Вопреки

Мои слезы застыли После всех лет этой боли, Мое сердце окончательно решило Вновь биться быстрей... Теперь я ощущаю пробуждение И больше не смотрю назад, Я загадочным образом встала на светлую сторону своей души. Все, о чем я вспоминаю – это момент, В который исчезла печаль, Я грустила о падении в пучину страсти, но теперь снова стою на ногах. Я хочу переписать этот рассказ, И не только то, что казалось безумным, – Как я могла жалеть о том, что оказалась сильнее, чем я есть? Lara Fabian «I've Cried Enough»

Пробуждаюсь под спокойные удары сердца любимого. Рицка… Рицка вернулся ко мне… Я лежал головой на его груди и слушал, слушал, слушал. Так много времени прошло с тех пор, как мы в последний раз засыпали вместе! Еще вчера я и представить себе не мог, что снова буду сжимать его податливое тело в своих объятиях. И мечтать не мог увидеть его. Еще вчера он был мертв. Мертв для меня… Какой же я слепец! Как я мог сдаться? Почему так долго убегал от очевидного?! Ведь с ума я сходил именно потому, что отказывался принять реальность. Из-за меня котенку пришлось так долго страдать! Осторожно скольжу пальцем по шраму на твоем предплечье – выражение выплеснувшейся ненависти Ритсу. Я так хотел защитить тебя от него, но даже этого не смог. Какое же я никчемное создание! Обрек любимого человека на все эти истязания… Ведь это сделал я. Предал его. Предал одного-единственного человека, который видел и любил меня. Как теперь могу, после всего, что ему пришлось перенести из-за ме… – Подумать только! Возглас Рицки выводит из раздумий. Юноша выскальзывает из-под одеяла и начинает одеваться. – Рицка? – Я ухожу, Соби. – Что?! – Я не нужен тебе! Я-то думал, что что-то изменилось, но все осталось по-прежнему! Что тогда, что сейчас тебе нужен лишь повод для терзаний! Я этим поводом быть не собираюсь! Боги, как я раньше не замечал, что ты так любишь жалеть себя! – Рицка, остановись! Подхватываюсь и бросаюсь за ним. – Нет. – Стой! Держу его за руку. – Отпусти. Равнодушие в голосе убивает. – Не уходи! – Отпусти мою руку. – Отказываюсь. – Приказ. – Я не отпущу! – Идешь против приказа своей Жертвы? – Да! И против нашей совместной глупости. – Что? – Рицка… – Соби! Хватит лгать! Я слышал все твои мысли! Каким же дураком я был… Отворачиваешься, стараясь скрыть блеснувшие в глазах слезы. – Не нужно было появляться, нужно было оставить тебя в покое. Лучше бы я и вправду умер! – Что?! Хватаю его за плечи и зашвыриваю на кровать. – Ты что сейчас сказал?! Повтори это, глядя мне в глаза! Лежащий подо мной юноша испуганно замер. Я наклонился, очерчивая языком серебристые буквы Имени. «Довольно, Рицка. Я признаю, что виноват. Мы оба виноваты в том, что не говорили друг другу правды, действовали в одиночку. Мы оба знали, что твой брат жив, но никто не признавался. Объясни я тебе заранее, почему я должен был уйти с Сеймеем, и ты бы не кинулся меня спасать. И не было бы ничего, что последовало за этим. Расскажи ты мне, что ты искал и зачем, я бы тоже делал меньше глупостей. Мы не полагались друг на друга, Рицка. То, что мы делали, это… это…» «Дурная забота», – подсказал нужное слово любимый. «Именно! Я не хочу потерять тебя вновь, котенок» «Я тоже не хочу лишиться тебя, Соби» «Значит, – я припал к его губам, – отныне мы будем вместе» «Вместе», – эхом мысленно вторил мне Рицка, покуда наши языки сплетались друг с другом. «Нам предстоит долгий разговор» «После. Все после, Соби» Юноша зарылся руками в мои волосы, сильнее притягивая к себе. Не прерывая поцелуя, подхватываю его под спину. Немного неуклюжий поворот, но вот Рицка восседает на моих коленях. Пальцами скольжу вдоль заживающих рубцов, напитывая силой, навсегда стирая их со спины любимого. Жаль, что шрамы убрать невозможно. Его хвост скользит по моим бедрам, оглаживая то с одной стороны, то с другой. Шерсть приятно щекочет кожу и… Стоп! Хвост?! Руки мгновенно взлетели на макушку Рицкиной головы, судорожно ощупали пушистые треугольнички. Я отстранил разгоряченного юношу и стал лицезреть среди его смолянисто-черных волос светлые ушки. Со смехом, что начал пробирать, я не мог ничего поделать, как не старался. Рицка обиженно надул губки. Смотреть на это черно-белое насупленное чудо оказалось выше моих сил. Я повалился навзничь и стал хохотать. Отсмеявшись, поворачиваюсь к Рицке, по связи почувствовав, что он мной любуется. «Что?» «Смех идет тебе, Соби» «Тоже могу сказать и тебе», – улыбаюсь в ответ. – Но, Рицка, – уже вслух продолжил я, – как объяснить этот феномен? Я цапнул и потащил его блондинистый хвост. – Эй! – он перехватил мою руку. – Больно же! Я удивленно поднял брови. – У этого феномена не только объяснение, – подергивая ушками, произнес юноша, – но и имя есть. Нагиса, – обреченно выдохнул мой мальчик. – Не понял. Придвигаюсь ближе, обеспокоенно оглядывая Жертву. – Это ее специальная разработка. Он с досадой дернул за светлое ушко. – Черт! Больно, хоть и искусственное. Мне не объяснили деталей, но каким-то образом они подсоединяются к нервным окончаниям, а потому ведут себя как настоящие. – Рицка, – внезапная серьезность моего тона заставляет юношу напрячься. – Что они с тобой делали? Я хочу знать все… Меня прерывает трель телефона. Рицка нехотя встает и находит в сумке мобильник. – Где тебя носит?! Битый час здесь торчим!!! – крик звонившего оглушает даже меня. – Вот черт! Сейчас будем. Нелюбимый сбрасывает звонок, и вновь начинает метаться по квартире, собираясь. – Рицка, постой! Пытаюсь поймать, но парень ужиком выворачивается из рук. – Соби, нам нужно спешить. Им нельзя долго светиться в людном месте. – Рицка, оставь же в покое эти вещи! Блузка тебе больше не пойдет. – У, черт, точно! Аояги резко меняет курс и зарывается в плательный шкаф. – Выкинуть все нахрен! Юноша выгребает свои вещи и с досадой отбрасывает их в сторону. – Что такое? – спрашивает он, встретившись с моим осуждающим взглядом. – Они мне малы. – Я не о том. Ты стал слишком много ругаться, Рицка. – Да? А вот я удивляюсь, как ты при своей жизни в Школе не стал разговаривать одними матами? – Мне бы отрезали язык. Или сенсей, или Сеймей. Рицка вздрогнул и тут же отвернулся. – Малыш, – подхожу и заключаю в объятья, – это же была шутка. Кому нужен немой Боец? Какой с него прок? – С чувством юмора у тебя все также плохо, Соби. – Я больше не буду, Рицка. Но и ты должен пообещать мне, что прекратишь портить свою речь. – Обещаю. – Не годится. – Что? – Обещание, не скрепленное поцелуем, не действует. – Хитрюга, – Рицка легко касается моих губ. – Не верю. – Нас же ждут, – беспомощно хнычет Жертва, прижимаясь ко мне все ближе. – Подождут еще немного. Охватываю ладонями его лицо, увлекая в долгий, глубокий поцелуй. – Соби… – просительно шепчет юноша, уткнувшись носом в мою шею. – Я подберу для тебя что-то из своих вещей. – Желательно с капюшоном. И вот еще что, Соби. – Да, Рицка? Он отстраняется, внимательно меня оглядывая, а через мгновение мне прилетает легкий удар в лоб. Покуда я моргаю удивленно, Рицка прижимается губами к обиженному месту. – Я мог понять все, но чипсы и кола, Соби?! Уж не обессудь. Счастливо улыбаюсь, нежась под его ласкающими пальцами, зарывшимися в мои волосы. Рицка вернулся.

–//–

Возникаем в глухом переулке. Испуганный бомж таращит на нас глаза. – Забудь. Сорвавшийся с пальцев Рицки силовой вихрь окутывает мужика, проникая в сознание. Через секунду бомж теряет к нам всякий интерес, продолжая копаться в скудных пожитках. Меня пробирает оторопь. Властный Рицка, свободно пользующийся Силой, расходится с жившим в голове образом. Он похож не на котенка, а на молодого гепарда. Статный, гибкий, сильный. От парня веет опасностью, а его взгляд лучится знанием и непоколебимой волей. От него невозможно отвести взгляда, и меня охватывает волной восторга. Я верил, что Рицка превзойдет брата, но и подумать не мог, что к восемнадцати годам он сможет настолько раскрыть себя. – Идем. Юноша увлек меня вперед, и скоро мы оказываемся на людной улице. Рицка устремляется к кафе через дорогу, откуда… нам вовсю строят рожи Зеро. Куда же без них? – Трем своим глазам не верим! Нули театрально всплескивают руками, изображая изумление. – Не Аояги Рицка ли это? Да еще и под руку с Агатсумой! Парни продолжали кривляться, покуда мы делали заказ. – Сколько лет, сколько зим! Как там говорят? «Не прошло и три года»? У вас как раз обратная ситуация! Так эти черти знали, но ничего мне не сказали! – Не смотри волком, Агатсума, мы тебе намекали! – говорит Нацуо, верно истолковав мой взгляд. – Нацу! – Йоджи с силой хлопнул Бойца по плечу. – Ты проиграл! С тебя десять баксов и, – он добавил тише, – всю неделю я буду сверху. – Эй! Об этом не договаривались! – Ничего не знаю! Еще и половина срока не подошла, так что мне диктовать условия! Пока Зеро завозились друг с другом Рицка потянул меня за рукав. – Соби, ты знаешь, о чем они? – Не имею не малейшего представления. – Да спорили мы. Нацуо вывернулся из цепких рук своей Жертвы, и парни снова переключили внимание на нас. – Я даже догадываюсь, о чем, – хмыкнул Рицка. – Ну-ка! Срази нас! Зеро внимательно уставились на Рицку, словно он должен изречь откровение, а они не хотели пропустить ни слова. – Думаю, вы спорили насколько быстро я спалюсь. – Ха! Не угадал! – хохотнул Нацуо. – Нет? – мой малыш искренне удивлен. – Вернее, угадал, но немного не так. Мы спорили насколько Соби дятел. – Что?! – Рицка тут же вспыхнул. – Тише. Я удержал парня, порывавшегося встать. – Сам посуди, – Зеро словно ничего не заметили, – вы с ним столько вместе жили, ушки он твои взял, а только тебя наштукатурили – так он и не узнает. – Вот мы, – Нацуо гордо стукнул себя кулаком в грудь, – сразу поняли. – Да уж, расскажите, – Рицка скептически хмыкнул. – Ладно, не сразу. Во всяком случае, гораздо раньше этой телебашни, – и они громко заржали. – Даже с нашими намеками, – Нацуо встал и официально продекламировал, – на этом фронте было глухо… как в водосточной трубе! И парни вновь покатились от хохота. Мне пришлось отводить внимание посетителей и персонала кафе от нашего не в меру веселого столика. Благо, больше затруднений со способностями у меня нет. Наша Пара гармонизировалась, и роль Стража вернулась ко мне. – Кстати! Мы же о самом интересном забыли! Йоджи скинул с головы Рицки капюшон. Последующим за этим взрыв хохота привлек внимание даже уличных прохожих. – Кончайте ржать, дебилы, – буркнул Рицка, натягивая капюшон обратно, чтобы скрыть блондинистые ушки. Хвост мы заблаговременно спрятали под рубашкой. – Лучше скажите мне, как их снять? – Не знаем, не знаем. Зеро продолжали глумиться над Рицкой, от смеха у них даже слезы выступили на глазах. От того, чтобы заткнуть их, удерживало ощущение, что Нелюбимый не в обиде, ему самому немного забавно. – Так что? – спросил он, подождав пока Зеро отсмеются. – Рицка, слушай, – Йоджи посерьезнел и перегнулся через столик, мы тоже придвинулись к нему, – а вы традиционным способом пробовали? – громким шепотом спросил парень, и Зеро вновь накрыло волной дикого хохота. – Вам ли не знать, – Рицка вновь дождался, пока они успокоятся, – что от секса ЭТИ ушки и хвост не отваливаются. – Это точно, – Зеро синхронно махнули хвостами. – У вас что… тоже? Я покосился на пушистые атрибуты невинности парней, Зеро вновь заржали. На этот раз к ним присоединился и Рицка. – Соби, неужто ты правда думал, что эти двое все еще девственники? – Но зачем они вам? – я откровенно не понимал. – Матери захотелось. Да и мы не против, – Зеро размахивали хвостиками, постоянно перехлестывая их. – Это весело. К тому же, мы с ними очень ми-и-илые. Но Рицка определенно не разделял такое мнение. – Может, отрезать? – Не советуем. Йоджи стал накручивать на палец локон волос. – Это как с занозой – срежешь верхушку, но она все равно останется в теле. Последствия непредсказуемы. – Что, собственно, тебя не устраивает? – Нацуо вопросительно вздернул бровь. – Если только цвет, что мешает перекрасить? – Какая разница, что красить – хвост или волосы. – Тем более, что в твоем случае все просто. – Или иди к Нагисе-сенсей. – Только вряд ли живым от нее уйдешь… Зеро резко помрачнели, у Рицки была такая же реакция. – Мы больше в Школе не появлялись. – Может, наоборот, было бы лучше, будь вы все время рядом с Нагисой? – Чтобы ей было сподручней нас разобрать на запчасти? Никогда нельзя быть уверенным, что взбредет ей в голову в следующий момент. – Да, подальше от нее мы себя в большей безопасности чувствуем. А вот вам бы из страны уехать. Лучше сразу на другой материк, – сказал Йоджи. Я внимательно смотрел на сидящих напротив парней. Куда и делась вся их спесь и бравада вместе с веселым настроением. У меня создалось впечатления, что они боятся. Зеро боятся? Что же это такое может быть, что могло напугать таких, как они? – Я не стану убегать. Рицка смотрел Йоджи прямо в глаза. Между ними слово шел диалог, понятным одним им. Нацуо отвернулся и закрыл лицо рукой, было заметно, что он сильно нервничал. Мне совершенно не нравятся ситуации, которые я не понимаю. Моему Рицке опять что-то угрожает?! И он снова собирается действовать самостоятельно?! Разве мы теперь не единое целое и все, что происходит с одним, в равной степени касается и другого?! Он по-прежнему не доверяет мне?! Я вперился взглядом в стоящий передо мной стакан, страх и сомнение проносились по мне волнами. «Соби, успокойся. Я все тебе объясню. Слишком многое нужно рассказать, просто пока не успел» «Сегодня. Как только мы вернемся домой, Рицка. Я не отпущу тебя ни на шаг, покуда не буду знать всего» «Хорошо», – он пожал мою руку. – Рицка, вот. Наш адрес. Мало ли... Йоджи передал листок, который Нелюбимый просмотрел беглым взглядом и поджег. – Спасибо. Берегите себя. И помните, что мы всегда поможем вам, но не рискуйте за зря. Парни кивнули, и, взявшись за руки, покинули кафе. – Тебе придется многое объяснить мне, Рицка. – Да. Но сначала одно важное дело. – Что же? – Покупка черной краски для волос. Парень подхватил меня под руку, и мы отправились в сторону ближайшего специализированного магазина. – Перекрасишь их, Рицка? – уточняю с толикой сожаления. Уж весьма забавный был вид. И сексуальный. – Не я, Соби. Эти займешься ты.

–//–

Дома Рицка принялся доказывать, что однотонный он не менее обворожителен и заманчив. Было очень жарко. И убедительно. Позже, отдышавшись, котенок улегся щекой на мою грудь, не переставая хвостом, теперь черным, ласкать мою ногу. В ярких переливах нашего единства я внезапно почувствовал нотки боли. – Рицка, что? – тут же встрепенулся я. – Ничего, все хорошо. Просто вспомнилось… Память… Мы оба прочувствовали ее силу слишком хорошо. – Я так устал засыпать и просыпаться без тебя, Соби. Прикусываю краешек ушка, зная, что он почувствует это так же остро, как было с его истинными ушками. – Теперь все будет хорошо, малыш. – Все еще зовешь меня малышом? – усмехнулся Рицка. – Я все еще старше тебя, – парировал я. – Соби, – он водил пальцем по Имени, вызывая в теле волны приятной дрожи, – я готов все рассказать.