12 лет рабства

И вот, после всех процедур, Чонин стоит у дверей, что ведут в покои юного фарфорового принца, и не решается войти. Какое-то противоречивое чувство залегло внутри него. Да, это замечательно, что он попал во дворец, но в качестве личного раба. Чонин никогда не подчинялся кому-то напрямую. Прежняя его работа состояла лишь в том, чтобы прорывать туннели и искать полезные ископаемые. Чонин глубоко вдохнул и вспомнил недавний разговор с Чанёлем: - Быть личным рабом немного сложнее, чем то, что ты делал ранее, ясно? К тому же, ответственности становится в два раза больше, ведь ты не просто личный раб, ты - раб принца. Поэтому хорошенько старайся. - Я понял, - Чонин слегка кивнул и встретился с недовольным взглядом секретаря. - Ты что, чем-то недоволен? - усмехнулся секретарь.- Тебе знаешь ли...несказанно повезло. - Я просто очень удивлен и до сих пор не могу понять, почему он выбрал меня? - шатен опустил взгляд, а потом снова поднял его на Чанёля. - Господин секретарь, может вы знаете причину? - Эй, можешь звать меня просто Чанёль, - лучезарно улыбнулся парень и хлопнул Чонина по плечу. - Мы вроде одного возраста. Тебе сколько? - Семнадцать. - Ну почти. Мне восемнадцать. И ты здорово подкольнул тех толстых дядек. - Разве это не было грубо? И... Я смуглый. А смуглых здесь не... - Я не такой. Мне, если честно, все равно какой цвет кожи у человека. Я наоборот.., - Чанёль вдруг стал очень серьезным и, видимо, задумался о чем-то важном, судя по нахмуренным бровям и затуманенному взгляду. Но через пару секунд он очнулся от нахлынувших воспоминаний и снова улыбнулся. - В общем, мне это не важно, и нашему принцу, скорее всего, тоже. Если приглядишься, то увидишь, что у него в личном отряде есть еще несколько темных рабов, но ты... - Ч-что? - Он сказал мне, что хочет сделать тебя не просто своим личным рабом, а постоянным. - Что это значит? - Это значит, что ты будешь спать в его комнате и служить ему двадцать четыре часа в сутки. Если понадобится, он может разбудить тебя посреди ночи, и ты немедленно должен повиноваться. - Ясно, - прикрыл глаза Чонин. А может все таки лучше было поработать в шахтах? А с другой стороны...Все же лучше спать в комнате принца, чем в грязном и вонючем хлеву, где даже яблоку упасть негде. - Теперь слушай и запоминай: не смотри в глаза, не говори, когда не спрашивают, не груби, не делай лишних движений. В общем, тебе придется забыть о свободе, но возможно, принц будет добр и даст тебе право. - Право? - Узнаешь все сам. От тебя лишь требуется полное повиновение, все понял? - Кажется... Чанёль потрепал Чонина по волосам и как-то грустно улыбнулся. - Знаешь, ты кое-кого мне напоминаешь. - Правда?..Кого? - Кое-кого очень красивого. Мы хорошенько поработали над тобой, и ты неплохо выглядишь, - улыбнулся секретарь напоследок. Действительно, Чонина вымыли и приодели. Сейчас на нем красовался какой-то белый наряд, одна большая и толстая лямка прикрывала грудь по горизонтали от плеча к бедру, затем большой золотой пояс и юбка до колен. Это была уже не та рваная рубаха, выцветшая и почерневшая от грязи. Чонин был рад, что сейчас он был чист и опрятен, его даже причесали. Ведь прежде ему почти не давали принимать ванну, и ему приходилось ждать дождя. Чонин сжал кулаки и постучался. Чонин бы соврал, если бы сказал, что по его телу не прошел электрический разряд, когда с обратной стороны донеслось тихое: "Войдите". Открыв дверь, шатен осторожно вошел внутрь комнаты, не поднимая головы. - Мальчик-грубиян пришел. Вся смелость Кима ушла куда-то на задний план, а в теле появилась дрожь. Сейчас Чонин в полной мере осознавал свое положение, чувствуя страх каждой клеточкой своего тела. Он понимал, что эта работа - полное отсутствие свободы и права голоса. - Подними голову, - мягко сказали ему. И Чонин поднял. Перед собой он увидел молодого господина, одетого в ночную рубашку, которая свисала до колена. Юноша сидел за столом, на котором красовались различные кушанья и все это было так красиво подано, что слюнки сами текли изо рта. Такой роскошной еды Чонин не ел довольно давно, только в те времена, когда он еще был аристократом. А в отряде их кормили остатками. Иногда Чонину везло и он успевал ухватить что-нибудь целенькое. Например куриную ножку, которая видимо не прожарилась до конца и ее не стали доедать. И сейчас смотря на всю эту роскошь...Он ведь до сих пор ничего не ел и не пил. Голод дал о себе знать. Чонин рассматривал всю эту еду и ненароком встретившись со взглядом принца, резко опустил голову. "Черт. Посмотрел." - Все в порядке. Ты можешь смотреть мне в глаза, - спокойно ответил принц и принялся за королевский стейк. Чонин ничего не сказал, а лишь слегка кивнул. - Тебя ведь до сих пор не кормили? - продолжил принц. Чонин не ответил. - Все в порядке. Ты можешь говорить. - Да, молодой господин, - тихо проговорил он. - Меня зовут Кёнсу, - улыбнулся брюнет. Чонин заметил, что его волосы очень красиво отдавали красным на свету. "Интересный цвет волос" подумал он. - Ты должно быть голоден? - поинтересовался юноша, продолжая есть. - Вы же сами велели меня не кормить, - усмехнулся Чонин. "Черт!" одумался он. Это было невероятно грубо. - Ты прав, - на удивление Чонина, принц не кинул в него тарелкой и не воткнул вилку ему в ногу, как однажды сделал это надзиратель из отряда. Во время обеда Чонин спросил у него, можно ли ему получить новую рубашку, ведь эта совсем рваная, а мужчина, будучи отвлеченным от трапезы, сильно разозлился и ткнул вилкой Чонину в бедро. Шрам до сих пор при нем. - Чонин, если ты так голоден, то, - Кёнсу опрокинул свой стейк на пол и вызывающе посмотрел на ошарашенного парня. - Можешь доесть. Несмотря на дикое желание впиться в этот кусок мяса зубами, Чонин не мог забывать о том, что до 5 лет воспитывался в нормальных условиях, и гордость аристократа не позволяла ему пасть на колени и слизывать с пола соус. - Спасибо, но я не голоден, - вежливо отказался Чонин. - Я сказал, что ты можешь доесть, - уже более настойчиво произнес Кёнсу. Чонин понял, что ему не предлагают, а приказывают. Но как он мог? - Молодой господин, простите, но я..., - замялся он. - Не хочешь есть с пола? - ухмыльнулся юноша.- Другие бы на твоем месте не раздумывая бросились доедать. Это очень вкусно. - На тарелке, может быть, но не с пола, - прошипел Чонин. "Что я сказал? Черт.Черт.Черт." Чонин понимал, что это не какой-то там надзиратель, и огрызания на наследника королевства могут плохо закончиться. - Хм, - Кёнсу улыбнулся, будто бы ничего не слышал. - Повторяю в последний раз, можешь доесть. - Но... - Чонин. Ешь. Чонин понимал, что если сейчас он ослушается, то это будет его последняя выходка и принц уж точно велит казнить его. Он присел на колени перед своим господином и слегка нагнулся, чтобы откусить от стейка. Руки дрожали, а губы становились все ближе и ближе к полу. Слезы подступали к глазам и Чонин вдруг вспомнил свою семью, свою счастливую и прекрасную семью. Маму, которая постоянно готовила ему его любимый пирог, сестру, которая напевала песни по утрам, и отца, который воспитывал в нем мужчину. Если бы они сейчас увидели это, то очень бы расстроились. Чонину стало больно. Больно, что та прекрасная и счастливая жизнь стала такой. И когда от стейка его отделяли лишь пару миллиметров, он остановился. - Что такое? Ешь, - холодно сказал принц. - Н-нет... - Что ты там бормочешь? Я сказал ешь. - Нет, - Чонин сказал это совершенно спокойно, но к горлу подкатил комок, а глаза уже были полны слез. Он поднял голову на своего господина. - Я думал, вы не такой как все они. Я думал вы...понимаете, всю эту несправедливость. Но вы...лишь хотите посмеяться надо мной, как и все вокруг. - слезы покатились по смуглым щекам и голос стал немного дерганным. - Вы можете наказать меня...Приказать побить или запереть где-нибудь...но я не буду...Я не буду этого делать... - Чонин, - принц был совершенно спокоен, но в глазах его было какое-то...Чонин не мог понять что это.- А ты знаешь, что за неповиновение я запросто могу тебя казнить? Чонин лишь сглотнул, а слезы продолжали идти. Кёнсу взял нож со стола и, поднеся его к подбородку Чонина, легонько дотронулся концом лезвия кожи. - Все равно отказываешься? - Отказываюсь...Я уже устал от этого...С меня хватит, - Чонин прикрыл глаза в ожидании смерти. Да, возможно он погибнет глупо и может быть этого бы не случилось, не будь он таким гордым, но лучше так, чем всю жизнь повиноваться этому человеку, который так и хочет его унизить. "Отец, я все еще твой сын." Чонин открыл глаза, когда почувствовал как чьи-то пальцы осторожно стирают с его щек влагу. Шатен удивленно посмотрел на своего господина и очень удивился, увидев на лице Кёнсу грустную улыбку. Стерев слезы, Кёнсу обхватил лицо Чонина влажными ладонями и облегченно выдохнул. - Ты хорошо справился, Чонин, - мягко произнес он. - Никогда не забывай, кто ты есть на самом деле. - Что?...Господин? Кёнсу поднялся со стула и обойдя Чонина, сонно поплелся к кровати. - Я устал, - зевнул юноша. - Так что уже ложусь спать. А ты можешь съесть все, что на этом столе. Я ни к чему не притрагивался, кроме этого стейка. - Х-хорошо, - ошеломленный Ким не нашел в себе что-то более выразительное. Он абсолютно ничего не понял. - И да, Чонин, - позвал его Кёнсу, прежде, чем окончательно провалиться в сон. - Д-да? - Цени свою жизнь больше. Если тебе она так не нужна, то есть люди, которые будут сильно скучать, если ты вдруг умрешь. Ты все понял? - Д-да, молодой господин. - Хорошо, тогда поешь и ложись спать. Спокойной ночи. - С-спокойной, - Чонин перешел на шепот, ведь принц, кажется, сразу же уснул. - Спокойной ночи.. Молодой господин..