Broken.

POV Кэтрин Я поднимаюсь с пола и подхожу к умывальнику. Ужасаюсь своему отражению, моё лицо очень опухло. Я просидела здесь примерно час, просто смотря в одну точку, и так и не могла собрать свои мысли воедино. Он так разрушил меня. Я не узнаю себя больше. Он оставил на мне столько отпечатков, и я уже не знаю, в каком направлении должна двигаться после всего, что преподнесла мне жизнь. Нахожу свои вещи, и пытаюсь привести себя в порядок около двадцати минут. После того, как он захлопнул дверь, я опустошилась. Я люблю его, но прямо сейчас я не чувствую ничего, и мне страшно. Мне страшно, потому что все мои чувства буквально на уровне ноль, и я никогда не встречала такое прежде. Это что-то новое, но такое чувство, что мне стало легче. Боль в груди всё ещё присутствует, и думаю, я не смогу затушить её ещё долго. Я спускаюсь по лестнице вниз. Почему они всё ещё полны энергией? Все ребята в доме танцуют, обжимаются, и просто пьют, находясь здесь. Алкоголь. Точно. Как я могла забыть? Такое чувство, что он буквально испарился в моей крови, и я больше не пьяная. Такой эмоциональный всплеск явно пошёл мне на пользу. Я не хочу ничего прямо сейчас. Я просто хочу убраться отсюда. Чёрт, сначала я обещала предупредить Ханну или Эда, если вдруг буду уходить, но я не вижу их нигде. Думаю, это хороший знак, что нужно уходить как можно скорее. Оглядываюсь на те диванчики и вижу Эль, которая трогает лицо Луи, а Найл рядом с ними просто смеётся. Как только вижу лицо Луи, прихожу в ужас. Что, чёрт побери, произошло с ним? Я отбрасываю все мысли. Он мой друг, как никак, и я должна узнать. Я подхожу к ним, и они пялятся на меня, без всякого стыда. О каком стыде идёт речь, Кэтрин? Ты только что занималась любовью в душевой кабинке этого незнакомого дома. Сердце умирает от свежих воспоминаний. — Что с твоим лицом? — опережает меня девушка, и я почти не слышу её из-за музыки здесь. Я тру свои глаза. — Что с его лицом? — я показываю пальцем на Луи, и они снова смотрят на него. Почему они молчат? Найл проливает пиво на свою футболку, и просит нас подождать его, когда уходит в ближайший туалет. — Почему вы, ребята, молчите? Кто сделал это с тобой? — я сажусь к ним, и они переглядываются. — Я просто повздорил с одним членом, — усмехается Луи, но потом морщится от боли. — Тихо, детка, — Элеанор подносит к его лицу какую-то салфетку, и мягко целует его. Я отвожу глаза. Они предают меня, начиная слезится, но я вовремя их останавливаю. Музыка ускоряется, заставляя мою голову болеть сильнее. — Вы не видели Ханну? — спрашиваю я ребят, и они говорят, что не видели. — Что насчёт Гарри? — резко спрашивает Элеанор, и Луи кладёт свою руку ей на колено. Я не пойму тон её голоса. Такое чувство, что она зла на меня. Решаю сделать вид, что я не заметила этого. — Мне плевать на него, — выдавливаю я из себя, и вижу небольшую ухмылку Элеанор. Похоже, она довольна моим ответом. Луи не поднимает на меня глаза, и я отворачиваюсь, ища глазами девушку в толпе. Найл наконец приходит, и выглядит очень напряжённым. — Только не переживай, — обращается он ко мне, и я встряхиваю головой. — Давай выйдем на улицу? Я киваю ему, и мы идём к выходу. Его голос заставляет меня напрячься. Что случилось? — Найл, просто скажи, — я тяну его за руку, когда он пытается уйти как можно дальше от дома. Он трёт лицо руками, после чего начинает. — Ты знаешь, моя мама работает в больнице, и всё такое.. Я не понимаю, к чему он клонит. — Да, я знаю, — протягиваю я. — В общем, она позвонила мне только что, и сказала..в общем.. — он останавливается на середине предложения, что очень меня раздражает. Найл оглядывается по сторонам. Я чувствую напряжение по всем телу. Ему лучше сказать это как можно скорее. Я слышу, как кто-то подходит к нам. Луи. Он встаёт рядом со мной, но это не то, что волнует меня сейчас. — Гарри у них. Он попал в аварию, — быстро проговаривает Найл, и держит меня за плечо. Я забываю всё, что знала до этого. Его слова пролетают в моей голове снова и снова с молниеносной скоростью. Я чувствую, как меня начинает трясти, и слезы собираются в уголках глаз. Ужасное воспоминание приходит мне на ум. Вечер, когда нам с мамой сообщили, что папа попал в аварию. — К..как? Я стараюсь не упасть, и взять себя в руки. — Я могу отвезти тебя туда, если хочешь, — он говорит спокойно, пытаясь тем самым успокоить меня, но я вижу, как он переживает. — Ты пьян, Найл, — говорит Луи. Я уже забыла, что он здесь. — Отвези меня. Сейчас, — быстро говорю я, и слеза скатывается по щеке, но я быстро её стираю. — Кэтрин.. — Луи прикасается ко мне, но я резко отскакиваю. — Ты не должна ехать к нему. Мои глаза становятся шире, и слезы скатываются по щекам. — Ты слышишь себя, Луи? — срываясь, говорю я. — Он твой лучший друг! Луи оглядывается по сторонам, как делал это Найл. — Я знаю, знаю, — я вижу, что он запутался. Что бы не произошло между ними, это сейчас не важно. Я поворачиваюсь к Найлу. — Поехали. Мы быстро находим его машину, и я сажусь рядом с ним. Машина уезжает от этого дома, и мы несёмся в больницу так быстро, как только возможно. Я вижу, как напряжён Найл, и я напряжена не меньше. Я не переживу, если с ним что-то случится. Я закрываю глаза на всё, что происходит между нами. Он должен быть в порядке. Это всё, что меня заботит. — Ещё рано переживать, — отвлекает меня Найл, замечая, что я не могу перестать перебирать руками. Я вытираю глаза, и делаю глубокий вдох. Он прав. У меня нет причин переживать так сильно. Возможно, ничего серьёзного не произошло. Я выдыхаю, когда мы останавливаемся возле больничного городка. Я выбегаю из машины, и не жду Найла. Девушка на входе ждёт меня за стойкой с дружелюбной улыбкой, но я не обращаю на это особого внимания. — Вам что-то подсказать? Я собираю мысли вместе. — Мне нужно узнать палату. Гарри Эдвард Стайлс, — быстро проговариваю я, и она смотрит что-то на своём компьютере. — Можно быстрей, пожалуйста? Она поднимает на меня голову, и снова уставляется туда. — Палата С-15, это на третьем этаже, — я благодарю её, и Найл заходит в двери. — Третий этаж, — говорю я парню, и мы идём к лифту. Эти пятнадцать секунд в лифте кажутся вечностью. Мы наконец выходим на нужном нам этаже, и я бегу искать палату Гарри. Найл еле успевает за мной, но у меня нет времени ждать его. С-13. С-14. С-15. Возле палаты стоит девушка. Когда она поворачивается, моя злость нарастает со скоростью света. Что, чёрт, возьми, она здесь делает? — Что ты здесь делаешь, Элисон? — я подхожу к ней. Она натягивает ухмылку, и пытается дотронуться до моего плеча. — Я пришла увидеть его точно так же, как и ты, — она подмигивает мне. Я готова задушить её прямо сейчас. Она не должна быть тут, она никто Гарри, и я не хочу, чтобы она тёрлась здесь. — Тебе следует уйти. Не знаю, откуда во мне столько смелости. Я очень зла, и очень переживаю за моего любимого человека, дорогу к которому мне преграждает эта…эта Элисон. — Думаю, ты не в том состоянии, чтобы грубить мне сейчас, мышка. В её взгляде столько ненависти. Она никогда не станет той, кем будут гордиться люди. Я не в праве судить её, но это все, что мне остаётся. Пытаюсь найти слова, которые заставят её чувствовать себя плохо, но я не могу сделать это. — Зря ты пришла сюда, тебе всё равно не дадут увидеть его. Да и он не хочет тебя видеть, — её усмешка заставляет меня сжать кулаки. Элисон толкает моё плечо, и проходит дальше, стуча своими каблуками. Надеюсь, она уйдёт отсюда. Я быстро открываю дверь, и ужасаюсь. Я не вижу Гарри, лежащего на больничной кровати. Я вижу трёх докторов вокруг этой кровати, и они поворачиваются на меня. Найл только заходит в палату, и врезается в мою спину. — Девушка, вам нельзя здесь находиться, — обращается ко мне мужчина лет сорока в халате. — Умоляю, мне нужно посмотреть на него, — я пытаюсь разглядеть Гарри за их спинами, но у меня ничего не получается. Найл кладёт свои руки на мои плечи, и я мысленно благодарю его за это. — Всё, что вы можете для него сделать, так это ждать в коридоре, пока состояние парня не улучшится, — я медленно выдыхаю. — Кем вы ему приходитесь? — он подходит к нам, но я всё ещё не вижу парня. Я пытаюсь что-то сказать, но не могу найти правильный ответ. Найл сжимает мои плечи. — Она его сестра, — отвечает Найл, удивляя меня. Доктор смотрит на меня не доверяющим взглядом, и я делаю глубокий вдох, и киваю головой, вытирая глаза от слез. — Тебе повезло, что я доверяю тебе, Найл, — доктор обращается к парню. — Но вам всё-таки придётся побыть в коридоре. — Лучше послушаем его, он знает, что делает, — шепчет парень мне на ухо, и я тихо соглашаюсь. Полностью разбитая разочарованием, я сажусь на стул в коридоре, и опускаю голову на руки. Я не могу сдержать слёз, слава Богу, что Найл здесь, чтобы поддержать меня. — Тебе нужно что-то? — он пытается отвлечь меня. Такой милый парень. Я качаю головой. Мне повезло, что его мама работает здесь. Я пытаюсь сказать ему спасибо, но слёзы душат меня, и я взрываюсь рыданием. Найл садится рядом со мной, и неловко гладит меня по спине. — С ним всё будет в порядке, Кэтрин. Я обещаю. Я слышу его голос, и правда немного успокаиваюсь. Поднимаю голову. Знаю, выгляжу ужасно, но это не важно сейчас. — Почему ты сказал, что я его сестра? — Они, скорее всего, не пустили бы тебя к нему, если бы ты не была его родственницей, — объясняет парень, и я киваю ему, благодаря. Я делаю громкий выдох. — Эти грёбанные доктора не разрешают мне увидеть его. Ему плохо, а я сижу здесь и не знаю, чем могу помочь. — я смотрю на парня сквозь пелену слёз. — Я боюсь, Найл. Глаза парня выражают сочувствие, и он обнимает меня. Найл притягивает меня к себе, и я плачу ему в кофту. Я так благодарна за его поддержку. Мы сидим так примерно полчаса, и я чувствую, как тихонько засыпаю. Мои глаза так болят. — Вы, ребята, такие сумасшедшие. Постоянно влипаете в какое-то дерьмо, и в итоге, оба страдаете здесь со мной, — я слышу, как он смеётся. — Но вы постоянно возле друг друга, что бы не случилось. Я заставляю себя поднять на него голову. — Я не нужна ему, Найл, — грустно отвечаю я. Это правда. Он дал понять мне это достаточно много раз, но я всё ещё здесь, потому что не могу оставить этого придурка. — Конечно ты нужна ему, Кэтрин. Я никогда не видел столько страсти в отношениях раньше. Я смеюсь. Он заставляет меня улыбнуться, и я благодарна ему. — Ты звучишь ужасно, — говорю я, и сажусь нормально. — Я старался, — парень подмигивает мне, и мы оба смеёмся. — Он становится лучше с тобой. Я вглядываюсь в этого милого парня, и на глаза наворачиваются слёзы. Доктора наконец выходят из палаты, и мы с Найлом сразу встаём. — Что с ним? — я быстро вытираю глаза. Я подхожу к ним. Мне плевать, что они уже терпеть меня не могут. Гарри - всё, что мне важно сейчас. Доктор тяжело вздыхает. — Состояние критическое, и он ещё не пришёл в сознание, — говорит мужчина, и меня бросает в дрожь. Найл снова держит меня за плечи. — Когда мы сможем увидеть его, Кэл? — спрашивает Найл. — Это, конечно, запрещено.. — начинает мужчина. — Но раз вы так любите его, я разрешаю вам зайти, — он улыбается мне, и я опускаю голову, густо покраснев. — Спасибо Вам, — Найл жмёт им руки, и когда они уходят, обращается ко мне. — Иди. Я держу ручку двери. — Ты не идёшь? Он улыбается. — Я не хочу мешать вам. Подожду тебя здесь, — говорит Найл, и поправляет волосы. Я иду к нему, и заключаю его в объятия, что сбивает парня с толку. — Спасибо, Найл. Спасибо за всё, — говорю я, когда отрываюсь от него. — Эй, красавица, лучше не плачь, — он показывает на глаза, и я вытираю свои, натягивая улыбку. Наконец оставляю его, и открываю дверь. Когда она захлопывается за моей спиной, я подпрыгиваю. Я не умею останавливать свои слёзы, особенно сейчас. Они катятся по моим щекам, когда я вижу его. К его лицу присоединена какая-то маска, помогающая ему дышать, и капельница стоит рядом с кроватью. — О, Боже, — шепчу я, и очень медленно подхожу ближе. Я боюсь. Глаза Гарри закрыты, и волосы немного спадают на лоб. Я провожу по нему дрожащими руками, убирая их. Я вижу порез на его щеке, и вообще много маленьких порезов по всему лицу. Представить не могу, что произошло с ним. Мои слёзы капают на его белоснежную простыню, и я сажусь на стул рядом. — Ты слышишь меня? — тихо говорю я, и снова плачу, когда он не подаёт никаких признаков жизни. - Нет, Гарри. Так не должно быть. Я глажу его татуированную руку, и беру её в свою. Я целую каждый его палец, и прислоняю её к щеке. Я знаю, что это всё выглядит дико, но я готова умереть прямо сейчас, лишь бы он не страдал. Я сделаю для него всё, что потребуется, но он нужен мне живой здесь и сейчас. — Только не оставляй меня, слышишь? Ты не оставишь меня. Ты не оставишь меня, как папа тогда. Ты нужен мне здесь, Гарри, — шепчу я, и рыдаю. Я слышу этот звук, который даёт мне понять, как бьётся его сердце. Снова целую его руку, не отпуская её, и опускаю голову, медленно засыпая под этот однотонный звук.