12 лет рабства

С наступлением утра все воспоминания снова испарились, улетели обратно, туда, где Кёнсу бережно их хранит. Жгучие лучи ударили в лицо и принц поморщился. Мы забыли задвинуть шторы, вспомнил он. Тем не менее, вставать все равно было нужно, ведь у будущего короля так много дел, так что с одной стороны хорошо, что они не задвинули их. На Чонина надеяться было бессмысленно, так как этот парнишка без всякого стыда развалился звездочкой на королевской кровати, еще и храпя при этом. Кёнсу ущипнул младшего за щеку, но тот даже не пошевелился. Это как надо уставать, чтобы так спать? Кёнсу слегка потрепал Чонина по волосами и окончательно проснулся. Он слез с кровати и направился в свою личную ванную, которая находилась в глубине комнаты. Там фарфоровый принц привел себя в порядок: искупался, сам оделся, уложил разлохматившиеся волосы и все прочее. Когда он вернулся в комнату, Чонин, как и думал Кёнсу, все еще спал. До подошел к спящему поближе и неожиданно вспомнил Кристал. Ведь Чонин также поджимает губки, а потом сладко ими причмокивает, немного припухшие глаза ото сна, да даже поза похожая. Кёнсу мягко улыбнулся и провел пальцем по линии шеи Чонина, без всяких дурных намерений. Киму стало щекотно, и он слегка дернулся, на что принц укрыл его одеялом и снова потрепал по волосам. - Поспи еще немного. *** - А не слишком ли много ты ему позволяешь, а?! - возмущался Бэкхён за завтраком. - Нет, я конечно понимаю, у тебя к нему чувства и все такое, - ворчливо жевал парень вишневый пирог. - Не чувства,а- - Да-да, долг и тому подобное. Не придирайся к словам. - Ничего. Пусть отдыхает, - Кёнсу сделал глоток белого вина и вздохнул. - Над ним наверное так издевались. Ни есть, ни спать нормально не давали. - Ты не знаешь наверняка. - Зато я знаю политику нашей страны, - Кёнсу задумался над чем-то, но продолжил. - Мы - высшее общество, так что тебе не понять. - А тебе понять? - спросил Бэкхён с толикой стервозности. - Нет, но...я могу представить. Бэкхён, не надо об этом. Ты же все знаешь. - Знаю и поэтому предупреждаю, другим это не понравится. - Не важно, понравится ли это другим. Я хочу этого для Чонина. Она бы тоже этого хотела. *** Из замечательного мира сновидений в реальность Чонина вернул довольно таки сильный шлепок по щеке. От неожиданности, парень резко вздрогнул и тут же распахнул глаза. - Долго еще собираешься валяться в королевской кровати? - скрестил руки на груди секретарь Пак. - О, Чан...Чанёль, - Ким сонно потер глаза. - Что ты здесь делаешь? - Оу, нет. Это ты мне позволь спросить, что ты делаешь в кровати Кён- Принца? - поправил себя Пак и кашлянул. - Как ты мог проснуться позже молодого господина? - Я не знаю...Он не разбудил меня, - пожал плечами Чонин. - Он должен тебя еще и будить? - нервно усмехнулся Чанёль, поражаясь такой наглости. - Нет-нет! Я вовсе не это имел ввиду! Вчера он сказал, чтобы я лег вместе с ним и я сделал так, как он велел! А утром он просто ушел! Пак не поверил своим ушам. - Говоришь, что он велел тебе лечь в его кровать? - недоверчиво переспросил он. Чонин незамедлительно кивнул. - Ничего не понимаю, - почесал подбородок секретарь. - Я вроде понял, что ты ему видимо приглянулся, но разрешить спать в своей постели.. Это как-то... - Странно? Глупо? Уму не постижимо? Ты не один такой. Я тоже так считаю. В комнату вошел паренек со светлыми волосами в фиолетовой беретке и красном костюме. - Бэкхёни...Мм, ты как всегда, - начал Чанёль, но встретившись глазами с испепеляющим взглядом королевского стилиста, все слова засели в горле. - Прекрасно выглядишь. - Спасибо, - фальшиво улыбнулся блондин. - Ненавижу твое лицемерие, но сегодня у меня нет времени, чтобы вправлять тебе мозги и учить хорошим манерам. - Неописуемо благодарен за то, что позволяешь мне мое скромное существование, - саркастично поклонился Пак. - Пф...начинается! - А вы...кто? - недоверчиво спросил Чонин, закутавшись в огромное белое одеяло. - Ч-что?.. Ты что, меня не знаешь? Пак готов был поклясться, что у Бэкхёна дернулся глаз. Он еле сдержал смешок, ведь совсем не хотелось попадать под горячую руку этого модника. - Да я же королевский стилист!!! - возмущенно топнул красной туфлей Бэкхён. - Как ты можешь меня не знать?! - Простите, мисс - Чонин тут же немедленно соскочил с кровати и поклонился ошарашенному Бэкхёну. - Я здесь недавно и еще не всех знаю. Пак разразился громким смехом. - Мисс?...Это ты сейчас кого так назвал? - с наигранной улыбкой спросил Бэкхён, злобно постреливая глазками в сторону угорающего Пака. - Простите. Мэм? - невинно захлопал глазами Чонин. - С меня хватит! За мной!!! - Бэкхён взял с кровати подушку и запустил ею в Чанёля. Потом он вышел за дверь, не забыв хлопнуть ею так, что весь дворец пошатнулся. - Что я не так сказал?.. Она вдова? - растерянно спросил Чонин. - Дело в том, что это парень, Чонин-а, - не прекращал смеяться Чанёль. - Оу...вот как. - Ага. - Я СКАЗАЛ ЖИВО!!! - послышалось за дверью, и Чонин, не дожидаясь ответа секретаря, пулей вылетел из комнаты, оставив Пака одного в королевских покоях. Минуты через две Чанёль успокоился пока заправлял кровать и мозг снова встал на нужное место. Закончив с легкой уборкой, он скрестил руки на груди и серьезно задумался над тем, что увидел сегодня утром. Все же, делить с рабом свою постель не королевское дело. И каким бы добрым не был Кёнсу, доброта не подходит сюда в качестве веского аргумента. Это странное чувство непонимания гложило Чанёля, и он решил, что ему следует спросить об этом самого Кёнсу. - И все таки...он точно кого-то мне напоминает, - покачал головой Пак. - Не уж то... И вдруг, к голове внезапно прилила кровь, и воспоминания выстроились в четкий портрет бледной рабыни аристократического происхождения, которая когда-то потеряла всю свою семью из-за интересного случая. Точно! Они очень сильно похожи. И почему до Чанёля дошло только сейчас? Неужели именно по этой причине Кёнсу так добр к пареньку? - Да нет...бред какой-то, - усмехнулся Чанёль своим же догадкам и вышел из комнаты. Ведь если это так, и Чонин действительно брат Кристал, то разговора о ее смерти не избежать. И возможно, что после того, как Чонин узнает о том, что произошло полтора года назад, он возненавидит все фарфоровое королевство, и всех, кто к нему относится. Включая и самого Кёнсу.