. Я, конечно, не против бунтарства, но ты должна понимать, что это не нормально. Это психическое отклонение.       - А то, что парень каждый месяц красит свои волосы во все цвета радуги - это нормально? - чайник, внутри меня, постепенно начинал закипать. Я уже чувствовала, что если он скажет еще одно слово, то из моих ушей начнет идти пар и чайник окончательно закипит.       - Ты знаешь, что все это может довести до страшной болезни. Ты это прекрасно знаешь, черт возьми. - на этих словах парень перевел свой взгляд на пол, мысленно подбирая слова для последующего ответа на мою язвительность, - Ты знаешь, что случилось с Ниной. Ты знаешь это. Ты знаешь, что творилось со мной, когда она попала в больницу. Ты знаешь, что со мной было, когда врачи сказали, что у нее больше нет шансов на нормальную жизнь и что она до конца своих дней будет живым скелетом. Ты это знаешь, но тебе плевать на это.       Нина - девушка Майкла, которая два года назад довела себя до анорексии и провела в больнице около года. Сейчас она набрал вес и живет своей прежней жизнью, а Майкл готов на руках ее носить, лишь бы она вновь не учудило то, что произошло годами раннее. Я очень переживала за них, в особенности за Майкла. Я видела, как он изводил себя из-за этого, как он постоянно твердил, что виноват в этом, что просто не смог защитить и уберечь ее от этого. Я пыталась помочь ему, помочь ей, но все было безнадежно. Врачи уже отказывались от продолжения дальнейшего лечения, но именно тогда Нина взяла все в свои руки и начала медленно, но постепенно поправляться. Если честно, то на нее было просто ужасно смотреть. Кости, которые были покрыты тонким слоем сухой кожи, просто выпирали. Казалось, эти кости вот вот разорвут и без того тонкую кожу девушки, но к счастью этого не произошло. Прошло столько времени после этого инцидента, что я даже забыла про ее болезнь.       Стоило мне вспомнить облик Нины, как меня бросило в дрожь. Я не хотела этого. Я не хотела доводить себя до анорексии. Да я даже не собиралась делать этого. Я просто худела и сжигала все жиры, которые годами копились в моем организме. Но доводить себя до анорексии мне никак не хотелось. Вдохнув и выдохнув, и взяла брата за руку. Язвительность сейчас была ну просто ни к месту, так что я хотела просто высказаться брату в мягкой форме.       - Я знаю это. Я помню это. Я помню как ты волновался о ней, как ты чуть ли не поселился на скамейке возле больницы, лишь быть как можно ближе к ней. Я все прекрасно помню и я не хочу довести себя до такого. Это был обычный обморок. Обморок, не более. О какой... анорексии вообще может идти речь? Я ем, я живу как прежде, я больше не худею. Тебе не стоит беспокоиться обо мне сейчас. Я обещаю тебе, что со мной все будет в порядке. Хорошо? - внимательно посмотрев на брата, я старалась успокоить его. Я не собиралась говорить ему о том, что продолжаю изнурять себя прочищением желудка и таблетками. Я контролирую себя, так что никому не стоит волноваться обо мне, и уж тем более Майклу, который просто не переживет еще одного подобного случая.       Брат кивнул головой и улыбнулся, после чего заговорил со мной как ни в чем не бывало.       - Ну так, где Эш? Я давно не виделся с этим неудачником. - ухмыльнувшись, Клиффорд-старший откинулся на спинку дивана и вопросительно посмотрел на меня.       - Он сейчас вроде как работает. Если это можно так назвать. Его пригласили в группу, которая до конца не сформировалась, так что я...       - В группу? Только не говори, что это Кэл с Люком. Банда неудачников. - красноволосый беспардонно перебил меня, после чего сразу заткнулся в ожидании ответа.       - Да, это Калум и Люк позвали его. Он вроде как умеет на ударных играть, в чем я очень сомневаюсь. Так что, целые дни он проводит с ними в своем гараже. У них там что-то типо репетиционной базы. Я даже не представляю какие там могут проходить репетиции, когда в группе простого гитариста нет. - закатив глаза, я вытянула ноги и посмотрела на них. Они казались мне другими. Будто это были совсем не мои ноги, а ноги какой-то другой девушки. До ужаса полные и толстые ноги. Я уже готова была вылить на себя новую порцию ненависти, но брат во время перебил своим возгласом все мои размышления.       - У них нет гитариста и они даже не позвонили мне?! Эти лузеры получат подзатыльники от меня, когда я нагряну к ним. А ты собиралась куда-то или я просто не привык видеть тебя такой в обычном состоянии? - этот парень никогда не научится нормально выражать свои мысли.       - Да, я собиралась прогуляться и даже забежать в кафе, но кое-кто отменил все мои феерические планы на день своим приходом. Можешь заглянуть к Эштону сейчас, я пойду помогу Энн.       - Нет, я пойду с тобой. Мама сказала, что тебе сейчас особенно нужен старший брат.       - И старшего брата, и отца, и друга мне сейчас заменяет Эштон, так что... - не успев договорить, я отхватила братский подзатыльник. Оставлять это безнаказанным я просто не могла, так что вслед за подзатыльником последовал шлепок по голове. Это все, что я могла сделать своем громиле-брату, на фоне которого я была ну просто Дюймовочкой.       - Мы с пойдем с тобой вместе, и точка. - он тут же схватил меня за запястье и потащил к входной двери.

***

      Следующие пару часов мы провели с Майклом вместе, вытворяя то, что обычно делали, когда были еще в школе. Именно этого мне сейчас действительно не хватало - старшего брата, который знал меня как свои пять пальцев. Я была настолько счастлива рядом с ним сейчас, что мне не хотелось расставаться с ним. Счастье и беззаботность - этого мне крайне не хватало.       После длительной прогулки по городу, мы забрели с с Майклом в какую-то забегаловку, из которой аппетитно пахло свежими бургерами и картошкой. Желудок на протяжении всех этих дней уже понимал, что урчать бесполезно, но сейчас он вновь давал знать о себе.       - А сейчас ты докажешь мне, что действительно бросила все свои глупости и вернулась к нормальной жизни. Ешь. - он кивнул в сторону тарелки, в которой лежала куча картошки и большой сочный гамбургер. И тут то я поняла, что попала в самую серьезную передрягу, ссора после которой просто неизбежна.       Пожав плечами, я взяла в руки бургер и откусила приличный кусок. Тщательно прожевывая его, я улыбалась брату самой невинной улыбкой. Он даже и не знает, что после всего этого, я буду опять губить себя, только с еще большей решимостью и ненавистью. Дожевывая кусок гамбургера, я зажевала пару картошек и запила все это ледяной колой. Чувствую приятную тошноту, я мысленно благодарила свой желудок за такую быструю отзывчивость.       Все это время Майкл внимательно следил за мной, медленно поедая кусок пепперони и потягивая колу. Он вполне ожидал уловить хотя бы какие-нибудь знаки, которые укажут ему на то, что я его просто напросто обманула. Но пока что все шло нормально и мы уже заканчивали с едой.       - Вот и молодец. А сейчас можем погулять, пока вся еда переваривается. - сделав акцент на последней фразе, я медленно выдохнула. Я надеялась, что сейчас мы с ним разойдемся и я быстро прочищу свой желудок дома, но все мои планы рухнули. Мне нужно было проблеваться именно сейчас, иначе все то, что я сбросила за пару дней, вернутся ко мне за один присест.       - Ты не против, если я схожу в туалет? - вытерев рот салфеткой, я получила жест согласия брата и пулей ринулась в туалет.       Туалет оставлял желать лучшего, но выбора не было. Я заперлась в свободной кабинке и готовилась к худшему. Собрав волосы на затылке, я нагнулась над унитазом и засунула два пальца в рот. Я чувствовала, как весь жир выходит из меня. Изнуряя себя и свой желудок этой не очень приятно процедурой, я даже и услышать не смогла возмущенные голоса женщин и то, как к моей кабинке кто-то подошел.       Засунув пальцы поглубже, все остатки пищи тут же вылились наружу, запачкав пальцы и рукав кофты. Мысленно выругавшись, я вытащила как можно больше туалетной бумаги, после чего вытерла руки и рот. Смыв все улики моего преступления, я как ни в чем отворила дверь кабинки и хотела уже выйти, но не тут то было. Кого кого, но Майкла я не была готова увидеть сейчас здесь, в женском туалете.       - Бедные женщины, зачем ты пугаешь их? - отодвинув брата в сторону, я прошла к раковине. Сердце бешено колотилось. Мне сейчас меньше всего хотелось устраивать ссору с братом в женском туалете, в присутствии посторонних женщин.       - Зачем ты губишь себя? Нет, тебе серьезно не жалко себя? Не жалко свой организм? Тебе приятно все это творить и при этом нагло врать близким тебе людям в лицо? - что вы чувствовали в детстве, когда у вас оставался последний кусочек шоколадки, который вы смело съедали, а после этого ваша мама просила поделиться вас этой самой шоколадкой, но в ответ получала лишь неловко произнесенное "прости мам, но я ее съела"? Вот именно это чувство я сейчас чувствовала перед Майклом, который был готов вот вот расплакаться как маленький мальчик. Я не знала что мне сейчас лучше всего сделать - продолжить делать вид, что ничего не произошло или извиниться и действительно бросить это все. Я быстро умылась, после чего обернулась к брату, который оставался стоять на прежнем месте и сверлить меня разъяренным взглядом.       - Почему ты не хочешь понять меня? Почему ты не хочешь поверить мне, что все действительно будет хорошо? - я скрестила мокрые руки на груди.       - Потому что я уже поверил один раз. - он смотрел на меня настолько разочарованным взглядом, что я готова была провалиться под землю. Я не знала что мне сейчас лучше сделать и что лучше сказать. Я просто стояла и смотрела на него. Нас даже не волновало, что мы сейчас стоим в женском туалете, в присутствии незнакомых женщин и девушек, которые просто хотят справить нужду.       - Я устала Майкл. Это все, что я могу сейчас сказать в свое оправдание. - повернувшись к зеркалу, я поправила прическу, после чего двинулась к выходу из туалета, - Тебе лучше покинуть это место, пока люди не подумали о тебе ненужных вещей.       Стоило нам выйти из забегаловки, как я тут же ускорила шаг.       - Окей, ты можешь врать мне. Ты можешь врать маме, Эштону. Ты можешь врать всем, но ты не сможешь обмануть себя. Ты устала и я знаю почему. Нина тоже говорила, что устала от всего и что ей нужно одно лишь понимание. Я дал ей то, чего она просила. Я перестал попрекать ее этой тупой диетой. Я просто понял ее и доверил ее жизнь ей, не позволяя никому постороннему вмешиваться в ее жизнь. - голос Майкла с каждым словом срывался. Я слышала, как он шел позади меня. Я чувствовала его разочарование и его ... боль. Я чувствовала все это, но я не могла остановиться, я просто шла и шла, сдерживая слезы, которые так и норовили предательски политься из глаз, но Майкл не был намерен останавливаться.       - Она получила то, чего хотела. Но она не смогла взять себя в руки и просто потеряла контроль. Она губила себя, делая вид ,что все так и должно быть, а я продолжал понимать ее, ничего не возражая. Я не остановил ее во время и она.. Она могла просто уйти, ты понимаешь? Остановись, черт бы тебя побрал! - услышав его крик на всю улицу, я остановилась, как он и просил, но не поворачивалась. Мне было слишком стыдно смотреть ему в глаза, так что я просто стояла, не обращая внимания на прохожих, которые нагло глазели на нас.       - Я должен был остановить ее, я должен был уберечь ее от таких последствий. Но я слушал ее! Я делал то, что она просила. Я дал ей свободу, но эта свобода погубила ее. Ты должна понимать, что это опасно. Что ты не сможешь остановиться тогда ,когда захочешь. Ты никогда не увидишь в зеркале то, что хочешь увидеть. Ты всегда будешь видеть одни недостатки в себе, а в людях - лишь непонимание и эгоизм. Но пойми, мы хотим уберечь тебя. Мы хотим, чтобы тебе было лучше! А ты видишь в наших действиях одно зло. Никто не идеален! Никто на этой чертовой планете! Даже я! У нас у всех есть недостатки, и это крайне глупо ненавидеть себя из-за этого и доводить до такого состояния. Посмотри на себя. - он подошел ко мне и развернул меня к себе, взяв за плечи, - Посмотри. Посмотри до чего ты доводишь себя и своих близких. Ты этого хочешь? Когда ты начинала худеть, ты хотела всего этого? Сомневаюсь. Если человек хочет сбросить лишний вес, он не блюет, он не травится какими-то таблетками, он не обманывает близких. Он просто идет заниматься. Он следит за своим питанием и занимается спортом, а не то, что ты творишь с собой. Очнись! Ты себя в могилу заводишь. Просто пойми, что мы боимся за тебя. Тебе нужно остановиться. Тебя необходимо во время остановить. И если бы Эштон знал об этом, он бы давно вставил бы тебе таких звездюлей...       Я чувствовала, как трясет Майкла. Как он сдерживает себя изо всех сил. Мое сердце бешено колотилось, и я просто не знала что делать. мы стояли посреди улицы и смотрели друг на друга. Это был тупик.       - Просто пойми, что ты обманываешь не нас, а себя. - после этих слов, брат отпустил меня и закрыл лицо руками. Я хотела обнять его, но он лишь отпихнул меня и двинулся в сторону дома. Все, что мне оставалось - молча идти за ним и переварить все те слова, которые он мне только что сказал.       Я чувствовала себя настолько паршиво и виновато, что сдерживалась, как бы не зарыдать из-за всего того, что навалилось на меня. Мне было стыдно, но я не могла просто так взять и бросить то, к чему я так стремилась. Я не знала что мне делать дальше. Как мне смотреть в глаза тому человеку, которому я когда-то доверяла все, буквально все, что творилось в моей жизни.       Я в тупике, из которого нет выхода.