Обещай мне

Лухан остаётся верным Сехуну и телом, и сердцем, даже зная то, что у Сехуна есть другой, даже видя их каждый божий день. Лу с улыбкой на лице сидел в кресле возле окна, наблюдая за происходящим на улице, особое внимание уделяя молниям вдали и наслаждаясь тихими отголосками грома. ЛуЛу был счастлив, ведь сегодня его день рождения, да и настроение на редкость замечательное. Омега уже начинает чувствовать запахи из кухни, где Мэй готовит что-то вкусное. К вечеру она обещала испечь красивый тортик. Тот, что с детства любит парень. Лу вздохнул, почти невесомо проводя рукой по животу. Его ребёнку ещё только месяц, но ЛуЛу упорно чувствует, как с каждым днём маленькое существо внутри подрастает и как оно дарит ему своё тепло. Тепло, заменяющее любовь альфы. Лухан уже до безумства любит того, у кого даже имени нет. Любит так же, как и отца своего ребёнка. Сехун вместе с Кёнсу сидел на диване. Омега расположился на коленях Се. Пара тихо хихикала и разговаривала о чём-то. Су иногда смущённо убирал руки альфы от себя, напоминая, что они не одни, кивая головой в сторону Бэкхёна, молча резавшего мясо. - Сегодня день рождения Лухана. Я не верю, что Сехунни забыл, - сказал Бэк, когда к нему подошёл Чанёль. - Я думаю, что он помнит, но что ему делать? Не думаешь же ты, что он с радостным выкриком "С днём рождения!" придёт в дом Лу? И... Бэкки, не высказывай свою позицию так откровенно. Когда Сехун и Кёнсу сказали, что не собираются пока что заводить ребёнка, ты был рад, хотя в то же время папа КёнСу расстроился и засыпал их вопросами, - тихо говорил Ёль. - Да, я был рад. Я ничего не могу с этим поделать. - Полюби КёнСу, Бэкхён. Это единственный выход, - проговорил альфа, хватая зелёное яблочко из небольшой плетёной корзинки, стоящей на столе, затем уходя куда-то. - Я пытаюсь... - вздохнув, пробормотал Бэкки. - Пытаюсь... Прошло, кажется, совсем немного времени, но солнечное лето сменилось ветреной и дождливой осенью. Но Лухан любил осень, ведь так приятно сидеть вечером, укутавшись в тёплый плед, и пить горячее какао или чай, читая книжку. Лу любил гулять в то время, когда было ещё тепло, когда можно было не бояться того, что обувь промокнет, и придётся быстрее бежать домой. Он любил осень, потому что в эту пору родился Сехун. А любит ли он её сейчас? Теперь, когда так тяжело смотреть на альфу. Ответ слишком очевиден. Брошенный беременный омега. Лухан задумывался, смеются ли над ним люди, обсуждают ли за спиной или же считают жалким, но вскоре перестал думать об этом, посчитав, что так будет лучше для него самого. Он не слышал разговоров этих людей, они не говорили ничего ему в лицо, и от этого было значительно проще. Но никто не насмехался над омегой, предпочитая молчать, издалека поглядывая на задумавшегося ЛуЛу, иногда улыбающегося, поглаживающего рукой живот и говорящего что-то ему. Лухан не слышал их разговоров, но иногда замечал взгляды, направленные на него. Тогда омега думал, что лучше бы они осуждали, чем смотрели взглядом, полным сожаления и сострадания. Хорошее настроение Лу исчезало, его счастливая задумчивость рассеивалась, когда он видел Сехуна и КёнСу. В такие моменты все взгляды, присутствие Су, весь мир, кажется, давили на ЛуЛу. Он пытался держаться, не реагировать, продолжая гулять, но вскоре уходил домой к ждавшим его родителям, пряча эмоции внутри себя. Вскоре наступила зима. Выпал первый пушистый снежок. Лу искренне улыбался, гуляя, пытаясь сильнее закутаться в одежду, чтобы было теплее. Омега ловил ладошками, на которые были надеты тёплые шерстяные варежки, маленькие снежинки. ЛуЛу потихоньку, немного неуклюже из-за большого живота перешагивал с ноги на ногу и вздыхал, оглядываясь по сторонам, восхищаясь белоснежной красотой вокруг. Он так полюбил зиму, полюбил своего ребёнка. А вскоре, поздним вечером, в который бушевала метель, родился Чонин. Лу дал ему имя за несколько дней до рождения. Маленький альфа был совсем не похож на зиму, в разгар которой родился. Он был её противоположностью: его кожа смуглая, а сам он такой тёплый, что Лухан думает, что его сердце больше никогда не замерзнет. Чонин не допустит. Он будет солнцем в жизни Лу. ЛуЛу довольно долгое время не появлялся на улице, сидя дома вместе с новорождённым ребёнком и родителями. Сехун вскоре заметил это, понимая причины того, почему омега не выходит гулять, что обычно делал. Альфа даже несколько дней подряд выходил утром, днём и вечером на прогулку, чтобы не пропустить Лухана, который снова начнёт гулять хотя бы по несколько минут в день. Маленький Чонин быстро рос на радость своего папы и бабушки с дедушкой. А когда пришла весна, альфа был уже совсем большой. Одним днём родители Лу ушли к кому-то в гости, оставляя омегу, находившегося в хорошем расположении духа, одного с ребёнком. ЛуЛу только уложил Чонина, как кто-то позвонил в звонок. Лухан, ещё раз глянув на своего ребёнка, вышел в коридор, тихими шажками доходя до входной двери, по пути включая свет, так как уже совсем стемнело. - Здравствуй, - поздоровался Сехун, грея руки в куртке, когда омега открыл дверь. Лу не ожидал его увидеть и поэтому, растерявшись, лишь кивнул. - Что-то хотел? - собравшись, спросил ЛуЛу. Се кивнул и спросил, указывая рукой внутрь дома: "Можно?" - К-конечно, - ответил Лухан, начиная немного волноваться, за что мысленно ругал себя. - Я хотел... - начал альфа, разувшись и пройдя в помещение, но замялся, - хотел увидеть ребёнка. Ты разрешишь мне? - он с серьёзным лицом, за которым скрывалось волнение, посмотрел на омегу. Лу слегка приоткрыл рот, обдумывая всё, что сказал Сехун, а после, поджав губы, медленно, но уверенно кивнул, направляясь в свою комнату. Се последовал за ним, подмечая то, каким же милым омега был в домашней одежде. Лухан открыл дверь в комнату, входя в полутьму и останавливаясь возле детской кроватки, указывая на неё рукой. В голове омеги снова поселилось слишком много мыслей. Се, немного помедлив, молча подошёл к кроватке и заглянул внутрь. Лу отошёл чуть дальше, опираясь спиной о стену. Не выражая никаких эмоций и просто смотря на ребёнка ещё около пары минут, Се посмотрел на ЛуЛу, задавая немой вопрос. - Чонин, - ответил Лухан, вложив в это имя всю свою любовь. Альфа слабо кивнул головой несколько раз, плотно сжав губы, а затем снова устремил взгляд на маленького Чонина и улыбнулся. Сердце омеги снова остановилось на пару секунд, увидев тёплую улыбку Се. Повисла тишина. Им не нужно было слов. Лу, как думал сам, всё понимал и без них. А если это было и не так, то Лухан всё равно был благодарен за молчание. Он боялся услышать то, чего не хотел слышать, то, что, возможно, давно уже знал. Он боялся, что даже одно слово Сехуна разбудит его эмоции, которые он отчаянно пытался сдержать сейчас. Лу боялся, что заплачет. Заплачет прямо в эту минуту, прерывая тишину и тихое сопение ребёнка своими всхлипами. Он боялся заговорить сам, он молился, чтобы молчал Сехун. - Мне пора к... - тихо начал Се, но остановился, - он ждёт. Лухан слабо кивнул, подходя немного ближе. В сердце снова что-то больно кольнуло. - Чонин, - мягко произнёс Сехун, слегка коснувшись рукой головы маленького альфы и улыбнувшись. Се простоял ещё несколько секунд, смотря на своего ребёнка, и молча вышел из комнаты. А Лу, зажав рот и скатившись на пол возле детской кроватки, пытался не подавать никаких звуков. Он плакал в тишине, которую разрушало только тиканье часов. Даже дыхание Чонина не слышалось. Лухан содрогался всем телом, сильнее зажимая мокрой от слёз рукой рот. Через полминуты, зная, что Сехун уже точно ушёл, Лу сказал: "Я люблю твоего отца! Люблю, чёрт возьми!" А Чонин спокойно спал, пока его папа захлёбывался слезами, поджав колени к груди. Лухан не забыл его. И не забудет. "Почему же ты такой нежный? Твоя искренняя, тёплая улыбка... Я ненавижу её, но обожаю в тебе больше всего. Я, кажется, буду любить тебя вечно". - Где ты был? - обнимая и чмокая Сехуна в губы, спросил КёнСу. - С друзьями, - спокойно ответил Се. "И опять ты врёшь, О Сехун", - подумал Су, но не произнёс ничего вслух, а лишь улыбнулся, смотря в глаза альфе, и потянулся за очередным поцелуем. Лухан думает, что КёнСу либо действительно ничего не понимает, либо понимает абсолютно всё. И КёнСу не глупый. Он понимает, от кого у Лухана ребёнок. Он догадывается, что происходит. Су сомневается, но думает, что знает, куда уходит Сехун. Понимает, но не хочет верить в это. Он пытается не думать об этом, пропуская всё мимо ушей и глаз, продолжая улыбаться Се. Так проще, чем переживать, дожидаясь альфу чуть ли не в слезах, выступивших то ли от обиды, незнания, то ли по какой-то другой причине. Так было раньше, сейчас Су взял себя в руки. К тому же Сехун с ним, и он действительно принадлежит КёнСу. Волноваться не о чем. И омега предпочёл забыть о существовании Лухана и жить в неведении. Так намного спокойней и лучше. Сехун сидит на крыльце своего дома, издалека наблюдая за тем, как Лухан играет с полуторагодовалым Чонином. Лицо альфы почти не выражает никаких эмоций. Он только немного морщится и улыбается, когда Чонин падает и начинает плакать, а Лу подбегает к нему, прижимая к себе и успокаивая. Се отвлекается лишь тогда, когда кто-то дёргает его за рукав рубашки, а после, получив внимание со стороны альфы, кладёт голову ему на колени. Сехун улыбается, целуя пухлые губы КёнСу. Лухан расслабленно лежал на диване, прикрыв глаза. Родители опять ушли в гости и на этот раз взяли с собой Чонина, говоря омеге отдохнуть немного. Лу начал засыпать, но вдруг в дверь громко постучали, отчего парень испуганно открыл глаза и с недовольным лицом пошёл открывать дверь. Но, открыв дверь, он не увидел никого из тех людей, которых ожидал увидеть. Перед ним стоял красивый, широкоплечий альфа, метра два, наверное, ростом, но совершенно незнакомый ЛуЛу. Лухан непонимающе посмотрел на него, думая, какой задать вопрос, но альфа не дал сказать ему ни слова, мягко толкая омегу внутрь и заходя следом. - Ты, - заговорил, наконец, незнакомец, мягко улыбаясь, - мой омега. Я Крис, кстати. Лу впал в ступор на пару секунд, а потом им завладела паника, и омега лишь открывал рот, собираясь что-то произнести, но ничего не говоря. Что ему делать? У него метка на шее, ребёнок, Сехун. Почему этот альфа пришёл только сейчас, спустя полтора года? Сегодня, когда у Лу даже течки нет. Да, запах у него есть, ибо скоро должны возобновиться течки, но... Лухан ничего не чувствует к этому альфе. - Удивился? - усмехнулся Крис, улыбаясь, замечая реакцию омеги. - Твоё имя? - Что? - Как тебя зовут? - продолжая улыбаться, спросил альфа, с интересом наблюдая за ЛуЛу. - Лу-Лухан. - Хорошо, Лухан. Собирай вещи, я живу в соседнем поселении, - сказал Крис, и Лу ещё больше запаниковал. - Я сяду? - спросил альфа, указывая пальцем на диван, и, получив разрешение, развалился на нём, устало выдохнув. - Крис, - произнёс ЛуЛу, вставая перед альфой, чем привлёк его внимание. - Я не могу. Парень непонимающе посмотрел на омегу. - Дело в том, что... - Лу не мог ничего сказать, к тому же Крис слишком пристально разглядывал его, прищуривая глаза. - Подожди-ка, - альфа резко встал вплотную к Лухану, перестав улыбаться, наклоняя его голову. - Что за... ЛуЛу потряхивало от страха, но он всё же произнёс: "Насчёт этого я и..." - Только не говори мне... - Крис оглядел комнату, останавливаясь взглядом на паре игрушек, разбросанных на полу. - У меня есть ребёнок, - быстро выпалил Лу, зажмурившись. - Поэтому уходи. Зачем я тебе? Ты найдёшь другого, хорошего омегу. - Ты спрашиваешь у меня, зачем ты мне, и говоришь уходить? – разозлившись, спросил Крис. - Ты - мой омега, и я пришёл для того, чтобы забрать тебя к себе, - альфа сильно сжал запястье Лухана. - Но оказывается, что ты уже не мой, и ребёнок у тебя непонятно от кого. Какого... Что за херня? - крикнул Крис, заставляя ЛуЛу ещё сильнее трястись. - Что, чёрт подери, это значит? - продолжал кричать альфа. Он коснулся пальцами укуса на шее омеги, а после дал Лу пощёчину, не сдерживая себя. - Собирай вещи, - прорычал парень, пнув мягкую обивку дивана и отходя ближе к входной двери. - Быстро. Всё самое важное. - Нет, пожалуйста, - умолял Лухан, подбегая к парню и хватая его за руки, готовясь, если нужно, даже упасть на колени. - У меня ребёнок, как я без него? А он совсем маленький, ему нужен папа! - Ребёнок? Собирай вещи, или я убью твоего ребёнка, омега, - Крис усмехнулся на последнем слове. - Ч-Что? - тихо переспросил Лу. - А что ты хотел? Я пришёл, чтобы забрать своего омегу. Но омега - ты, то бишь - уже давно изменил мне с каким-то альфой. Да ещё и не просто перепихнулся, а... Альфа остановился, видя, как поник Лухан, как ему неприятно слышать это и как в его глазах начинаются скапливаться слёзы. - Можно я хотя бы напишу что-то родителям? - Да, только быстро. Через полчаса Лу закрыл за собой дверь дома, всхлипывая и направляясь за альфой. Этой ночью ЛуЛу спал на диване. Хотя это даже сном назвать нельзя. Если бы не усталость, он был, наверное, и на полчаса глаз не сомкнул. В доме пахло совсем другим альфой, даже отголоска запаха Сехуна не было. Этот дом, альфа, поселение, местные люди были ему совершенно незнакомы. Лу без всего, можно сказать, отправился в какую-то неизвестность с альфой, назвавшим его своим омегой и сейчас злившимся на него. Сердце Лухана разрывалось, когда он думал, что никогда больше не увидит своего ребёнка, родителей, Сехуна. Не почувствует запах альфы, которого до сих пор считает своим. Он только снова стал счастливым, как у него забрали его солнце - Чонина. На следующее утро, проспав часа три, не больше, за всю ночь, омега понял, что уже до жути скучает по своему дому и родным. Но он был уверен, что останется с Крисом - парнем, который назвал его своим омегой. Лухану, по сути, всё равно. У него больше нет ничего. И он почему-то уверен, что не вернётся, хоть и ужасно тоскует и желает возвратиться домой. Крис же проснулся в замечательном расположении духа. Он потащил ЛуЛу за собой, усаживая его на кровати и задавая разные вопросы, пытаясь не натыкаться взглядом на метку на шее омеги. Лухан теперь его. Альфа оградил его от прежней жизни. Крис уверен, что Лу привыкнет к нему, Лу до безумия полюбит его, ведь он чувствует, что они парные. Прошло две недели, а Лухан продолжал игнорировать всяческие проявления нежности со стороны Криса. Альфа злился, уходя на улицу после того, как сел к Лу на кровать и крепко обнял его, но не получил ничего взамен, лишь холодный взгляд. Полное игнорирование? Нет, Крис целует Лухана. Омега позволяет то жадно и властно, то нежно целовать себя, но никогда не делает это сам. Крис думает, он уверен, что когда начнётся течка ЛуЛу, всё изменится. Сейчас альфа отдаёт всего себя, а потом он получит равную или даже большую отдачу от омеги. Поэтому Крис долго не злится и не бьёт Лу, помня также о том, что забрал у Лухана всё. Альфа покажет ему все свои чувства, ЛуЛу обязан откликнуться, ведь Крис даже сказал ему своё настоящее имя. Негодованию Ифаня не было предела. Течка Лу длилась уже пару дней, но омега лишь сидел в углу комнаты, поджав колени, и мелко дрожал. Крис ходил возле него, еле сдерживая себя, хотя, чтобы Лухан сам признал его. ЛуЛу трясло ещё сильнее из-за присутствия сильного альфы, от которого так приятно пахло. Омеге явно было плохо, он желал близости, но почему он ничего не делал? Ифань не понимал и злился. Через месяц ситуация повторилась. "Может мне взять его силой? - думал альфа, сидя в кресле и наблюдая за болезненно выглядевшим Лу. - Хотя, возможно, он даже сопротивляться не будет. Мы же ни разу с ним..." - Ну и чёрт с этим! - сказал Крис, подходя к омеге, затем поваливая его на кровать, нависая сверху. ЛуЛу вздрогнул, но отбиваться не стал, прикрывая глаза. Ифань рывком стянул с него штаны и нижнее бельё, а потом порвал футболку, кидая то, что от неё осталось, на пол. Широко разводя ноги Лу и расстёгивая ремень на своих джинсах, Крис целовал шею омеги, стараясь не касаться метки. Он гладил бока, сжимал бёдра, а Лухан выгибался в спине, тихо постанывая. Да, омеге было приятно от прикосновений сильных, властных рук, от ощущения горячих, покрасневших губ на своём теле. У него так давно не было альфы, он так давно не ощущал возбуждённую и пульсирующую плоть внутри себя, что его дрожащее тело сходило с ума от этих прикосновений. Но Лухан просто лежал, выгибаясь и прикрыв глаза, не видя лица Ифаня. То же самое было и на следующий день. Крис раздевал Лу, целовал его, но не получал никакой отдачи. Это до жути раздражало его, и он не выдержал, выкрикнув: "Да что ты за омега? Что с тобой такое?" Он схватил Лухана за руку и кинул ему единственный элемент одежды, который успел снять, - кофту. - Пошли со мной! - разозлёно сказал Ифань, вытаскивая ЛуЛу на улицу, переходя с ним через дорогу и заходя в дом к местному лекарю. - Исин, сделай что-нибудь с ним! - Крис подтолкнул Лу к удивлённому парню. - Я уже не могу. - Эм... разувайся и проходи в ту комнату, я скоро приду, - сказал Лэй, указывая Лухану на одну из дверей, и когда тот скрылся за ней, продолжил: "Что случилось, Крис?" - Он совершенно не отвечает мне. Когда у него была течка, он даже не посмотрел в мою сторону, а когда мы занимаемся сексом, он не целует меня сам, не прикасается. - Он отбивается? - Нет. Мы парные. Что, чёрт возьми, с ним? - Ифань громко кричал, выпуская эмоции наружу. Исин задумался и сказал: "Хорошо, я посмотрю, может быть, что-то узнаю". Крис кивнул, и Лэй скрылся за дверью. Через некоторое время в гостиной, где ждал Ифань, появился Исин, за ним вошёл Лухан, понуривший голову. Лэй тяжело вздохнул, закусив губу, и произнёс: "Нужно поговорить без Лухана". - Иди домой, живо! - всё ещё злясь, приказал Крис, и Лу послушался, выходя на улицу и быстро добегая до дома, пока мимо проходящие альфы не успели понять, от кого исходит запах. - Метка на его шее... - медленно начал Исин, касаясь рукой своей шеи, разминая её. - Эту метку поставил его истинный альфа. Ты не его альфа. Крис округлил глаза, и за несколько секунд на его лице переменилось множество эмоций. - Что? Ты с ума сошёл? - насмехался Ифань, откровенно смеясь. - Каким образом ты пришёл к этому выводу? - Метки ведь различаются. - Метки, поставленные истинными альфами, краснее, что ли? - продолжал усмехаться парень. Исин нахмурился. - Что за идиотизм? Как ты вообще это узнал? - А ты сомневаешься во мне? - немного обиженно, с долькой злости в голосе спросил Лэй. - Не твоё дело, как я это делаю. - Он мой омега, я это чувствую! - настаивал Крис. - Да, он твой омега, но ты не его альфа. Ифань замолчал, обдумывая слова лекаря. - Этого быть не может, - уверял альфа. - Я знаю, это абсурдно, но это так, - Исин сел рядом с парнем, обнимая его. - Крис, - через пару минут начал Лэй, - отпусти Лухана и присмотрись к Тао. Ифань нахмурил брови. - Я не верю, что ты не знаешь, кто это! Крис сдвинул брови, вспоминая. - Тот черноволосый мальчик с кошачьими глазами. Альфа вспомнил, а потом закатил глаза, усмехнувшись. - Ему где-то пятнадцать, если я не ошибаюсь. Разница в шесть лет. - Чего ты как ребёнок? У многих альф их омеги и на десять лет младше, и на пятнадцать... - У меня есть мой омега. Только вот я не его альфа, - произнёс Крис, смотря в глаза Лэю. - Ты так говоришь, будто знаток отношений. Тебе двадцать восемь, а у тебя до сих пор нет альфы. Когда ты собираешься его завести? - не в силах отойти от эмоций, обретённых при новом известии, поинтересовался Крис, сразу же мысленно ругая себя за необдуманные слова. Исин убрал руку от альфы, расстраиваясь и хмурясь. - Ты мой друг, Ифань, и я желаю тебе только добра, - выдохнув, произнёс Лэй, и продолжил через полминуты: "Я не знаю, почему так получилось, Крис. Возможно, это какая-то жестокая шутка судьбы или что-то в этом роде. Просто попытайся принять это. Разве ты не видишь, как он влюблёно и стеснительно смотрит на тебя?" - Ему пятнадцать и он... чересчур шабутной. - Крис, попробуй. - Ты думаешь, что я сейчас просто возьму и забуду о Лухане? - Нет, не думаю, - сказал Исин. - Но сделай это. Так будет легче. В комнате настало молчание, которое прервал Ифань, говоря спокойным голосом: "Я давно не видел его". - Я тоже, наверняка он дома. - Обычно он всё время с кем-то гуляет. Не подумай, что я наблюдал за ним, просто часто видел его на улице. - А ты думаешь, с ним всё в порядке? Он видел тебя с другим омегой. Омегой, которого ты целовал и с которым спал. Парни снова замолчали. Крис поднялся с дивана и, кивнув Исину на прощанье, вышел из дома. - Глупость какая, - вспомнив слова Лэя, сказал Ифань, усмехаясь. - Такого быть не может, - уверял себя парень. Поздним вечером этого дня Крис снова уложил Лухана на кровать, нависая сверху. В альфе проснулась какая-то нежность, которую он не мог сдержать. Он забыл о словах Исина, не принимая их всерьёз. Ифань, отпрянув от губ омеги, посмотрел ему в глаза, взглядом прося поцеловать его. - Я не буду твоим омегой. Просто делай уже своё дело без всяких нежностей, - холодно произнёс Лу. Выражение лица Криса изменилось. Прорычав и крикнув "Проваливай!", он грубо спихнул Лухана с кровати, отчего тот больно ударился локтями о пол. - Проваливай! Мне плевать, как и куда ты доберёшься, просто не появляйся здесь! - кричал Крис. Терпеть поведение ЛуЛу он был больше не в силе. Ярость овладела им, и парень ударил Лу по лицу, разбивая его губу и швыряя парня ближе к двери, пнув его под бок, а затем и в бедро. Лухан, еле поднявшись, поспешил выйти из дома, успев схватить только кофту и обувь. Закрыв за собой дверь, омега услышал, как закричал разбушевавшийся Ифань, и пошёл куда-то в сторону леса. Лу не знал, куда идти, был до безумия рад, но в то же время ужасно чувствовал себя, не зная, что думать и делать. Положение усугубляла течка, всё ещё продолжавшаяся. Он свободен. Но можно ли назвать это свободой, если у него не осталось ничего и никого, даже Криса? Лухан посмотрел на тёмное, усыпанное звёздами небо, а потом на лес, и решил просто идти. Ифань, прокричавшись и более-менее успокоившись, сел на кровать, запуская пальцы в волосы. - Чёртов омега... Я люблю тебя, почему ты не можешь полюбить меня? Заставляешь кричать, доводишь. Будь ты не так холоден, мы бы могли любить друг друга взаимно. Но ты заставляешь страдать и себя, и меня. Ты не хочешь ничего менять. Не хочешь быть счастливым? Лухан и сам не понял, как добрался до поселения. Прошло дня полтора с того момента, как он зашёл в лес. Последнее, что Лу запомнил до того, как упал в обморок, - множество деревьев, чья листва шелестела на сильном ветру, лицо плачущей и небывало взволнованной матери и запах Сехуна, заполняющий лёгкие и заставляющий задыхаться. Он как будто мог сделать ЛуЛу ещё хуже сейчас, добить его окончательно, но заставлял Лухана слабо улыбаться и плакать. Он, наконец, дома. Прошло полмесяца. Крис, сколько не уверял себя, что чем быстрее он отстрадается, тем быстрее всё придёт в норму, не мог не переживать и не скучать. Теперь он часто видел на улице Тао, которого почему-то не мог выкинуть из головы. В один день всё как будто поменялось. Крис проснулся и понял, что пора с этим заканчивать. Он ходил к Исину, просто для того, чтобы поговорить и извиниться за всё разом. Ифань ведь обидел его в тот день, когда привёл Лухана. И всё бы ничего, если бы они не были близкими друзьями, а слова друзей значат больше и ранят намного сильнее. Вечером, уйдя от Лэя, Крис не спешил домой. Ему вдруг не захотелось возвращаться туда до ночи, а может, и до утра. Альфа прогуливался по узким улочкам и, почти дойдя до реки, заметил черноволосого паренька, сидевшего в полном одиночестве на пригорке и смотрящего на воду. Крис отчего-то улыбнулся и, колеблясь пару секунд, решительно пошёл к нему. Ифань присел возле парня. Тот, очень удивившись, несколько раз поворачивал голову к молчавшему альфе и отворачивался обратно. Парни наблюдали за спокойной водой. Тао всё не мог понять, почему Крис сел рядом с ним, и успокоиться, ведь он разговаривал с Ифанем всего пару раз. И из-за небольших диалогов, которыми они перебрасывались, ЦзыТао не мог успокоиться целыми вечера напролёт, радостно "летая" по дому. - Будешь любить меня? - неожиданно спросил Крис. Омега опешил, большими от удивления глазами смотря на альфу, но всё же тихо ответил: "Буду". - Мне нужно, чтобы ты безукоризненно любил меня. Я - главное. - Всё равно буду. А ты... - Тоже, наверное. Ты будешь любить меня - я буду любить тебя, - спокойно говорил Ифань. - Ну что? Ты не передумал? - Ты задал такой вопрос так сразу, неожиданно, и я ответил. Так подумай, как сильно ты мне нравишься. Крис лучезарно улыбнулся, из-за чего сердце Тао забилось быстрее, а сам омега не смог отвести взгляда. Хоть ЦзыТао и говорил уверенно, как будто не волнуясь и не переживая за будущее, он ужасно боялся и был до жути рад и счастлив. Тао не собирался терять свой шанс. Крис полюбит его, ЦзыТао сделает всё для этого. - Зови меня Ифанем. В тот день, когда Лухан вернулся в поселение, он очнулся только ночью и, вскочив с кровати, несмотря на головокружение, быстро побежал в гостиную, где сидели родители, не думающие о том, что уже третий час и на улице давно стемнело. Увидев мать, омега бросился к ней, начиная громко плакать вместе с ней. Женщина гладила своего сына по голове, что-то невнятно бормоча, говоря о том, как она волновалась и как рада сейчас. Спустя несколько минут, ЛуЛу крепко обнял отца, а Мэй внимательно смотрела на них, вытирая слёзы рукавом. - Откуда это у тебя? - спросила женщина, касаясь разбитой губы сына. - Не важно. Сейчас всё хорошо. - Ты не выглядишь так, будто всё хорошо, - беспокоилась мама, смотря на своего ребёнка. - У тебя течка? Боже, Лухан, ложись спать. Всё завтра, всё завтра... - Да, только, - начал Лу. - Чонин... - Он спит, не волнуйся, - мягким голосом ответила Мэй. - Господи, слава Богу, что всё хорошо. Я так скучал. Я не могу выразить, рассказать, показать то, как люблю вас, - ЛуЛу замолчал, прикрывая глаза. - Я только посмотрю на него и пойду спать. Родители кивнули, и омега зашёл в их спальню, тихо, со слезами на глазах, подходя к кроватке. - Ох, Чонин, прости меня. Вот же папа тебе достался, - проговорил Лухан, погладив своего ребёнка по голове. Он не послушался родителей и заснул прямо на полу, не желая отходить от своего маленького Чонина. Всё стало, как прежде. Почти. Никто не говорит Се ничего, ведь ни КёнСу, ни Лухан ничего не говорят против. Альфа продолжает "тайно" ходить к Лу, а после возвращаться к КёнСу, всё знающему об этом, но продолжающему ласково и искренне улыбаться ему. Никто из них, наверное, не против. Эти трое не говорят друг с другом об этом, не озвучивая свои переживания вслух, не показывая ревность, разрывающую изнутри. Как будто ничего и не происходит: Сехун верен своему КёнСу; милый КёнСу собирается сказать, что беременный и уже на втором месяце; а Лухан просто живёт своей жизнью, любя только одного альфу - Чонина. Люди не мешают им врать друг другу и самим себе, потому что они сами так хотят. Они сами строят свою жизнь, не замечая то, что происходит, для самих себя, для друг друга. Они ведут себя так, будто никто из них ничего не знает. КёнСу ревнует Сехуна, иногда плача по ночам, дожидаясь альфу, но скрывает слёзы при нём. Лухан в свою очередь ревнует к КёнСу, иногда пытаясь скрыть это от самого себя. Омега начинает привыкать к этой жизни. Лухан помнит несдержанное обещание Се, но он так благодарен ему за всё, что было. За всю свою жизнь, полную боли и ревности, за ребёнка. Сехун не ушёл, поэтому Лу счастлив. Он просто не может быть несчастным, находясь рядом, видя Се каждый день, чувствуя его запах. У него есть метка на шее, любимый ребёнок от Сехуна, альфа, которого он продолжает безгранично любить, и этого достаточно, хотя ревность иногда пожирает парня, и он начинает ненавидеть всю эту жизнь, ненавидеть и себя, и КёнСу, и Сехуна. Что же все они делают? Безумство. Се не принадлежит Лухану, нет. Но Лу может так думать, строя свой собственный мир.