12 лет рабства

- Право - это небольшой ключик к свободе. - Тоесть, я больше не буду рабом? - обрадовался Чонин. - Будешь. - Тогда я ничего не понимаю, Чанёль. Секретарь скрестил руки на груди и понимающе кивнул. - Как бы тебе объяснить? Ты все еще будешь должен бесприкословно подчиняться указам принца, но только его указам. Так понятно? Тебе будет разрешено принимать пищу вместе с обычными поддаными, ты сможешь разговаривать со мной и Бекхёном более свободно. Тебе отведут отдельную комнату, и ты сможешь отдавать приказы рабам, у которых нет права, но сам ты полностью будешь пренадлежать принцу. И его желания всегда должны быть на первом месте, - объяснил Чанёль и сам удивился своему ораторскому таланту. - Ух ты! Да я отличный рассказчик! Верно, Чонин? М...Чонин? Шатен уставился куда-то в пол совершенно не обращая внимания на такого радостногр секретаря. - Еще не получил право, а уже игнорируешь меня? - хмыкнул Пак. - А? Что? Вовсе нет! - спохватился Чонин. - Я просто задумался! - Ну-ну. - Правда! Что ты такое говоришь? - Да шучу я, шучу, - Чанёль нежно потрепал парня по волосам и подмигнул ему. - Уже совсем скоро мы сможем быть друзьями прилюдно. - Это...здорово, - ответил улыбкой Ким. - Мне...мне нравится быть твоим другом. - Мне тоже. Жду не дождусь! До тебя только один раб получал право. - Да? Здорово! А как его... - Посмотрите-ка на него! Он ждет не дождется, - презренно фыркнули где-то из-за спины. Чанёль обернулся, а Чонин высунул голову из-за широкой спины своего собеседника. Обнаружив там главного королевского стилиста парни оба выровняли осанку, как в военном лагере, и замерли словно статуи. - Ты то чего строишься? - как-то непонятно хихикнул Бекхён и ткнул Чанёля пальцем в живот. - Мы между прочим с вами на равных, господин секретарь. - Э...не знаю. Ты так неожиданно подкрался. - Не подкрался, а просто вошел, - стилист громко фыркнул и злобно уставился на Чонина. - Но вы так увлеченно беседовали, что совершенно не обратили внимания на такую яркую звезду, что сверкает рядом с вами вот уже четыре минуты. - Извините, но о какой звезде идет речь? - недоуменно переспросил Чонин. Услышав этот хамский вопрос Бекхён покраснел и запыхтел как чайничек, а Пак не смог сдержать своей больной улыбки. - Что за хам! - возмутился Бэк. - Правильно мне Кёнсу сказал, чтобы я тебя перед балом подготовил! А то опозоришь все королевство! - Я? - Нет, я! - Ну, Бекки, он же не специально, - улыбнулся Чанёль. - А вас, господин секретарь, вообще никто не спрашивал. За мной, Чонин, - щелкнув пальцами, стилист покинул помещение. - Увидимся, Чанёль, - виновато вздохнул Чонин. - Ага. После этого шатен побежал следом за своим гламурным учителем, которого он если честно совсем не понимал, оставив Чанёля совсем одного. - Опять он разозлился, - пожал плечами секретарь. *** - Я велел тебе не сутулиться! - ткнул указкой Бекхён в лопатку Чонина, второй от неожиданности ойкнул. - Не ойкай мне тут! - Простите. - Меньше болтай, больше делай, - хмыкнул Бекхён. Чонин смиренно кивнул, а королевский стилист устало плюхнулся в дорогое кресло, нервно хрустя шеей. - Извините, но могу я задать вопрос? - поинтересовался Чонин, продолжая стоять на одной ноге с тремя книгами на макушке и старательно вытягивая носок, как ему и велели. - У тебя есть на это время? - Нет, но... - Тогда залепи дуло. - Зале?... - Замолчи короче говоря, - коротко пояснил Бекхён. Блондин устало прикрыл глаза, надеясь хоть немного отдохнуть, но ему помешал звук бьющихся об пол книг. Бекхён недоуменно уставился на Чонина, который будто так и планировал. - Что? - деловито произнес стилист. - Подними. - Вот об этом. Об этом я хотел вас спросить. - Почему ты должен поднять это? Ты... - Нет, при чем тут вообще книги, - фыркнул Ким. - Ты.сейчас.на.меня.фыркнул? - процедил Бэк. - Да, фыркнул! Что теперь? Прикажете мне отрубить голову? - ответил спокойно шатен. Бекхён хотел закатить скандал и вовлечь сюда Кёнсу, мол смотри как твой щенок на меня фыркает, но вспомнил что Чонин все же воспитывался аристократом в малом возрасте. Возможно, поэтому его дерзкая натура кое-где да проявляется. Бекхён вздохнул. - Слушай, ты еще даже не получил право. - А какое это имеет значение? - развел руками Чонин. - Вы будете ненавидеть меня даже после того, как я его получу. - Что? - недоуменно приподнял бровь Бен. - С чего ты взял, что я тебя ненавижу? Ты конечно подозрительный малый, но не настолько. - Но ваше поведение говорит об обратном. - Мое поведение? - Да, - кивнул Чонин и добавил. - Господин королевский стилист. Бекхён оглядел Чонина в полный рост и подпёр рукой подбородок. Действительно. Чонин неплохо выглядел да и неудобств особо не причинял. Так почему Бекхёну так хочется расцарапать этому мелкому его шоколадные щечки? Чтобы на метр к Чанни не подходил! - А, - тут Бекхёна осенило. Он ведь вечно крутится возле Чанни, а ушастый не прочь составить компанию Чонину. Вот что его бесит. Вот почему он так загорелся. Вот истиная причина. - Чонин! - грозно и неожиданно завопил Бекхён. - Ч-что? - Живо подними книги и за работу! - Но... - ЗА РАБОТУ Я СКАЗАЛ! - истерично прорычал Бекхён. - Х-хорошо, - растерялся шатен от неожиданности и принялся собирать книги. - СДЕЛАЕШЬ ЭТО, А ПОТОМ ТРИСТА ПРИСЕДАНИЙ, СТО ОТЖИМАНИЙ И ЧЕТЫРЕ КРУГА ВОКРУГ ДВОРЦА! В ДОСПЕХАХ!!! У Чонина отвисла челюсть. - Но за что? Так много... Как это поможет балу? - НЕ ПРИРЕКАТЬСЯ! ЗА БОЛТОВНЮ ЕЩЕ ДВА КРУГА! - Я молчу! -ЕЩЕ ОДИН! Чонин демонстративно прикрыл рот ладонями. Да, лучше бы он не поднимал эту тему. *** До самого начала бала Чонин так и не видел Кёнсу. Он был слишком занят своими супер-тренировками, а после них сразу же началась подготовка к выходу в свет. Костюм, прическа, манеры и прочее. Но Чонину это не казалось подготовкой, ведь все это он уже проходил будучи ребенком из благородной семьи. Это даже забавляло парня. Приготовления закончены. Теперь осталось лишь ожидание. Чонин ожидал в комнате Кёнсу, но второго там конечно не было. Принц давным-давно находился в парадном зале и приветствовал прибывших гостей своей самой доброжелательной улыбкой. - Где Чонин? - поинтересовался Кёнсу у Чанёля, даря "сердечко" еще одной гостье, которая в свою очередь вся раскраснелась. - В твоей комнате. Последние гости уже прибывают. Начнем церемонию через десять минут. - Хорошо, - Кёнсу запнулся. - Знаешь... - Что? - Я поручил Бекхёну готовить Чонина к балу. - Знаю. - Так вот, я сегодня выглянул из кабинета и увидел Чонина, несущегося в доспехах вокруг дворца...Что это было? - Бекхён. - М? - Бекхён говорю идет. - О чем шепчитесь? - улыбнулся блондин Кёнсу. Пака же одарил ледяным взглядом. - Кёнсу-я, выглядишь на все двести. - И тебе привет, Бекки, - поджал губки Чанни. - О, Чанни! И ты здесь! -стилист показтельно развел руками. - Я думал, что ты с Чонином. - Зачем ему быть с Чонином? Чонин ждет свего выхода в покоях. - Ты это у него спроси. Вечно крутятся вместе, - фыркнкл Бек и двинулся к блондинке в голубом платье. - О! Тэён-и, отличное платье! - Что это с ним? - удивился До. - Мне то откуда, - закатил глаза Пак. - знать... - Ладно. Пора начинать, - улыбнулся Кёнсу. *** Когда Чонина позвали, и он собирался выйти в парадный зал, некто преградил ему дорогу заслонив собой дверь. - Ким Чонин? - с усмешкой спросили его. - Да, а вы кто? - Я? - усмехнулся высокий парень со светлыми волосами. - Ах, да. Мы же не знакомы. Чонин заметил легкий акцент у этого хмурого паренька. Также он подметил, что у обоих кожа одного цвета. Наверное, это тоже раб? - Извини, мне сейчас нужно идти. Не мог бы ты... - Не мог бы, - прорычал незнакомец и хмуро уставился на ошарашенного Чонина. - Кёнсу мой и я не собираюсь делить его с кем-то еще! - Ч-что? В это время в комнату заглянул обеспокоенный принц, ведь Чонин задерживался довольно прилично. - Чонин, что ты де.. - Кёнсу? Ох, вот сейчас то ему не поздоровится. Даже Кёнсу точно разозлится на такое поведение, подумал Чонин и ему даже стало немного жаль паренька. - Тао?! - удивился принц и улыбка тут же осветила его личико. - Ты же завтра должен был приехать? - Я так соскучился! - голос незнакомца изменился, переходя на милые нотки, а сам блондин кинулся на шею принцу чуть ли не повалив второго на пол. Чонин недоуменно смотрел на этих двоих. На лице Кёнсу не было и тени злости. Что происходит? Почему он так рад? И кто такой этот Тао?