Зелья

Было невероятно приятно вспоминать это. Марта просто лежала на кровати и смотрела на подаренный снежный шар. Лили и Скорпиус были в Выручай-Комнате, и пытались хоть как-то снять проклятие. Впервые за несколько дней Марта забыла о проблемах. В пустом Хогвартсе жить было немного комфортнее. Не было надоедливых первокурсников, противных и наглых старшекурсников, множества профессоров. Блондинка бережно провела пальчиком по стеклянному шару, всматриваясь в него и вспоминая события двухдневной давности. - Марта, можно тебя на минуту? – девушка улыбается Альбусу и отходит от него. Рико держит что-то за спиной. – Я хотел тебя поблагодарить и подарить это. – Парень протянул небольшую коробочку, бережно спрятанную под разноцветной праздничной бумагой. Анна–Элизабет уже наколдовала музыку, и по комнате раздались мягкие ненавязчивые переборы гитары. Малфой благодарно взглянула на парня, и, поставив бокал с шампанским на столик, принялась открывать подарок. - С твоего позволения. – Уже стягивая алую ленту, произнесла блондинка. Нотт только заулыбался. Такой детский интерес не был присущ Марте. Но в эту ночь она была не такой, какой все ее привыкли видеть. Сегодня Фредерик впервые увидит Марту Малфой, какая она есть. Голубые глаза блондинки расширились, губы распылись в улыбке. Марта посмотрела на Рико и сказала: - Спасибо большое. Это невероятно красиво. В руках у слизеринки был сравнительно большой снежный шар. Внутри был Хогвартс, и даже можно было рассмотреть некоторые движущиеся фигурки. - Не за что. С Рождеством, Марта. – Нежно глядя на девушку и тепло улыбаясь произнес Нотт. Блондинка растаяла от его внимания и позволила себе улыбнуться шире. Марта осмотрела комнату. Это было похоже на сказку. Лили и Скорпиус сидели возле камина и о чем-то оживленно разговаривали. На шее у Поттер висел кулон, а Малфой не мог не сдержать улыбки. Анна – Элизабет так же наблюдала за этой парочкой и счастливо улыбалась. Заметив взгляд Марты, когтевранка подмигнула ей и продолжила разговор с Альбусом. Тот всячески пытался обратить на себя внимание. Восхищенно глядя на шар, Марта совсем не заметила, как быстро минутная стрелка сделала полный круг.

***

- Поттер, нашла что-то? – блондинка выглянула из-за стеллажа. - Кажется. – Таща огромную груду книг, сказала Лили. - А куда Малфой делся? Только что ведь здесь стоял? – открывая первую книгу, и помечая ее волшебным карандашом, спросила Энн. - Я отправила его к себе, чтобы выпил зелье от истощения и поспал. Для нормального человека это слишком. – Ища взглядом стремянку, ответила рыжая, закатывая рукава. Ее опять ждет увлекательное приключение в библиотеке на несколько часов. - Ну да, испытать на себе 12 заклинаний и выжить… - задумчиво говорила когтевранка, как вдруг Лили ее перебила: - И ни одно не сняло волшебного завещания. Даже ничего не произошло! – Лили перелистнула очередную страницу старой толстой книги, пробегая взглядом по страницам. В комнате повисла тишина. Анна – Элизабет знала, где искать ответ, но разве можно сказать, где оно хранится, человеку, который в это не верит? Блондинка только обреченно улыбнулась и перевернула еще одну страницу. Сокрушительно выдохнув, слизеринка потерла глаза и закрыла книгу в изумрудном переплёте. Вдруг Поттер застыла. Жадно читая книгу, девушка выпала из реальности. - Лили? Лили?! Лили! – Анна - Элизабет пыталась докричаться до подруги. Громко захлопнув книгу и быстро подбежав к рыжей, когтевранка мягко положила руку на плечо подруге. – Ты чего? Поттер захлопала глазами и отстраненно взглянула на Анну – Элизабет. Реальность понемногу возвращалась к девушке. Помотав головой, Поттер закрыла книгу, и молча вышла с библиотеки. Роденмар осталась стоять в библиотеке с удивленным выражениям лица и кучей домыслов. Какую книгу в руках держала Лили не было видно, но было понятно, что то, что прочла слизеринка удивило ее. Настолько, что Поттер не пожелала поделиться этим. Устало выдохнув, когтевранка осела на стул и запустила пальцы в белокурые волосы. На сегодня хватит.

***

Малфой без сил лежал на собственной кровати в спальне мальчиков. Поттер опять где-то бродил, забыв сообщить планы и местоположение. Скорее всего, опять прячется где-то. В последнее время любовь к тайникам и тайным местам Хогвартса выросла в нем. Опять Малфой остался в одиночку. Измученный, хорошенько побитый заклинаниями, один на один с календарём на стене. 20 дней до красной отметки на календаре. 20 попыток, 20 дней борьбы, 20 дней медленной смерти. Малфой все это чувствовал, и чем ближе, тем сильнее. Легкое головокружение превращалось в целую проблему. Он не мог понять, где он, не мог закричать или даже попросить о помощи. Сама мысль о том, что он умрет, убивало всякую надежду. Сначала это были зелья. Потом пыльца Лили, за которую Слизоронт ей бы выделил баллов эдак 100 на факультет за прекрасное исполнение. Потом заклинания, потом он сдался. Зато начала бороться Лили. И сегодняшний день прямое тому доказательство. На миг закрыв глаза, Скорпиус вспомнил некоторые моменты с сегодняшнего дня. Дверь Выручай–Комнаты со скипом открылась. В ней нет ничего. Даже какого-то диванчика. Совершенно ничего. От этого становилось жутко. Энн и Лили обеспокоенно смотрят на меня, а что я? Я ничего. Просто вскоре в меня полетит около десятка опасных заклинаний. Лили тяжело вздыхает. Я повторяю этот жест и понимаю, что это значит. Отошел на несколько фунтов от Лили и Энн, чтобы по ним не срикошетило. Энн достает палочку. Вижу ужас в глазах Лили. Наверное, я и сам выгляжу не лучше. Утром опять был припадок. Ал сказал, что минут двадцать я лежал неподвижно с открытыми глазами. Лили об этом не знает. - Ексьют! – Энн делает выпад, и серебристый луч летит мне прямо в лицо. Инстинктивно тянусь к карману, где лежала палочка. Палочки там нет. Я стою на ногах, и все также чувствую головную боль. Лили почему-то облегченно вздыхает. Я повторяю за ней. Когтевранка молча продолжает дальше. За что я ее не люблю, так это за особый напор. Вероятно, пока все заклинания на мне не перепробует не успокоится. Для меня это ничем хорошим не пахло. - Пургаре, – снова произносит блондинка. Снова ничего. - Но почему?! – психует блондинка и оборачивается к Лили. Та все еще смотрит на меня. Я на нее. - Я думаю, что Нарцисса решила защитить Скорпиуса. Чтобы мы не смогли снять заклинания. – Медленно рассуждала рыжая. Ей не нравилось все это. - Но на каждое действие есть противодействие. На каждый яд – противоядие, значит и на это заклятия есть свое! – твердила Роденмар. По взгляду Лили я понял, о чем она подумала. Но ведь если я найду ту девушку, которую полюблю, это не будет заклятием. Это ведь не магия. Словно прочитав мои мысли, Поттер горько улыбнулась и тихо сказала: - Любовь - сильнейшая магия в мире. - Лили, не время цитировать Дамблдора, - листая очередную книгу, сказала Энн. Меня уже немного передернуло, когда она решительно кивнула, и опять направила на меня палочку. - Адусмалум. Меня оттолкнуло, и я шагнул назад. Удар пришелся несильным, но прогресс был ощутим. Что-то во мне казалось, изменилось, но вскоре опять вернулось. На этот раз палочку вытаскивала Лили. Это было даже смешно. Лили прекрасно знала ЗОТИ, и давненько рвалась со мной встретится в магической дуэли, а тут такая ситуация. Я безоружен. Моя жизнь в ее руках. Как пафосно. - Илюдверумесиум, – полушепотом произносит заклинание рыжая. Все что я помню, перед тем как отлететь к дальней стене. - Мерлин. Прости! - рыжая уже сидит возле меня и держит в своих руках мою голову. - Знаешь, если меня не убьет проклятие, это точно сделаешь ты. – Хриплым голосом пытаюсь шутить я. Лили смеется, хотя говорит совсем другое. - Ты глупый мальчишка. Нельзя шутить с такими вещами. - И именно поэтому ты смеешься? Лили только покачала головой и помогла мне встать. Следующие несколько заклинаний Анна – Элизабет пыталась сделать что-то, но все тщетно. Последнее заклинания произнесла Лили и меня вновь отбросило к стене. Да, Поттер была сильной волшебницей. Я бы сказал, даже слишком. А дальше все как в тумане. Очередной приступ. Голову словно сковали железными путами, и стало тяжело дышать. - Малфой… С тобой все в порядке? Лили выглядит обеспокоенно, все так плохо? – войдя в комнату, спросил Поттер. Брюнет выглядел усталым из-под свитера небрежно виднелась футболка, волосы на голове спутаны, вероятно, что и мысли в голове тоже были перепутаны. - Не так уж и плохо, как может быть. И не такое переживали, старина. – Улыбаясь, ответил блондин. Кожа его выглядела бледной, и под глазами залегли синяки. - Мое заклинание работает ужасно. – Посмотрев на друга, вынес свой вердикт Альбус. - О, нет. Я просто снял его, как пришел. Да и твоя сестрица изрядно меня потрепала. – Закрывая глаза, повествовал Малфой. Каждое утро Альбус делал заклятие для Скорпиуса, которое скрывало его бледность, синяки под глазами и даже изредка помогало скрыть выпирающие вены на руках. Малфой был благодарен, ведь сам это заклятие наложить он не смог бы. Малфой чувствовал себя чертовски больным. Сначала зелья, потом пыльца, потом заклятия Ала, а теперь и микстуры от Лили, которые помогали бороться с головной болью. - Ты Марту не видел? – снимая свитер, спросил Поттер. Малфой открыл глаза и строго взглянул на друга. - Что происходит? Ты ведешь себя как глупец. – Поднимаясь на локтях и пробуравив взглядом друга, спросил Скорпиус. - Ничего. Меня просто бесит этот Нотт, и ты обещал не влезать. – Сдерживая гнев, заговорил Альбус. У него всегда были проблемы с самоконтролем и это было проблемой и Лили, и Скорпа, и частенько Марты. - Ал, она – моя сестра. Я волнуюсь за нее. – Твердо говорил блондин. Эта твердость в голосе стоила ему многого. - Думаешь, мне нет до нее дела?! Скорпиус, ты все прекрасно знаешь! – начинал срываться Поттер, и, сняв обувь, сел на кровать. - В том-то и дело, я не знаю, что происходит. Я слишком долго ничего не делал, и теперь все вот так. – Повторив жест друга, произнес Скорп. - Как это вот так?! Скорп, давай не будем. Я знаю, что делаю. - И что ты делаешь? Пудришь моей сестре мозги?! – закипал Малфой. Вдруг в нем появилось столько злости, что сложно было держать ее в себе. - Что ты несешь?! Ты знаешь, что она мне не безразлична. – Резко встал босыми ногами на холодный каменный пол Альбус. - Не видно! Ты с ней только играешь в свои глупые игры. Если она тебе не безразлична, так скажи ей об этом! – также поднявшись на ноги, крикнул Скорпиус. - Сам знаешь, что не могу! – делая шаг на встречу блондину, прошипел Поттер. - Ложь! Ты трус и лжешь себе. И мне, и Лили, и Марте. Да всем вокруг. Тебе просто не нравится, что Марта обратила внимание на другого! Но ты не в праве запрещать ей этого! - голос Малфоя становился все жестче и грубее. Вся та депрессия и злоба вот-вот вырвутся наружу. - Да пошел ты! – сжимая кулаки, выплюнул Ал и ударил друга по лицу. Голова блондина метнулась в сторону и Скорпиус не успел подумать, как дал сдачи. - Зато ты тоже молодец! Пудришь мозги моей сестре, а она ведь заботиться о тебе! – прокричал Альбус перед тем, как кулак Малфоя пришелся по грудной клетке брюнета. - Не смей говорить о ней, ты ничего не понимаешь! – схватив Поттера за воротник футболки, прошипел Малфой. - Действительною. – С сарказмом произнес Поттер, и со всей силы ударил друга в живот. Блондин отлетел на метр к двери и вдруг накинулся на слизеринца. Один удар по голове и один удар ниже легких.

***

Лили сидела в гостиной и объясняла Марте о своей находке. Блондинка с опаской смотрела на подругу. - Ты же понимаешь, что это опасно! И это почти невозможно. – Марта смотрела на рыжую с некой болью и грустью. Это только ее решение, и если Лили надумала, то она это сделает. - Но это единственный шанс, если мы не снимем заклятие за 20 дней. Это лишь страховка, Марта. – С надеждой произнесла Поттер. Девушка собиралась сказать еще что-то, как вдруг наверху раздался грохот, и дверь комнаты мальчиков рухнула. Девушки поднялись с мест и посмотрели на лестницу. По ней катились Альбус и Скорпиус. Сцепившись, они дрались. Скатившись в гостиную, Альбус перекатился и, оказавшись наверху, со всей силы колотил друга по лицу. Вдруг Малфой коленом ударил Поттера и они поменялись местами. Придавив брюнета коленом к полу, Малфой ударил Поттера по лицу и занес кулак, чтобы ударить еще раз, чтобы окончательно добить Поттера. - Стойте! – истошно закричала Лили. Рыжая бросилась разнимать брата и друга. Марта пыталась снять Скорпиуса. - Не лезь! – рявкнул Альбус в порыве злости. - Вы с ума сошли?! – взглянув на лица парней, спросила блондинка. Лили помогла встать Скорпиусу, Марта подставила кресло для брата. Альбус уже стоял на ногах. Лили хотела подойти к нему, но Альбус отмахнулся. - Иди к нему и сотри ему кровь! Ты ведь с ним носишься! – гневно крикнул Поттер, махая рукой в сторону Малфоя. Все в комнате застыли. Скорпиус потирал костяшки, разбитые в кровь, Марта уже держала в руках бинты и пластырь. Лили стояла в шагу от Альбуса. В ее глазах застыли слезы. Впервые за много лет Альбус увидел слезы сестры. На щеке рыжей была видна кровь. Не ее. Скорее всего, Альбуса, которому Лили помогала подняться. - Альбус… - прошептала девушка. Голос ее казалось совсем охрип от зимней стужи, и в комнате воцарилась гробовая тишина. Альбус прерывисто дышал и смотрел на сестру. - Прекрати! Ненавижу твои спектакли, я же все вижу! – не желая успокоиться, кричал Поттер–средний. - Тогда не буду злить тебя своими спектаклями. – Сдерживая слезы, и глубоко дыша, произнесла Лили. Подняв с земли книгу, рыжая поднялась наверх. Медленно, слегка пошатываясь и опустив голову вниз. - Ну и что ты натворил? – с ужасом в голосе спросила Марта. Блондинка презрительно взглянула на парней и поспешила подняться наверх. - Ну, что стоишь? Беги за ней! Ведь вы всегда выбираете друг друга! – прокричал Скорпиусу Альбус. - Ты полный придурок, Поттер! – вытерев кровь с губы и взяв бинты, произнес Скорпиус. Альбус только ударил ногой диван и вышел прочь из гостиной. Малфой от злости сбросил все с тумбочки, и, схватившись за голову тяжело вздохнул. Не хватало только ссоры с Альбусом. Ночь медленно спускалась на землю, закрадясь в души людей. Каждый искал в ночи что-то особенное, что-то свое. Кто-то покой, в котором можно было спрятаться от всех, кто-то тишину, от которой порой можно было оглохнуть, кто-то искал самих себя в темноте, ведь так лучше видно. В темноте совсем не видно лиц, и от этого было легче искать родные души. Скорпиус просидел в пустой комнате два часа. Альбус так и не пришел, и от этого становилось тошно. Лили и Марта закрылись у себя в комнате, и иногда Скорпиус слышал всхлипы Лили и несколько утешительных слов Марты. Нижняя губа все время болела, и часто бросало в дрожь от холода. Малфой взглянул на часы, и потом на открытый чемодан Альбуса. Оттуда виднелся чистый пергамент бумаги, сложенный в несколько раз.

***

Поттер два часа сидел за гобеленом на четвертом этаже. Он хотел вернуться назад и извиниться перед Скорпиусом, а главное, перед Лили, но как только он подумал о том, что придется проглотить все те обидные слова, которые сказал Скорпиус, Поттеру становилось плохо. По сути, Альбус этого и добивался. Он хотел отдалиться от Скорпиуса, что бы после его… ухода, было не так противно и больно. Альбус Поттер боялся боли и боялся терять. Зная, что потеряв Скорпиуса, он потеряет и Марту, и часть Лили, слизеринец сходил с ума. Это было словно домино, выставленное в колонну. Стоит упасть одной – упадут все. И упадет и Альбус. Легонько ударившись головой о стену, Поттер тяжело вздохнул и спрятал лицо в ладони, а затем запустил пальцы в непослушные волосы. В последнее время все было слишком сложно для него одного. Скорпиус был занят спасением своей задницы, и это Альбус понимал, но часто он ревновал сестру к другу. Конечно, Скорпиус требовал большего внимания к себе, чем Ал, ведь Поттер не умирал, но так хотелось, чтобы Лили снова была рядом с ним. Чтобы эта рыжая девчонка снова таскала у него тайком конфеты, а он всегда оставлял их в одной и той же тумбочке. Да вот только прошло время, когда конфеты лежат в тумбочке, но уже давно не исчезают. Лили давно выросла и не нуждалась в старшем брате, но Альбус нуждался в Лили. С Мартой все было намного сложнее. С каждым днем она становилась всё более невероятной. Смелее, преданнее, красивее, умнее. И от этого становилось только хуже. Теперь на нее смотрел не только Альбус, но и Нотт. Достойный соперник, который, казалось, уже выиграл на фоне Альбуса. Марта помолвлена с Ноттом и вправе отказаться, но пока что она этого не сделала. - И не сделает, ведь я последний придурок. – Вслух подумал Поттер. - Не смогу не согласиться. – Открывая гобелен и бросая на пол ботинки, произнес блондин. Альбус чуть напрягся, когда Малфой сел рядом. – Будешь? – протягивая бутылку виски, спросил Скорп. - Отказываться не буду. – Взяв бутылку и отпив из горла, Ал поморщился. – Как ты меня нашел? - Карта Марадеров. Лежала на видном месте. – Протянув Поттеру сверток пергамента, признался Малфой. Брюнет усмехнулся и, положив карту, посмотрел прямо. - Прости меня. – Выдавил из себя Альбус после минутной молчанки. Скорпиус только улыбнулся. - И ты меня. Мне даже как-то полегчало. – Признался аристократ и взглянул на друга. Брюнет засмеялся, хотя щека все еще болела, и смеяться было больно. - Да ладно, что было то было. Лили очень расстроилась? – осторожно спросил Поттер, отпивая еще виски. - Да. Кажется, она даже плакала. – Взяв бутылку у друга и отпив из нее, Скорпиус выдохнул воздух. - Ох, наверное, я сильно её обидел. – Тяжело вздохнув и посмотрев на свои ноги, сказал Ал. - Боюсь, что здесь сладостями ты не обойдешься. - Да ладно, «Барти» кого угодно задобрят. Секунду помолчав Скорпиус и Ал засмеялись. После каждой бури всегда природа дышит по новому. После проливного дождя всегда будет видно только чистое небо. Так и с дружбой: после большой драки она только крепнет.