Обещай мне

Сехун и Лухан вместе с девяти лет. Спустя неделю после первого дня их знакомства они уже не отходили друг от друга. С того времени они стали неразлучны и, что бы ни случилось, всегда были рядом. Се всегда пытался присматривать за Лу хотя бы одним глазом, хоть и омега был старше его на полгода. Альфа чувствовал ответственность, и эта ответственность почему-то грела ему душу. Он был счастлив, находясь рядом с Луханом и оберегая его. Омега, на самом деле, немного растерялся и напугался, когда решительный мальчик подошёл к нему знакомиться. Лу не знал, как вести себя, и из-за ярого желания Се подружиться с ним, в следующие дни пытался избегать альфу. Но Сехун всё равно находил его, где бы ЛуЛу не пытался спрятаться. А потом то ли напор Се стал меньше, то ли сам Лухан перестал пугаться настойчивого альфы, и они заметно сблизились. Да, возможно, дело было в самом Лу, а точнее в том, что до этого никакой альфа не хотел с ним сдружиться, и он играл только с другими омегами. Лишь пару раз к ЛуЛу подходили альфы, и то, чтобы попросить мяч, который нечаянно угодил в маленького омегу. Шли недели, месяца, года. Они стали близки настолько, что уже не представляли себя друг без друга. Сехун продолжал, как и раньше, защищать омегу от обидчиков, а Лухан благодарно, со смущением на лице, обнимать его. Только вот преданная детская дружба стала выходить из всех рамок и вскоре переросла в нечто большее, что было подтверждено поцелуем одним поздним вечером. В тот момент почти четырнадцатилетний Лу ужасно зарделся и, похоже, боялся чего-то, но всё же был счастлив. Омегу целовал его любимый Сехун, который тоже чувствовал что-то к нему. Это ЛуЛу понял уже довольно давно. Их близкие отношения были понятны всем с первого взгляда, и то, что между парнями что-то большее, чем просто дружба, было слишком очевидно. Се даже не пытался скрывать это от других, беря слегка покрасневшего омегу за руку, в отличие от Лу, который боялся быть замеченным кем-либо, не понимая, похоже, что все всё уже давно поняли. Закончив поцелуй, Сехун ещё раз коротко чмокнул Лухана в губы и, взяв его за руку, медленно повёл за собой в сторону дома омеги. Они были на небольшом пригорке недалеко от селения, там, где вероятность оказаться замеченным была низка. К тому же в этом месте был слишком красивый вид на закат, на который хотелось смотреть, не отрывая глаз, пока солнце совсем не скроется за покрытыми растительностью горами. - Дальше я дойду сам, - встав перед Се и отпустив его руку, сказал Лу. До его дома оставалось метров десять. - Всё стесняешься, - мило усмехнулся Сехун, хихикнув. Се пробежался взглядом вокруг себя, осматривая понемногу темнеющую улицу и останавливаясь на глазах красивого омеги. Он не хотел уходить. - Смотри, в окнах свет не горит. Дома, похоже, нет никого, - заметил альфа. - Я доведу тебя до порога. Лухан согласился, кивнув, думая о том, куда могли уйти его родители. - И зачем ты нас позвал? - спросила мама Лу - Мэй, присаживаясь за стол к Чанёлю и Бэкхёну вместе со своим мужем. - Так не рада меня видеть? - улыбнулся Бэкхён, и его обнял за плечи Ёль. - Нет, что ты, - женщина махнула рукой, - просто уже поздно, да и наш Лухан скоро должен прийти домой. - Насчёт Лухана и позвал, - сказал Бэк, и женщина слегка нахмурилась, как бы спрашивая, по какому поводу. - Я видел их минут пятнадцать назад, и они целовались. - Чего? - вдруг очнулся отец ЛуЛу. - Я бы не сказал, что меня это так беспокоит, но всё же решил сообщить вам. За столом повисло молчание. Каждому, наверное, было, что сказать, но никто не говорил ни слова. - Я думаю, что они парные, так что беспокоиться не о чем, - высказал своё мнение Чанёль. - Я тоже так думаю, - согласилась мама Лу, - но... а что, если это не так? Может всё-таки повременить? До первой течки Лухана, хотя бы. Отец омеги нахмурился после слов жены, но нежные поглаживания избранницы по руке успокоили его. - Зная нашего Сехуна, - усмехнулся Бэк, - повременить не получится. Сама подумай: станут ли они ждать года три-четыре, а может и больше? - Тогда давайте оставим всё, как есть, - предложила Мэй. - В том, что они целуются, нет ничего криминального, я думаю. - Все за столом кивнули. - Ну, мы пойдём домой. Лу, наверное, уже дома, и Сехун скоро должен прийти, - родители Лухана подошли к двери и дружно кивнули, попрощавшись. - Всё будет хорошо, - сказал Бэк, и женщина, улыбнувшись, вышла за дверь. Чанёль обнял Бэкхёна со спины, сложив голову ему на плечо. - Знаешь, - начал Бэкки, - я тут вспомнил, как ты, когда тебе было четырнадцать, пришёл ко мне домой и решительно сказал: "Я забираю Бэкхёна себе!" Мой папа был в шоке, - альфа вдруг громко рассмеялся, вспоминая те времена, когда был подростком. - Вот и наш Сехун такой же. Слишком уж на тебя похож. Я не удивлюсь, если он выкинет что-то подобное. - Надеюсь, что его не вышвырнут за это на улицу, как меня вышвырнул твой отец. На этот раз засмеялся Бэкхён. - О, твои родители идут, - заметил Се, - я завтра зайду к тебе, - и, чмокнув омегу в щёку, разрешил ему, наконец, зайти в дом, а сам медленно пошёл по успевшей потемнеть улице. Лухан зашёл к себе в комнату и, не включив свет, запрыгнул на кровать, уткнувшись лицом в подушку. - Вот что он делает? - пробубнил омега, немного покраснев, вспоминая сегодняшний поцелуй. - Пойдём, я хотел тебе кое-что сказать, и... - начал Сехун, запинаясь, - мы давно не были в том месте. Омега ещё час назад, когда альфа забрал его из дома, заметил, что тот немного волнуется. Се взял семнадцатилетнего Лу за руку и повёл за собой, прочь от поселения. Лухан всерьёз заинтересовался, куда же ведёт его Сехун и что собирается сказать. - Ах, да, мы действительно давно здесь не были. С прошлого лета, если я не ошибаюсь, - Лу с довольной улыбкой зашёл в небольшой домик. В этой летней хижинке они с Сехуном всегда весело проводили время и иногда уходили только поздно вечером, из-за чего получали от родителей. - Я зашёл сюда вчера и немного прибрался. - Так о чём ты хотел поговорить? - спросил ЛуЛу, садясь на застеленную лёгким покрывалом кровать. - Или же ты просто хотел привести меня сюда и сказал, что хочешь поговорить, чтобы не выдавать этого? - Нет, я действительно хочу поговорить, - Се сел рядом. Он уже совсем не волновался и был в меру серьёзен. - Лу, - выдохнув и посмотрев омеге в глаза, начал Сехун. Теперь начинал волноваться Лухан. Альфа продолжил: "Ты же знаешь, что я люблю тебя?" Лу опустил глаза, никак не ожидая таких слов, и кивнул. - Я не говорю, что ты мне нравишься, потому что это чувство действительно больше, чем просто симпатия. Я, правда, люблю тебя. И мне в голову совсем недавно пришла одна мысль, и теперь я не могу не думать об этом. Я действительно хочу этого, - Се подсел чуть ближе, положив ладонь на бедро омеги, продолжая смотреть в глаза, и коснулся мягких губ парня. Сердце ЛуЛу забилось быстрее. Сехун, убрав прядь волос за ухо Лу, почти невесомо провёл пальцами по его щеке. "Пожалуйста, только не бойся меня. Ты так дорог мне". Альфа, слегка надавив на Лухана своим телом, уложил его на кровать, нависая сверху и продолжая целовать. Сехун, похоже, понял, что получил разрешение, и теперь ласкал руками бока Лу. - Подожди секунду, - ЛуЛу опёрся руками о грудь Се, отрываясь от его губ, - ты уверен... Что, если мы... - Я уверен, что мы парные. Я чувствую это. А ты разве... - Сехун застыл, опираясь руками о кровать по обе стороны от головы омеги. - Нет, я тоже так думаю, - смущённо проговорил Лухан, и Се улыбнулся, снова припадая к его губам. - А что, если это не так? - спросил Лу, ещё раз немного отодвигая альфу от себя. - Ты не веришь мне? - спросил Се в губы омеги. - Я действительно чувствую это. И ты это чувствуешь. И разве это не значит, что мы парные? ЛуЛу глубоко вздохнул. Он всё же омега. И такие вещи слишком важны для него. Но Сехун... Лу верит ему, Лу любит его. И он тоже чувствует это - то чувство, что наполняет его сердце. - Ты бы знал, что я чувствую, даже когда просто смотрю на тебя. Я никогда не оставлю тебя. Я обещаю. Лухану казалось, что его сердце сейчас сломает рёбра и сквозь кожу вырвется наружу. Виски начали болезненно пульсировать, а разум как будто покинул его. - Обещай мне, - сказал омега, отпуская все сомнения, обняв Се за шею и притягивая его для поцелуя. Остатки здравого смысла покинули его, и он полностью доверился своему альфе. - Обещаю. Лу только недавно исполнилось семнадцать, а Сехуну до сих пор шестнадцать. К чёрту, Лухана это не волнует. Он видит только альфу. Своего альфу. Стянув с миловидного омеги футболку, Се припал к его шее, целуя её, небольно покусывая, отчего Лу тихо стонал, и оставляя яркую отметину в виде засоса, не беспокоясь о том, что её могут увидеть родители или кто-то другой. Альфа гладил бока Лухана, изредка сжимая их сильными руками, оставляя красные следы от пальцев. Омега потянулся дрожащими руками к светлой рубашке Сехуна, собираясь расстегнуть на ней пуговицы. Альфа еле слышно хмыкнул и, быстро поцеловав ЛуЛу в подбородок, спустился ниже, вбирая в рот один из сосков, пройдясь языком по отвердевшим бусинкам. Лу выгнулся и еле слышно простонал, закусив губу, убирая руки от рубашки и цепляясь ими за плечи Се. Достаточно поигравшись с чувствительным соском, Сехун расстегнул пуговицы на своей рубашке и кинул её на пол, после припадая в плоскому животу своего омеги, целуя нежную кожу вокруг пупка. Альфа потянулся руками к молнии на джинсах Лухана, и парень запустил тоненькие пальчики в густые волосы Се, слегка сжимая их у корня. Стянув грубоватую ткань с худеньких ножек омеги, Сехун раздвинул их, из-за чего Лу покраснел ещё сильнее и попытался сдвинуть ноги обратно, но Се крепко придерживал их. Се поцеловал внутреннюю сторону бедра Лу и, не удержавшись, прикусил тонкую кожу, из-за чего омега зашипел сквозь зубы. Кожа ЛуЛу такая нежная, что альфе хочется касаться и целовать её всё время, пробуя на вкус. Оторвавшись от такого желанного тела, Сехун быстро снял с себя джинсы. Возбуждение слишком явно упиралось в ткань трусов, и Лу, закусив губу и смутившись, отвёл взгляд. Омеге было стыдно, и с каждой минутой этот стыд всё сильнее окутывал его, а страх вдруг снова вернулся. Хотя, скорее всего, он и не исчезал, просто губы и прикосновения Сехуна заставляли ЛуЛу забыть обо всём вокруг. Солнце скрылось за облаками и деревьями, и теперь комната была лишь слабо освещена, что предавало атмосфере ещё большую откровенность и нежность. Кажется, что сейчас их чувства безграничны. Они так любят друг друга, что никогда и ни за что не отойдут ни на шаг, всегда будут рядом. - Потерпи, пожалуйста, - сказал Се, стягивая с омеги последний элемент одежды и раздвигая его ноги шире. Затем на пол отправилось и нижнее бельё альфы. - Сехун, может... Может всё-таки не нужно? - запаниковал Лу, мелко дрожа. - Доверься мне. Я с тобой, поэтому всё будет хорошо, - смотря в глаза Лухана, отчего-то слабо поблёскивающие, уверенно произнёс Се, удобней устраиваясь между ног парня. И ЛуЛу доверился. Сехун поднёс ко рту омеги два пальца, взглядом прося облизать их. Омега послушно открыл рот, пропуская пальцы Сехуна внутрь. - Всё будет хорошо, - повторил альфа на ухо Лу и, немного помассировав пальцами сжатый проход, ввёл один палец. ЛуЛу выгнулся в спине, простонав и вцепившись пальчиками в покрывало. Се успокаивающе целовал его лицо и шею, надеясь хоть немного отвлечь омегу, вводя следующий палец, а после и ещё один - третий. Лухан стонал всё чаще и громче, иногда тихо скуля и хныкая, хватаясь за руки и плечи Сехуна и закусывая нижнюю губу. Когда Лу более-менее привык к пальцам внутри себя, начиная насаживаться на них, альфа вынул их, подставляя к растянутой дырочке пульсирующий член, слегка надавливая им. - Я люблю тебя, - тихо произнёс Се, проводя носом по шее, вдыхая сладкий запах, но ЛуЛу его услышал, отвечая тёплым "Я тебя тоже люблю". Альфа вошёл, проникая головкой члена внутрь. Омега простонал, притягивая к себе Сехуна и целуя в губы. Его глаза блестели от слёз, подступивших из-за острых и неприятных ощущений, и Се старался причинить ему как можно меньше боли, двигаясь неспеша и осторожно, размеренно толкаясь. Альфа, входя глубже, проник языком в ротик Лухана, пройдясь по ряду зубов и касаясь языка Лу, после сплетая его со своим. Омега стал привыкать к члену Се внутри себя, когда боль понемногу начала отступать, уступая место приятным ощущениям, и, не отвлекаясь от губ своего альфы, стонал в поцелуй. Сехун вцепился пальцами в бёдра ЛуЛу, стараясь не так сильно сжимать их, чтобы после не осталось синяков. Лухан пытался сильнее прижать к себе альфу, хотел, чтобы Се целовал его тягучей и глубже, хотел ощущать его руки на своих бёдрах, теряя рассудок окончательно. Хотел этого, как бы сильно не смущался. И Лу получал желаемое, наслаждаясь близостью и чувствами, наполняющими его. Се близился к разрядке. Он обхватил возбуждённую плоть омеги в кольцо из пальцев, водя им вверх-вниз, подстраиваясь под ритм. Ещё пару толчков, и Лу кончил, пачкая белесой жидкостью свой живот и руку Сехуна. Затем, выходя из Лухана, последовал Се, изливаясь на покрывало. Альфа, упав рядом с ЛуЛу, вытер с его живота и своей ладони сперму и, скинув покрывало на пол, накрыл себя и омегу чистым тонким одеялом. Се, уткнувшись в шею тяжело дышавшего Лухана, облизал участок кожи и укусил его, впиваясь зубами. Лу вскрикнул, а потом простонал от боли, цепляясь ноготками за спину Се, и когда только Сехун отпрянул, обнимая его, понял, что альфа сделал. ЛуЛу, широко раскрыв глаза от удивления, легонько прикоснулся пальчиками к месту укуса и тихо прошипел. Метка. Лу убрал руку, теснее прижимаясь к своему уставшему альфе. Теперь Лухан точно принадлежит ему. Смешанные чувства буйствовали в омеге: безграничное счастье, любовь и страх перед будущим. ЛуЛу - омега Сехуна. И это не только мнение самих парней, это доказано физически. Лу всегда будет принадлежать Се. И дело даже не в метке - дело в Лухане. Он сам так решил, и он не хочет по-другому. Что скажут родители, если узнают? Накажут ли его? Отберут ли у него Сехуна на время? Лу точно омега Се? ЛуЛу не любил думать об этом, но всё же мысли лезли в голову. Метка ставится на всю жизнь. С ней уже ничего не сделаешь. И даже если альфой Лу окажется кто-то другой, в чём многие сомневались и что, можно сказать, отрицали, метка останется с ним. И тогда ничем хорошим это не кончится. Но такого не случится. Лухан уверен, потому что этого не может быть. ЛуЛу бы мучил себя вопросами, приводил свои чувства в порядок, если бы они не переполняли его и если бы Сехун, сопевший рядом, не грел своим теплом и не убаюкивал спокойным сердцебиением. Лу вздохнул, откинув все мысли, и через пару минут заснул, прижимаясь к своему альфе. - Где они могут быть? Уже поздно, - беспокоилась мама Лу, сидя вместе с Бэкхёном на крыльце дома. - Кто их знает? Наверняка как всегда загулялись допоздна, - спокойно проговорил Бэк, вздохнув, наблюдая за Чанёлем, сидящем в небольшой деревянной беседке в саду. - Но уже действительно поздно. - Да, согласен... А! Они, возможно, у вас дома. - Нет, мой альфа не собирался никуда уходить, поэтому он дома. Сехун бы не остался, - сказала женщина, добавив: "Надолго, по крайней мере". - Ох, ладно, ещё полчаса, и пойдём искать их. Друзья разговорились, сопровождая разговоры и обсуждения громким смехом, вздыханиями и всевозможными жестами. Ёль изредка поглядывал на них, что-то бурча себе под нос, а потом снова утыкаясь в старую книгу. - А теперь уже, действительно, нужно идти их искать, - сказал Бэкхён, глядя на наручные часы, после переводя взгляд на стремительно темневшее небо. - Уже почти час прошёл. - Мэй кивнула, поднимаясь на ноги, и ожидала омегу Пака, надевающего кофту. - Чанёль, я скоро вернусь! - крикнул Бэкки и вместе с мамой Лу побрёл по дороге от дома. - У тебя нет никаких предположений? Где бы мы могли их поискать? - Я не знаю, - честно ответила молодая женщина. – Может, они просто где-то гуляют? - Тогда мы их точно не отыщем, - усмехнулся Бэк, пнув маленький камушек ногой. - Ой, я, кажется, знаю! - вдруг воскликнул омега, останавливаясь, и его подруга последовала примеру. - Вчера я спросил у Сехунни, куда он идёт, и он ответил, что хотел убраться в летней хижинке. Тот уютный домик, который мы все вместе построили ещё очень давно. Сехун и Лухан всегда любили там играть. Может, и сейчас засиделись? - предположил Бэкхён. - Я точно помню этот разговор, потому что удивился, ведь наш альфа никогда без принуждения не прибрался бы. - Тогда давай посмотрим там. Будет замечательно, если они действительно в хижине, и мы найдём их побыстрому, а потом сразу пойдём домой. - Бэк согласился. - Думаю, Лу просто забылся, потому что он знает, что отец злится, когда он возвращается поздно. Он специально не стал бы засиживаться до позднего вечера, - открывая дверь в небольшую уютную хижинку, говорила мама Лухана. - Он ведь... - женщина застыла на пороге, округлив глаза, и медленно продолжила, говоря тихим голосом: "... не любит, когда отец переживает и ругается". Бэкхён не понял такого поведения и, стоя позади подруги, выглянул из-за её головы. Увидев своего голого сына, прижимающего такого же омегу, Бэк пришёл в то же состояние. Мэй сразу взяла свои слова о том, что было бы замечательно найти их в хижине и уйти домой как можно быстрее, обратно. Она бы лучше искала своего ребёнка весь вечер и ночь, испереживалась на год вперёд, чем увидела бы это. Родители не знали, как реагировать, стоя в дверях. - Это просто... - заторможено начал Бэкки, но остановился, не продолжив. Сехун слегка поморщился, обнимая Лухана во сне сильнее, и Лу поменял положение, открывая шею, выставляя на всеобщее обозрение покрасневший укус. - М-метка? - шёпотом спросила мама Лу, боясь услышать ответ. Теперь слова вообще не находились. Старшие стояли, не веря своим глазам, приоткрыв рты и изредка издавая какие-то звуки: вздохи, тихие усмешки и т.п. - Я не сошла с ума? Это действительно то, о чём я думаю? Бэк ничего не ответил, прислоняясь головой к косяку, но через несколько секунд он всё же произнёс: "Думаю, мои извинения будут не совсем уместны". - За что тебе извиняться? Они... сами ведь. Ох, и что нам делать? Что скажут их отцы? Чёрт подери, о чём они вообще думали? - немного повысив голос, спрашивала женщина, оглядывая разбросанные на полу вещи. - Я не знаю, что нам делать, не знаю, - вздыхая и взъерошивая волосы на голове, отвечал Бэкхён. - Сехун... мы поговорим с ним, накажем. Я знаю, что моих извинений недостаточно, но прости, пожалуйста, прости. Не знаю, что могу сделать, потому что... - Перестань, Бэкхён, - выходя на улицу, говорила женщина, омега последовал за ней. - Я бы предпочла не видеть этого, просто не знать, - проводя ладонью от глаз до подбородка, всё так же тихо говорила Мэй. - С этим уже ничего не сделаешь. - И то правда. Нет смысла убиваться и пытаться понять, как мы не уследили, когда и при каких обстоятельствах они задумались о сексе, когда у них появилось влечение, - красивая женщина оперлась о стену дома. - Они подростки. Чувства через край. Да и сама ты знаешь, что они так давно вместе. - Странно, что они не проснулись от наших разговоров, - вглядываясь в темень за деревьями, проговорила Мэй. - Устали, - Бэкхён подошёл к подруге и встал рядом в ту позу, в которой стояла она. - Я хочу выпить, - вдруг произнесла женщина. - Прямо сейчас? Оставим их здесь? - А что ты предлагаешь? Разбудить их? И что им сказать? Как смотреть на них? Я просто не выдержу этого, поэтому я хочу напиться. Мы с тобой только один раз пили вдвоём, по-моему. - О да, это было так давно. Помню, что мы выпили совсем немного, но я в ту ночь впервые переночевал у Чанёля. - Что? - женщина, наконец, улыбнулась. - Да-да. Я пришёл к нему домой. Ты же знаешь, я никогда особой правильностью не отличался, но отец мой всегда был строгим, поэтому о таких вещах, как переночевать у альфы, будь он даже моим парнем, я не думал. Но в ту ночь я выпил, поэтому был чрезмерно храбр. Мы с Ёлли к тому времени уже давно целовались и ходили за ручки, но ничего большего не было. И в тот день у него дома мы просто лежали. И всё. - Да, твой отец действительно строгий. Когда я уже была беременной Луханом, он всё не разрешал тебе у Чанёля жить. - Я тоже скоро забеременел. Хоть мой отец и упрямый и долго не хотел отдавать меня Чанёлю, течка разрушает все преграды для альфы. Тем более тогда мы уже точно знали, что парные. - Весёлые были времена, - с улыбкой на лице сказала мама Лу. - Ну что, ты всё ещё хочешь выпить? - Хочу. - Тогда оставим их и пойдём к нам домой? - Да, с ними ничего не случится. Я всё равно не смогу сказать что-либо Лухану или просто посмотреть на них. Главное, чтобы меня муж отпустил. - Отпустит, - Бэкхён махнул рукой, беря за руку подругу и таща её за собой по небольшой дорожке, глянув на хижинку в последний раз перед тем, как скрыться за деревьями. - Спать не собираетесь? - спросил сонный Чанёль, спустившийся со второго этажа дома. - Что у вас такого случилось, что вы пьёте? И что, кстати, с детьми? - Они заснули в хижине, - ответил Бэк, игнорируя первый вопрос. - Мы не стали их будить. - Ясно. Бэкхён, вы уже долго сидите, пошли спать. - Какой сон, когда мы разговариваем о жизни? - возмутился омега. - О жизни? Тогда точно пора заканчивать. - Чанёль, ещё полчаса, и я пойду домой, хорошо? Не злись, - сказала женщина, улыбнувшись, глядя на Ёля снизу вверх. - Ещё немного. - Хорошо, но если я услышу, что вы тут рыдаете, - прикрою лавочку, ясно? Бэкки кивнул, улыбнувшись своему альфе, снова поднимавшемуся по лестнице на второй этаж. - Знаешь, - начал Бэк после минуты молчания, - я не прощу себе, если в будущем что-нибудь случится из-за этого. Я так не думаю, если честно, но... - Я тоже не прощу, - отпивая пиво из бокала, проговорила Мэй. - Надеюсь, всё будет хорошо. Они поспешили, да, но уже ничего не вернуть, так что не будем думать о прошлом. Будем беспокоиться за их будущее и настоящее, в чём, я думаю, пока нет смысла. Нужно решать проблемы по мере их поступления, - омега настроился на положительный лад. - И... прости ещё раз. - Почему ты всё время извиняешься? - Он мой ребёнок, и я несу ответственность за его поступки. Я, в общем-то, виноват. - Перестань, иначе я ударю тебя, - пригрозила женщина, и Бэк хихикнул. - Я, когда выпью, плохо себя контролирую, так что хватит извиняться. Ты только что был позитивным. И успокойся уже! Даже я спокойна... - мама Лу сделала глоток, опустошив бокал. - Иди к своему ненаглядному, кстати, а то разведём тут... А я домой пойду, - вставая из-за стола, проговорила Мэй. - Дойдёшь одна? Может, останешься? - Не маленькая. Надеюсь, что не потеряюсь. Спокойной ночи, Бэкки. - Спокойной. Завтра поговорим с ними? - Ох, не знаю, - пожав плечами и грустно улыбнувшись, сказала женщина. - Завтра решим. Бэкхён кивнул, попрощавшись с подругой, и, посидев ещё немного за столом в полном одиночестве, поднялся в спальню к Чанёлю. Слишком тяжёлый день и слишком много эмоций, которым не хватает места в сердце. Это происшествие слишком сильно повлияет на будущее и слишком сильно влияет на настоящее.