Зелья

Впервые за многие дни гостиная Слизерина и вправду ожила. Многие ребята возвращались из дома, хотя до учебы было еще честных три дня. Именно поэтому в Хогвартс возвращались все. Традиционно перед учебой ученики закатывали какую-нибудь вечеринку или посиделки. Сами понимаете, что второе было намного реже, чем первое. Но причина суеты в комнате Лили сегодня была другой. Ванесса, соседка Марты и Лили, все время трещала о том, как круто провела каникулы во Франции. Лили только периодически «угукала» лишь бы противная соседка не приставала с вопросами. Когда Лили уже в последний раз проверяла, всё ли она взяла на свадьбу Джеймса и Кэтрин, Ванесса спросила: - Лили, а что это у тебя за кулон? Чей-то рождественский подарок? Ванесса МакАдамс была терпима и иногда даже полезна и приятна в общении, несмотря на немалую долю цинизма и эгоизма в ее хрупком загорелом тельце. Но худшим в Ванессе была её догадливость. Она без лишних вопросов могла все понять сама и часто понимала даже больше, чем сам человек. Такой себе Шерлок Холмс в женском обличии и менее циничный. Лили проигнорировала соседку и совершенно зря. Такие как Ванесса с кожи вон лезть будут чтобы на них обратили внимание. Они любым способом заставят заметить их даже в тысячной толпе. - Лилия так мило сочетается с твоим именем, к тому же это знак очищения у магглов, так что могу предположить, что куплен кулон не в магической лавке украшений. Так что это за поклонник, который мнит тебя чистой и неприкосновенной? – с победной улыбкой спросила МакАдамс. Марта и Лили смотрели на Ванессу. Причем Малфой с легкой усмешкой, а Лили совсем ошарашено. - Это мне подарил Малфой, – сделав как можно привычный вид и спокойный голос, произнесла Поттер. Слизеринка поднялась с кровати и, направляясь к двери, бросила через плечо: - Значит, я оказалась как всегда права.

***

Дом Джеймса и Кэтрин был не очень большим и поэтому они смогли приютить только мать Кэтрин, Джинни, Лили и Альбуса. Как только в каменном камине вспыхнуло изумрудное пламя, девушка крикнула: - Джим, кажется это они. Молодой волшебник сбежал с лестницы и, словно маленький ребенок, смотрел на то, как медленно в камине меркнет костер, а из него образуется фигура его братца. С остатками зубной пасты на щеке, Джеймс Поттер побежал обнимать брата. Полгода, которые Джим не видел братца и сестру пробудили в нем невероятную сентиментальность. - Старик, уже окольцован? – бросая сумку с вещами на пол и шагая навстречу старшему брату, спросил Альбус, не заметив небольшой, хрупкой девушки в углу комнаты. - Ты все такой же глупец, Ал, – засмеявшись и потрепав брата по волосам, спросил Джеймс. Слизеринец уже было открыл рот, чтобы возразить о чем-то, но вдруг огонь полыхнул еще раз, и Джеймс буквально застыл. С Лили они всегда были крайне близки, и Джеймс как никто иной волновался о Лили, любил ее, хранил от всех возможных невзгод, лично лечил простуду и учил заклинания, чтобы залечить разбитые коленки. Одно он не мог вылечить - скомканную душу сестры. И этот недуг Джеймс заметил сразу после того, как увидел, какой красивой она стала. Во взгляде опыт, ответственность, мудрость, а ведь ей всего-то шестнадцать стукнуло. - Здравствуй, Джеймс. – Нежно улыбаясь, и бросая на пол сумки, Лили полетела к брату. Джеймс крепко обнял сестру, про себя замечая, как она исхудала. - Я думал ты все та же, а так изменилась. Неужели Ал, не уберег тебя? – взяв сестру за плечи и вновь осмотрев ее с ног на головы. Лили, счастливо улыбаясь, спросила: - От чего, Джим? - От взросления, рыжик. Этот короткий диалог заставил всех в комнате помолчать, словно в память о минувшем детстве. - Ах да, знакомься, это – Кэтрин, моя жена. – Не отпуская, сестры из объятий, указал старший из детей Поттера, на девушку, всё это время стоявшую в углу комнаты. Это оказалась достаточно высокая, худая девушка с угольными волосами до лопаток, и синими глазами, которые с такой нежностью взирали на мир. - Приятно познакомиться, прости, что раньше не познакомились, просто я тогда не смогла быть дома. – Сказала Лили, глядя на будущую жену брата. Когда Джим знакомил Кэтрин с родителями, Лили сдавала очередной экзамен в Хогвартсе. - И мне очень приятно Лили, рада видеть тебя здесь. И кстати, Джим, я еще не твоя жена. – Как-то с хитрым взглядом и довольным тоном, произнесла брюнетка. Рыжая улыбнулась. Просто Кэтрин хотела еще раз услышать от Джима, что всего через несколько часов она станет Поттер. Девушки хитро переглянулись, и пока Джим возражал своей невесте, Ал уже уселся в кресло гостиной. - Может, чаю? – по-хозяйски, спросил слизеринец. Все в комнате засмеялись. - Да, Ал. Сделай мне чай, три сахара и без лимона. – Скомандовала Лили, и Кэтрин улыбнулась. Что-то было схожее у Лили и Кэтрин. Когда парни ушли отнести вещи Лили наверх, слизеринка осталась наедине с невестой старшего брата. Стало как-то неловко, ведь придется делить любимого брата с какой-то девушкой, какой бы хорошей она не была. - Знаешь, он с тобой очень заботлив, – нарушила тишину Кэтрин, мешая в чашке сахар. Лили поняла все, и улыбнулась. - Если бы не он, я бы сошла с ума. Знал все мои болячки, знал все мои проблемы, а еще поименно моих парней. Зачем это ему, я не знаю, но он их знал. Вашему ребёнку повезет, ведь он не просто замечательный брат или муж. Он будет превосходным отцом, за это я ручаюсь. – Доливая в чай молоко, говорила Лили. Кэтрин сначала просто застыла в удивлении, но затем прямо расцвела в улыбке, и на ее сапфирах появились слёзы. - Ну, уж нет, тебе рыдать не стоит. Иначе Джим мне голову открутит. – Ставя молоко и подходя к невесте брата, произнесла Лили. Девушка засмеялась и, смахнув странные слезы, заговорила: - Я понимаю, как он стал таким. Рядом с тобой люди становятся другими, Лили. Я знаю тебя лишь пару минут, но я в этом уверенна. Рыжая застыла и даже не услышала шагов братьев.

***

Утро следующего дня по праву можно было назвать безумным. Джима выгнали в другую часть дома, Ал поплелся за ним, мистер Поттер и еще несколько людей были с женихом, а вот миссис Поттер и сестра Кэтрин опаздывали. - Господи, а кто же мне прическу сделает, Мерлин, с ума сойти, такой важный день, а у нас не все по плану. – Взвыла Кэтрин. Лили, взяв шпильки со стола, усадила невесту на стул перед зеркалом, и, расчесывая волосы девушки, говорила: - Знаешь, я бы волновалась по поводу того, что тебе придется жить с моим братцем. Каждое утро до скончания дней готовить его любимую шарлотку, а еще его любимую яичницу, а когда у вас родится сын, а поверь мне, он родится, то он будет точной копией моего брата. Понимаешь ли, генетика у нас неслабая. А ты волнуешься только по той причине, что у тебя прическа будет сделана не в 7:30, а в 7:31?! – поднимая две пряди, и вплетая их в прическу, Лили закрутила последнюю прядь и на пару секунд отошла. Кэтрин была превосходна. Длинное белое платье было невероятным. Плечи укрыты тонким ручным кружевом, а атласная тонкая ткань облегала талию и грудь брюнетки, а далее спадала волнами, оставляя длинный шлейф. - Я готова ему душу отдать, а вечность с ним будет только подарком. – Взволновано, но с нежностью говорила невеста. - О нет, меня сейчас стошнит. Я и неделю со своим братцем не вынесу. – Прыснула слизеринка, и, поправив платье, спустилась с лестницы, оставляя невесту в одиночестве. Лили неведомо это чувство, когда готов провести вечность с одним человеком. Как это? Весело? Скучно? Может, это интересно? Сомневаюсь. *** Свадьба у Поттеров была для меня не самым веселым действием. Я вообще не любил свадьбы. С недавних пор. Видите ли, с недавних пор моя жизнь висит на волоске, и если все это не закончиться свадьбой, то закончиться гробовой доской. И вероятность, что второй вариант будет более реальным с каждым днем все выше. Запивая противные на вкус тарталетки, я осмотрел всех. Уже довольно пьяные Джим и Кэтрин танцуют, не отходя друг от друга. Когда я смотрю на них меня мучает один вопрос: пожалеют ли они? Вдруг они сделали неправильный выбор, и что тогда? Ссоры, битая посуда, чемоданы и развод? Разве так должна заканчиваться любовь? Вместо одного вопроса тысячи. Наверное, никто не знает ответа на эти вопросы. Прямо самому противно от этой философии, но когда человек умирает, он начинает думать. Может, чтобы жить, как люди, нам нужно каждый день умирать? - Скорпиус, подержи мои туфли. – Подбежала ко мне Марта. Босиком по белоснежному песку, в мокром платье, пахнущем морем, моя сестрица прямо сияла от счастья. А ведь женился человек, в которого она была влюблена. - Ты что собралась делать? – держа в руках туфли сестры, чуть не уронив бокал с шампанским, спросил я. - Кэтрин бросает букет. Вдруг поймаю букет и выйду замуж, – Предположила Марта, и, поправив волосы, побежала ко всем девчонкам. Все шептались, буквально готовились к прыжку, словно на олимпиаде. Одна Лили стояла спокойно и только смеялась над всем этим. Рыжая стояла возле Марты, почти в центре кучи. Ее рыжие волосы на закате у берега моря казались алыми, словно они из огня. И от этого зрелища становилось тепло. Это невероятно чувствовать себя живым, спустя столько дней. - Ну что, раз… - становясь спиной ко всем, произнесла Кэтрин, уже с кольцом на пальце, - два… - чуть качая букетом, говорила невеста, - три! Букет взлетел в небо, и все девчонки запищали. Кажется, громче всех пищала Марта. Затем я увидел, как букет белых лилий приземлился в чьи-то руки. Девушка застыла в удивлении, а вместе с ней застыл и я. Это была Лили. В своих руках она держала букет невесты. Её карие глаза расширились не то от ужаса, не то от удивления. Мой бокал всё-таки упал на песок, и я поймал взгляд Лили. Мерлин, как же я был глуп. Не все зрячие видят.